Лама и Нос

      Прочев это письмо, Нос еще минут пять стоял не двигаясь, глядя офонаревшим взглядом вдаль. Потом он покачнулся и грохнулся ничком на землю. Конечно же, носом прямо в жука.       Через, примерно, пятнадцать минут Лама вышла на улицу, чтобы играть в самолетики из пижамы. Но все ее планы были мгновенно сломаны, когда она увидела валявшегося на земле Носа. Лама подбежала ближе. Нос лежал ничком на траве, сжимая в руке лист бумаги. Зубами освободив лист, который оказался письмом от Мадонны, Лама прочла его. И разрыдалась от счастья.       — Мамочка приезжает снова! Ах, понятно теперь, почему мой милый Носик лежит не шелохнувшись! Он ведь такой впечатлительный, он, наверное, был настолько счастлив!       Потом Лама вызвала грузчиков, и они перенесли Пимпочку в дом, на диван. Затем Лама, не зная, кто может вылечить железо, вызвала электрика. Он ничего не смог сделать, так как он был электриком. Затем Лама вызвала сантехника, который оказался, по ее словам «неумехой, только и жующим соленые огурцы».       Всем позвонила Лама, всем, кроме врача. Она позвонила мебельщикам, продавцам мороженного, таксисту, кондитеру, адвокату, учителю начальных классов, лесникам, она даже позвонила в пенсионный фонд России и в цирк, где ее приняли за сумасшедшую фанатку.       В конце концов, Лама догадалась позвонить врачу. Приехал доктор и сказал:       — Ну что, показывайте ваш нос, сударыня.       — Вот он, — и Лама указала на Носа.       Доктор непонимающе уставился на нос Ламы и на самого Носа. А его непонимание было вполне понятно. Позвонив врачу, Лама сказала: «Здравствуйте, у меня заболел Нос. Приезжайте срочно, я хочу, чтобы он застал приезд Мадонны».       — Я не понял. Вы хотели, что бы я вылечил ваш нос, — наконец опомнился доктор.       — Ну да, — беззаботно ответила Лама, уже разжевывая халат доктора.       Лама все время что-то жевала. Она жевала пижаму, одеяло, листы бумаги, траву, в общем, все, что можно было долго и нудно пережевывать.       — А-а! — догадался доктор. — Это ваш муж? Имя?       — Нет, это не имя, это мой муж, — ответила Лама.       Доктор был очень терпеливым человеком, поэтому спокойно спросил:       — А позвольте поинтересоваться, как зовут вашего мужа?       — О-о! Его можно много как называть! — воскликнула Лама, подпрыгнула, откусив край халата врача и затараторила: — Его зовут Железным Дровосеком, просто Дровосеком, Пимпочкой, Носом, Носиком, Носярой…       Доктор прервал этот перечень имен, который, наверное, закончился бы только через час.       — Хорошо, хорошо! Но сначала расскажите-ка мне, что случилось.       Лама ничего не смогла рассказать, так как приступила к пережевыванию полотенца и вообще ничего об этом не знала. Она, с набитым ртом, худо-бедно рассказала Доктору все, что видела и сделала.       Врач кивнул и принялся осматривать Носа, попросив только у Ламы кое-какие инструменты. Еще он просил не мешаться под ногами, не засовывать голову под подмышки и не стаскивать Носа с кровати за пятки.       Врач оказался глупым и вообще ничего не понял. Тогда он уехал. И вдруг пришла Мадонна.       — НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — заорал во сне Нос и свалился с кровати.       Мадонна спокойно поинтересовалась, что за странности тут происходят. Лама в подробностях все рассказала ей, затем Манго смерила Пимпочку внимательным взглядом профессионала и предложила свой фирменный метод лечения. Лама энергично закивала головой и принялась жевать носовой платок с утроенной силой.       Нос был подвешен за пятку к потолку. Мадонна придирчиво оглядела Пимпочку и сказала:       — Вот так, милая моя Ламушка, и надо было поступить в самом начале. Когда кто-то заболевает, я лечу именно таким способом, — и Манго открыла форточку. Нос скрипнул, покачнулся на ветерке. От его веса веревка опасно затрещала…       — А теперь пойдем, поедим манную кашу, — предложила Мадонна, и Лама всей душой поддержала это предложение.

***

      Нос открыл глаза. Перед ним была комната, однако под… необычным углом. Только через пять минут он понял что висит, подвешенный за пятку к потолку. Из кухни доносились голоса, и Пимпочка с ужасом узнал один из них — голос Мадонны Яковлевны Манго. «Свершилось…» — подумал он и снова чуть не упал в обморок. Нет, вообще-то он упал, но не в обморок, а на пол через несколько секунд после того, как в голове Пимпочки пронеслось слово «свершилось». На грохот сбежались Мадонна и Лама. Манго снова собралась продать Носа в металлолом.       — Ты что! — воскликнула Лама. — Так нельзя!       Мадонна послушалась.       После «горячих» приветствий все пошли ужинать. Бедному Носу снова пришлось пережить кормление манной кашей с ложечки.       И понеслись бесчисленные дни пребывания Мадонны в доме. «Когда же она уедет!» — то и дело думал Пимпочка. И вдруг произошло то, что снова (и уже на более долгий срок) обрекло Пимпочку на подвешивание пяткой к потолку.       — А знаете… — сказала Мадонна. — Стара я стала, Париж мне надоел. И я решила прожить последние свои дни у вас!       После шока и недели висения под потолком, Нос решил отомстить — он написал письмо своей маме, приглашая ее пожить у себя. Это был мощный удар по Ламе — она вспомнила тетушку Фреккин Бок…