Мир, где тебя любят и ждут (Синеглазка).

      Минуты превращались в часы. Я катала своего всадника по кругу. Нам обоим это доставляло немыслимое удовольствие. Ну ребёнку-то понятно, я для него была вроде большой игрушки. А вот что со мной такое? Почему мне так хорошо, когда он сидит на мне, дёргает за уши, обнимает? Родительский инстинкт?       Впрочем идиллия продолжалась недолго. Нам наперерез вышел молодой крепкий викинг, украшенный длинными, как у Плеваки, усами. Могучее тело покрывали затейливые татуировки и росчерки шрамов. Мы с моим наездником остановились не дойдя до бойца два десятка шагов. Недовольное ворчание вырвалось помимо моей воли, нехорошее предчувствие накрыло удушливой волной.       Здоровяк упёр руки в боки:       - Ну всё, щегол, покатался и хватит. Дай настоящему викингу прокатиться.       Я чешуёй почуяла страх мальчика.       - Нет, Ульрих! - вскрикнула Хельви. У неё явно были свои причины бояться этого мужика. Ну, не дрожи, милая, теперь защитник у тебя есть.        - Убирайся, - между нами встал довольно рослый и весьма упитанный паренёк, наверное ровесник Иккинга, - Фурия, как и другие драконы выбирает всадника сама.       - Не понял!!! - рявкнул шрамированный, - Это кто мне будет указывать?!.       - Рыбъеног прав! - к пухляку присоединился кузнец Плевака. - Напугаешь Фурию, та может поранить мальчика...       Ха! Скажешь тоже, напугает... Моли своих богов, чтобы не разозлил! Ловлю себя на том, что стою и грозно рычу, колошматя по земле хвостом. Да, я сильна, но Плевака прав, Лисёнка лучше отдать матери. Целее будет. Медленно пятясь, дабы не терять Ульриха из виду, подхожу к Хельви.       Но шрамированный неправильно истолковывает ситуацию... пьяный что-ли? И вальяжной походкой направляется к нам:       - Эй, красавица, ты не против, если я загляну как-нибудь вечерком...       - Нет! Тебе никогда не сравниться с твоим братом! - Хельви сжала кулачки, из глаз потекли слёзы.       - Да забери же ты ребёнка, дура! - зарычала я, боднув головой напуганную мамашу. Наконец та сгребла в охапку ребёнка.       - Стой! Тебе говорят, - Рыбъеног улетел первым, драться шрамированный умел. Ну а как иначе? Дважды калека продержался дольше...       - Почему все стоят? - недоумение сменилось яростью. — Сама всё сделаю. Ах ты гад! - злоба сводит меня с ума. Тело охватила незнакомая ранее дрожь. Я почувствовала во рту странный привкус, словно съела коробку со спичками, который перерос в комок чего-то обжигающего язык. Выплюнув гадость изо рта чуть в сторону...       - Ой, мать!..       ...светящийся горячий шар расплавил камень арены. Ульрих наконец призадумался о возможных весьма плачевных для себя последствиях и попятился назад. Поздно! Сквозь голубое застилающее взор марево вижу маленького слабенького человечка, который переоценил свои силы, но только я уже не человек. Теперь – я дракон, Ночная Фурия. Чувствую, как перепрыгиваю свой всё ещё пылающий заряд, как сбиваю ублюдка с ног. Прижимаю его лапами к земле, а мои когти рвут его грудь и плечи... Запах крови пьянит и одновременно вызывает отвращение. Да я могу убить тебя с одного удара! Осталось его нанести...       - ОСТАНОВИСЬ! - это даже не крик, не приказ...       Чья-то мольба эхом разнеслась в моей потерявшей разум черепушке. Далёкий отголосок чьего-то сознания. Всего лишь проблеск, но от него всё человеческое во мне разом проснулось. Словно в бочку с ледяной водой окунули, вынув из парилки притом. Кто знает каково это, поймёт. Запахи, звуки, ощущения и зрение — всё вернулось разом.       Я убрала когти от Ульриха, окровавленного, перепуганного, но живого.       - Ну, теперь-то он поугомонится, - Плевака несильно пнул лежавшего смутьяна, дабы удостовериться, что он жив. И стал помогать Рыбьеногу; тот прижимал тряпицу к окровавленному носу. Я тоже подошла к юному защитнику и, потеревшись мордой о плечо кузнеца, словно большая кошка, лизнула его пухлую щёку.       Толпа наконец начала оживать. И к оханью прибавился уже привычный галдёж.       - Ой, всё так быстро случилось..       - Отличная потасовка!..       - Эко они..       Но мне было не до их разговоров. Вой взор устремился ввысь, ибо тот, кто воззвал к моему разуму был там.       - Иккинг!       - Иккинг вернулся!       - Смотрите! Фурия! Беззубик...       - У нас теперь две Ночные Фурии!..       И он спустился прямо с ночного неба. Немыслимо грациозный. Чёрный, как южная ночь. Не слушая своего всадника в один прыжок оказывается рядом... казалось весь мир растворился, точнее он и есть весь мир...       - Привет, - шепчу я.       - Как же долго я тебя ждал, - слышу в ответ, лишь мысль.       - Как долго я тебя искала, - ответила я единственному в этом мире существу, которое способно меня понять.