/r9k/ Эльза страдает

      Когда старшая плелась по мощенной дорожке к входной двери, на дворе уже стемнело. Младшая сидела на пороге, и она чуть снова не пустилась в бега: та дремала, прислонившись головой к дверному косяку, как и раньше в спортивной форме. Но Эльза… она уже до смерти устала.       Анна тебя ждала.       Она так и стояла молча, глядя на сестрёнку невидящими глазами, пока та, видимо, каким-то образом не почувствовала ее присутствие. Девушка зашевелилась, потом моргнула, а следом во взгляде отразился шок: вспомнила события минувших пары часов.       – Эльза! – Голос её ото сна был хриплым и глухим. Анна вздрогнула, потирая замерзшие руки – с вечера заметно похолодало. Она замерзла! Согрей.       Старшая осмотрела себя с ног до головы, целую вечность думала от изнеможения, что же делать, расстегнула-таки змейку, выудила побитую руку из рукава и молча протянула девушке толстовку. Та потянулась, чтобы ее взять, и ахнула, заметив кровоточащий кулак.       – Господи, Эльза! – Воскликнула она. Толстовка тут же оказалась на пороге, а сама Анна осторожно взяла сестру за запястье – осмотреть раны. – Что ты с собой сделала?       Хотела, чтобы не было больно.       Она не сразу поняла, что произнесла это вслух, пока лицо девушки не исказилось горестным выражением.       – Больно… – Тяжкий вздох. – Это всё я виновата. – Анна будто разговаривала сама с собой. Потом она потянула старшую сестру ко входной двери, по дороге схватила отброшенную толстовку и обмотала ею больную руку.       – Подержи-ка это вот здесь, хорошо? Я сейчас… сейчас помогу.       Старшую потянули вверх по лестнице и усадили на краешек ванны. Та так устала, что ни в чем не сопротивлялась. Из шкафчика над раковиной Анна выудила пакетик ватных тампонов, марлю, бинт, угрожающего вида бутылку йода и разложила всё это на холодном кафеле перед старшей.       – Немного попечет, – прозвучало мягко, пока она распутывала самодельную повязку, а потом вылила немного йода на вату. – Прости, что больно.       Эльза сомневалась, о какой именно боли говорилось, и только сжала зубы. Анна обрабатывала раны, а она тем временем старательно прятала любые проявления чувств глубоко внутри, только чтобы какое-то ненужное не вырвалось на волю. Но по щеке ее уже невольно катилась слеза. Горячая капля упала младшей на руку, покоившуюся на колене, и та подняла взгляд.       – Почти всё, – прошептала она. – Потерпишь еще чуть-чуть? – Едва заметная улыбка. – А ты, оказывается, очень храбрая девочка! Когда закончу, будет тебе чупа-чупс.       Когда старшая совсем никак на шутку не отреагировала, улыбка мигом погасла, и младшая перевела взгляд обратно на руку. Настал черед марли, и очень скоро все искалеченное запястье окутывала тугая белая повязка.       – Ну вот! Так-то лучше. – Анна мягко похлопала сестру по коленке, резво собрала в кучу импровизированную аптечку и чмокнула сестру в лоб, когда поднялась. – А теперь давай-ка я всё это обратно уберу и схожу в душ. – Она притянула к лицу футболку и наигранно сморщила носик. – Воняю какими-то грязными носками.       Она просто хочет тебя рассмешить.       Эльза по-прежнему молчала, но как-то умудрилась выдавить из себя вымученную улыбку. Анне и того хватило. Закончив с принадлежностями, она вновь выпрямилась перед старшей.       – Пойдем, – она схватила Эльзу за здоровую руку и потянула в свою спальню. – Можешь… эм-м… у меня пока посидеть, ладно? Через пару минуток вернусь.       Она остановилась в дверях, высвободила руку из сестриной хватки и посмотрела взволнованно.       Боится, что снова удерешь.       – Хорошо. – Слова бритвой царапали измученное горло. – Буду ждать здесь.       Младшая заметно расслабилась и кивнула, послав короткую улыбку перед тем, как снова исчезнуть в ванной. До ушей донесся приглушенный звук льющейся воды, а Эльза всё так же стояла посреди комнаты, тупо вперившись в стену напротив. Рисунок сестрёнки висел на прежнем месте, и внутренности Эльзы сжались от воспоминаний и того, что Анна в тот день говорила.       Она тебя бросает.       Стало трудно дышать. Эльза оторвалась от рисунка и кинулась к кровати, взобралась сверху, на покрывало, и свернулась калачиком. Испачканные колени уткнулись в стену, а нос зарылся в подушку Анны. Этот неестественный комфорт вызвал столь двоякое чувство, что она разрыдалась.       Старшая и не заметила, как сестренка вернулась, как не услышала и свое тихо пророненное из уст имя. Только когда та легла рядом и начала нежно водить по спине теплой ручкой, Эльза поняла, что не одна.       Но почему же тогда мне так одиноко?       Она разрыдалась пуще прежнего, стыдясь того, что не сумела сдержать себя в руках. Тонны эмоций каждый божий день ложились на плечи непосильным грузом, как эмоционально, так и физически, и все сложнее и сложнее становилось разглядеть свое будущее сквозь весь этот довлеющий над ее жизнью туман отчаяния.       Анна привлекла сестру в объятья, ласково опустила руку на талию и переплела их пальцы. Лёгкие наполнил пьянящий запах ее шампуня, чистой, еще теплой после душа, кожи, и Эльза ощутила себя рядом с ней такой… грязной, недостойной. Она попыталась отстраниться, но та только крепче обняла.       – Я тебя никуда не отпущу, – донесся шепот. – Знаю, ты думаешь, из-за этого обмена я тебя бросаю, но нет. Правда, нет.       Она уткнулась головой старшей в шею, а та только молча покачала головой, всё еще со слезами на глазах.       – Не передать словами, как же я буду по тебе скучать, если всё-таки уеду.       Мерные нотки ее голоса, видимо, успокаивали Эльзу, но глаза она так и не открыла. Анна всё продолжала.       – Ты страдаешь, Эльза. Пожалуйста, расскажи мне, почему. Я же твой лучший друг, и всего-то хочу помочь.       Старшую словно разрывало изнутри: ей хотелось то ли зарыться еще глубже в сестрёнкины объятья, то ли бежать отсюда куда глаза глядят. Отчаянная жажда близости и уродливый стыд боролись в сердце не на жизнь, а на смерть, обездвижив тело. Ей просто хотелось не чувствовать больше.       – Я люблю тебя.       Анна очень надеялась, что доброе слово выудит из сестры хоть малейшую деталь, хоть что-нибудь, но ответом стала только новая порция всхлипов. Незнание, что же делать дальше, сбило младшую с толку, но тут сестренка притянула ее за кофточку и уткнулась лицом в изгиб на шее. Пришлось смириться: ничегошеньки от Эльзы не дождешься, и Анна тоже прикрыла глаза и всё гладила и гладила рыдающую девушку по спине. Может, грядущий день принесет с собой ответы?..