А если бы всё было иначе?

- Что вообще произошло?! Что опять не так, МакКиннон?! - Сириус саданул ладонью по стволу несчастного дерева, которое так некстати тут росло. Рука тут же отозвалась болью, но было плевать. Бесило всё. Бесила эта Марлин, распахнувшая свои чёртовы глазищи и глядящая даже как-то жалобно. Безумно раздражает этот парк, этот чёртов пёс, гоняющий грёбаных голубей. Деревья, люди, листья под ногами - всё. - Поясни мне, МакКиннон, а то я совершенно не понимаю, что тебе ещё нужно! - Прекрати на меня орать! - наконец не выдержала Марлин. Надо же, впервые раскрыла свой чёртов рот после того, как вдруг, резко разорвав поцелуй, заявила, что "всё неправильно". Неправильно, мать её! - Неправильно то, что ты творишь. И если хочешь, чтоб я не орал, прекрати держать рот на замке и смотреть так, будто я тут инквизицию развожу, - Сириус всё же снизил тон. Блондинка стояла, опустив глаза на листву под ногами и заговорила тихо, еле слышно: - Я не могу и не хочу так. Сириус… - КАК ТЫ НЕ МОЖЕШЬ И НЕ ХОЧЕШЬ? КАК? - Блэк уже едва себя контролировал. Как же достали её выходки, чёрт возьми. - В чём дело, ты мне объяснишь когда-нибудь? Марлин лишь помотала головой, всё так же разглядывая листья. Сириус шагнул к ней и, взяв за плечи, легонько встряхнул: - Посмотри на меня. Вот так, хорошо. А теперь чётко и внятно говори: какого чёрта? Нет же, Марлин, на меня смотри. Говори. - А ты сам не понимаешь? - Нет, я не провидец божий. Ну? - Ты же добился чего хотел. Что тебе ещё нужно? - вот это неожиданно. Что нужно? Она совсем свихнулась? - Ты сейчас несерьёзно это, да? - Вполне серьёзно. Сириус даже не знал, что сказать. Он впервые был в растерянности, мать его, перед девчонкой. Поэтому, единственным, до чего он сейчас додумался, было крепко обнять Марлин. Она попыталась отстраниться, но через мгновение расслабилась, уткнувшись носом куда-то в области ключицы. - Не смей больше задавать подобные вопросы, понятно? - его голос прозвучал строго, но, подняв голову, Марлин встретила лукавую улыбку. - А с какой это стати ты мне указываешь? - Имею право. - Размечтался, - фыркнула МакКиннон. Сириус усмехнулся, глядя куда-то мимо Марлин: - Твой пёс сейчас голубя сожрёт. Так и должно быть? Марлин резко обернулась, ища взглядом Батлера, который носился с каким-то пуделем. Послышался смех Сириуса: - Оказывается, ты не только за права уток борешься? - Идиот, - Марс шутливо пихнула Блэка в плечо. - Иногда бываю.

***

Блондинка резко затормозила на подходе к дому, дёрнув назад держащего её за руку Сириуса. На подъездной дорожке стоял до боли знакомый отцовский бьюик. Вероятно, Сириус уже понял, в чём дело, потому что смотрел на машину крайне враждебно. - Хочешь, я с тобой пойду? Марлин улыбнулась и чмокнула его в щеку. - Не нужно, всё нормально. - Ну смотри. Дом только не разноси. - Как получится. - Уж постарайся, - Сириус притянул МакКиннон к себе и коротко поцеловал в губы. - Пока, - Марлин направилась к дому, доставая ключ. Батлер, заметив машину хозяина, радостно тявкнул и стал царапать входную дверь лапой, требуя, чтоб его впустили. Марлин усмехнулась: бедняга, не понимает. Он просто радуется родному человеку. Жаль, что она не может так же. Наконец, дверь была открыта, и пёс с радостным лаем побежал в кухню, где, по всей вероятности и сидел отец. Марлин тяжело вздохнула и пошла за ним. Вот и сбылось это "всё-таки придётся", о котором говорила Лили. Как вовремя-то. Он сидел у стола и ласково чесал за ухом Батлера, положившего голову ему на колено. При виде дочери мистер МакКиннон улыбнулся: - Привет, - отец поднялся рассматривая всё ещё молчащую Марлин, которая остановилась в дверях. - Зачем пришёл? - грубо. - Что тебе ещё от нас нужно? - Марлин, зачем ты так? - Ты уверен, что этот вопрос нужно задавать мне? Как ты вошёл? - девушка уселась на стул напротив отца, стараясь смотреть прямо в глаза. - У меня остался ключ. Кто этот парень? - Какая тебе теперь разница? - Марлин, прекрати этот детский сад! Ты уже взрослая и должна понимать, что люди расходятся. И это совсем не значит, что на тебя это как-то повлияет, - кажется, отец начинал сердиться. Да пожалуйста! - Мы. Были. Семьёй. Каким образом это может НЕ повлиять на меня? И даже не это столь важно. Хорошо, вы месяц не говорили мне, в чём дело. Но скажи, как долго ты обманывал нас с мамой? Год? Два? Пять лет? Как ты смел приходить домой и целовать маму в щеку, будто это не ты сейчас был с другой женщиной? Как у тебя язык поворачивался признаваться в любви? Это самое настоящее предательство. - Согласен, я поступил паршиво по отношению к маме. Так уж получилось и она зла не держит. Что с тобой, Марлин? - А я держу и следую совету своего когда-то папы: не прощаю эти самые предательства - самый дрянной из поступков. Кажется так? Он устало вздохнул: - Я предал маму, а не тебя. - По-твоему, мне должно быть плевать? Может быть. Но у меня не выходит. - Постарайся обдумать и смириться, всё равно уже ничего не вернёшь. И всё-таки, кто этот парень? - Это тебя не касается. Так же, как, по твоей логике, меня не касается ваш с мамой развод. - Марлин, я всё ещё твой папа и не хочу, чтоб тебе однажды было больно. - Не хочешь, чтоб мне было больно… - очень тихо повторила блондинка, будто пытаясь глубже вникнуть в смысл сказанного. - ИЗДЕВАЕШЬСЯ ЧТО ЛИ? Теперь контроль был полностью утерян. Марлин вскочила, чувствуя, как по щекам бегут слёзы обиды и злости, и понимая, что не в силах больше ничего с собой поделать. Куда летит этот мир? Разве месяц назад она могла подумать, что будет орать на своего папу во всё горло и одновременно с этим позорно реветь? Отец, видимо поняв, что сморозил глупость, тоже поднялся. - Серьёзно?! Не хочешь, чтоб мне было больно?! Так вот, папа, это полнейший провал! Полнейший! - Успокойся. Марлин, тише, - мистер МакКиннон сделал шаг к дочери, но Марс мотнула головой и попятилась, всё ещё глотая слёзы: - Уходи. Пожалуйста, уйди. Отец ещё несколько мгновений смотрел на неё, потом, вздохнув, направился к двери: - Звони в любое время. Я всегда отвечу. Когда папа вышел за дверь, Марлин упала на стул и снова расплакалась. Идиотизм. Почему так много слёз в последнее время? Куда делась та МакКиннон, которая плакала исключительно над печальными книжками, а по жизни всегда улыбалась? Негромко скрипнула дверь и Батлер выбежал в коридор. Снова он. Сколько можно издеваться? - Что тебе ещё нужно?! - Марс, ты чего? В кухню вошёл удивлённый Сириус и тут же сел рядом с Марлин. - Эй, ну ты что? Не плачь. Марс… - он явно не знал, что предпринять. Забавное зрелище совершенно растерянного - подумать только! - Блэка вызвало у блондинки улыбку. Марлин спрятала лицо у Сириуса на плече, успокаиваясь. Да, он здесь определённо как нельзя кстати. Окончательно уняв слёзы, МакКиннон подняла глаза на всё ещё немного обеспокоенного Сириуса. - Марлин, что произошло? Поссорились? - Скорее, не помирились, - блондинка слабо усмехнулась. - А ты почему всё ещё здесь? - Я решил подождать немного, мало ли. А там встретил Сохатого с Эванс. Лили сказала, что подождать - хорошая идея. А дальше мистер МакКиннон вышел слишком озабоченный. Это ведь он, да? -Да, Сириус. Это мой отец. -Вы похожи. Марлин улыбнулась: -Я знаю.