Protegez-moi de mes desirs

Мысли о плане всегда успокаивали Стилински. Ему нравилось представлять его механизмом, огромной машиной со стальными болтами, способной в правильных руках повлиять на ход событий. Сперва сложный и запутанный, теперь практически подведённый к своему завершению, он заставлял парня вздрагивать всякий раз от сладкой истомы, напоминая о том, что Стайлз справился, что его отец, Крис Арджент и Скотт наверняка гордились бы им. Стайлз улыбнулся, запустив камень в реку. Ему было зябко и довольно холодно. Он кутался в испачканную, промокшую от дождя байку, напоминая себе жалкую утку, проплывшую только что под мостом и возмутительно крякнувшую, когда Стилински бросил камень и в неё. После того, как Стайлз оставил Хейла одного на дороге, он всё время скитался по улицам. Не потому, что ему было некуда идти – для парня не составило бы огромного труда найти заброшенное здание, чердак или просто вспомнить давно забытого знакомого и пригрозить ему оружием, – Стайлзу хотелось затеряться во всех смыслах этого слова. Если он будет постоянно передвигаться и спать не больше двух часов, играть в невидимку получится немного дольше. Первое время Стайлз довольно часто думал о том, чем занимается Дерек, вспоминает ли он его, отправился ли он к Питеру, чтобы разобраться со всем раз и навсегда, ненавидит ли он Стилински, скучает ли по мальчишке, который перевернул его спокойную, счастливую жизнь с ног на голову. Однако тщательно вдолбленные в голову "нельзя" и "план" справлялись успешно. В животе парня назойливо заурчало, напомнив о том, что Стайлзу было бы неплохо наконец-то что-нибудь съесть. Запихнув руки поглубже в карманы, почувствовав, как покрасневшие от холода пальцы постепенно согреваются, Стилински опустил голову, уставившись на испачканные носки кед, и направился прочь от этого моста и зелёной воды в реке со слишком ленивым течением и уродливыми облезлыми утками. Стайлз позвонил Хейлу из таксофона. Крепко сжав трубку в одной руке, пальцами другой он стучал по стене, вслушиваясь в равномерные, ужасно раздражающие гудки. Мужчина ответил только с пятого раза, когда Стилински успел перенервничать настолько, что едва не сорвался с места, чтобы броситься разыскивать Дерека. Он не видел его всего несколько дней, но стоило парню услышать знакомый голос, как обычно слишком серьёзный, занятой и недовольный, это время для Стайлза обернулось годами. - Привет, - хрипло и слишком поспешно выдавил он, рассеянно улыбнувшись, представив зелёные глаза Хейла и тут же выругав себя за это, напоминая, что в его жизни нет места подобным людским слабостям. - Стайлз? Стилински замялся, борясь с самим собой, чтобы не спросить, как у него дела, чем он занимается и о чем думает. Он даже не позволил себе сказать что-то вроде: «Будь осторожен, большой хмурый парень». - Через несколько часов, - сжав кулаки, сказал Стайлз и шумно выдохнул, услышав звуки радио на том конце провода. - Спустя какое количество времени здание взорвётся? – голос стал тише. Стилински представил, как мужчина уходит в другую комнату, подальше от постороннего шума и прислоняется к стене. - Тридцать минут. - Хорошо, - слышится шелест бумаги и Стилински напрягается, пожалев о том, что сейчас не может оказаться рядом, пристегнуть Хейла к чему-нибудь и запретить выходить из безопасного места, пока всё не кончится. – Стайлз? - Что ты задумал? – злобно прошипел парень, злясь отсутствию контроля. - Ничего, - тут же донёсся ответ, - я сделаю всё так, как ты сказал. - Какой послушный. - Стайлз… Голос стал совсем мягким, обволакивающим, прямо как тёплые руки, обнимающие холодной ночью, пока ветер завывает под окнами и корявые ветви деревьев царапают стены. Стайлз зажмурился, не в силах сказать о том, насколько сильно он будет скучать по Дереку. - Не нужно, Хейл. Пожалуйста, не нужно. Человека во мне давно не существует. Я лишь часть плана, придуманного ещё до меня, я просто деталь и не имею права ослушаться. Поэтому расстегни браслет и поджарь всех ублюдков к чёрту. И, так и не дав Дереку сказать, он сбросил вызов, всё ещё держа трубку у уха и вслушиваясь в участившиеся гудки. А всё потому, что он боялся. Стилински ужасно боялся того, что мог сказать ему Хейл. Слов, которые бы с силой впечатались в сознание, обжигая и свидетельствуя о том, что парень вовсе не бесчувственный. - Молодой человек, вы закончили? – рядом остановилась пожилая женщина и уставилась на Стайлза маленькими чёрными бусинками глаз. - Ещё один звонок, - Стилински даже не взглянул на неё, опуская монеты в отверстие и набирая нужный номер, который давно успел выучить наизусть. На этот раз ответили сразу же, как будто только и делали, что ждали у телефона его звонка. - Надо же, - усмехнулся Стайлз в трубку, бросив короткий взгляд на внимательно изучающую его старушку, - твоему племяннику следовало бы поучиться умению быстро отвечать на звонки. - Здравствуй, Стайлз. - Питер, - стянув капюшон, парень посмотрел вверх и помахал рукой в сторону камеры видеонаблюдения, - я передаю тебе пламенный привет от Скотта. - Весьма неразумно явиться прямо под окна Компании, если ты, конечно, не жаждешь встречи со мной. - В 16.30 на крыше соседнего здания. Извини, закат тебе показать не успею, но будет кое-что получше. - Я ждал этого момента. Давно нам следовало со всем разобраться раз и навсегда. - Боюсь, «навсегда» в наших представлениях совершенно не совпадает. Приходи один. Стайлз сбросил и повернулся к женщине с широкой улыбкой на лице. - Стайлз Стилински, - он протянул ей руку и пожал с неохотой и большим сомнением протянутую ему в ответ маленькую морщинистую ладошку. Женщина насторожилась, но старческое любопытство не позволило ей уйти прочь прямо сейчас, не выслушав Стайлза, который учтиво ожидал её согласного кивка, чтобы продолжить. - Не окажите мне услугу? Позвоните в местное отделение полиции и попросите Бобби Финстока к телефону. Скажите ему, что время пришло и сегодня вечером здесь будет крайне жарко, а его дорогой беглый друг предлагает захватить солнцезащитные очки и присоединиться к нему на крыше. Вы всё запомнили? Женщина озадаченно кивнула головой несколько раз и взяла протянутые ей деньги. - Берегите себя, - Стилински ловко поменялся с ней местами, уступив место у таксофона, натянул капюшон на голову, скрыв своё лицо, улыбка с которого тут же бесследно исчезла, и скрылся в толпе.

***

Стайлз поднялся на крышу и замер у самого края, крепко сжимая в руке пистолет. В запасе оставалось десять минут. Стилински, поддавшись какому-то сентиментальному, драматическому порыву, решил задуматься о своей никчемной жизни, потраченной не самым подобающим образом. Здесь, наверху, ветер разыгрался не на шутку, завывая и с силой ударяясь о тело парня, заставляя его податься назад, чтобы раньше времени не свалиться в бездну. В соответствии с планом, десять минут назад Дерек провернул ключ в замке и бросил браслет на кровать, потирая слегка покрасневшее запястье. Прямо сейчас, в этот самый момент, пока Стилински самозабвенно глядел вниз на крохотных человечков, мельтешащих и даже не подозревающих, насколько ценны эти мгновения их жизней, которые они так бездарно тратят, в здании напротив, в самом центре Компании, отказала система безопасности. Спустя ещё двадцать минут Компания должна взорваться прямо на глазах Питера Хейла. Примерно в это же время предусматривалось появление одного полицейского, которому по воле случая выпала своя собственная роль. Конечно же, Стилински и не думал собственными руками убивать Питера, потому что когда убивали отца, он лишь руководил, молча наблюдал со стороны, отпивая своё чёртов коньяк из дорогого бокала. Вот и Стайлз решил поступить так же, выудив не самого примитивного копа, который точно со временем пришёл бы к ответу сам и вышел на верный след. Вот только план не был рассчитан на выживание крохотного механизма, запустившего его. В план не входила жизнь Стайлза Стилински. Маленького злого гения, пожертвовавшего собой. Мысленно он называл себя мстителем, который должен войти в историю. Идея, которой он подарил себя целиком, должна была войти. Идея мальчишки, который настолько любил своего отца, что уничтожил целую империю, стремящуюся со временем поглотить весь мир. Вот только он так и не смог спасти тех, кого любил. Стайлз думал, что это стоит того. Идея, не способная любить, чувствовать, привязываться и ценить, стоила того. - Возможно, в самом конце ты потеряешь всё, - сказал как-то Крис, протянув Стилински бутылку виски. - Я не допущу этого, - и Стайлз правда искренне верил, что не допустит. Боль от потери отца тогда была настолько сильной, как зияющая, рваная рана, что Стилински казалось, будто он умрёт на месте, если потеряет кого-нибудь ещё. - А если они будут мешать тебе? Если сам план будет под угрозой, если только кто-то из них не впутается в это? Ты останешься совершенно один. Но я знаю, что ты достаточно сильный, чтобы справиться с этим. Парень тогда так и не нашёлся с ответом, но подсознательно догадывался, что, скорее всего, именно это и произойдёт. И теперь больше не было Скотта. Не было Криса, который, наплевав на все своим убеждения, отдал свою жизнь взамен на жизнь человека, которого, как ему казалось, любил. Стайлз сам отказался от Дерека, зная, что граничившее с безумием одиночество лучше мёртвого тела любимого человека. Позади послышались шаги, но Стилински не обернулся. Кроме Питера некому было оказаться здесь. Мужчина остановился рядом, достав сигарету, и обратился к Стайлзу: - Зажигалки не найдётся? - Конечно, - парень обернулся, заглянув в смеющиеся глаза человека, уничтожившего его жизнь. Самого парня буквально трясло от сковавшего напряжения из-за близости Хейла. - Как поживает Дерек? - Ненавидит тебя всей душой. Но ты ведь и прежде догадывался, что он не такой, как ты. Как и о том, что глава Компании из тебя вышла довольно паршивая. Питер ничего не ответил, выпустив дым Стилински в лицо, а после добавил, поправив воротник серого плаща: - Ветер сегодня сильный. Докурив, Хейл отошёл назад. За спиной щёлкнул предохранитель, но Стайлз так и не сдвинулся с места. Взглянув на собственный револьвер, он вытащил из барабана все пули и, на секунду сжав их в ладони, выбросил вниз, проследив за тем, как крошечные серебряные точки стремительно исчезли. - Я не стану стрелять тебе в спину, - заметил Питер, склонив голову набок. - Тебе следовало сделать это раньше, - Стилински медленно развернулся, подняв карие глаза на мужчину и раскинув руки в стороны, - ну давай же, я знаю, тебе есть, что мне сказать. Я так долго ждал этого момента. - Может Дерек и разглядел в тебе что-то светлое, но ты чудовище, такой же холодный внутри, как я. Стайлз покачал головой и подошёл к мужчине, настолько близко, чтобы дуло пистолета упёрлось в его грудь, неприятно надавив на сломанное ребро. - В твоём гениальном плане была брешь с самого начала. Нельзя уничтожить Компанию, убив её членов, добравшись до меня. Компания всегда будет существовать. И никакому жалкому отпрыску Джона Стилински не удастся её уничтожить. От отца тебе достались мозги, но в тебе нет силы, - Питер выдавил жалостливую улыбку, - ты слабый, твой глупый план питался тобой, а когда ты поймёшь, что всё это было впустую, то просто сойдёшь с ума. - Её можно взорвать, вместе со всеми разработками, документами и людьми, которых ты выискивал и подчинял себе годами. - Компания неприкосновенна. - Взрывчатка внутри так не думает. Питер опустил указательный палец на курок и прищурился, со злостью взглянув на Стайлза, который уже мысленно прикидывал, успеет ли мужчина убить его прежде, чем здание взорвётся. Но тут Хейл совершенно обескуражил его. Протянув руку, он коснулся лица Стилински, провёл холодными пальцами по разбитой ещё в сгоревшем доме Хейлов брови, только начавшей заживать, погладил большим пальцем выступающую скулу и остановился на губах, задумчиво заявив: - Я думал оставить тебя себе в тот день, когда умер твой отец. Ты казался таким красивым, искалеченным и брошенным, покинутый всеми мальчишка. Но мысль о том, что ты слишком слабый, чтобы дожить до утра, чтобы стать моим приемником показалась верной. Но я ошибся, с самого начала ошибся. Заметь я тогда эту крошечную деталь, возможно, сейчас никому из нас не было бы о чем сожалеть. - Ты просто идиот, Питер, - Стилински криво усмехнулся и тут же отпрянул он руки мужчины, - твоё время подошло к концу. - Ни один Хейл не выживет сегодня. - Что? – Стайлз ошарашено уставился на Хейла, готовый броситься на него и скинуть с этой чёртовой крыши, атмосфера которой начинала сильно нагнетать. - Дерек никогда никого не слушает. Его машина остановилась у главного входа две минуты назад. А ты ведь знаешь, что во время сбоя в системе безопасности все двери запечатываются? Никто не выживет. Стилински схватился за голову и с силой надавил на виски. Он задышал часто и прерывисто, пытаясь найти в подсознании хоть что-нибудь, способное остановить приступ паники. - Думаю, куда более жестоким поступком будет оставить тебя в живых. Ты был занозой в заднице на протяжении всех этих лет, Стайлз. Ну а когда все твои друзья и враги окажутся мертвы, тебе не останется ничего, кроме как мучиться всю оставшуюся жалкую жизнь или покончить с собой. - Стоять, Питер! – голос Бобби Финстока застал Хейла врасплох. Мужчина непонимающе обернулся, не подумав опустить пистолет, отчего полицейский воспринял безобидный жест как попытку противостоять и незамедлительно выстрелил Хейлу в грудь. Посмотрев на алые капли крови на своих пальцах, Питер почему-то рассмеялся. - Вот ты и убил меня, Стайлз Стилински, - не в силах стоять на ногах, мужчина рухнул на колени, покорно опустив голову. - Наслаждайся, - его собственная рука поднесла пистолет к виску и спустила курок. Только Стайлз уже не смотрел. Бросившись со всех ног к выходу, он с трудом избежал столкновения с Финстоком, который даже не попытался остановить его, понимая, что это единственное верное решение. Стилински едва успел оказаться на улице, когда его с силой отбросило назад взрывной волной, впечатав в стену. Повсюду слышался крик и шум беготни. От части здания на поверхности не осталось практически ничего, но Стайлз был уверен, что спрятанные глубоко под землёй лаборатории слабо пострадали, так как в то время, когда они с Крисом устанавливали взрывчатку, маскируя её и делая так, чтобы никто ничего не заподозрил заранее, им не удалось пробраться туда. Парню очень хотелось думать, что Хейл каким-то чудом мог оказаться там в момент взрыва. Но, когда он с огромным усилием воли поднялся и увидел, как приехавшие спасатели начали вытаскивать обгоревшие тела, всякая надежда покинула его. Первым делом Стилински ринулся к главному входу, натыкаясь на проходящих мимо зевак. Люди останавливались, чтобы взглянуть на здание Компании, превратившееся в огромного полыхающего монстра, не обращая внимания на предупреждения о возможном повторении взрыва. Стайлз не знал, что ему нужно делать. У него не было плана. У него ничего не было. Он знал лишь то, что если Дерек действительно там, то парень никогда себя не простит. Может идея и не могла ничего чувствовать, но Стайлз мог. И в этот самый момент он мог пойти на что угодно, лишь бы увидеть Дерека снова. На глаза мальчишки навернулись слёзы, когда он, в самом деле, заметил помятую чёрную Camaro, на крышу которой упал выброшенный из разбитого окна сейф. Стайлз не спеша подошёл к машине, приложив ладонь к потрескавшемуся стеклу. - Прости меня, - прошептал он, опускаясь на землю от бессилия, понимая, что, возможно, смысла вставать уже нет. Стилински просидел так около часа, напоминая маленького ребёнка, потерявшего своих родителей и без конца ждущего, отказываясь поверить в то, что они уже не придут. Женщина из скорой помощи принесла ему плед и предложила проехать в больницу, но Стайлз отказался. Он спросил, не видели ли они темноволосого мужчину лет тридцати в деловом костюме. - Его зовут Дерек Хейл, - повторял парень каждому, кто заговаривал с ним или предлагал помощь, - он был в здании, когда всё произошло. В ответ Стайлз натыкался лишь на сочувствующие взгляды. Он и сам знал, что большую часть тех, кто был внутри, опознать будет невозможно. Вскоре на одинокую, застывшую на одном месте фигуру стали обращать внимание полицейские. Стилински понимал, что нечего ждать, ему пора уходить, но по-прежнему не смог развернуться и отправиться прочь. Он повернулся к Camaro и закрыл ладонями лицо. - Не будь мёртвым, Дерек, просто не смей быть мёртвым. Кто-то закричал. Стайлз машинально обернулся и сквозь пелену дождя и дыма разглядел шагающую ему навстречу фигуру. Стилински не верил в свою удачу, но внутри всё сжалось, когда он заметил проблески когда-то белой рубашки и щетину на лице. Вмиг забыв обо всём на свете, Стайлз подбежал к мужчине и крепко обнял его, прижимая к себе изо всех сил. - Ты грёбанный идиот, - прошептал он, отстранившись, чтобы взглянуть в уставшие глаза Хейла, - не смей оставлять меня одного. - Но ты ведь собирался. - Нет, - Стилински виновато покачал головой и провёл пальцем по щеке, стирая засохшую каплю крови. – Я люблю тебя. И он действительно любил. Потому что, стоя на пепелище, мысль о котором грела и подбадривала его на протяжении нескольких лет, он думал лишь о мужчине, стоявшем рядом.