Один раз ничего не значит! или....

Уже давно стемнело. Только у самого горизонта была тонкая красновато-оранжевая полоска облаков. Артур проснулся от того, что его сильно качнуло, машина стояла у парадного входа особняка Хеллсингов. Он почувствовал себя абсолютно разбитым. "Спать, спать, спать, спать" промелькнуло где-то в сознании. В холле было темно, хоть глаз выколи, немногочисленная прислуга давно легла спать, а свечи здесь почти никогда не зажигались. Споткнувшись на лестнице и чуть не пересчитав все ступени носом, сэр Хеллсинг всё же добрался до спальни. Ноги уже заплетались, а голова совсем не работала. Стянув по дороге пиджак и рубашку он в одних штанах упал на кровать. Холодная комната, бордовый балдахин над большой старой кроватью и такая долгожданная тишина. Напряжённые весь день мышщы наконец расслаблены, наконец можно отдохнуть. Артур уже почти заснул, как вдруг рядом что-то пролетело, обдавая ветром от крыльев. - Чёртовы голуби - в полудрём пробормотал Хеллсинг и перевернулся на другой бок обняв подушку. Раздался тихий смешок. -Я смотрю ты сильно устал. - Насмешливый голос пролетел над кроватью и взвился к потолку. Каким-то диким, изо всех сил сдерживаемым весельем веяло от этой фразы. -Алукард?… Чего тебе. - донеслось из-под подушки. -Ничего… с чего вы взяли что мне что-то нужно от вас? В крайнем случае, что же вы тогда могли бы мне дать? - голос звучал тихо и вкрадчиво, доносясь не из какого-то конкретного места, ни от куда и сразу казалось что он везде, что говорят сами стены. -"Говорящие стены", "ни от куда" как это голос может доноситься "ни от куда" ведь он раздаётся из чьего-то горла, если конечно у этого чего-то есть горло. - подумал Артур. А вслух ещё раз спросил: - Так чего тебе, от меня надо? - От вас? - ответа не последовало, зато раздался храп. По этому что-то больно ткнуло под рёбра. - Если надо то говори, а нет, иди издевайся над Уолтером. - Мне? - стены растянулись в злорадной ухмылке. - Мне. - отразилось от стен. - Мне - Артур начинал терять терпение и опять засыпать. Что-то большое и тёмное нависло над человеком, не чёрное, а именно тёмное, адское, почему-то находящее во всём происхтдящем что-то очень весёлое. Тело пробила дрожь и над самым ухом чётко и внятно, раздался пугающий бархатный голос носферату: - Мне надо вас.