15
16 июля 2017 г., 15:47
" С джентльменом я всегда стараюсь быть в полтора раза большим джентльменом, а с мошенником я стараюсь быть в полтора раза большим мошенником." © Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шёнхаузен
- Отец! Что всё это значит?! С этими словами мейстер фон Финстерхофов буквально ворвался в переговорный зал нейтрального форта Штайнфауст - одной из многих точек, официально подконтрольных армейцам Высокого Трона. Первыми на мейстера моментально направили свои крупнокалиберные мушкеты предупреждённые заранее охранники прикрытия армейских магов. Свёрнутые до поры до времени амулетные надстройки мощнейших поражающих и обездвиживающих заклинаний, побуждаемые операторами-магами армейцев, также развернулись и стали готовы обрушить всю свою немалую мощь стационарных защитных структур. Следом за армейцами, довольно споро развернулись в сторону предположительной угрозы и приготовились к отражению атаки воины и маги Семьи фон Мёллендорф. По рядам воинов прикрытия и магов Семьи фон Финстерхофов прошёл небольшой гомон, но никто не посмел без приказа Главы сформировать магию или направить оружие на своего сюзерена и коммандера. Наперерез мейстеру выдвинулся местный армейский камергер, возмущённый до глубины души таким грубым нарушением протокола переговоров. Однако, встретившись взглядом с мейстером, моментально утратил весь боевой запал и последний шаг на траекторию движения незваного гостя сделал лишь чисто рефлекторно. - С дороги, служивый пёс!!! Камергера сдуло как ветром - во фразе мейстера читался приговор человека, имеющего право силы и железную волю, позволяющую это право применить, не заботясь о последствиях. Коммандер, целеустремлённо и ничуть не замедляясь, с развевающейся от быстрого шага накидкой, находясь под мощнейшей персональной защитой, пошёл прямо на армейскую охрану. Последняя, несмотря на то, что каждый в её группе повидал на своём веку немало сильных магов и технологических монстров, непроизвольно сплотилась и начала понемногу отступать назад, ожидая мудрого решения начальника охраны. Похоже, решение было сделано и телепатически озвучено: как по команде, охрана расступилась, и часть из неё взяла на караул, встав по бокам маршрута мейстера, не обратившего на эти телодвижения ровным счётом никакого внимания. Наконец, последний дошёл куда хотел и встал как вкопанный. Десяток воинов и магов Мёллендорфов внутренне сжавшись, заступили ему дорогу в круг. Но сквозь их неплотный ряд и так хорошо видно и слышно происходящее сейчас в центральном кругу зала. - Это возмутительно, Кристоф фон Финстерхоф! Ваш... маг... посмел прервать переговоры, вами же инициированные! Я как Глава Семьи фон Мёллендорф, требую... - Вы не в том положении, Юрген, чтобы требовать. - Веско сказал своё слово глава фон Финстерхофов. Повисло напряжённое молчание двух гроссмейстеров Семей. Юрген фон Мёллендорф стал скрипеть зубами и чуть ли не извергать молнии из глаз от злости, в то время как Кристоф фон Финстерхоф, полностью оправдывая своё имя[19], скрестил руки и посмотрел на своего бывшего врага спокойно и слегка покровительственно. - Сын мой, наказание я выберу для тебя позже. Не позорь ещё больше свою Семью и не вмешивайся в переговоры двух Глав. - Голосом, полным металла, обратился Глава к мейстеру своей Семьи. Не сказать, что фраза заимела достаточно весомый эффект, но мейстер всё же решил сначала выслушать то, что скажут друг другу двое Глав. - Не будем терять времени, сотрясая воздух лишними фразами. Введите заложников. - Приказал Кристоф фон Финстерхоф уже своим воинам. В помещение из неприметной боковой двери ввели нескольких связанных молодых людей и девушку. - Папа! - Радостно воскликнула означенная девушка, глядя на Юргена... Тот в ответ промолчал, сохраняя достоинство, но было видно, что это далось ему с большим трудом. - Ввести... заложников. - Тихо проговорил своему ближайшему магу Глава фон Мёллендорф. Из другой двери, противоположной той, откуда вошли в помещение воины фон Финстерхофов, зашли ещё несколько человек, ведя скованных цепями демона-мужчину и женщину с длинными золотистыми волосами. - Лиза! Вильгельм! - Крикнул мейстер со своего места, заставив покоситься на него Юргена. Женщина вздрогнула, но не подняла взгляда, продолжая идти вперёд, погоняемая одним из воинов. Рогатый демон ограничился печальным, извиняющимся взглядом, также продолжая идти вперёд, в круг, вместе с остальными. - Кристоф, вы и несколько ваших воинов и магов приехали к нам в дом для подписания мирного договора. Тем временем, другая группа, в том числе эти, теперь уже заложники, напали на наш дом, вырезали охрану и захватили мою единственную дочь, оставшись прикрывать отступление остальной группы. - Глухо начал Юрген, и после небольшой паузы, продолжил, повышая голос: - ...Вы совсем потеряли стыд?! Это граничит с нарушением железных правил! - Юрген, у вас нет доказательств своей версии. Группа нашей страховки была атакована первой, и она лишь захватила вражеское лицо, отдавшее приказ к атаке. Вините лишь глупость собственной дочери. - Отрезал с лёгким возмущением в голосе, Кристоф фон Финстерхоф. - Это возмутительно! Гертруда не обучалась воинскому искусству! Будучи моей единственной дочерью, ей была уготована другая судьба... и все присутствующие это знают! Она не могла отдать приказ, и даже если бы и сделала это, то её бы никто не послушал! Ваша ложь прозрачна, как северные воды Рейна! - Чуть ли не задыхаясь от злости, выплюнул Глава Мёллендорфов. - Следите за языком, Юрген фон Мёллендорф! Ещё раз назовёте меня лжецом, и я потребую дуэли чести присутствующих сильнейших из наших Семей. - С этими словами Глава Семьи фон Финстерхоф с прозрачным намёком бросил взгляд на своего разъярённого сына... Следом за ним, на коммандера фон Финстерхофов бросил взгляд Юрген, после чего явственно взглотнул воздух, резко успокаиваясь. Сильнейшим у Мёллендорфов официально являлся, как ни странно, сам Юрген, однако даже он был по факту весьма посредственным гэсселем. Мёллендорфы брали своё количеством живой силы и качеством массово закупаемых артефактов. Тем временем мейстер мысленно был буквально на грани того, чтобы расшвырять охрану и освободить свою любовь Лизандру вместе с собственным "мечом", и по совместительству лучшим другом - Вильгельмом. Не давало это сделать только понимание того, что такое действие будет равносильно объявлению войны только-только пришедшей с его Семьёй к консенсусу Семьи фон Мёллендорф. И ещё то, что Лизу и Вильгельма держали под прицелом сразу несколько магов с весьма сложной артефактной защитой. - Кто из присутствующих... может подтвердить вашу версию, Кристоф? Кто может поклясться, что эти двое не получали приказов намеренно захватить мою дочь? - Требовательно задал вопрос Юрген. - Генрих, шаг вперёд. - Куда-то за плечо бросил фразу-приказ Глава фон Финстерхофов. Ранее закрываемый Главой для взгляда мейстера его брат сделал шаг вперёд. - Клянусь Семьёй, мой "меч" и "меч" моего брата, скованные сейчас цепями, не получали от меня или мейстера намеренный приказ захвата вашей дочери, лэр Юрген Мёллендорф, Глава Семьи фон Мёллендорф. Я говорю правду, иначе я умру прямо здесь и сейчас. Слова клятвы высшего приоритета были сказаны. Никто, кроме как хозяин "меча" не может, находясь вне боя, отдать приказ "мечу", и даже в бою приказать чужому "мечу" может лишь воин или маг, старший по званию, чем хозяин упомянутого "меча". В случае с Генрихом, отдать такой приказ мог он сам, брат-коммандер... или Глава, не упомянутый в клятве. Юрген просто выпал в осадок от такой наглейшей, в своей очевидности, "хитрости", но снова назвать Кристофа лжецом не решился - это равнозначно подписанию себе смертного приговора через дуэль с его сыном, так не вовремя появившимся в зале. - Если вы удовлетворены, Юрген, то я приступаю к вынесению приговора своим пленникам: Согласно железным правилам, я вправе лишить их жизни за нападение во время переговоров о мире, что и собираюсь сделать. - Заключил Кристоф, после чего бросил назад, оглядываясь: - Ты, воин рядом с Гертрудой фон Мёллендорф. Убить пленников. - Лэр Глава? Прямо здесь? - Уточнил воин. Вопрос был вполне обоснованным: в зале переговоров протоколом прямо не запрещалось проливать кровь пленных, но традиционно этого не делали уже сотни лет, сначала выводя их из помещения и давая право последнего слова. - Остановитесь, безумцы!!! - Взвыл Юрген. - Прямо здесь, воин! Или ты желаешь отправиться вслед за ними, за невыполнение приказа? - Рявкнул Кристоф. - Слушаюсь, лэр Глава! - Обер-лейтенант, к которому обратился Кристоф, кивнул двоим подчинённым. В зале с замершими охранниками и воинами обеих Семей прогремели выстрелы, и тела пленников фон Финстерхофов упали на пол, орошая древнюю плитку круга переговоров своей кровью. - Что... что вы наделали... моя дочь... - Тихо произнёс Глава Семьи Мёллендорф, с виду разом постаревший на несколько десятков лет. - Я ухожу. Можете делать со своими пленными, что пожелаете нужным. - Бросил за спину Кристоф фон Финстерхоф, уже поворачиваясь к выходу. - Убить... убить пленников... - Обречённо прошептал своему магу Юрген в повисшей гробовой тишине. - Нет!!! - Очнулся как от дурного сна мейстер. В следующую секунду зал, образно выражаясь, взорвался десятком формируемых заклинаний и буйством стихий, среди которых были магоформы коммандера, заклинания стационарной защиты готовых к подобному исходу армейских магов-операторов, и магия, брошенная силами Мёллендорфов. Прогремели первые выстрелы, пока лишь в мейстера, который, не обращая на это никакого внимания, расшвыривал теперь уже точно вражеских воинов, моментально перегружая их защитные артефакты и неумолимо приближаясь к пленникам, игнорируя сплотившихся вокруг своего Главы магов Мёллендорфов. Неизвестно каким образом освободившийся Вильгельм, даже будучи раненым, голыми руками начал рвать окружающих его воинов-людей. Лизандра сидит на полу с прожжённой в нескольких местах кожей тела. Мейстер, наконец, добежал и поставил барьер, моментально затрещавший от напряжения. - За...щайте коммандера! - Чей-то крик. - ...! Ли... ! ... ржись!!! - Пытаясь перекричать грохот разрывов и выстрелов, мейстер упал на колени и стал водить по телу девушки руками с активированными магоформами средних исцеляющих заклинаний. ...И в этот же самый момент в защиту коммандера и рядом с ним прилетело что-то особенно мощное, разбивая барьер и моментально разрывая бедного Вильгельма в кровавые ошмётки. Личный контур защиты мейстера выдерживает удар, но в его руках, секунду назад сжимавших златовласую воительницу, теперь было... было месиво из... - НЕТ!!! НЕТ!!! Услышь меня... Внимание! Экстренный выход из режима выполнения процедур восстановления ментального тела из-за внешнего вмешательства. Сортировка воспоминаний на момент идеального состояния ментального тела приостановлена. Оценочное сравнение выполнено на "?"%. Сбой подсчёта состояния оценочного сравнения. Протокол "Диагност", приоритет "красный". ... ...Ментальное тело, производное от физического тела Амакава Юто. Миллиарды механически-упорядоченных действий, составляющих суть основы, вдруг в определённый момент нарушают привычную работу. Если бы здесь в данный момент "был" наблюдатель вроде ментального демона, способный видеть и ощущать ментальную сферу во всех её проявлениях и многообразии, то он бы заметил, как в ментальное тело, просачиваясь из пересекающегося с ним духовного плана, постепенно вплывает сущность, похожая на бесформенный, хаотично изменяющий своё некое подобие "формы" свет. Действия основы моментально меняют направленность деятельности, формируя "уплотнения" на пути прохождения света, пытаясь отсечь его от наиболее оживлённых участков ментальной сферы. Но свет продолжает двигаться, меняя за собой структуру ментального тела, разглаживая её, и практически не встречая сильного сопротивления. Неизвестно, сколько это продолжалось, однако практически подобравшись к "центру", комок света начинает ощутимо "засасывать" обратно в духовный план - это проснулся хозяин основы и активировал "диагност, код красный", снимая ограничения и тем самым разрешая основе на некоторое время стать полновластным властителем местного ментального пространства, чтобы совершить соответствующие контрмеры. Через неопределённо малую величину времени, свет полностью заперт снаружи, откуда пришёл, а брешь в ментальном теле заделана. ...Десятки тысяч лет, с момента образования сущности в этой линии крови, зов крови впервые призвал "Я-светлую-сущность" в тело разумного с достаточно большим потенциалом. "Я-светлая-сущность" пытаюсь помочь. Но "Я-разумный" не принимаю помощь, отвергаю её, ибо не могу её услышать. "Я-разумный" ощущаю информацию "Я-светлой-сущности" как свои мысли. "Я-светлая-сущность" могу лишь пытаться прорваться в план разума, навязать структуру, показать тем самым, что "я есть", и что "я есть добро". Что-то мешает. Но "Я-светлая-сущность" найду способ обойти преграду. У "Я-светлая-сущность" это выйдет. Но враг мой - время.
