Монах

– Кажется, вы поняли мои слова превратно, – снова начал Майкрофт Холмс, и опять наткнулся на этот взгляд, ясный и со смешинками, в котором сейчас не осталось ни капли добродушия и мягкости, из которых, как казалось всем окружающим, целиком состоял доктор Стэмфорд. – Я прекрасно вас понял, – ответил доктор. – Но, простите, суть терапии как раз состоит в том, чтобы обеспечить взаимное доверие. А вы предлагаете мне… даже не знаю, как это назвать! – То есть, вы мне отказываете. Понимаю, профессиональная этика... – Я бы не согласился, даже если бы не был обязан хранить врачебную тайну. – Но без этого… – Майкрофт запнулся и это выглядело так, будто он смутился, на самом деле, конечно же, он просто подбирал лучшие слова. – Без вашего содействия я не смогу знать, что мне делать с Шерлоком. С ним всегда было трудно, теперь же он стал совершенно непредсказуем… – Непредсказуем? – переспросил доктор Стэмфорд. – Лезет в неприятности, подвергает опасности свою жизнь, – пояснил Майкрофт. – А я злоупотребляю служебным положением, чтобы быть в курсе его намерений. – Слежка? Это так мило, по-родственному… – Не надо иронии. Мне необходимо знать, от чего спасать Шерлока, если придется. А мне придется! Но он принимает в штыки любую инициативу с моей стороны… – Майкрофт скорбно склонил голову и издал еле слышный вздох. – Я нуждаюсь в совете. Помогите мне найти общий язык с собственным братом! – Рецепта не существует, – ответил Стэмфорд. – Вы проявляете заботу – это прекрасно, но если ваша забота превращается в полный контроль... Он ведь просто пытается жить самостоятельно, а вы ему не даете! – Шерлок изменился в лучшую сторону, это несомненно, и я ценю ваш вклад в это, доктор Стэмфорд. – Майкрофт подчеркнул свои слова почтительным кивком. – Я помню, с чего мы начинали и каких огромных усилий стоило уговорить его прийти к вам на первый сеанс. И это дало плоды: он бросил почти все свои монашеские идеи, стал сравнительно более коммуникабелен. Не бродит в одиночестве каждую ночь, как какой-то опереточный вампир… Но это его новое увлечение… расследование преступлений! Для нашей семьи это слегка дурной тон… вы не согласны? Не говоря уже об опасности, которой он постоянно подвергается во время этих расследований. И самое прискорбное - он все еще без пары. – Я вот тоже без пары, – неожиданно посетовал доктор. – Вы бета, – отвечал Майкрофт. – Вы можете диктовать вашему организму свои условия, а альфы всегда подчиняются инстинкту. Учитывая, что Шерлок – альфа, его поведение ненормально. – Не могу с вами согласиться! – сказал Стэмфорд. – Это доказывает, что он совершенно нормальный молодой человек, который не умеет переключаться, как кран, с горячей воды на холодную. После еле заметной паузы Майкрофт поинтересовался: – Вероятно, вы хотите этим сказать, что в странностях Шерлока виновны наши родители, отдавшие его на воспитание в школу Ордена Отказа? Не буду спорить. Но вы ведь в курсе, что большинству бывших воспитанников удалось без труда, как вы выразились, переключиться с горячей воды на холодную? – Позвольте ему самому во всем разобраться, – сказал Стэмфорд, дружелюбно улыбнувшись. – Дайте ему понять, что вы на его стороне, но не мешайте ему делать все самому. Это единственная информация, которой я могу с вами поделиться насчет Шерлока. – Скажу прямо. Я обязан узнать, что с ним случилось три года назад, – сказал Майкрофт, поднимаясь с кресла. – Это бы многое объяснило... Неужели он даже вам... – Как я уже не раз говорил, мистер Холмс, мы не касаемся определенных тем, – ответил Стэмфорд. – Разумеется… Не важно… Если вы не поможете мне, я найду другие пути. Майкрофт огляделся по сторонам, как будто не понимая, где это он вдруг очутился, затем направился к выходу из кабинета доктора. – Я не записываю наши беседы, – бросил ему вслед Стэмфорд. – Никаких диктофонов. Никаких блокнотов. Мы с Шерлоком просто болтаем, как два приятеля. Так что, прошу вас, мистер Холмс, не утруждайте своих людей очередным тайным обыском в моей квартире… – Я не понимаю, о чем вы говорите, – вежливо ответил Майкрофт, чуть помедлив на пороге. – И пусть микрофоны мне тут не рассовывают по углам! – крикнул доктор Стэмфорд, уже откровенно веселясь. Майкрофт Холмс без слов вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь кабинета.