Смех и слезы небес...

Кто пойдёт по следу одинокому? Сильные да смелые головы сложили в поле, в бою Молод, кто остался в светлой памяти В трезвом уме, настырной рукой в строю, в строю Солнце моё, взгляни на меня Моя ладонь превратилась в кулак И, если есть порох, дай огня (с) В. Цой - Кукушка Война это всегда страшно. Никто не знает, кто падёт в бою, а кто выйдет победителем. Только Судьба, что сидит где-то и плетёт своими золотыми нитями историю, знает итог войны. На войне не важно, насколько ты богат и знаменит, насколько уверен в себе. Важно только то, как сильно ты желаешь победы. Важно ради кого ты идёшь в бой. Тсунаёши это знала. Она пошла на это, рискуя многим, но не остановилась, ведь знала, что победа это возможность изменить их жизни. Возможность помочь семье и мафии в целом. Поэтому она решилась. И ее не подвели. Пусть, без потерь не обошлось, но все живы и все - победители. Пусть Мелисса потеряла много крови, а ее рана будет беспокоить ее ещё некоторое время, но она и Каспар победили. Пусть Лусс и Дейзи получили много ссадин и ранений, но они победили. Пускай Мукуро и Фран истратили много сил, но они одержали победу. Несмотря на то, что Кикё и Закуро потратили много сил, пламени и терпения, они одолели врага. Так же и Скуало, Блюбелл, Гамма и Леви приложили много сил и таки одержали победу. Пока хранители солнца Варии и Джессо остались помочь Мелиссе, остальные направились к своему Небу. Сама Тсуна была за шаг от победы. Последний удар. Последний. И самый страшный. Она вспомнила все те счастливые, и даже грустные мгновения ее жизни. Все смешные перепалки с Гаммой и Мелиссой, душевные разговоры с Каспаром, тренировки с Базилем, готовка с Ирие, и дружбу с Рукудо, его заботу и помощь. Она вспомнила братскую заботу Бякурана, доброту Юни и мудрые советы Колонелло и Лар, а так же помощь других аркобалено, особенно Фонга. Именно он показал ей Искру. Именно он дал ей в руки козырь. Она была готова ради них на всё, пускай и совершенно не хотела умирать. Но ради друзей... "Не нужно умирать ради друзей, ради них надо жить", - вспомнила внезапно девушка, услышанную где-то раньше, фразу. "Верно",- подумала она. - " Я должна выжить ради них. Глаза девушки будто горели вместе с ней. Пламя решительности и веры плескалось в них. Она уже была готова атаковать. "Не ошибись!" Глубоко вздохнув, девушка представила, как пламя утекает, как вода, и образуется вокруг нее. Почувствовала это. На лице Клерфе отображалось непонимание и страх. Тсуна ударила раз, но Адриолли выдержал. Второй - всё ещё на ногах. - Это всё? Резко наклонившись, Тсуна направила всё свое пламя, всю свою решительность, чтобы одолеть врага, на Клерфе. Гигантская взрывная волна отбросила обоих, разрушила стены, которые, по всей видимости, оказались не очень крепкими, и уничтожила пламенную клетку, скрытую пламенем тумана, где находились пленные. Одна из стен, у двери, накрыла собой рядовых офицеров Вонголы, с которыми как раз расправился Занзас. Как только пыль улеглась, в помещении некогда прекрасного зала остались только руины, пленные, бездыханное тело некогда Десятого Вонголы и еле стоящая Тсуна. На лице у неё мелькнула тень улыбки. "Справилась". Увидев девушку, бывшие ее хранители бросились к ней, но тут ноги шатенки стали подкашиваться, а сама она - падать. Почти достигнув земли, она почувствовала, что ее подхватили такие крепкие и родные руки. Хранители остановились и замерли. На лице Девятого проскользнуло непонимание, которое быстро сменилось улыбкой, едва он увидел, как его сын бережно обнимает Тсуну. - Просил же, не наломать дров, - заботливо, но с долей упрёка сказал Скариани. - Всё же получилось, - улыбнулась она, на что Занзас лишь приподнял уголки губ. - Тсуна! - к девушке подбежали как раз подоспевшие хранители Мельфиоре и Варии. Все хранители семей Джессо и Форте, как один бросились ее обнимать, при этом ругая за неосторожность и безрассудность. - Глупая! А если бы что-то случилось? - ругали ее Гамма и Базиль, вместе с Кикё и Закуро. - Ты же обещала не чудить, - улыбнулся Рокудо. На сердце у него, как и у остальных стало легче. Он легко обнял ее, шепнув что-то вроде "Я рад, что ты жива", на что Скариани злобно скрипнул зубами. - Тсу-тян, если бы с тобой что-то случилось, было бы не круто, совсем, - отозвалась Блюбелл, обнимая шатенку. Варийцы стояли рядом, что-то говоря на тему того, какая же Савада безрассудная, но они тоже переживали за неё, пусть и не желают этого признать. Только малыш Фран тихо подошёл и протянул руку со словами: - Хорошо что ты жива, Карамельная Фея, - на его слова все рассмеялись, а сама шатенка крепко обняла мальчишку. Недалеко всё так же стояли бывшие ее хранители, учитель и Девятый. Они так и не решились подойти, пока сама Тсунаёши внезапно не приблизилась к ним, мягкой, хотя и очень неуверенной из-за слабости походкой. - Вы в порядке? - тихо спросила она. В помещении воцарилась тишина. Никто не понимал, что движет ею, но девушка всё так же стояла, ожидая ответа. - Да, спасибо, Джу...Тсуна, - неуверенно улыбнулся Хаято. - Я рада, что с вами всё хорошо, - улыбнулась Тсуна. Раньше эта улыбка приносила в их сердца тепло и покой, но сейчас они чувствовали лишь ужасную боль и вину за своё предательство. А она всё так же тепло им улыбалась, а в ее глазах не было и тени обиды. - Прости нас, Тсуна, -тихо начал Реборн. Тсуна с лёгкой полуулыбкой и нотками удивления взглянула на него, наклонив голову. - Мы все ошиблись, будучи заслеплёнными тем образом Клерфе, что он показал нам. Мы ошибались, - добавил он. Все замерли в немом удивлении. Реборн признал вину и извинился? - Прости меня, старика, за глупость, Тсунаёши, - сказал Девятый. - Я не держу зла, так как знаю, как, порой, ломают судьбы наши ошибки. Тем более, что я сама виновата. Если бы я была сильнее, этого бы не случилось, - тихо, так чтобы ее хранители ее не услышали, шепнула Тсу. - Это глупости. Мы сами оказались недостойны тебя, ведь не увидели твою силу, как это сделали твои нынешние хранители, - каждое слово давалось Хаято с трудом. - Они были с тобой, когда ты не была такой сильной, так что заслуживают место рядом с тобой. - Возможно, сейчас не время и не место, но я хочу кое-что спросить, - подал голос Девятый. -Не хочешь ли ты, вместе со своими хранителями стать одиннадцатым поколением? Мельфиоре замерли в шоке. Тсу опустила голову, задумавшись и вспоминая ее путешествие в потусторонний мир. Тогда Джотто показал ей предыдущих боссов и рассказал кое-что. Flashback - Значит он... - удивилась шатенка. - Да, он потомок Второго. Так же, как ты и Клерфе - мои. История - забавная вещь, не находишь? Она любит повторяться, - улыбнулся Примо. - Значит, если он, вдруг, захочет занять место Одиннадцатого, то кольца примут его? - Скорее всего. END Flashback - Увы, это не мой путь, - улыбнулась девушка. На лицах Вонголы отобразилось разочарование, а Мельфиоре победно усмехнулись. - Но я знаю тех, кто идеально подойдёт, тем более что их Небо - прямой потомок Второго Вонголы. Девятый удивился. - О ком ты, Тсунаёши? Девушка чуть наклонилась и с улыбкой шепнула: - Вария. Все, кто услышал ее, шокировано замерли. - Вария? - удивились бывшие ее хранители. Варийцы, услышавшие ее, шокировано и растеряно переглянулись, а потом покосились на не менее растерянного Скариани. - Ты уверена, Тсуна? - в своей привычной манере спросил бывший аркобалено Солнца. - Откуда такая информация? - Можно сказать, из первоисточника. Я видела второго своими глазами, и это подтвердил Джотто, - увидев непонимающие взгляды, она добавила: - долгая история. - Но примут ли их кольца? - спросил Реборн, на что девушка ответила, что должны. - В таком случаи, если сами офицеры Варии не против, - улыбнулся Вонгола Ноно, - буду рад видеть их на месте одиннадцатого поколения. Тсуна счастливо улыбнулась. Ей удалось. Такая маленькая девушка сумела подняться и выстоять тогда, когда против неё был целый мир. Даже в самые тёмные времена и в самых тёмных местах она нашла настоящий свет - друзей, семью, любовь. Могла ли она подумать шесть лет назад, что она станет такой? Могла ли она представить себя и свою жизнь такими, какими они есть сейчас? Эта девушка сумела измениться сама и изменить мир вокруг. Она помогла тем, кто опускался во тьму и простила тех, кто предал. Она разрушала стереотипы о мафии, не прилагая никаких усилий. Мафиози умеет любить и защищать. Мафиози умеет прощать. С объятиями на неё набросились Мельфиоре и даже Вария, нет, одиннадцатое поколение Вонголы радовались победе. Над врагом и над судьбой. В тот миг каждый осознавал, что игра стоит свеч, что эта война стояла того, чтобы начать ее, ведь как приятен вкус победы! Поняв это однажды, никто из присутствующих в том полуразрушенном помещении не сумеет это забыть. Да и не захотят.