Золотой идол

Джаред так и сидел, вцепившись в мистера Эклза: он не знал, удалось тому застегнуть ремни безопасности или нет, и боялся разжать руки, чтобы проверить, ведь не смог бы тогда его удержать. А положение у них было шаткое: они угнездились в ветвях какого-то дерева, и Джаред опасался, что малейшее движение — и они полетят вниз. Хорошо хоть дождь прекратился. — Мистер Эклз… мистер Эклз… — тихо бормотал он неподвижному мистеру Эклзу, но чувствовал, как под его рукой приподнимается грудная клетка — жив, и это главное. — С вами все в порядке? Мистер Эклз, очнитесь. Мы не можем тут оставаться… Господи, что же делать? Дженсену казалось, что он заснул в кабинете, навалившись грудью на стол, и теперь медленно выплывал в реальность на настырный голос Генри. — Что?.. Черт… Генри… Голос Генри, вдруг трансформировавшийся совершенно в другой, продолжал упорно звать: — Мистер Эклз, с вами все в порядке? — в нем отчетливо звучали нотки паники. — Что?.. — на Дженсена потоком полились произошедшие события. — О Господи, мы что, разбились? — слабым голосом поинтересовался он. — Да, мы на дереве. Вы только не дергайтесь, мы можем в любой момент упасть. — О Господи… — Да, и кстати, мистер Эклз, вы пристегнуты ремнем? А то я боюсь вас отпустить. Дженсен осознал, что сидит, вжавшись в своего проводника, и ощущать жар его тела, чувствующийся через одежду, было очень приятно, особенно во время столь крепких объятий. Дженсен пошарил по своему телу, нащупал ремень. Застежка была плотно защелкнута. — Пристегнут, да, — пробормотал он. — Ох, хорошо, давайте я вас тогда отпущу, а то у меня руки уже затекли от напряжения. Только вы, пожалуйста, не дергайтесь резко, а то мы свалимся, — Джаред медленно разжал руки и стал отодвигаться, чтобы наконец нормально осмотреться, где и на какой высоте они застряли. Дженсен пока не мог понять, все ли с ним в порядке, но одно все же смог решить: — Давайте отложим церемонии до лучших времен, — собственный голос Дженсену показался чересчур хриплым, словно горло саднило. Вцепившись левой рукой в сиденье, правую он протянул проводнику: — Меня зовут Дженсен. — Джаред, — он осторожно сжал ладонь. — Я помню. У Джареда потеплело в груди, он улыбнулся, но в первую очередь нужно было заняться спуском с дерева. — Интересно, что с остальными? С пилотом и ребятами из моей охраны? — задумчиво спросил Дженсен. — Нужно это выяснить поскорей, — в голосе Джареда засквозила озабоченность. — Давай спускаться, Дженсен. Его имя в устах Джареда прозвучало так, что мурашки прошли по коже, вот же черт! Дженсен осторожно огляделся. Сиденье застряло в развилке веток, под ногами была пустота, по крайней мере у Эклза — Джаред упирался ботинками в ветку. Дженсен тоже поспешил поставить туда ноги, и одна тут же соскользнула — он вцепился еще крепче в сиденье, а Джаред — испуганно в него: — Дженсен! — воскликнул он срывающимся голосом. — Черт, — прошипел Дженсен, — чертов дождь, чертовы сапоги — подошвы скользят. — Господи, осторожней! Ты так дернулся, что у меня чуть сердце не остановилось, показалось, что ты падаешь, — повинился Джаред, убирая руки. — Я бы пошел первым, но ты к стволу ближе, боюсь, если начну перебираться через тебя, то мы рухнем. — Все в порядке. Сейчас попробую… Ты не видишь, что там внизу? — Сплошные ветки. — Ладно, я пошел, — Дженсен осмотрел путь до ствола, перекинул саквояж за спину и решительно расстегнул ремень безопасности. — Поосторожней, окей? — попросил Джаред. При падении они проделали приличную дыру в кроне, но вокруг было достаточно целых веток, и Дженсен, схватившись за ближайшие, осторожно перешел к стволу дерева, лишь пару раз поскользнувшись. Джаред, уже отстегнувшийся и следивший за ним пристальней, чем мать за ребенком, оба раза задерживал дыхание от ужаса и готов был уже броситься на помощь, но Дженсен выравнивался, замирал, балансируя на ветке, и пробирался дальше. Стоило ему только добраться до ствола, как Джаред рванул следом и вмиг оказался рядом. — Ты в порядке? — Конечно, — спокойно отозвался Дженсен, садясь на ветку и держась за ствол. — Наверное, нужно снять эти чертовы сапоги: они так скользят, словно я иду по льду. — Лучше не стоит, — посмотрел на него Джаред, переступая на соседнюю ветку футом ниже, — хоть своим триумфальным падением мы и распугали большую часть живности, многие насекомые и змеи остались, а наступить на ядовитое животное — та еще радость. Крепко держась, он огляделся вокруг, но везде простирались только зеленые волны сельвы с изредка возвышавшимися над ними круглыми кронами бертолетий без малейших признаков цивилизации или упавшего самолета. — Ну что, кто первый? — донесся до него голос Дженсена. — Думаю, будем спускаться вместе, если что, я подстрахую тебя, — предложил Джаред. — Не боишься, что я, падая, утяну тебя за собой? — Нет, — стиснул зубы Джаред, — боюсь, как бы ты не наткнулся на древолазов*, эти крошечные разноцветные лягушки — одни из самых ядовитых существ на Земле. Пошли, а то мы так до ночи тут просидим, а нам нужно поскорее найти остальных. Спуск стал еще тем напряжением для нервной системы, но Джаред порадовался, что они не упали на бертолетию — бразильский орех — самые высокие деревья сельвы, возвышающиеся над остальными, они имели абсолютно гладкий ствол, который занимал три четверти всей высоты дерева, и такую толщину, что никаких рук-ног не хватило бы его обхватить. Вот там бы спуск стал проблемой! А спуститься по веткам, доходящим чуть не до земли, словно по лестнице, проблемой не было. Ну да, скользко, влажно, главное — не спешить и смотреть, куда ставишь ноги и за что цепляешься руками. Встать ногами на землю было блаженством. — Фух, — длинно выдохнул Джаред, осматриваясь кругом. — Ага, — согласился Дженсен, снимая перчатки и похлопывая ими по ладони. — А тут как-то мрачно. — Ну да, это из-за недостатка солнечного света. Тем сельва и отличается от джунглей, что кроны деревьев наверху почти смыкаются, из-за чего тут почти нет подлеска, и животные или человек могут достаточно легко передвигаться. Ищи, где светлее, — самолет должен был при падении проделать приличную дыру. Но прежде Джаред решил произвести инвентаризацию: он провел рукой по груди — мешочек со старой картой и основным запасом денег был на месте, бумажник в кармане тоже имелся, бесполезный мобильник остался в рюкзаке, как и полезный компас и такая же нужная карта Бразилии. Джаред поднял голову, но лиственный полог над головой был достаточно плотным, и в просветы определить, где солнце, было невозможно. — И куда нам идти? Джаред пожал плечами: — Мы летели в Жибойя, это на юго-восток от Флоруни, но я помню, как кто-то из ваших ребят сказал, что самолет изменил курс. — Как же нам найти остальных? — Я вообще не знаю, как нам хоть что-то найти, не имея ни карты, ни компаса. Дженсен открыл саквояж, коснулся кармашка, в котором спрятал таинственный предмет, ему показалось, что под пальцами горячо, но смотреть, что там такое, при Джареде не стал — вместо этого вытащил роскошную модель жидкостного военного компаса. За пару сотен, как прикинул Джаред, у которого был простой туристический за девять долларов, купленный еще дома перед поездкой с друзьями. Передав Джареду компас, Дженсен извлек прекрасную, очень подробную карту штата Амазонас, в котором они и находились. На ней, предусмотрительно покрытой водонепроницаемой пленкой, Джаред заметил очень знакомые отметки — он сам такие делал на своей, только вручную. Что ж, лорд оказался не так прост и, судя по всему, на самом деле полез в это приключение не от скуки, а в погоне за сокровищами. Джаред, перестав пялиться на карту, открыл компас и покрутился на месте, определяя направление: — Думаю, имеет смысл идти на юго-восток. Неожиданно Дженсен рядом напрягся и схватил его за запястье: — Чувствуешь? — Что? — черт, если к ним подкрадывается ягуар… — Запах, — пояснил Дженсен, отпуская его руку. И в самом деле к тяжелому влажному аромату тропического леса примешивался очень знакомый запах цивилизации, как охарактеризовал его про себя Джаред. Тут был и аромат разогретого металла, и расплавленной проводки, и запах топлива. — Туда! *** Они пошли, и по мере продвижения запах усиливался, а вскоре появились и признаки того, что они идут правильно: то кусок обшивки, то разорванный мешок с вывалившейся непонятной массой, то чья-то одежда. Впереди уже виднелся разбитый, раскуроченный самолет, и они побежали. Людей не было, только груда искореженных обломков, мешки, чей-то рюкзак и валяющиеся вокруг разбитые деревянные клети: какие с мертвыми поросятами, какие — пустые. Запах топлива стал сильнее. — О Боже! — Дженсен резко остановился, в ужасе выискивая остальных людей. Джаред оглянулся, но, не замедляя хода, предложил: — Останься тут, я посмотрю в самолете. Но Дженсен поспешил за ним. Самолета как такового не было, но нос оставался визуально почти цел. Джаред залез в кабину и остолбенел от открывшейся картины: на разбитом пульте управления, уткнувшись в него лицом, лежал Романо. Все вокруг было в крови. Джаред прижал дрожащие пальцы к его шее в попытке найти пульс, но весь вид пилота, его приоткрытые глаза, смотрящие в никуда, говорили, что ему уже не помочь. — Господи! Он жив? — Дженсен подошел так тихо, что Джаред вздрогнул, услышав его восклицание. — Нет, — до сих пор Джаред видел умерших людей только в фильмах, новостях, и один раз, когда ему было тринадцать, они ездили на похороны прабабушки, но тогда все было чисто, чинно, торжественно и даже красиво — все эти цветы, гости, священник. Дженсен попятился и спрыгнул на землю: — Где остальные? — Возможно, выбросило так же, как и нас, — мрачно ответил Джаред. Он понятия не имел, что им делать дальше и как быть с Романо: оставить так казалось кощунством, но и похоронить по-человечески вряд ли получится. Он подошел к обломкам и стал аккуратно разбирать их в надежде найти свой рюкзак, и, наткнувшись на что-то живое, отшатнулся, но тут же раскидал куски сессны и ветки, обломанные упавшим самолетом. — Дженсен! Дженсен, бродивший вокруг и внимательно изучающий окрестности, заметил блеск реки буквально в десятке ярдов от места крушения и подумал, что хорошо, что самолет не упал в воду, иначе они бы точно его не нашли. Он вернулся назад и принялся раскидывать носком сапога наваленные мешки, раздавленные клети, старательно обходя трупики поросят, как услышал возглас Джареда. — Что такое? — Дженсен подошел ближе. — Тут Боб, он жив! Господи… принеси воды, — Джаред с ужасом смотрел на окровавленное лицо и темную от крови футболку, охранник с хрипом дышал, на губах лопались кровавые пузыри. Дженсену хватило одного взгляда, чтобы развернуться и бегом отправиться на берег. Он тяжело дышал, в груди все сжималось от ужаса и потрясения. Воды… нужно принести воды… Он посмотрел на реку, которая медленно катила свои воды, в недоумении огляделся по сторонам и, заметив нечто чужеродное, подошел ближе. — Дженсен! — в голосе Джареда отчетливо слышалась паника, и он побежал назад. — Где ты?! — Я тут! Хотел принести воды, но не нашел ни стакана, ни чего-то еще, в чем можно принести воду. — Что? — Джаред обернулся и встал. — Ты куда ходил? — К реке, — Дженсен махнул рукой назад, Джаред смотрел на него, как будто он заговорил на хинди. — Зато нашел вот… — Мой рюкзак! — Джаред подбежал и, выхватив рюкзак, вытащил начатую бутылку воды и упаковку бумажных салфеток. — Нужно вытереть кровь и как-то помочь Бобу. Он метнулся назад, присел возле раненого, тот лежал неподвижно, и на губах больше не пузырилась кровь. — Черт, нет! *** Они сидели на рюкзаках: Джаред на своем, Дженсен — на том, что нашелся возле самолета. От духоты и сырости одежда стала полностью влажной и неприятно липла к телу. Не выдержав, Дженсен расстегнул и снял редингот, оставшись в белой рубашке, вынул запонки и закатал рукава к локтям. На душе было муторно — они оказались неизвестно где, и как им выживать — непонятно. Джаред посмотрел на сложенный пиджак и предложил: — Дженсен, тебе нужно переодеться во что-то более подходящее для сельвы. Сапоги подходят, но штаны и рубашка… Хлопок быстро увлажняется и медленно сохнет, тут нужны вещи из специальных быстросохнущих тканей. Это тот рюкзак, что дал тебе Джим? — Не знаю, — пожал плечами Дженсен. — Нужно посмотреть, нам вообще нужно отобрать все необходимое поскорее. — А куда мы спешим? — удивился Дженсен. — Наверное, благодаря ливню самолет не загорелся, но в любой момент там может что-то коротнуть — искра попадет в топливо, и тут все взорвется. Я хочу находиться как можно дальше, когда это случится. — Если самолет не взорвался сразу, то он может уже и не взорваться, а уходить отсюда непредусмотрительно, ведь спасатели искать нас будут в первую очередь именно здесь, — заявил Дженсен. Джаред изумленно посмотрел на него: — Какие еще спасатели? Да кто нас вообще тут найдет? — В любом «черном ящике» есть встроенный радиомаяк, автоматически включающийся при аварии, нас легко найдут по сигналу. — Не уверен, что он тут вообще был, — пробормотал Джаред. — Это же необходимая часть любого самолета! — Он мог упасть в другом месте, за несколько миль отсюда. Дженсен скептически скривился, но встал и направился к обломкам: — Нужно поискать. Джаред подскочил и схватил его за руку: — Погоди, это опасно, говорю же, самолет может взорваться. Лучше пошли посмотрим, где ты нашел мой рюкзак, может, там еще что-то есть. — А что делать с телом Боба и?.. — Романо, — подсказал Джаред. — Да. — А что мы можем сделать? У нас даже лопат нет, чтобы их похоронить. — Мы же не можем их оставить так. — Боже, Дженсен, это сельва, поверь, теплый влажный климат, насекомые и животные к утру от них ничего не оставят. — Так нельзя! — Тогда мы можем их сжечь вместе с самолетом вместо кремации. — Лучше так. — Надеюсь, мы не подожжем лес. Они вышли на заросший берег, и Дженсен показал, где лежал рюкзак. — Вроде вон там что-то еще есть. В пышной высокой траве действительно что-то шевелилось. Осторожно они двинулись в ту сторону. — О, нет! — закричал Джаред и подбежал к потерянному охраннику, который медленно сползал в воду, он схватил его за руку и потянул на себя, в тот же миг вода взорвалась — с громким плеском из нее наполовину вылетел огромный черный кайман* с открытой гигантской пастью, усеянной острейшими зубами. Джаред отшатнулся, столкнулся с Дженсеном, и они упали в траву. Мигом вскочили и отбежали в сторону, но кайман не стал их преследовать, схватив за ногу свою добычу, он затащил ее в воду. Джареда трясло: — А если он еще жив? — Уверен, что нет, — слабым голосом ответил Дженсен, — он ни разу не шевельнулся. — Какой кошмар! Мы должны были ему помочь! — Как?! — воскликнул Дженсен. — В крокодиле не меньше пятнадцати футов, а у нас никакого оружия нет, чем ты собирался с ним сражаться? Голыми руками? Джаред убийственно посмотрел на Дженсена. — Это кайман, — поправил он. — Ах, так ты хотел убить его взглядом, — уязвленно откликнулся тот, — извини, должен огорчить, но у тебя не получается. Дженсен повернулся и пошел к месту их временной стоянки. — Погоди, — догнал его Джаред, — мы не должны ссориться, нам вместе выбираться отсюда. Дженсен промолчал. — Нам нужно найти общий язык, — продолжил Джаред. — Поцеловаться, что ли? — изумился Дженсен. Джаред поперхнулся, он был бы совсем не против — Дженсен, несмотря на ситуацию, в которую они попали, безумно привлекал его. На месте они перебрали все найденные вещи, отложив необходимое им для выживания в сельве. К счастью, рюкзак Дженсена нашелся, и укомплектован он был получше Джаредова. Джаред взял еще палатку и спальник, прикрепленные к рюкзаку одного из погибших охранников. — Нам нужно взять всю еду и воду, что мы найдем; хорошо, что твой Джим положил обеззараживающие таблетки: из реки воду пить нельзя! — он строго посмотрел на Дженсена. — Там даже купаться опасно. И вообще будь осторожней, тут полно ядовитых насекомых. — Я не ребенок! — надулся Дженсен. — Если я и не знаю каких-то бытовых вещей, то смогу этому быстро научиться. Джаред с сомненьем взглянул на него: хорошо, если Дженсена с ложечки не кормил этот его камердинер, но спорить не стал. — Нам нужно решить, куда идти, потому что оставаться рядом с рекой, кишащей кайманами, опасно, да и анаконды там могут быть, — он достал свою карту с почти идентичной отметкой, что и у Дженсена. — Смотри, расстояние до Жибойя, куда мы летели, почти такое же, как и до этого места, — он ткнул пальцем в изображение крошечного храма. Дженсен неверяще смотрел то на рисунок, то на Джареда.