Смех и слезы небес...

Вот она гильза от пули навылет, Карта, которую нечем покрыть. Мы остаёмся одни в этом мире, Бог устал нас любить. (с) Сплин – Бог устал нас любить Учащённое дыхание, неровный ритм сердца, еле тлеющий огонёк веры внутри. Больно. - Прошу, дыши. Мелли, дыши, родная, - в тот момент Каспар готов был молить небеса о чуде. Он никогда не верил в высшие силы, но в тот миг парню казалось, что только Бог способен спасти Мелиссу, что бессознательно лежала у него на коленях, продолжая терять кровь. Никто никогда не видел на лице у Моретти таких эмоций – отчаяния и немой мольбы. Никто никогда не видел на его глазах слёз. Самых настоящих. Парни не плачут? Вздор. Если они теряют часть себя, то даже они способны на искренние слёзы. Страх. Рокудо чувствовал самый настоящий страх в тот миг, когда наносил своей противнице решающие удары. Он боялся за Тсунаёши. Все они – члены семьи Мельфиоре и Варии потеряли с ней связь. Никто не знал, жива ли она ещё, хотя слепая вера кричала, что их Небо всё ещё жива. Мукуро знал, что Тсу способна на всё, чтобы защитить семью и именно этого «всего» он и боялся. Flashback - Ты же не станешь делать глупости, верно? – спросил Мукуро у девушки в за день до нападения на особняк Вонголы, сидя у камина. - Конечно же, нет, ты же меня знаешь - тепло улыбнулась она. - Именно поэтому я и спросил, - мужчина внимательно изучал ее. Девушка нахмурилась, а после взглянула на своего хранителя тумана. - Не стану. Но ты должен понимать, что я буду драться до конца, - сказала она. - Тсуна, ты знаешь, что мы не переживём если, с тобой что-то случиться. - Знаю. Девушка придвинулась ближе к иллюзионисту, легко обнимая его. За эти пять лет он стал ей лучшим другом. Могла ли она в тот день, когда встретила его впервые, представить, что однажды они вот так вот будут сидеть перед камином, она будет обнимать его, как лучшего друга и убеждать в том, что всегда будет рядом с ним и остальными хранителями? Наверное, нет. Ну, что ж, Судьба любит преподносить Тсунаёши неожиданные подарки. ENDFlashback - Пожалуйста, будь в порядке, - прошептал Рукудо. – Ради всех нас, ради меня, Тсуна. Он разбивал своих противников, словно кукол, испепелял, словно бы то были и не люди вовсе. Он не считал их людьми. Мусор. Мусор, что пожелал причинить вред дорогому для варийца человеку и ее семье. Как этот мусор, Клерфе посмел? Своим пламенем ярости Занзас уничтожал противников одного за другим. Они были слабы. Но их было слишком много. «Придётся потратить больше времени, чем ожидалось. Чёртов мусор», - думал мужчина, испепеляя очередного бедолагу. – «Жди, Савада. Просто не наломай дров». Десятью минутами ранее: - Что, Савада, сдаёшься? – смеялся Клерфе. Сам он был очень измотан, но самоуверенности ему было не занимать. Девушка, что стояла в другом углу помещения тяжело вздохнула. «Не могу. Он оказался действительно сильным. Что же мне делать? Я не могу проиграть. Не сейчас, когда на кону жизни моих близких», - девушке было по-настоящему страшно. - Тсу-тян, держись. Помощь скоро прибудет, - пытался поддержать шатенку Бякуран. - Это мой бой, - ответила ему Тсуна. - Не глупи. Дай им помочь. - Нет, Бяку. Я – небо. Я должна их защитить, - резко сказала она. – Я не покажу свою слабость снова. Не позволю растоптать ему меня как пять лет назад. Прости, но это моя месть, - после этих слов девушка сняла наушник и наступила на него. Связь прервалась. - Тсуна! – кричал где-то Джессо, но шатенка его уже не слышала. Как никто больше не слышал ее. То, что случиться в этих стенах никто не узнает кроме тех, кто находиться здесь. Сейчас девушка боролась с собой, принимая решение, которое может быть последним в ее жизни. «Если есть возможность поступить по-другому, то не используй Искру. - Хорошо, учитель, - ответила шатенка». - Что, Савада, неужели решила закончить начатое? – усмехнулся Адриолли. Девушка опустила глаза, сдерживая слезы страха. Рядом появился Джотто. - Тсунаёши, что ты задумала? – обеспокоенно спросил мужчина. Лицо Десятого Вонголы вытянулось от удивления. Примо Вонгола? - Умирать больно? – спросила она. – Умирать по-настоящему. - Не больнее чем в прошлый раз, - ответил с грустной улыбкой тот, упоминая способ, каким шатенка попала в его мир. В тот миг девушка даже не удивилась тому, что Джотто ничего не сказал по этому поводу. «Может он знал, что всё так обернётся. Никто не сказал, что выполняя свое предназначение, я останусь в живых», - подумала тогда Тсуна. - Не знаю, что ты собралась делать, но я тебе не позволю, - хмыкнув, произнёс Клерфе, атакуя Саваду огромным пламенным шаром. В тот миг, когда до столкновения оставались несколько сантиметров, Тсунаёши вспыхнула золотистым пламенем, которое образовало вокруг неё силуэт птицы. - Что за чёрт? – воскликнул Адриолли, когда пламя оказалось нестерпимо обжигающим. Наблюдавшие за этим Девятый, бывшие хранители, и репетитор девушки лишь ужаснулись. - Кто научил ее этому? – воскликнул Вонгола Ноно. – Искра! Она не должна использовать ее, это слишком опасно. - Что это? – удивились Реборн и ребята. - Это то, из-за чего умерла моя мать, - ледяным голосом отозвался мужчина. На сердцах у бывшего аркобалено и десятых хранителей Вонголы похолодело. Этот разговор юная Форте никак не могла услышать, так что своего решения менять не стала. Она должна сделать всё правильно. Должна. Иначе линия ее жизни оборвётся здесь и сейчас. «Я справлюсь! Ради тех, кого люблю!» - решительно подумала девушка, глядя своему противнику прямо в лицо. Резко вытянула обе руки, пламя вокруг которых приобрело форму крыльев, и направила это самое пламя неба на Клерфе. Тот пытался защититься, что у него пока неплохо получалось. Но Тсу не намерена отступать. Не теперь, когда она зашла уже так далеко. - Вынужден признать, что ты действительно стала сильнее, Савада. Но недостаточно, - улыбнулся Адриолли. - Да что ты можешь знать обо мне? – хмыкнула Тсуна. - Мне вот интересно, что ты такого сделала, раз сумела переманить Варию на свою сторону? Даже не так, - хищно оскалился Десятый. – Что в такой как ты нашёл Занзас? Тсунаёши напряглась. «Он играет со мной. Не стоит воспринимать его слова», - мысленно повторяла, как мантру, Тсуна. - Хотя, зная его, можно сказать, что он просто поиграет с тобой, пока ему интересно, и бросит. Ты же не надеялась на большее, верно? Глупая Савада, - откровенно издевался он. В уголках карамельных глаз появились слёзы. «Это бред! Он пытается переключить моё внимание. Я же видела всё в будующем! Он врёт!» - думала Тсу. - А знаешь, почему пять лет назад тебя предали? Потому что ты бесполезна,- последнее слово произнёс по слогам Десятый. – Всегда была и всегда ею будешь, - смеялся он, всё ещё сдерживая атаку Форте. В голове у девушки вихрем пронеслись лица друзей. Их слова, полны веры в свое Небо и просто в своего друга. Их искренние улыбки, которые предназначались именно ей, Тсуне. - Пускай, - девушка прекратила атаковать. Тихо стуча невысокими каблуками по обугленному полу, она подошла чуть ближе к Адриолли. – Пускай, я неуклюжа и в некоторых вопросах глупа, пускай, я не мечта миллионов, но я – это я. Пусть я бесполезна, но для своих друзей я незаменима. Они верят в меня даже тогда, когда я ошибаюсь. А кто верит в тебя, Клерфе? Кто останется с тобой, когда ты ошибёшься? - звонким голосом спросила она. Парень был зол. Нет. Он был в ярости. Эта девка осмелилась надавить на больную мозоль, оставаясь при этом решительной и невозмутимой. Ему хотелось убить ее в тот миг. - Именно поэтому, - продолжила Тсуна, - если я убью тебя, то сделаю одолжение многим людям. Шатенка вновь зажгла пламя и направила его на врага. «Искра Небес. У меня всё получится. Я не имею права на ошибку. Если Бог не желает нам помочь, я помогу своей семье сама», - решительно подумала Примо и выпустила всё свое пламя. «Сейчас или никогда».