Поцелуй меня...

Шерлок никогда не выделял этот день. Вспоминая о нем, особенно если кто напомнит, досадливо морщился. Пф… подумаешь, День Рождения. Вся это человеческая чепуха его совсем не трогала с детства. Потому детектив совершенно не волновался по этому поводу, возвращаясь поздно вечером домой. День-то уже почти окончился. Он нарочно провел его в морге, отключив телефон, чтобы Майкрофт со своими поздравлениями до него не добрался. Ни к чему все эти глупости. Сам себя гений уже поздравил, позволив потратить день на исследование скорости отслоения сетчатки глаза после смерти. Очень увлекательное занятие, честное слово! В доме было тихо. Наверное, Джон, утомленный дневной сменой в больнице, уже спит. Хорошо… Шерлок чуть поджал губы. Джон за весь день не позвонил ни разу. Включив телефон, детектив обнаружил, что ему вообще никто не звонил. Очень хорошо. Он открыл дверь и, не включая света, проскользнул в гостиную. В камине тлели угли, комната приветствовала его мягким теплом. Джон перед сном читал и грелся у камина. Отлично. Скинув пальто и отшвырнув его на диван, Шерлок, подавляя в себе нахлынувшую вдруг почти детскую обиду (ну ладно все остальные, но Джон…), приоткрыл дверь на кухню и… За столом, в полутьме, освещаемый только свечкой на роскошном шоколадном торте, сидел доктор и улыбался. — Что-то ты припозднился, — тихо, почти шепотом произнес Джон улыбаясь. — Эм… — Шерлок замер, переводя взгляд со свечи на ее мерцающие отблески в глазах Джона. Обиженный ребенок внутри него весело засмеялся — шоколадный торт, любимый с детства. Откуда? Джон поднялся и подошел к застывшему гению. Непозволительно близко, волнующе, почти вплотную. — С днем Рождения, гений, — прошептал он куда-то в щеку Шерлока, согревая ее своим дыханием, — я боялся, что не успею, день почти закончился. Неожиданно и пьяняще. Джон стоял так близко, словно… дарил себя, как будто он сам был подарком, самым желанным подарком. Шерлок зажмурился и, не веря собственной смелости, тихо прошептал: — Поцелуй меня, Джон.