Судьбоносный стикер 2 или семейная жизнь под микроскопом

POV Юра Честно говоря, в тот момент, когда мне позвонила Данина мать, я забыл обо всем – о ссоре, об Артурчике, о своей ебанутой гордости, обо всем. Я помню лишь то, что посмотрел на отца щенячьими глазами, и он меня понял без единого слова. Он просто оделся, что-то шепнул Ярику и пошел, взяв ключи от машины. Все, что я мог – это уныло за ним брести и думать о том, что же случилось, и насколько это серьезно. Конечно, я во всем винил себя, но не подавал виду, я же сильный, еб твою за ногу. До больницы я доехал, как в тумане. Уже потом, когда нужно было заходить в это вонючее помещение, я нацепил на себя маску ледяного короля. Как никак, мы все еще были в ссоре, и мне не нужно было показывать свое беспокойство. В коридоре меня ждал брат Даниила. Мы с ним сухо поздоровались, и он мне рассказал о том, что Даня решил меня искать, чтобы все мне объяснить и попытаться помириться, но в итоге был избит толпой неадекватов, которые уже давно хотели ему хорошенько намылить его пидорскую шейку. В итоге три сломанных ребра, вывих плеча и до хуища гематом на теле. Заявление естественно никто катать не стал, ибо у главаря этих имбецилов есть свои связи в ментовке. Уже потом брат добавил, что Даня чуть ли не со слезами на глазах просил не говорить мне о том, что случилось, дабы не пасть в моих глазах еще больше. Но, куда уж тут падать. В наше время нормально, что люди с мускулатурой порой не могут себя защитить, да еще и против целого пиздодвижа ебанутых на всю голову придурков. Короче, я лишь хмыкнул и пошел в сторону палаты. Врач сказал, что пациенту нельзя сильно нервничать, дабы переломанные ребра правильно срослись и не натворили беды сейчас. Интересно, это я сюда ехал для того, чтобы мне завуалированно сказали не соваться? Ну уж нет, товарищи. Пора все прояснить раз и навсегда. Тем более, чем ближе я подходил к палате, тем выше поднимала голову моя гордость, шепчущая не самые лестные фразы в адрес этого говнюка травмированного. Когда я зашел, то просто не смог сдержать улыбку. Этот взгляд перепуганного кролика стоил того, что мне пришлось пережить. Этот испуг был настолько милым, что я тут же показал свои белые зубы в искренней улыбке. Но быстро совладал с собой и принял каменное выражение лица, преисполненное серьезностью. Даня долго не мог собрать себя в кучу, но в итоге начал что-то мямлить. - Я…ты…мы…ты все…все не так.. Я не выдержал и слегка рявкнул на этого степеснительного двоечника у доски. - Тебе что, мозг отшибли, а не ребра? Даня моментально встрепенулся, покорчился от боли после резкого движения, а затем более менее внятно начал рассказывать. Я его выслушал, как и просил отец, тем более, что это было верным решением. В итоге, когда он закончил свой рассказ и стал выжидающе на меня смотреть, я начал говорить тоном ментора, который наставляет своего непутевого ученика на пути истинный. - Ты должен понимать, что даже твой рассказ и увечия не исправят того, что ты уже накуралесил. Ты знаешь мой характер, и знаешь, чего я хочу от этой жизни. Я не стану забирать у тебя надежду, ты еще можешь все исправить. Но для этого придется постараться. У тебя на это будет две недели после выхода из больницы. Сказав это, я просто развернулся и ушел. Я не мог больше там находиться и смотреть ему в глаза. Во-первых, не позволяла гордость, а во-вторых, хоть мы и поссорились, но чувства то не отпускают. Короче, от этого противоборья в моей голове я решил попросту сбежать. Выйдя из палаты, я попросил отца оставить брату Дани его адрес и взял строжайшую клятву, что Даниил Мальцев, этот горе-любовник, получит его не раньше, чем выползет с больничной койки со сросшимися ребрами. Мой вид вроде помог добиться понимания со стороны родственников Даньки. А мы с папой просто решили вернуться домой, чтобы маленький Ярик не так сильно скучал за своими родными.