Легко и просто

- Шпотаковский! – голос учительницы вывел из раздумий, в дебри которых на свой страх и риск Васька умудрился пробраться в середине урока геометрии. – Земля вызывает! Вернись к нам, будь добр. Одноклассники чуть слышно захихикали, но тем и ограничились. Антонина Степановна относилась к категории самых вредных преподавателей школы, потому на ее язвительную злость мог напороться любой из присутствовавших в кабинете. - Извините, - пролепетал Васька, виновато опуская глаза на лист в тетради, где только и было выведено что сегодняшнее число, хотя у доски уже решили пару задач. - Нужны мне твои извинения, - покачала головой учительница. Видимо, сегодня она была не в том настроении, чтобы продолжать свою экзекуцию, либо Васька выглядел таким жалким, что добивать его она не стала. Разве только покачала головой и парой не особо лестных слов прошлась по упавшей успеваемости Васьки. Тому же ничего не оставалось делать, как покаяться, мол, виноват, мол, исправлюсь. Впрочем, в последние свои слова Васька не особо верил. К тому же он прекрасно знал, кого ему винить за такое унылое настроение. Разумеется, сломавшийся ноутбук и Пашку, которого до вчерашнего дня считал другом. Все началось, как обычно. В воскресенье Пашка явился, как он сам выражался, на пироги тети Дины, Васькиной мамы и отличной хозяйки по совместительству. Они дружили с детсадовской скамьи, пусть Пашка уже давно жил в другом районе, ходил в иную школу и со временем становился все мажористее. Васька перестал гадать, что их уже связывало. Раньше этим чем-то был ну хоть тот же совместно спрятанный клад, самым главным сокровищем которого являлся водяной пистолет и журнал тогда еще непонятного содержания, свистнутый у Пашкиного отца. А теперь? Они виделись лишь по выходным, и то по какой-то упрямой инициативе Пашки. Иной бы на его месте давно бы забил и забыл про приятеля, что свободное время проводил за компьютером, с головой уходя в мир меча, магии и сетевых сражений. В отличие от Васьки Пашка явно не нуждался в подобном досуге. Его жизнь била ключом, причем, далеко не виртуальном. Разумеется, красивый, далеко не глупый парень из обеспеченной семьи не мог не пользоваться популярностью у сверстников и противоположного пола. Такие умеют нравиться окружающим. Не зря даже Васькина мать Пашку просто обожала и всячески поддерживала его устремление общаться с сыном. Видимо, надеялась, что Пашка сможет вернуть Ваську в реальный мир. Сам Васька ничем не выделялся. В свои шестнадцать был мелким, вихрастым и вообще напоминал воробья, этакого взлохмаченного, дерганого птаха. А его устремления не высовывались дальше прохождения какой-либо эпичной игры. На фоне Пашки он выглядел едва ли не подростком, чего мог простить приятелю, хотя тот в принципе не был ни в чем виноват. Общался Васька с Пашкой посредством тихого бурчания, как общаются с надоедливыми и излишне приставучими типами. Еще бы: у него в выходные наклевывалась очередная миссия по спасению мира, а тут приятель со своими вопросами и комментариями на тему. И ведь явно притворялся, что ему было интересно… Иногда, в периоды меланхолии, Ваське казалось, что Пашка только и хотел, что посмеяться над ним, мол, глянь, вон я какой, а теперь посмотри на себя. Да, канули в Лету времена его славы, когда Васька был выше друга аж на полголовы. Золотые были деньки, когда он даже Пашку умудрялся защищать от всякого рода хулиганья. И когда все успело так резко поменяться? И так получилось, что в воскресенье накануне Пашка стал свидетелем личной трагедии Шпотаковского. Компьютер отказался включаться, монитор гипнотизировал темнотой экрана. Мать наотрез отказалась предпринимать скорейшие меры по реанимации компьютера, заявив, что во вторник у отца выходной, потому тот отвезет его в сервисный центр. Так же она категорически запретила Ваське копаться во внутренностях агрегата, объяснив, что компьютер новый и гарантийный, еще не хватало туда влезть и угрохать надежду на бесплатный ремонт. Разумеется, Васька знал, что в центре его любимца промурыжат далеко не один день и даже не одну неделю, а в следующее воскресенье выходила новая игра, на которую он уже сделал предзаказ в местячковом магазинчике. Теперь ему предстояло смотреть на цветную коробку и прочувствовать себя в ситуации, когда хочется, но совсем не можется. Мать от радости напевала что-то на кухне, готовя пирожки с яблоками, когда и заявился Пашка, на свою беду весь такой довольный жизнью. Сидя на диване, Васька встретил его неласковым, хмурым взглядом и мысленным посылом. Если тебе плохо, то становится еще хуже, когда перед глазами маячит кто-то, подобный Пашке, счастливый донельзя. - И что случилось? – ему хватило и пару секунд разобраться, что произошел апокалипсис локального масштаба. - Ничего, - деланно соврал Васька, переворачивая страницу. - Да ладно, - не поверил приятель, проходя в комнату и оценивая ситуацию. Васька тут же почувствовал древесный запах Пашкиного парфюма, из-за которого защекотало в носу и даже чихнулось. «Выпендрежник», - подумалось Ваське и вдогонку скрипнулось зубами. - И что ты будешь делать? – Пашка честными карими глазами взирал на друга с высоты своих метра восьмидесяти с копейками. - Ты о чем? – в тон ему поинтересовался Васька. - Шпотаковский, заканчивай заливать. У тебя же явно что-то с компом случилось. Обычно, когда я прихожу, он уже включен, а сейчас ты, сам подумай, сидишь с книгой в руках. Да сейчас снег пойдет по такому случаю! Юмора Васька не оценил и вернулся к прочтению не самой интересной на свете книги, что вообще являлась учебником по биологии. - Я могу, чем помочь? – через некоторое время задал вопрос Пашка. - Ага, подари мне свой комп, - флегматично отозвался Васька, не отрываясь от прочтения. - Ладно, он твой, - вздохнул Пашка и уселся на диван рядом с другом. Сначала Ваське показалось, что он ослышался. - Не смешно, - процедил он. Этот тип, который звался его другом, еще и издеваться вздумал. - Нет, я серьезно, мой ноутбук теперь твой, - выдал Пашка и через секунду добавил, испепеляя надежды на халяву: - Но с одним условием. - Податься тебе в рабство? – предположил Васька. Если вспомнить стоимость ноутбука, которым некогда Пашка как бы невзначай хвастался перед ним, то ничего иного предположить было и нельзя. Такие реально не дарят, но за них продаются, как факт. - Ну, не совсем мне, - в улыбке Пашки промелькнуло что-то шкодливое. Васька тяжко вздохнул. Вот уж точно: мухи, мед, говно и пчелы.