Ты говоришь, я демон?! Так и есть!

- Ну здравствуй, Грей. - Ну привет... Пап?! Грей аж отшатнулся, завидев собственного отца. Черт... Похоже, если он папеньку родного видит, дела его, видать, совсем плохи - если ты видишь человека, который давно уже покинул этот свет, значит, как минимум тебе снится сон, или тебя жестоко глючит, как максимум - ты сам стал таким же, как твой почивший родственник, вот и видишь теперь себе подобных, и разговариваешь оттого с ними так запросто. Отец ведь мертв... Точнее, если уж говорить начистоту, отец не просто мертв - это Грей его убил. Но ведь он же не просто так убил своего отца, он же освободил его от демона внутри него, он, напротив, дал ему покой... - Что за жалкие попытки оправдаться, Грей? - неожиданно резко усмехнулся Сильвер, делая навстречу сыну ещё несколько шагов. Фуллбастер-младший даже не успел справиться, а каким это образом отец (или и не отец это вовсе?!) слышит его мысли, а покойный ныне ледяной убийца демонов, перед своею смертью отдавший свою магию своему сыну, склонил голову набок, и, зло улыбаясь, заговорил нараспев: - Мы же помним, как ты меня убил, как ты загнал мне в сердце меч по самую рукоять, и даже не остановился ни на секунду, даже не подумал, что перед тобой отец родной... - Какого... Черта? - только и сумел выдохнуть опешивший донельзя ледяной в ответ. До него только сейчас стало доходить, что он явно не там, где был - на помойку за чертой Магнолии, на которую его отправил Роуг ради его же спасения, это странное и до одурения пустое место ни капли не походило. Здесь совершенно не воняло помоями, было белым-бело, как в больнице... И ничего тут не было. Ни верха, ни низа, ни права, ни лева, ни потолка, ни пола, ни стен, ни дверей... Просто все вокруг белое, как снег, белое... Как сама смерть. Точно, обречённо осознал Отмороженный. Он, наверное, умирает, а это его голодающий без кислорода в крови и биения сердца мозг ему непонятно что подкидывает в качестве последнего развлечения. Так, а что было последним перед тем, как он сюда угодил, начал пытаться вспомнить ледяной. Вот угодил он на помойку, вот изгалялся, как уж на сковородке, чтоб достать треклятый костыль, из-за которого, кстати, угодил в ловушку волшебников-людоедов, вот примчались ребята из "Хвоста Феи" его выручать... Ну а потом-то что?.. - А потом ты раскрыл Нирвану, - словно эхо, непривычно звонким голосом отозвался отец на его мысли. Грей аж раздражённо скривился - такая злая насмешка была в голосе его отца, что ему так до конца и не верилось, что это он, почему-то начало глодать парня ощущение, что это снова какой-то демон перед ним, что осмелился принять обличие его покойного папы. - Иди нахрен, я ничего не курил, чтоб нирваны какие-то там раскрывать, - машинально огрызнулся Грей. - Нирвана, мой чересчур языкастый сын, - менторским тоном начал вешать Сильвер, - это не то, о чем ты подумал. Это заклятие, которое меняет Тьму и Свет местами. Сейчас она вся угодила в тебя, потому что, когда ты разбил тот проклятый посох, ты оказался ближе всех к ее раскрытию. Если ты сейчас не удержишь ее в себе, она вырвется наружу... И твои друзья, за которых ты так трясешься, станут хуже, чем те людоеды, которые пытались тебя сожрать. Они обезумеют и превратятся в чудовищ, которые будут рвать и уничтожать всех и все на своем пути... Они превратятся в тех, кого ты раньше сам убивал - в демонов. Пока Грей все это слушал, у него холодело все внутри от обуявшего его страха. Нет, он не боялся, к примеру, умереть ради того, чтобы удержать эту чёртову Рванину (или как ее там, запоздало спохватился ледяной) в себе... Вопрос в другом был - а как сделать так, чтобы она осталась в нем и наружу не вылезла. - Сынок, ну ты чего?.. - Грей аж вздрогул от того, каким стал голос его отца: погрустневшим, усталым, но таким родным... И ничего чужого, ничего демонического в нем уже не чувствовалось, вот теперь перед ним и правда батя его стоял, вот в этот миг ледяной голову готов был дать на отсечение, что перед ним его отец. А Сильвер печально усмехнулся и выдохнул: - Мы же убийцы демонов, жрать скверну и носить ее в себе - это наше профессиональное. Ты же демонов убиваешь и ешь - а это почти то же самое. Только... Ну как бы очень такой большой демон. - Ясно, - кивнул ледяной, только сейчас осознав кое-что и аж вздрогнув от этого. Все его раны чудесным образом куда-то исчезли... И он стоял на двух ногах! Причем на своих двоих, а не на одной ноге и протезе... - Бать, - не веря своей удаче, он растерянно оглядел себя и окликнул отца. - А это что, бонусы от Нирваны такие?.. - Да нет, - огорчённо покачал головой Сильвер. - Пока что ты умираешь... - Ясно, - хмуро кивнул ледяной. Как ни странно, эта новость особых эмоций у него не вызвала. - Ты мне лучше скажи - если я умру, я смогу удержать ее в себе таким образом? - А вот это уже зависит от тебя, отцеубийца!.. Грея аж тряхануло от столь резкой смены тона голоса отца - опять на смену пришло это язвительное чудовище, которое без зазрения совести давило ему на больные мозоли, словно специально бередя те раны на сердце, которые он, как ни старался, заживить при всем желании не мог. Глянув на отца, Отмороженный оторопел - перед ним стоял отдаленно напоминающий его папу монстр с перекосившимся от разложения лицом и отваливающейся кусками гнилой плотью. Протянув к сыну нещадно смердяющую руку, на которой местами виднелась оголившаяся кость, Сильвер заговорил, булькая пузырящейся гноем глоткой: - Посмотри, тварь, во что ты меня превратил, посмотри, что ты со мной сделал... Поначалу ледяного аж залихорадило от ужаса - а что, если тогда, изгоняя демона из тела отца, он и правда вместо этого обрёк его на существование в облике зомби?.. - Тьфу, сын, да прекрати всякой ерундой себе голову забивать! А вот теперь Грея тряхануло ещё раз - эти полярные смены в поведении, облике и разговоре отца его, похоже, способны были довести до лечебницы для душевнобольных быстрее, чем что-либо другое. - Вот что в конце концов происходит с убийцей демонов, когда он поглощает слишком много скверны, - виновато развел руками Сильвер. - Видишь, поэтому я не могу тебе даже сказать, сможешь ли ты удержать в себе скверну Нирваны, не сойдешь ли сам с ума, и выживешь ли после этого... - Удержу, - помрачнев, сжал пока ещё целую и даже не тронутую ни одной царапиной руку в кулак Грей. - А коли начну чего-то не того вытворять - предупрежу наших, чтоб меня убили. Сильвер даже слова не сказал, лишь с невыразимой тоской посмотрел на сына и подошёл к нему, чтобы его обнять. Раскрыв уже руки для обьятий, Фуллбастер-старший посмотрел на Грея... А потом как дал ему оплеуху со всего размаху! Опешив, Грей даже не понял, каким образом и куда у него пропала та самая нога, которую он, оказавшись между жизнью и смертью в каком-то ему самому неведомом и непонятном мире, с удивлением при себе обнаружил... Не успев сообразить, нужна ли ему, умирающему, эта самая нога, или нет, выжил он или всё-таки испустил дух, и что там творится теперь на свалке, на которой он и его друзья сцепились с людоедами в жестокой битве, он словил ещё одну оплеуху, от которой у него аж голова навзничь запрокинулась, и, похоже, не будь ледяной волшебником, у него бы отлетела черепушка к чертовой бабушке от нечеловечески мощной силы удара. И только хотел было Грей выпалить отцу, чтобы тот прекратил его тут лупцевать, как бойцовскую грушу, как его залитые кровью глаза широко распахнулись... И перед собою Фуллбастер увидел Эльзу. Напуганная и взъерошенная дева-воительница настолько твердо задалась целью любой ценой привести явно сожравшего какое-то темное запретное заклятие раненого товарища в чувство, что уже замахнулась в явном намерении отвесить ему ещё одну пощечину. Быстро же до опешившего ледяного дошло, что, похоже, разговор с отцом был просто игрой его воспалившегося от потери сознания из-за поглощения дрянного темного колдовства мозга, а по роже ему вовсе не батенька прописывал, а впавшая в отчаяние Эльза!.. - Не-не-не, Эльза, только не бей меня больше, пожалуйста, у меня ж сейчас мозги отсюда вылетят и в соседнюю страну нахрен улетят, все, все, я очнулся, не надо меня больше бить, я тя умоляю... - хрипло забормотал Отмороженный, невольно посмеиваясь и не понимая, то ли это от нервов, то ли от того, что при виде уже замахнувшейся для очередного удара Титании у него отчего-то аж жизнь вся перед глазами пронеслась... Что ни говори, а даже людоедам, почти готовым его сожрать, не удалось такого эффекта добиться - вот что значит величие Алой Эльзы, которая кого угодно трепетать в мольбах заставит одним своим намерением ударить, а не то что ударом!.. - Милая, да ты у меня круче любого некроманта, - рассмеялся Джерар, поднимаясь с угаженной помоями и забрызганной кровью земли и машинально отряхивая разбитое колено. - Люди там магию применяют, лекарства всякие, чтобы раненых с того света вытащить... - А наша Эльза надавала по лицу, и все - Грей как миленький в себя пришёл! - улыбаясь и одновременно утирая хлынувшие от бессилия, переживания за своих и потихонечку подбиравшегося все ближе и ближе нервного срыва слезы, произнесла Люси. - Да ну вас, - сконфуженно буркнула Эльза, отодвигаясь от начавшего настороженно оглядывать окрестности Грея и пряча свое магическое оружие. Чего уж там - она испытала первобытный , удививший ее своей силой и буквально выкручивающий каждую жилу страх в то мгновение, когда Грей расколошматил магический посох людоедов и принял на себя всю скверну, что попыталась вырваться из него на волю. Во-первых, страшно даже такой боевой девушке, как Алая Эльза, стало потому, что нечисть, попытавшаяся рвануть в их, хвостатых, сторону, была настолько древней, темной и таящей в себе невыразимое зло, что одно ее дыхание отчего-то вызывало неприятный паралич в каждом нерве, пробираясь до самого сердца. А, во-вторых, настоящий страх Скарлетт ощутила в тот миг, когда осознала, что вся эта темная дрянь до них не дойдет потому, что Грей ее поглотил. Она ведь догадывалась, чем это чревато для него, хоть и не ведала всех тонкостей магии ледяных убийц демонов. Впрочем, тут совсем дураком, или очень далёким от волшебства человеком надо было быть, чтобы не догадываться, что магу, который отважился пропустить через себя смертоносное темное колдовство, да ещё и додумался его проглотить и через силу удерживать в себе, как удерживают кусок вареного жира, что по случайности попался вместо мяса в супе, будет очень и очень несладко, и, возможно даже, что этот отчаянный умрет... А Эльза очень не хотела, чтобы Грей умирал. Вот и начала его лупить по щекам, что было сил, бросившись к нему и мысленно моля небеса о том, чтобы этот невезучий и до безумия отважный ледяной не умирал. А с учётом силы Алой девы, да ещё и старания, которое она вкладывала в дело под названием "привести в себя Грея Фуллбастера"... Ну в общем, повезло ледяному, что и впрямь шею не свернули, посмеивался мысленно Джерар, глядя на всю эту занятную картину. А вот Грея, как всегда, сейчас заботило не его собственное состояние, а кое-что другое. От его взора не укрылось то, что Титания убрала свои мечи, и, стало быть, продолжения побоища не намечалось... Но это не значило, что он поверил в то, что маги, промышляющие поеданием себе подобных, нейтрализованы и более опасности не представляют!.. - А... Эти где? - приподнявшись на ещё способном шевелиться локте и начав оглядываться по сторонам в поисках пытавшихся его сожрать волшебников, выдавил из себя Фуллбастер. Былая прыть, с которой он молил Эльзу не отбивать ему черепушку до состояния мелко накрошеных косточек, уже покинула его - всё-таки ранения, которые он схлопотал, сделали свое дело, окончательно надломав его, да и с каждым мгновением, с которым Отмороженный начинал осознавать, насколько тяжёлую и сильную магию он только что поглотил и теперь держит в себе, боясь лишний выдох сделать, чтобы та наружу не вырвалась, сил и настроения ворочать языком становилось все меньше и меньше. - Да вон они, - махнул разбитой в кровь рукою Джерар куда-то в сторону вместо ответа. И, не успел ледяной проследить, куда указал его синеволосый друг, как Фернандес со смесью удивления и усмешки в голосе спросил его: - Грей, ты мне скажи, что ты с ними сделал?.. - Я?.. - теперь настала очередь ледяного таращить залитые кровью глаза. Да, он разгрохал о могильную плиту посох, за который эти чёртовы людоеды тряслись, как за неписаное сокровище, да, он поглотил всю темную скверну, что запечатана была в нем... Но конкретно с этими тремя психопатами он действительно ничего не делал!.. Ну, если не считать того, что он собственным телом подставил световому убийце драконов подножку, чтобы выбить у него из рук этот самый посох, криво усмехнулся Грей, припоминая, как прикатился этаким неуклюжим мешочком из мяса, крови и костей прямо под ноги уже мчавшему за магическим посохом дракону-людоеду.