Protegez-moi de mes desirs

Утро в полицейском участке выдалось довольно напряжённым. Бобби Финсток, уже больше семи лет мечтавший о месте начальника отдела, носился по офису, размахивая руками и сметая всё на своём пути, желая как можно быстрее высушить пятно от разлитого на брюки кофе. - Чего вылупился, Гринберг? – заорал он на только что вошедшего напарника, который, низко опустив голову и вжавшись в стену, попытался незаметно проскользнуть к своему столу. – И какого чёрта мы должны ютиться тут. Я и ты. Целых два грёбанных года. Ну почему, скажи мне, Гринберг, ты просто не можешь пропасть? - Пропасть, так точно, сэр! - моментально отозвался парень, толком не понимая, чего от него добивается офицер полиции. Финсток лишь закатил глаза и неожиданно остановился напротив большой доски, на которую они вешали добытые материалы по расследуемому делу. - У меня предчувствие, что сегодня мы точно должны поймать этого беглого зэка, - напрочь забыв о раздражительности, Бобби ухмыльнулся самому себе, с предвкушением потирая руки. Внутреннее чувство никогда прежде не подводило полицейского. – Есть какие-нибудь новости? - Камера засекла похожего мужчину несколько часов назад, - ответил Гринберг, спрятавшись за кучей бумаг. - Почему раньше не доложили? – Финсток посмотрел на напарника как на полного идиота и стукнул кулаком по стене, давая понять, насколько сильно тот ему надоел. - Точно такой же человек был замечен в противоположном конце города в это же время, что просто физически невозможно, - лицо Гринберга залилось красным. - Обо всём докладывать мне, сразу же, Гринберг! И как тебя только люди терпят?! Посетив тех. отдел, полицейский принёс записи с камер наблюдения и принялся внимательно их изучать. Спустя час запыхавшийся Гринберг со всех ног влетел в кабинет, едва не опрокинув очередную чашку кофе Финстоку на многострадальные штаны, и оживлённо отрапортовал: - Мы нашли его, Бобби! Позвонили из магазина на заправке, он всё ещё там. - Поехали! – полицейский тут же вскочил на ноги и, проверив наличие оружия, выбежал следом за напарником в сторону парковки. Это был их далеко не первый выезд на захват преступников, но какое-то беспокойство маленьким червячком завозилось в подсознании Финстока, заставив прибавить скорость и метнуть очередной недоверчивый взгляд в сторону напарника, который, как и всегда, чтобы успокоиться, пересчитывал патроны. - Наконец-то мы поймаем этого, мать его, Стайлза, - вслух твердил себе Бобби до тех пор, пока впереди не показалась заправка. Резко затормозив, при этом, едва не сбив мусорный бак, полицейский вышел из машины, сразу же наставляя ствол в сторону мирно идущего к ним Стилински. Могло показаться, что парень ничего не подозревал и просто решил прогуляться к добрым копам, чтобы поздороваться и поболтать о последнем бейсбольном матче. - Ни с места! – во всё горло закричал Гринберг, только вылезший из машины. В отличие от напарника, он ничуть не счёл ситуацию странной и, сняв пистолет с предохранителя, ринулся вперёд, целясь Стайлзу в грудь. Но тот, казалось, и этого не заметил. Расслабленная улыбка застыла на губах, а в наушниках как раз заиграла любимая песня. - Я выстрелю! Стилински! Лечь на землю и положить руки за голову! – вновь попытался Гринберг, оглядываясь на Финстока, который, вытерев пот со лба, неуверенно кивнул напарнику. Сзади раздался оглушительный визг шин, и кто-то выстрелил. Гринберг вскрикнул и упал на землю, прижав руку к животу. Финсток нацелился на Стайлза, зажмурился и, быстро досчитав до десяти, спустил курок. Впервые пистолет мужчины заклинило. Этих нескольких секунд замешательства хватило, чтобы из остановившейся чёрной машины выскочил человек и, схватив не сопротивляющегося Стилински, запихнул в салон, и они успели скрыться из вида. - Гринберг! – мужчина упал на колени рядом с напарником. – Не смей умирать, Гринберг! Изо рта парня хлынула кровь, пачкая выглаженную этим утром рубашку Бобби и штаны. Силы стремительно покидали молодого полицейского. - Не смей оставлять меня! – Финсток прижал его к себе. – Я… Я ведь не смогу без тебя, Гринберг…

***

(часами ранее)

Дерек чувствовал себя так, словно умирает. Стайлз уже несколько раз менял повязку, но она снова и снова пропитывалась кровью. - Тебе нужно в больницу, - лихорадочно повторял Стилински, гладя Хейла по голове и прикладывая прохладную влажную ткань ко лбу. – Это моя вина. - Нет, - мужчина стиснул зубы и перехватил руку парня, слегка сжав её. Возможно, Хейл сейчас был самым огромным идиотом, но он действительно считал, что возобновившееся кровотечение и жар стоили прошлой ночи. - Нет, Дерек, не смей отключаться! – воскликнул Стайлз, заметив закатившиеся глаза мужчины. – Вспомни, кто ты. Ты ведь никогда не сдаёшься. - Возможно, твой план всё-таки осуществится, - попытки улыбнуться обернулись для Хейла мучительными спазмами в животе. - Пошёл ты к черту, Хейл. Я позвоню МакКоллу. Набрав номер, Стилински принялся тараторить в трубку, размахивая руками и пытаясь что-то объяснить другу, который, очевидно, ничего не понимал. Постепенно голос парня стихал, а вскоре и вовсе перестал звучать, на лице отразилось отчаяние, он лишь прошептал: - Я понял тебя, хорошо. Не волнуйся, Скотт, я разберусь с этим. Ты мог бы приехать через несколько часов? Не сказав больше ни слова, Стайлз положил телефон в карман и взял со стола пистолет. - Что случилось? – спросил Дерек, поднявшись на ноги и, шатаясь из стороны в сторону, попытался подойти к парню. - Всё хорошо, - как-то нервно ответил Стайлз, избегая взгляда Хейла. – Мне нужно отлучиться на какое-то время. - Когда ты вернёшься? – Дерек посмотрел на пистолет, сжатый в руке парня с такой силой, что костяшки побелели. - Если вернусь, - Стайлз взял ладонь Хейла и вложил в неё пистолет, наконец, встречаясь с непонимающим и недоверчивым взглядом мужчины. – Мы не можем полностью подключиться к сети Компании, чтобы отслеживать их действия, но расплывчатая версия нам всё же доступна. Они сменили тактику, Дерек. И, пока я не уверен, что именно они собираются делать, я должен увести их как можно дальше от тебя и Скотта. - Но ты ведь сам сказал, что я важен для Питера и никакая опасность мне не грозит, - возразил Хейл. - Я ведь могу тебе верить, Дерек? - Да, - ответил мужчина, но ответ, запоздалый и напряжённый, не убедил Стайлза. - Просто будь осторожен. Стилински направился к выходу, а Дерек поплёлся к кровати, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Кровотечение, наконец, начало стихать, а боль притупилась. Мужчина так и уснул, прижав одну руку к ране, а в другой крепко сжимая пистолет, зачем-то оставленный ему Стайлзом.

***

На улице уже начинало темнеть, но никаких новостей о Стайлзе или Скотте не было. Дерек неподвижно лежал на матрасе, вслушиваясь в отдалённый одинокий вой койота. Кровь перестала вытекать, но сменить бинты Хейл не смог. Боль возвращалась от одной мысли о том, как он поднимается и, отделяя от раны прилипшие к коже бинты, накладывает новую повязку. Слабость сковала всё тело, но мужчина отчётливо понимал, что должен подняться. Спустя час он всё-таки собрал остатки воли и осторожно встал, дождавшись, пока головокружение прекратиться. Вероятно, за последние дни он успел потерять большую часть своей крови, а всё из-за глупейших человеческих слабостей. Да, крохотное сожаление о том, что он не воспользовался шансом убить Стилински, когда тот залез к нему в лофт, съедало его изнутри, говоря, что если бы не мальчишка, валялся бы он сейчас где-нибудь в пятизвёздочном отеле в одном из самых дорогих европейских городов. Так же Дерек отчётливо понимал, что осознанно выбрал этот жёсткий матрас со скрипучими пружинами, Стайлза, который, вероятно, никогда не сможет полностью довериться Хейлу, и его прикосновения, которые уж точно стоят всей этой боли и крови. А ещё Дерек помнил, что обещал защищать мальчишку. Чувство, что со Стилински что-то случилось, не давало мужчине покоя. Первым делом Хейл направился к вещам Стилински, где отыскал морфин и годовой запас кофе. Немного помедлив, Дерек разорвал упаковку со шприцем и, наполнив его обезболивающим, ввел себе в вену. Плотная дымка окутала мысли, расслабив тело мужчины. Устояв на ногах, он взялся за ноутбук, на котором всё же остались кое-какие данные. Мужчина не спал всю ночь, пытаясь выяснить хоть что-то, при этом тайно надеясь, что Стилински сейчас незаметно подкрадётся сзади, одарив его своей фирменной нагловатой ухмылкой, и накричит за то, что Хейл поднялся и взял его ноутбук. Время близилось к полудню, когда Дерек окончательно убедился, что самостоятельно Стайлз уже не вернётся. Действие лекарства подходило к концу, так что Дерек, не задумываясь, достал новый шприц и вколол морфин. Приятное тепло разлилось по телу, вытесняя боль и придавая мужчине решимости. Он был уверен, что Стилински у Питера, но всё упиралось в то, что парня могли держать где угодно, даже успеть переправить к мексиканской границе. Действие лекарства сказывалось на ясность сознания и вызывало сильную сонливость. Переборов очередное желание зевнуть, Дерек попытался припомнить хоть немного о том, где старший Хейл мог проводить свои последние пытки. На ум сразу взбрели капли крови на воротнике, а вместе с этим крохотные жёлтые пятнышки на пиджаке. - Пыльца, - выдохнул Дерек, улыбнувшись своей догадке. Ему было известно, как она могла оказаться на одежде дяди. В их старом сгоревшем доме, который они не смогли продать и при этом не нашли решимости взяться за ремонт, разрослось некое растение с красивыми цветками, которое за короткий промежуток времени укрыло практически все стены дома. От воспоминаний об этом месте Дерека передёрнуло. Что-то внутри кричало, что Стайлз точно должен быть там, но при всём своём желании, Хейл не был уверен, что сможет заставить себя переступить порог. Но, не смотря на страх перед полуразрушенным домом, другой же голос кричал о том, что нужно наплевать на всё и поспешить, пока не стало слишком поздно. Хейл перебинтовал рану, которая, к слову, выглядела не особо воодушевляющей, и вколол себе ещё морфина, понимая, что без него не протянет и часа, не говоря уже о том, чтобы вести машину или добраться до старого дома. Надев одну из футболок Стайлза, которая оказалась непривычно облегающей, Дерек вышел на улицу. Злобное рычание вырвалось из груди мужчины, когда до него дошло, что Стайлз забрал машину и свой телефон, полностью изолировав Хейла от внешнего мира. Простояв какое-то время на месте и прокляв Стилински всеми возможными способами, Дерек проверил наличие пистолета, который он примотал бинтами к телу, и двинулся вперёд, молясь всем богам, чтобы у него получилось поймать машину. Грузовик припарковался у обочины и призывно мигнул фарами, вернув Дереку надежду. Старый мужчина в заляпанной кетчупом рубашке улыбнулся Хейлу и уточнил, куда именно тому нужно добраться. Всю дорогу до ближайшей заправки Дерек молчал, разглядывая вид за окном. Грузовик стремительно уносил его от того места и воспоминаний о Стайлзе. Грусть нерасторопно опустилась на плечи мужчины, заставляя его снова и снова прокручивать в голове образ мальчишки и ночь, до сих пор будоражащую сознание. - Всё, приехали, - бодрый громкий голос вернул Дерека в реальность. - Спасибо, - пробурчал он и выбрался из кабины, махнув рукой на прощание. Какая-то женщина заправляла бензином машину, к ней и направился Дерек, чувствуя себя при этом самым настоящим преступником, как будто это не Стайлз сбежал из тюрьмы и убил кучу людей, а именно он. Хейлу просто пришлось наплевать на всю мораль и здравый смысл, он понимал, что сейчас от этой хрупкой женщины и её чертовой машины зависела жизнь Стилински и его собственная. - Извините, - Дерек улыбнулся, когда незнакомка доверчиво посмотрела на него, - я собираюсь угнать вашу машину, мне очень жаль, - пробормотал Хейл, вспоминая все приёмы, которым его обучил отец, - вы придёте в себя через пятнадцать минут, ваша машина найдётся спустя сутки. - Что? – только и смогла пролепетать женщина, когда Дерек приложил её головой об колонну. Она тут же потеряла сознание, обмякшее тело упало в объятия Хейла. Мужчина осторожно положил её на землю, возненавидев себя за сделанное и, вытащив ключи из сумки, сел в машину, заводя двигатель. Дерек просто не мог поступить иначе, так как тогда бы полиция настигла его уже через десять минут. А терять время на разборки с копами Хейл точно не собирался. Высвободив пистолет, он кинул его на соседнее сидение и пристегнулся, включив радио и вдавив педаль газа в пол. Дерек выжимал семьдесят миль в час вплоть до своего квартала. Бросив машину, он преодолел насколько улиц и оказался напротив собственного дома. Шум города захлестнул его волной, а запах знакомых улиц напомнил о той жизни, которая была, как показалось мужчине, уже очень и очень давно. «Людской жизни для тебя больше не существует» - раздался в голове голос Стайлза. Оказавшись в лофте, Хейл не смог отказать себе в душе, сразу направившись в ванную. Прохладная вода приятно охлаждала тело, прогоняя сонливость. Проводя руками по телу, намыливая его, Дерек зажмурился, вспоминая прикосновения Стилински. Это было неправильно, совсем неправильно. Запах парня утекал в водосток вместе с мыльной водой. Дерек представил, как то же самое происходит со Стайлзом. Он утекал от него, растворялся. Резко выключив воду, Хейл закутался в махровое полотенце и вышел из ванной. Он был с ним. С ним. Питер не сможет отобрать у него мальчишку, только не сейчас, когда Дерек впервые за долгое время вернул себе чувство привязанности к кому-то. Больше не было того пуленепробиваемого смельчака, который был недосягаем из-за того, что много лет назад исчезло всё, что могло бы причинить ему боль. Дерек создал для себя своё одиночество и жил в нём, как в коконе, потому что ему не нравилось чувствовать себя слабым. Не нравилось вплоть до того момента, как в его машине оказался улыбчивый парень, с громкими самоуверенными заявлениями о том, что Хейл непременно полюбит его. Дерек замер напротив телефона, на котором высветилось несколько голосовых сообщений от Айзека. Мужчина только сейчас осознал, что за все эти дни Питер даже не попытался связаться с ним или дать какие-либо указания. Переборов желание позвонить старшему Хейлу, Дерек направился к книжной полке, высвобождая оружие, которое годами томилось в тайнике, ожидая своего часа.

***

Руки парня связаны над головой, а на теле не видно живого места из-за многочисленных синяков и порезов. - Стааайлз, - медленно растягивая слова, произнёс высокий накаченный парень с бейсбольной битой в руках. Он приподнял безжизненно склонившуюся голову за подбородок, приводя Стилински в чувства. - Ты хоть играть умеешь? Стилински вскрикнул, когда бита с размаху врезалась в несколько часов назад сломанные рёбра. - Если одно из рёбер проткнёт лёгкое – я умру, - он всё ещё пытался шутить, изо всех сил заставляя себя дышать, забыв о боли. – Разве Питер одобрит это? - С чего ты взял, что Питеру есть до тебя дело? - А разве я не прав? – Стилински с презрением посмотрел на своего собеседника, который торчал с ним уже довольно долго. Грубые пальцы коснулись ссадин на спине, и Стайлз поморщился, сжав кулаки. Ладони опустились ниже, сжав ягодицы. - Прекрати, - Стилински готов был умолять этого придурка, лишь бы тот остановился, - пожалуйста. - Что, не нравится? – голос насмешливый и едкий, от такого хочется спрятаться, вжаться в угол и больше никогда не открывать глаз. – Я думал, такие шлюхи как ты, Стайлз, любят, когда с ними вытворяют подобное, - парень ударил Стилински по заднице и снова взял в руки биту, любуясь засохшей на ней кровью. Новая порция ударов обрушилась на парня, заставляя его дёргаться и кричать. Он уже тысячи раз успел пожалеть, что не попрощался с Дереком. Стайлз чувствовал, как с годами неправильно сросшиеся кости ломали заново, обещая ещё больше бессонных кошмарных ночей. Отключаясь на очередные десять секунд, прежде чем парень, его звали Фрэнк, снова насильно приведёт его в чувства, Стайлз оказывался в шкафу, избитый и терзаемый людьми Питера. Ужас сковывал тело юноши и на этот раз он знал, что открыв глаза, он не увидит Скотта с его извечным беспокойством, а лишь Фрэнка, который в тысячи раз злее и фантазия которого куда изощреннее, чем у тех, кто пытал его в прошлый раз. Но Стилински был готов вытерпеть всё это, сжав зубы и отсчитывая секунды до того, как снова потеряет сознание. Мысль о том, что МакКолл и Дерек сейчас в безопасности, давала ему необходимые жизненные силы. Эта мысль не позволяла ему перестать надеяться. До тех пор, пока Фрэнк не прошептал ему на ухо, снова касаясь своими мерзкими пальцами истерзанного тела: - Твой друг у нас, Стайлз. И тогда Стилински вновь закричал. Так громко, что голос эхом отскакивал от стен, стремясь вырваться наружу. По щекам побежали слёзы, смешиваясь с кровью из рассечённой брови. На языке Компании «у нас» могло означать только одно. «Он умрёт, он умрёт, он умрёт» - напевал противный голосок, заставляя сердце парня колотиться в бешеном ритме. Скотт. Его лучший друг. Его чёртов лучший друг, единственный, кто заставлял Стилински держаться на плаву, балансируя между разумом и местью. - Убей меня, - выдавил Стилински, с ненавистью глядя на парня, который к этому моменту успел сменить биту на электрошокер. - Не сегодня, - Фрэнк обнажил маленькие жёлтые зубы в улыбке и рассмеялся, глядя, как Стайлз содрогается, когда электричество проходит по телу. Перед глазами потемнело. Стайлз окончательно потерял ту тонкую грань между реальностью и тем, что выдаёт ему подсознание. До парня донеслись выстрелы и крик, едва слышимый из-за его собственного. Стилински показалось, будто он увидел, как дверь сорвалась с петель и отлетела в сторону. Показалось, будто Дерек зашёл в комнату, сжимая в руках ножи. Парень истерически рассмеялся, он отчётливо помнил, в каком состоянии был Хейл, когда Стайлз в последний раз видел его. Мужчина просто никак не мог так быстро исцелиться, и уж тем более найти Стилински в этом Богом забытом месте. Лезвие врезалось точно между глаз Фрэнка и тот упал на пол. Ужас навсегда запечатлелся на его лице. Сильные руки высвободили Стайлза, всё ещё уверенного, что происходящее нереально. - Мне нравится этот кошмар, - прошептал Стилински, хватаясь за Дерека как за спасательный круг. Хейл обеспокоенно посмотрел на него. Стайлз выглядел настолько хрупким и искалеченным, что мужчина боялся лишний раз прикоснуться к нему. - Дерек, - продолжил Стайлз, до боли сжав руку мужчины, испачкав её в своей тёплой липкой крови. По щеке парня скатилась слеза, и он крепко зажмурился, - у смерти твои глаза.