/r9k/ Эльза страдает

      Вечер пятницы Эльза проводила на кровати, с комиксом. Глаза рассеянно уставились на разворот, где Наташа Романова (1) давала парочке вооруженных до зубов головорезов прикурить. Но даже её блестящий, иссиня-чёрный кожаный костюм, что с трудом скрывал прелести соблазнительной девичей фигуры, не уводил мысли от Анны и Кристоффа. Желудок будто бы налился свинцом. Чем же они сейчас занимаются?..       По правде говоря, старшая и так нечасто разговаривала с сестренкой, однако за последние две недели в буквальном смысле не перемолвилась с той и словом. Безобразный страх споткнуться на первой же букве её имени, помноженный на нечаянно сказанные обидные слова – и девушка совсем проглотила язык. Пришлось даже променять игровые рейды на книги, потому что не хотелось портить инструкции группе чересчур медленной речью. Теперь даже в Азероте былой уверенности поубавилось, и Эльза чувствовала себя абсолютно потерянно, а еще немного боялась, хотя и сама себе в этом признаваться не хотела.       Комикс брякнулся на лицо, глянцевые страницы разметались над головой, а нос уткнулся прямиком в декольте Черной Вдовы. Эльза закрыла глаза и тяжело выдохнула.       Безумие какое-то... Нужно покончить с этой хренью, и чем быстрее, тем лучше! Один раз заикнулась – и всё мигом накрылось медным тазом ничуть не хуже, чем из-за Кольца Силы (2).       На дороге раздался гул мотора, а через несколько секунд – хлопок двери машины. Старшая стянула с лица комикс и взглянула на часы.       Это Анна приехала? Сейчас же только девять. На кой черт ей так рано возвращаться? Клянусь, если этот придурок хоть пальцем её тронул...       Но это был чистейшей воды самообман: она бы и слова в её присутствии из себя не выдавила, а выслушивать интимные подробности и подавно бы не смогла – слишком велика вероятность не выдержать. Пытаясь уловить хотя бы малейший признак настроения сестренки, Эльза прикрыла глаза ладонью и вся обратилась в слух.       Шаги становились всё громче – девушка, похоже, направлялась в сторону ее комнаты. Старшая вздрогнула, мигом привстала и опустила ноги на пол. Её разрывали на части два желания: опередить сестру и распахнуть настежь дверь, либо ждать, пока та постучит первой.       Но стука так и не последовало. Вместо этого Анна протолкнула сквозь щелочку тонкий лист бумаги. Тот проскользил по ковру и застыл рядом с кучей одежды. Взглянув на него украдкой, Эльза узнала почерк сестры. Она приблизилась, чтобы поднять листок, и с удивлением обнаружила на обратной стороне искусный карандашный рисунок.       Мать твою..! Глаза в изумлении распахнулись, а мозг тем временем тщательно обрабатывал картинку перед глазами. Анна нарисовала меня чёртовой супергероиней!       На рисунке красовалась стройная блондинка. Облегающий костюм подчеркивал каждую рельефную мышцу, каждый восхитительный изгиб женственной фигуры. Она стояла полубоком, скрестив руки на груди, верхнюю часть лица скрывала маска, но в глазах её сверкали веселые искорки, а уголки губ вздернулись в легкой усмешке. Линия подбородка была слегка заштрихована, и не оставалось сомнений, что та держит свою личность в тайне. Эльза руку давала на отсечение – в реальной жизни она сама никогда такой уверенной не выглядела.       Она перевернула лист и прочла записку от Анны.       «Я по тебе скучаю. Прости за ту ссору. Ты всегда будешь моим героем, что бы ни случилось.» На последней строчке глаза затуманили слёзы. «Люблю тебя.»       Господи…       В щели, что пропускала свет из коридора, промелькнула тень – Анна явно еще не ушла и стояла под дверью. Ты же не оставишь её вот так, без ответа? Нельзя же быть настолько бездушной, даже тебе! Эльза сделала глубокий вдох и отворила дверь.       Сердце ёкнуло, и она тут же утонула в бесконечно ласковых, полных надежды сестрёнкиных глазах. Та в ответ на шаг старшей к перемирию неуверенно улыбалась.       – Привет, – прошептала она, теребя рукав пиджака. – Спасибо, что открыла.       Но Эльза хорошо знала, что открыть дверь не значит открыться самой. Улыбка Анны увяла, и в душе у старшей начался переполох. Две секунды! Две секунды, и она расстроилась! Да это же новый рекорд! В отчаянной попытке не омрачать радость девушки она выпалила первое, что пришло в голову.       – Анна…       Брови сестренки от удивления взлетели вверх, да и Эльза от такой реакции растерялась. Только потом до нее дошло, с какой лёгкостью слетело с губ имя Анны. Она мягко улыбнулась.       – Анна! Привет. Ты… ты рано сегодня.       Голос в отсутствие тренировок охрип, и она корила себя, что не сказала «спасибо за рисунок», или «я тебя люблю», или миллион других возможных фраз, еще лучше этих, но Анне, похоже, было всё равно. С первым же словом Эльзы на лице ее расцвела ослепительная улыбка.       – Ага. Мы с Кристоффом поехали в кино, но когда после сеанса я почти не помнила сюжета, он понял, что со мной что-то не так. – Щеки её немного покраснели. – Я… я всё думала о нас с тобой, – она взмахнула между ними рукой, – о том, как всё страшно испортила.       Старшая поморщилась. Ничего ты не испортила. Это всё я, как всегда я... Она пыталась было сказать это вслух, но младшая продолжила.       – Знаешь, Эльза, он с таким пониманием выслушал! Сказал, что мне стоит с тобой поговорить, потому что на свете нет ничего важнее семьи, и раньше отвез домой. Ну и… вот почему я здесь.       Старшая была в шоке, по спине змейкой пополз стыд.       Блин! А он, оказывается, парень неплохой. Сердце больно сжалось. Наверное, такого Анна и заслуживает. Но унылые мысли прервала младшая, что неуверенно потянулась к её ладони.       – Можно…? – Она умолкла и вопросительно посмотрела на сестру. Та только улыбнулась и тоже протянула руку. Анна сжала ладонь и переплела их пальцы. По телу от прикосновения разлилось тепло, а мысли куда-то упорхнули.       Сестрёнка дернула её за руку и, на удивление старшей, потянула в коридор, к себе в комнату.       – Анна, что…       Но та развернулась и, слегка дернув бровью, приложила палец к губам.       – Ничего не спрашивай. Просто пойдем со мной, хорошо?       Эльза тупо кивнула. В голове роились тучи мыслей, а сердце бешено колотилось. Она меня зовёт к себе в комнату, чтобы мы там… Боже, нет! Это же смешно! Проклятье, возьми себя в руки!       Анна высвободила руку, схватила у подножья кровати свернутое в рулон одеяло и сунула под мышку, потом так же поступила и с подушкой.       – Как насчет небольшой прогулки по крыше? – Спросила она с лукавой улыбкой.       Эльза подумала про себя, что и выбор-то у неё невелик. Сестренка снова схватила ее за руку и потянула к окну.       – Я первая, а ты следом, идёт?       С этими словами подушка с одеялом упали на пол, а сама она распахнула створки, выкарабкалась наружу и нетвёрдо ступила на скошенной формы кровлю.       – Подашь мне вещи?       Старшая с опаской выполнила просьбу, боясь переусердствовать и случайно столкнуть девушку с крыши. Та на удивление ловко швырнула наверх подушку с одеялом, и откуда-то с потолка донеслась приглушенная поступь. Она перевела взгляд на сестренку – глаза той сверкали.       – А сейчас будет самое интересное. Тащи-ка сюда свою задницу!       На душе было всё еще тревожно, но, чтобы уважить просьбу, пришлось протиснуться сквозь проем. Эльза осторожно поставила ногу на черепицу, проверяя, выдержит ли та её вес, и чуть не выпала с подоконника, когда почувствовала, что её придерживают по бокам нежные руки.       – Ты мне доверяешь? – Прозвучало шепотом.       Старшая кивнула. Глаза ее, хоть и по-прежнему встревоженные, горели решимостью.       – Хорошо, – пробормотала Анна, – тогда вперед.       Она обвила Эльзу руками за талию и осторожно потянула наружу.       – Я сразу за тобой, ладно? Поймаю, если случайно поскользнешься.       И тогда мы обе упадем с крыши и разобьемся насмерть. Прекрасно! Но она все-таки решилась на восхождение, ступая несмело, шаг за шагом, и казалось, прошла целая вечность. Но Анна ее не торопила и терпеливо шла следом, пока обе не добрались до самого верха. У старшей так тряслись ноги, что пришлось прислониться к дымоходу. Младшая тем временем расстелила на ухабистой поверхности одеяло, водрузила наверх подушку, а после приземлилась на самодельную постель. Увидев, что сестра так и стоит на прежнем месте, она похлопала ладонью рядом с собой.       – Иди-ка сюда, сестрёнка, и ложись рядом. Хочу тебе кое-что показать.       Эльза сделала, что просили, и неловко присела рядом с Анной. На грудь легла рука, и глаза её тревожно расширились, но младшая всего лишь уложила её на подушку. Тогда до неё, наконец, дошло, ради чего затевалось всё путешествие.       – Ух ты! – Пораженно выдохнула она, разглядывая ясное ночное небо над головой. В бархатной бездонной темноте сверкали тысячи звёзд, и они напомнили Эльзе беспорядочно разбросанные по молочной коже сестрёнки веснушки. С этими мыслями она обернулась к младшей и тут же залилась румянцем – та, оказывается, всё это время за ней наблюдала.       – Нравится, да? – Усмехнулась Анна и перевела взгляд на небосвод. – Я обнаружила это местечко еще месяца два назад, но, всё равно, каждый раз дух захватывает. – Она взмахнула рукой к звездам. – Знаешь, всё это… всё это напоминает мне о том, что, пусть земной шар и огромный, каждый из нас, глядя на небо ночью, наслаждается таким же восхитительным зрелищем. – Она положила руку под голову. – Думаю, у всех у нас намного больше общего, чем кажется, и никто на земле, по правде, не одинок.       Эльза слушала размышления сестренки, и казалось, абсолютно утратила дар речи. Пришла в себя она только тогда, когда получила немного смущенную улыбку.       – Прости. В мыслях всё это звучало гораздо лучше. Я не очень-то красноречива.       – Нет, неправда! Очень даже, – быстро разуверила ее старшая. – Так красиво сказано.       Девушка ответила лучезарной улыбкой, и сердце ёкнуло.       – Правда? Оказывается, я поэт, и даже об этом не догадывалась! – Она хихикнула собственной шутке и пододвинулась ближе. – Спасибо, что взобралась сюда со мной. – Её голос стал серьезным, а брови нахмурились. – Я по тебе скучала. Очень сильно.       – Анна… – Эльза вздохнула. – Прости меня за…       Но младшая только покачала головой.       – Не надо. Главное, что ты сейчас здесь. Мы проводим время вместе, и это всё, о чём я только мечтала. – Она теснее прижалась к старшей, сжала мягкой ручкой её руку и клюнула в щеку. – И это всё, чего мне хочется. Не нужно быть примером для подражания, вечно в хорошем настроении, не нужно даже спускать с рук все мои глупые ошибки. – Глубокий вздох, голос немного дрожит. – Ты просто будь моей старшей сестрёнкой, Эльза. Пожалуйста. Вот всё, о чем тебя прошу. Сможешь?       Боже, Анна! Моё сердце…       Эльза не нашлась бы, что ответить, если бы и хотела. Сестрёнка говорила так несмело, и только сейчас пришло понимание, как сильно она её отталкивала все эти две недели.       – Да, Анна, – шепнула она. – Смогу.       Сердце громко билось о ребра, но она собрала всё мужество и произнесла то, что младшая так отчаянно жаждала услышать.       – Анна, я тебя люблю.       Счастливая улыбка на лице сестрёнки, безусловно, стоила затраченных усилий, и Эльза даже немного гордилась собой. Девушка ничего не ответила, только крепче сжала её ладонь, но этого вполне хватило. Она отвернулась к звездам, а Эльза по-прежнему ею любовалась – ведь эта искренняя, счастливая улыбка легко затмевала даже красоту ночного неба.