Protegez-moi de mes desirs

Сохрани мою тень. Эту надпись не нужно стирать. Все равно я сюда никогда не приду умирать, Все равно ты меня никогда не попросишь: вернись. Если кто-то прижмется к тебе, дорогая стена, улыбнись.

- Его держат здесь, - Стайлз пальцем указал на точку на карте, помеченную крестиком, - предположительные посты охраны я отметил кружками. Там есть подсобка, в ней сидит человек, следящий за мониторами, его нужно ликвидировать первым. Дерек, ты ведь справишься с этим? Хейл утвердительно кивнул, внимательно изучив план. На карте, помимо кружков и креста, было множество других разноцветных знаков, но Дерек решил не забивать сейчас голову лишней информацией. Всё было продумано до мелочей. Мужчину даже удивило, как Стайлз справляется с таким обилием деталей и мелких подпунктов, которые до назойливого гудения в ушах напоминали рой мух. - Я хочу, чтобы ты надел бронежилет, - Стилински заглянул в комнату, где переодевался Дерек. - Ты ведь знаешь, что это не сильно поможет мне? – мужчина нахмурился, но всё-таки взял протянутый ему жилет. - Так мне будет спокойней. Хейл презрительно хмыкнул и замер, почувствовав, как дрожащие, покрытые синяками руки обняли его сзади. Губы Стайлза коснулись кожи на шее, заставив мурашки пробежаться по напряжённой спине. - Как только закончишь, немедленно уходи. Садись в машину и уезжай, туда, где тебя никто не найдёт, - прошептал Стилински на ухо мужчине, повесив на его шею цепочку с крохотным серебряным ключом. – Воспользуйся им, когда я подам тебе знак. - Стайлз… - Дерек развернулся и посмотрел Стилински в глаза, так же, как сделал это в прокуренном баре при их первой встрече, только на этот раз пухлые губы хотелось поцеловать в десятки раз сильнее, а карие глаза пленили, умоляя остаться. - Тише, - парень сделал шаг назад, спрятав руки в карманы красной байки, - пора выдвигаться, старина Скотти уже заждался нас. Стайлз с улыбкой посмотрел на сидящего рядом Дерека, который был слишком напряжён и погружён в собственные мысли, чтобы обратить внимание на парня. И это, как подумал Стилински, было даже к лучшему. Сердце учащённо билось, а руки вцепились в руль. Стайлзу так хотелось почувствовать облегчение, хоть какое-нибудь подобие счастья, ведь совсем скоро он наконец-то дорвётся до своего лучшего друга, но внутри была лишь пустота. Он чувствовал, что приближался конец. Конец, который сожжёт всё дотла, и на этот раз пепел не будет значить никакой чёртовой новой жизни. Стилински знал, что не заслужил прощения. Он не был достоин второго шанса. И, как всегда, в те моменты, когда тёмный Стайлз нужен был ему сильнее всего, Стилински оставался один, как жалкий мальчишка, бившийся с собственными кошмарами каждую ночь, пытаясь запереть эмоции. То, что контроль переоценивают, Стайлз успел понять уже давно. Машина остановилась неподалёку от инфекционной больницы, заброшенной несколько лет по непонятным причинам. На ограждённой территории располагалось несколько миниатюрных коричневых корпусов, соединённых под землёй коридорами, от которых шло множество разветвлений с помещениями для персонала, хранения медикаментов и аппаратуры. В одной из таких комнат они и держали Скотта. Стилински уверенно двинулся вперёд, сжав в руке револьвер – его первое оружие, подаренное Крисом Арджентом. Уверенность неизменно вышагивала следом, прибавляя Стайлзу сил двигаться дальше. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы удостовериться, что Хейл также был рядом, был с ним, частью этого дела. На Дереке был чёрным костюм, каким-то чудом отстиранный от крови. Самому мужчине ситуация напоминала заседание суда, когда ладони начинают потеть, а лицо обязано неизменно сохранять холодное и беспристрастное выражение. Он пытался не думать о том, что как только закончит с этим, ему придётся уйти, и даже не потому, что Стайлз настаивал, а из-за его упрямой, эгоистичной натуры, не позволяющий признаться в диком влечении к этому одержимому планом юноше. Проникновение внутрь оказалось успешным. Напоследок встретившись взглядом со Стилински, Дерек выбросил вперёд дымовую гранату, скрывшись за белоснежной пеленой, подобно туману вмиг окутавшей петляющий коридор. Стайлз завернул за угол и, вжавшись в стену, принялся считать. После нескольких выстрелов и предсмертных криков, шум прекратился, тишиной ударившись об сознание парня. У него загудело в ушах. Внутри кричало, что что-то идёт не так. Оторвавшись от стены, Стилински на ватных ногах направился вдоль медных, покрывшихся ржавчиной труб, пытаясь воссоздать перед собой изображение карты. Несколько раз свернув не туда, пройдя мимо подозрительно пустующих комнат, Стайлз замер, судорожно хватая ртом воздух. Дверь перед ним приоткрылась, пропуская в вытянутую по форме серую комнату с сидящей на полу фигурой у дальней стены. - Нет! – собственный крик показался Стайлзу оглушительным, но на деле это едва походило на шёпот. – Нет, нет, нет, нет. Стоило парню отойти от двери, как она с грохотом захлопнулась за его спиной. На стенах вспыхнули экраны, множество телевизоров различных размеров, заполнивших всё помещение. Не выдержав, Стилински выставил руки перед собой и прицелился в появившуюся фигуру Питера. Сноп искр и шум разбитого монитора заставили парня отшатнуться. Он собирался выстрелить снова, когда голос старшего Хейла заговорил с ним. - Не нужно, - мужчина улыбнулся Стилински отцовской улыбкой, от которой Стайлзу захотелось плюнуть ему прямо в самодовольное лицо, - пуль едва хватит на половину. Я бы на твоём месте остановил внимание на Скотте. Разве ты не скучал? Стайлз выстрелил, представив, как глава Компании разлетается на мелкие кусочки. - И всё-таки некоторые вещи не меняются, - в руке Питера появился бокал вина, которой он нерасторопно поднёс ко рту и сделал глоток. – Давай я пока расскажу тебе о том, что мы сделали с ним. Парень едва сдержал себя, чтобы не выстрелить снова и наконец-то зашагал навстречу неподвижному телу. На секунду ему показалось, что МакКолл мёртв, однако грудь друга медленно и равномерно вздымалась с каждым вздохом, снабжая лёгкие кислородом. - Насколько тебе известно, фармацевтика Компании крайне развита, позволяя нашим учёным создавать невиданные препараты, способные влиять на различные отделы… Голос закряхтел и с последним протяжным визгом умолк – Стайлзу сквозь пелену отчаяния удалось разглядеть единственный динамик, в который он незамедлительно выстрелил, не дав Хейлу договорить. Изображения больше не волновали его. - Скотт, - Стилински упал на колени перед другом, - это я, Скотт, всё закончилось. - Не нужно было тебе приходить, - голос МакКолла был охрипшим и слабым, так звучал голос человека, потерявшего всякую веру, - но я так надеялся на это. Надеялся… Скотт почему-то рассмеялся и неожиданно схватил Стайлза за руку. Прикрытые прежде глаза распахнулись и уставились в сторону Стилински. Слепые глаза с белоснежными радужками. Стайлз почувствовал, как к его собственным глазам подступили слёзы и сильнее сжал ледяные пальцы друга. - Прости меня, - выдавил из себя он, опустив голову на колени Скотта, давя в себе рыдания, - прости меня. - Я не чувствую, - Скотт нащупал голову Стилински и погладил его по волосам, пытаясь утешить, - я больше ничего не чувствую. Это пустота. Везде пустота, Стайлз. Помнишь, когда-то возле старого склада я сказал тебе, что как только они смогут контролировать чувства и уничтожать их, война будет безуспешно проиграна? Они сделали это. Я совсем ничего не чувствую. Ни любви, ни привязанности, ни боли, ничего. С каждым днём я терял часть себя. Этим утром мои нервные окончания начали атрофироваться, медленно, так безнадёжно медленно. Моё тело предало меня. Стайлз? Стилински прижался к другу, крепко обхватив заметно похудевшее тело руками. Это было так знакомо, слишком знакомо. Маленький мальчик внутри него кричал и плакал: «Пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня одного. Я так боюсь темноты. Не оставляй меня одного». Он не мог потерять его, свой единственный свет, равновесие, лучшего друга, который в детстве обвязал вокруг хрупкого Стайлзова запястья зелёную ленточку и с улыбкой заявил: «Теперь ты мой лучший друг». - Всё будет хорошо, - Стайлз коснулся ладонью впалой щеки, заглянул в кардинально изменившиеся глаза и повторил фразу снова, скорее убеждая самого себя. - Не смей винить себя, слышишь? Обещай мне, что не будешь винить себя. Я хочу, чтобы ты жил дальше, Стайлз Стилински. Ты должен. Обещаешь мне? - Обещаю, - выдавил Стайлз, борясь с приступом паники. - Всё будет хорошо, верно? – уголки губ МакКолла дрогнули, но улыбнуться у парня так и не получилось. – Сделаешь для меня кое-что? Я хочу выйти наружу, почувствовать ветер и тёплые лучи солнца, хочу нащупать траву. Сидеть под землёй так утомительно. - Конечно. Стилински тут же вскочил на ноги и помог подняться Скотту, который едва смог устоять на ногах и вцепился в плечо Стайлза. Путь на поверхность показался обоим невыносимо долгим. Стайлз всё время бормотал что-то, таща друга за собой, а тот лишь сильнее хватался за него, напоминая самому себе, что всё ещё жив. Солнце ослепило Стайлза, и он прищурился, опустив друга на траву. После искусственного освещения «больничного подземелья», мир показался Стилински совершенно чужим. Слишком яркий, слишком солнечный. Он просто не понимал, как такое возможно: тело его единственного друга вот-вот полностью откажет, а всё вокруг продолжает жить. Это было огромной несправедливостью. Почему Питер продолжает купаться в деньгах и власти, а этот светлый и добрый парень лежит на земле, пытаясь сохранить в памяти остатки жизни. Скотт не заслужил этого. Стайлз должен был быть на его месте. - Хэй, - голос друга вырвал Стилински из размышлений, - как ты? - Почему ты спрашиваешь? – парень лёг на траву рядом с МакКоллом, переплетя их пальцы. - Потому что это важно? – Стайлз представил, как Скотт сейчас забавно вздёргивает бровь и улыбается. – Потому что это всё ещё имеет смысл? - Ты слишком хороший для этого мира, - Стилински не смог сдержать улыбки. - Окажешь мне ещё одну услугу? – голос Скотта стал серьёзным и Стайлз почувствовал, как его пальцы заметно напряглись. - Да.. - Выстрели. - Что? – Стайлз резко поднялся и с непониманием посмотрел на расслабленного МакКолла. - Прямо сюда, - Скотт указал на своё лицо, - выстрели. - Нет. - Пожалуйста. - Если они смогли сделать это, то я уверен, что у Компании должен быть антидот. Я попрошу Дерека помочь мне. Вместе мы заставим их вылечить тебя. - Хейл всё ещё с тобой? - Да, - Стилински качнул головой, не найдя в себе сил ответить правду. - Я рад. Ты должен держаться его, Стайлз, потому что ничто не сравнится с силой человеческой любви. Потому что когда я исчезну, ты не останешься одинок. Теперь Дерек твоя опора. - Я не позволю тебе исчезнуть! - голос Стайлза сорвался на крик и он вцепился пальцами в волосы, заставив отбросить всякую мысль о том, чтобы достать револьвер и выполнить просьбу. - Я хочу умереть собой, пока я – всё ещё я. Пожалуйста. Стайлз затрясся всем телом и снова прижал к себе друга, утыкаясь носов в его шею, вдыхая такой родной и любимый запах. Слёзы выступили на глазах, и он зажмурился, подумав о том, что происходящее слишком походит на прощание. - Ты можешь сделать это, - прошептал Скотт ему на ухо, сминая пальцами байку, ласково поглаживая друга по спине. - Ты мой лучший друг навсегда, - сказал ему Стилински, отстраняясь и всё-таки вытаскивая револьвер. Поднявшись на ноги, он снял оружие с предохранителя и прицелился в голову МакКолла, который, к огромному удивлению Стайлза, всё-таки смог улыбнуться. Мёртвые глаза встретились со взглядом Стилински. Это было так невыносимо - смотреть в них, не находя прежнего живого и весёлого блеска. - Навсегда, - произнёс Скотт. - Прощай. Хейл только выбрался наружу, смахивая с себя пыль обсыпавшейся штукатурки, когда поблизости раздался одинокий выстрел. Мужчина немедля ринулся туда, забыв о том, что Стайлз говорил ему уезжать. На земле лежал парень, когда-то спасший жизнь Хейлу, а над ним замер Стайлз, сжав в руке револьвер. Не говоря ни слова, Дерек опустил руку ему на плечо, от чего Стилински вздрогнул, но не обернулся. - Отвези меня домой, - попросил он безжизненным голосом, как будто это ему в голову только что прилетела пуля. - Хорошо, - машинально ответил Хейл. Сам Стилински уже давно потерял любое место, которое можно было бы назвать домом, парню просто хотелось оказаться в безопасности, там, где никто больше не умрёт. - Но сперва его нужно похоронить, - Стайлз обернулся и посмотрел на Дерека красными заплаканными глазами. - У нас нет времени и инструментов. Я думаю, что это ловушка, Стайлз. Нам нужно уходить. - Думаешь, Компания с почестями похоронит его? Закажет гроб и красивую надпись на могильной плите? Тело моего отца даже не потрудились развязать, просто бросили в яму, как мешок, никогда не бывший человеком, никогда не живший и не любивший, а после засыпали землёй, громко гогоча и перешучиваясь о том, как отправятся в паб выпить по пинте пива. - В одном из корпусов обрушилась стена, - задумчиво сказал Хейл, всё-таки сдавшись, - можно принести камней и положить сверху цветов. - Спасибо, - Стилински улыбнулся ему, подумав о том, что Скотт, возможно, ни на секунду не ошибся насчёт Дерека. Когда с могилой было покончено, и они уже направлялись к дырке в заборе, Стилински напоследок обернулся, бросив взгляд на покоившееся под насыпью из камней и цветов тело друга. Ему не верилось, что теперь Скотт навсегда останется там, больше никогда не ворвётся в комнату, шутливо не потреплет его по волосам, не поддержит в те моменты, когда сильнее всего хочется выстрелить себе в голову или же перестрелять всех вокруг. Никогда больше… Стайлз впервые позволил Дереку вести машину. Прижавшись лбом к стеклу и неотрывно смотря на дорогу перед собой. Начался дождь. - Останови здесь, - попросил парень, когда они проезжали посреди глухой местности. Поблизости не было ни единой постройки, но Хейл всё-таки затормозил, тяжело вздохнув и с горечью посмотрев на Стилински. - Хочешь, я останусь? – скорее прозвучало как надежда, негласная просьба сильного Дерека Хейла, понимающего, что Стайлз сейчас просто не сможет выкарабкаться в одиночку. - Нет, - Стилински соврал, уверенный, что всё делает правильно, - Дерек, ты всё ещё хочешь знать, какую правду скрывает от тебя Питер? – дождавшись согласного кивка, парень продолжил. – Ты когда-нибудь задумывался о том, почему загорелся ваш дом? Ну, в самом деле, не мог же он просто так вспыхнуть, объятый ярким пламенем. - Я думал о поджоге, но… - И Питер, оставшийся целым и невредимым, убедивший тебя выбраться из дома за несколько минут до случившегося. А после Компания перешла в его руки. - Зачем ему я? – Дерека буквально затрясло от злости. - Твой дядюшка печется не только о настоящем, но и весьма продуктивно заглядывает в будущее. Кому перейдёт Компания после его смерти? Вот тут Хейлу и понадобится наследник, а так как сам он бесплоден, его любимый племянник оказался лучшей кандидатурой. Правда, уже позже он убедится, что тебе была предначертана совершенно иная роль. Ты не спасение Компании, ты – погибель. Как только ты расстегнёшь мою «бомбу», сигнал перейдёт уже к настоящей, убив при этом систему безопасности, и спустя несколько часов Компания взлетит на воздух из-за заложенных под ней тонн динамита. Ну а теперь, нам с тобой пора распрощаться. Подавшись вперёд, Стайлз коснулся губами щеки мужчины. А после, оставив обескураженного Хейла в машине, он приоткрыл дверцу и бесшумно выскользнул под проливные капли дождя, которые спустя несколько метров полностью окутали его фигуру, укрыв от глаз Дерека.

Человек - это шар, а душа - это нить, говоришь. В самом деле глядит на тебя неизвестный малыш. Отпустить - говоришь - вознестись над зеленой листвой. Ты глядишь на меня, как я падаю вниз головой.

Бродский "Письма к стене"