Отрицающий

Гарри сидел на кровати, разглядывая своих внезапных гостей. Конечно, ему как хозяину следовало бы начать разговор или сделать хоть что-нибудь, но он откровенно наслаждался замешательством парочки. Гермиона недовольно буравила его взглядом, то и дело, вспоминая, что это неприлично. В такие моменты она отворачивалась, но потом снова впивалась в Гарри взглядом, открывала рот, чтобы что-то сказать, но так и не решалась. Рон же вовсе разглядывал комнату, причём так пристально, словно это был историко-художественный музей, а не временное пристанище парня, который здесь почти и не появлялся. Наконец, после нескольких минут взаимного молчания, Гарри сжалился и начал разговор: - Логичнее, как мне кажется, будет начать с того, что вы мне объясните, кто вы, и что происходит. - И правда, - кивнула Гермиона, удобнее устраиваясь на подлокотнике кресла. – Мы – волшебники… - А это – волшебная палочка! – подхватил Рон, вытаскивая оную из кармана джинсов. - Нас много, - с нажимом продолжила девушка, зыркнув на своего товарища, - целый мир, существующий рядом с твоим. Волшебство – это что-то вроде таланта, кто-то рождается с ним, а кто – то нет. Обычно влияние этих миров друг на друга минимально, у нас своё правительство, своя культура, но некоторые глобальные события не могут касаться только одну из сторон. Например… - Война, - закончил за Гермиону Гарри. – В новостях постоянно говорят об исчезновении людей и странных происшествиях. Это связано с вами? - Да, - Гермиона расслаблено выдохнула, этот разговор обещал быть проще, чем она думала. – Мы такие же люди. Среди нас есть как добрые, так и злые волшебники, со своими амбициями и идеями. Нынешняя война неразрывно связана с Волдемортом – злым волшебником, который хочет подчинить себе не только наш, но и твой магловский мир. - Магловский? - Маглами мы называем всех не волшебников. - Ясно… И что же? Ваше правительство никак не противостоит этому Волдеморту? - Тут всё сложно… - Гермиона покачала головой и сильнее сжала обивку кресла. - Попробуй объяснить – я не тороплюсь, - сказал Гарри, и уголки его рта чуть дрогнули. Нет, всё происходящее вовсе не казалось ему весёлым, но всё тело пробирало крупная дрожь только от мысли о том, какое количество новой невероятной информации он может получить. Гермиона говорила много и долго. Сначала она сбивалась, то и дело перескакивала с одного на другое (слишком уж многое нужно было объяснять), но потом как-то плавно перешла но собственную волшебную историю. Гарри узнал, что сама она родилась в семье маглов, а потом, получив письмо, попала в магическую школу Хогвартс, где учатся все волшебники Великобритании. Распределяющая шляпа. Гриффиндор. Новые друзья – Рон и Невилл, с которыми она не раз сталкивалась с Волдемортом. Дамблдор. МакКонагал. Орден Феникса. И ещё множество людей. И их смертей. - Невилл умер в прошлом году вместе с профессором Дамблдором, - тихо продолжил Рон, когда Гермиона уже не могла говорить из-за слёз. – Мы все вместе боролись с Волдемортом, но сейчас никого почти уже не осталось… - Но есть я, - так же тихо сказал Гарри. – А значит, могут появиться и другие. Конечно, проблемы моей жизни ничтожны по сравнению с этим, но я хорошо знаю, что такое отчаяние. Но ещё лучше мне известно, что тупик на самом деле – крутой поворот, которого не видно, пока не подойдешь вплотную. Рон как-то странно посмотрел на Гарри. По-новому, резко, с отчаянным уважением. И этот взгляд полностью преобразил его лицо, сделал… правильным. Глядя на него, Гарри понял, что таким Рон и был всегда, раньше, когда их с Гермионой трио не было ущербным. - Знаешь, - сказал парень, улыбнувшись, - тебе уже известно о нас почти всё, а сам ты так и не представился… - Гарри, Гарри Поттер, - он улыбнулся в ответ, ему и самому сейчас показалось странным, что он до сих пор не назвал себя. - ГАРРИ ПОТТЕР! Гермиона вскочила с кресла так резко, что Рон, обнимавший её за плечи, чуть не упал на пол. Слёзы девушки, казалось, высохли мгновенно. Теперь она смотрела на Гарри широко открытыми глазами со смесью удивления и неверия. - Гарри Поттер… - медленно повторил Рон, словно доказывая самому себе, что такое имя существует. – Не будь ты маглом, я бы сказал, что это очень дурная шутка… У тебя есть шрам на лбу?! – живо спросил он. - Ну да… - Гарри непонимающе уставился на новых знакомых и убрал со лба пряди изрядно отросших волос. Там, как и семнадцать лет до этого, красовался шрам в виде молнии. - Действительно… А я Рон Уизли. - Гермиона Грейнджер, - торопливо представилась девушка. – Ты даже не представляешь, Гарри, какое отношение ты имеешь к этому всему! Твоё имя знает каждый волшебник, ты самый знаменитый сквиб магического мира! Гарри кивнул, поощряя Гермиону продолжить. - Волдеморт уже пытался захватить мир несколько лет назад. Он искал себе сподвижников среди сильных магов, а всех непокорных – убивал. Среди них были и твои родители, Гарри. Волдеморт собирался убить и тебя, наслав смертельное проклятье, но по неизвестной причине оно ударило по нему самому. Он ослаб и смог возродиться только сейчас, а тебе достался этот шрам. - Эх, - начал Рон, - мы часто воображали раньше, что было бы, если бы у тебя имелись магические способности! Ты бы непременно возглавил сопротивление… Вдохновенную речь Рона прервал грохот выламываемой двери и крики в соседней комнате. Парень мгновенно вскочил и выхватил палочку, несколько мгновений спустя его примеру последовала Гермиона. Гарри, пожалуй, удивился меньше всех. Арендная плата тут была низкой, так как дом был далеко не в лучшем состоянии, а соседям частенько приходилось вызывать полицию. И это действительно была бы обычная ночь неблагополучного дома, если бы Гарри не знал о сумасшествии, творившемся вокруг. Быстро сориентировавшись, он закинул за спину рюкзак и, схватив Рона и Гермиону за локти, потащил к окну. Девушка поняла, что собирается сделать, потому одним движением палочки распахнула створки и, не глядя, швырнула какое-то заклятие в дверь. Сразу за окном начинался широкий карниз, по которому все трое добрались до пожарной лестницы. Рон, идущий первым, хотел спуститься вниз, но Гарри вовремя схватил его за руку и кивнул наверх, указывая направление. Это был далеко не первый раз, когда Поттеру приходилось покидать своё жильё подобным образом, потому он знал, что преследователи первым делом кинутся вниз. Как только они влезли на крышу, из распахнутого окна комнаты раздался треск. - Пришли… – шепотом озвучил Рон очевидное. Гарри огляделся, проклиная себя за то, что заранее не продумал план побега (хозяйка его кафе так прониклась его историей, что помогла найти жильё, и эта её стихийная доброта выбила парня из привычной колеи). Единственным укрытием на крыше являлась будка с дверью на внутреннюю лестницу, а до соседнего дома было около десятка метров. - Ты можешь... – обратился он к Гермионе, и девушка, не дослушав, кивнула. - Вингардиум Левиоса, - прошептала она и взмахнула палочкой. В следующее мгновение Гарри почувствовал, что летит, а ещё через секунду – что падает. Не успел он опомниться, как рядом шлёпнулся Уизли. - Ну же, Рон! – отчаянно крикнула Гермиона, подбегая к краю. Тут Гарри заметил, что мужчина, который, судя по всему, преследовал их, уже почти забрался на крышу. - Рон! – снова крикнула девушка и прыгнула вниз. Практически в то же мгновение через то место, где она стояла, пронёсся красный луч и разнёс вдребезги трубу за спиной у Гарри. - Вингардиум Левиоса! – крикнул Рон и взмахнул палочкой так резко, что Гермиону буквально выдернуло из темноты между крышами и швырнуло на парня. Стоило девушке оказаться на твёрдой поверхности, как она побежала со всех ног, увлекая за собой своих спутников. Благо таких больших зазоров между домами больше не было, потому они неслись изо всех сил вдоль улицы, то и дело уворачивась от лучей и осколков кирпича. - Я же говорила… - задыхаясь от быстрого бега, выдала Гермиона. – Вингардиум ЛевиОса… А не ЛевиосА! - А если бы я не успел? – раздражённо прошипел Рон, дёргая подругу за локоть. Красный луч пронёсся в нескольких сантиметрах над её головой. - Успел бы, - твёрдо ответила девушка, шумно вдохнув. – Обязательно. Лёгкие Гарри горели, бедро подозрительно ныло, а мысли вертелись в диком коктейле из страха, возбуждения и азарта. Он удивительно чётко понимал, что в любую секунду может умереть, один неверный шаг – и полетит вниз. Но сдаваться или останавливаться он не собирался. А пришлось. Увлечённые бегом они не заметили, как кончились крыши. Под ногами гудела огнями дорожная развязка. От небольшой улочки они добрались до оживлённого проспекта, через который так просто было уже не перебраться. - Прыгаем! – выпалила Гермиона. И Гарри, не сбавляя скорости, не сомневаясь в её словах, прыгнул. В ушах засвистело, а и без того напряженные мышцы вовсе окаменели. Где-то справа полыхнуло платье Гермионы. Гарри несколько раз беспомощно перебрал ногами, ища опору, и мысленно приготовился к логическому завершению своего полёта, как какая-то сила резко дёрнула его вверх. Ещё через мгновение он впечатался скулой во что-то металлическое, и сразу несколько рук вцепились в его рубашку и снова потянули вверх. Всё произошло так быстро, что Гарри не сразу понял, что больше не падает, и смерть в самом ближайшем будущем ему не грозит. Мир возвращался резко, толчками. Сначала гул мотора, глубоко отдающийся во всём теле. Потом холодный ветер. Боль в бедре и скуле. Рон, судорожно прижимающий его к себе. И Лондон, огненными струями текущий далеко внизу. - Только не кричи, парень! – ворвался в голову Гарри насмешливый голос. - И не подумаю! – хрипло выдавил он. - Ты припозднился, Сириус! – подчеркнуто весело, с нервной ноткой, сказала Гермиона. А Гарри подумал, что мотоцикл, рассекающий ночное небо Лондона, стоил того, чтобы едва не умереть.