Ойнон, ты не прав

Даже во снах их война не прекращается. Каждую ночь Даниил стремится опередить соперника, похитить драгоценные капли жизни, преподнести их своей ненаглядной Оле. Каждую ночь колеблется: отдать Цвет Сестре, ускоряя её вознесение, или продлить для Бураха те краткие часы, что отделяют его от бездны Кошмара. Их Сёстры — родня по Сирени, единые в тайне и чуде, но одну смягчает благородство Золота, а другую плавит буйство Янтаря. К Бураху — так и вовсе тянется Пурпур, по его следам приходит в Промежуток, к покоям его Сестры тянется, затягивая их алым маревом. Даже на Поверхности не отступает: день за днём, шаг за шагом, тянется за Бурахом алый след, след похищенной жизни. А Даниила любит Серебро. В Промежутке каждый его шаг отдаётся тонким звоном — так Серебро смеётся, приветствуя его, вплетая его шаги в свою волшебную песню. Чистая магия, вот что такое этот Цвет, — и на Поверхности Даниил слышит на лестницах Многогранника всё тот же смех, тот же звон. Из граней и зеркал, за которыми в неведомых мирах играют дети-чародеи, Серебро улыбается ему невесомыми сполохами. И он точно знает теперь, что, когда соединяются тела, соединяются и цвета. Он знает, как дико ревёт Пурпур в жилах, взрываясь искрами Серебра, когда чужие, враждующие цвета сливаются, не в силах ни примириться, ни быть друг без друга. Настоящая военная песня, отчаянный траурный марш. Цвета знают, и знают люди: только одному суждено выйти из этой битвы живым. На двенадцатый день Бурах просыпается, но не совсем. Алое за ним — не пролитая кровь, но шепчущее марево, расцветающее причудливо в его следах. На двенадцатый день Даниил просыпается и видит Промежуток наяву. Серебро подмигивает ему с городских мостовых, смеётся в опустившейся на город тишине. На совете Аглая будто бы парит надо всем, а Блок двигается медленно и смотрит слепо, будто бы ему нечем смотреть. И такую, как Мария, уравновесит Оле. Такой, как Капелла, пригодится сила Авы. Они на самом дне Колодца, среди стен Собора. Между ними — перед ними — тонкий мост, ведущий к Прорыву, невесомое кружево, способное выдержать лишь одного. Каждый делает шаг. Каждый так и не верит до конца, что это он, сейчас, своими руками, принуждён будет столкнуть противника в бездну Кошмара, выигрывая свою победу. Каждый знает, что это придется сделать.