Долгий путь к счастью

«Ты нашел Хибари?» - взволнованный голос Аю Розенкрой раздался в голове Мукуро, когда парень только подъезжал в длинном тонированном лимузине к небоскребу резиденции Джессо вместе с Закуро. Хранитель кольца Урагана Марэ так и не заметил отсутствие своего напарника, почти две недели проведя с его реалистичной иллюзией в Макао. Высокий молодой мужчина с темно-красными волосами обладал действительно просто чудовищной силой, о которой Мукуро знал, но поверить в такое не мог. Закуро почти не пользовался кольцом Урагана, сам того не замечая. Его врожденная сила была такой огромной, что он на самом деле был способен сжечь до тла все вокруг, превращая энергию пламени посмертной воли в настоящее концентрированное огненное пламя. И огонь этот был настолько мощным, что легко плавил даже сверхпрочные стальные конструкции, превращал асфальт в черную маслянистую жидкость, а в сейсмоопасных регионах мог даже спровоцировать извержение вулкана. Этот же огонь, способный достичь уровня плазмы и становящийся при этом почти невидимым, охватывающий тело хозяина в нужный момент, способен защитить Закуро от всех атак. Любое оружие, сталкивающееся с плазменным щитом, мгновенно превращалось в ничто, будь то сталь меча или пули, концентрированное пламя посмертной воли противника или даже расплавленная магма, извергающаяся из вызванного его же силой вулкана. Но всю эту чудовищную силу с лихвой компенсировала недалекость ума и нежелание думать и анализировать. Мукуро не считал Закуро хоть сколько-нибудь опасным для себя противником, ведь при необходимости боя с ним не собирался драться честно, уверенный, что этого Погребального венка намного легче обмануть, чем победить. А в обмане окружающих иллюзионисту не было равных. «Нашел», - усмехнулся про себя Мукуро, прикрыв разноцветные глаза, пока автомобиль медленно разворачивался, подъезжая к центральному входу в здание. «Он согласился участвовать в операции?» - еще более взволнованный голос Аю парень отчетливо услышал у себя в голове. «Понятия не имею», - честно ответил ей иллюзионист, улыбаясь, - «Если к его «Кхм» добавить тот факт, что он все же полетел в Италию, а не сюда, то можно сделать вывод, что упрямый Вонгола скорее согласился, чем отказался. Ку-фуфу.»

*****

Просторная, сверкающая чистотой, палата реанимации вновь стала залом собрания. На этот раз босс Джессо пришел вместе с Кикё, ведь вопрос, который он хотел задать так и находящейся в бессознательном состоянии Аю, был для него важнее, чем все предыдущие. И лишь своему Хранителю Облака Бьякуран доверял достаточно, чтоб не только позволить ему присутствовать при демонстрации картин из возможного будущего, но и дать оценку правдивости и реалистичности такого развития событий. Босс Джессо вольготно устроился прямо на кровати девушки, сев у нее в ногах и облокотившись о правую руку с бессменным кольцом Неба Марэ. Кикё остался стоять у двери, прислонившись спиной к стене и многозначительно прикрыв темно-зеленые глаза. Этот парень прекрасно знал, что именно от него ждет босс – Бьякуран хочет услышать его мнение насчет Рокудо Мукуро. Обманывает ли его иллюзионист, уверяя, что Розенкрой поддерживает с ним ментальную связь и показывает картины из будущего, которые он посредством своей иллюзии демонстрирует ему, или нет? А в анализе и оценке поступков людей Кикё не было равных среди всех остальных подчиненных Джессо. Мукуро совершенно спокойно сидел в кресле возле окна и бросал взгляды чаще на небо, чем на собравшихся в этой палате людей. - Уммм, Аю-тян, - с улыбкой начал разговор Бьякуран, прикрыв свои темно-фиалковые глаза и обращаясь к лежащей без сознания девушке. Он все еще очень сомневался, может ли она слышать и понимать, что ей говорят, но Мукуро уверял, что это так и есть, - у меня к тебе сегодня необычная просьба. В одном из параллельных миров, который поразительно сильно похож на наш мир, глупый Десятый босс Вонголы уничтожил все кольца своей семьи. Все до единого, можешь в это поверить? Мне интересно, что случится в этом мире в будущем. Покажи мне. «Не могу», - мысленно ответила девушка, - «я не путешествую по параллельным мирам». - Принцесса говорит, что она не может видеть параллельные миры, - сухо озвучил слова Аю Розенкрой все еще спокойно сидящий в кресле Мукуро. - Почему? – искренне удивился Джессо, - Даже маленькая девчонка Юни может. - Давайте сделаем проще, - фыркнул иллюзионист, - вы хотите пообщаться, я вам помогу. И внезапно воздух рядом с кроватью Аю Розенкрой начал сгущаться, превращаясь сначала в плотное облако, а затем приобретая форму человека. Кикё сразу напрягся, его кольцо засветилось фиолетовым пламенем, а в руках появились облачные дротики. Но Бьякуран сделал останавливающий жест рукой, и его Хранитель так и не бросился в атаку. А иллюзорное облако вполне успешно приобрело форму живой и здоровой Аю, стоящей и улыбающейся всем присутствующим. Отличить эту иллюзию от настоящей Розенкрой было невозможно, если не знать заранее. - Юни – Аркобалено Неба. Она рождается и умирает в разных мирах в разное время, но сохраняет свою память и свой опыт. А я не могу, - иллюзорная Аю Розенкрой говорила своим настоящим голосом и очень естественно прикрывала почти черные глаза, улыбаясь. Мукуро просто транслировал ее речь, которую слышал в своей голове через эту иллюзию, - Из людей только ты, Бьякуран, можешь путешествовать по параллельным мирам, благодаря своей силе. Благодаря этой же силе, которая была в тебе с самого рождения, именно тебя выбрал как своего хозяина один из древнейших артефактов нашего мира – Кольцо Неба Марэ. Это большая честь, но и огромная ответственность. Кольцо Неба Марэ не передается по наследству, а выбирает себе хозяина из века в век самостоятельно. Последние семьдесят лет кольцо хранилось у Вихтенштайн, запертое в глубинах катакомб тюрьмы Виндиче, пока оно не выбрало себе нового хозяина. Бермуда решил на этот раз не пускать все на самотек, как было раньше, но и не отдать кольцо он не мог. Поэтому к тебе, юному наследнику титула босса семьи Джессо, были отправлены Червелло с этим подарком. - А кто владел моим кольцом до меня? – улыбаясь, спросил Бьякуран. - Адольф Гитлер, - спокойно констатировала иллюзорная Аю. - Ух, ты! А до него? – удивился Джессо. - Наполеон Бонапарт. - Ммм, и все плохо закончили, - излишне наигранно разочаровался Бьякуран. - А до этого: Чингисхан, Карл Великий - создатель Священной Римской империи, Гай Юлий Цезарь, Александр Великий (Македонский) и даже Кир Великий - основатель Персидской империи. Но кольцо, как и его сила, коварны. Оно сначала дает своему хозяину почувствовать почти безграничную силу и власть, легко резонируя с врожденной внутренней энергией владельца, высвобождая ее, а потом сводит хозяина с ума, если он не сможет с ней справиться. - Уже лучше, - довольно улыбнулся Бьякуран, глядя с интересом на свое кольцо, - и все они хотели создать свой собственный мир со своими правилами игры. Я их понимаю. И я тоже хочу создать свой мир, Аю-тян, свой собственный. Но в одном из параллельных миров Десятый Вонгола уже разрушил мою мечту, уничтожив кольца Вонголы. Покажи мне, что мне теперь сделать с ним за это? Как я смогу создать свой мир там? - Я же тебе уже ответила на этот вопрос. Я не могу путешествовать по параллельным мирам, как ты. И уж тем более не могу посмотреть будущее другого мира. Никак! Ты сказал, что тот мир похож на наш, так найди там Розенкрой и спроси у нее, - грустно прикрыла глаза иллюзорная Аю. - Уммм, Аю-тян, если бы там была Розенкрой, я бы не задавал этот вопрос тебе. Хочешь узнать, что случилось с тобой в том мире? Думаю, тебе понравится. И босс Джессо, не торопясь, улыбаясь и делая театральные паузы, начал рассказывать о параллельном мире, очень похожем на наш. В нем те же города, те же люди, даже те же самые Хранители колец Вонголы. Но в нем уже почти пять лет не существует Аю Розенкрой, потому что ее в шестнадцать лет убили в Намимори. (Прим.автора: Здесь идет сюжетная отсылка к предыдущему фанфику «Долгий путь к мимолетному счастью», где Хибари попадает в десятилетнее будущее и оно его неприятно удивляет). Хибари, будучи еще семнадцатилетним Главой дисциплинарного комитета средней школы Намимори, с одним из своих людей обходил городской парк, патрулируя территорию, когда на них напали шесть человек из местной Якудзы. Они были очень недовольны, что Дисциплинарный комитет не присоединяется к ним, хотя они много раз предлагали, и постепенно подминает весь город под себя, становясь в Намимори самой влиятельной криминальной группировкой. Такого сильного конкурента Якудза не могла больше терпеть на своей земле, но и продолжать попытки объединиться с ним уже не имело никакого смысла. И в этот день, 23 марта, парни из Якудзы твердо намеревались убить Хибари, ведь без него Дисциплинарный комитет Намимори – ничто. Напав вшестером против двоих, бандиты были уверены в своей легкой победе. К тому же, в начале драки один из них брызнул чем-то по глазам Кёе и ослепил его, надеясь, что так будет намного легче с ним расправиться. Но вышло иначе. Хибари лишь стиснул зубы, глухо прорычал: «Камикорос!», закрыл бесполезные глаза и продолжил бой. Жидкость, попавшая на лицо и глаза, обжигала кожу парня, мешая сосредоточиться, что еще сильнее раздражало и без того взбесившегося Главу дисциплинарного комитета. Кёя дрался вслепую, на одних инстинктах, которые его почти не подвели. Почти, потому что он в той драке убил четверых, а еще троих сильно покалечил, хотя врагов было всего шесть. Но раньше они успели убить его подчиненного, который не столько помогал Хибари в бою, сколько нужен был ему живым, как свидетель. Когда приехала полиция, то они обнаружили сильно потрепанного Хибари, залитого с ног до головы как своей, так и чужой кровью, и все еще не вернувшего зрение - он начнет видеть только через сутки. Парень спокойно сидел, прислонившись спиной к толстому дереву, а вокруг лежали трое взрослых парней, сильно избитых и без сознания, и пять мертвых тел: трое взрослых парней, согласно полицейским сводкам – членов Якудзы, один парень из Дисциплинарного комитета и девушка, оказавшаяся там совершенно случайно – Аю Кацуя. Она просто шла по парку, как делала это довольно часто, зная, что ее любимый парень - Хибари Кёя, следит за порядком в нем, а значит, там абсолютно безопасно. И внезапно из-за кустов прямо на нее вылетели дерущиеся парни. Она не успела ни вскрикнуть, ни понять, что происходит. Один из полицейских при Хибари случайно проговорился вслух о какой-то погибшей девушке, и тут Кёя почувствовал беду. Никакой девушки в этой битве быть не должно было. Он рукавом своей рубашки, ставшей из белой почти полностью темно-бордовой от крови, вытер свое лицо, по которому стекала кровь из глубокой раны на его голове вперемешку с каким-то раствором, которым приехавшие медики уже обработали его пострадавшие глаза. Хибари, с трудом поднявшись на ноги и еще совершенно ничего не видя, попросил, чтоб ему позволили прикоснуться к погибшей девушке. И тут же понял, что это - его зверек. Кёя больше двух часов просидит на асфальте, крепко прижимая к себе мертвое тело Аю и утопив свое лицо в ее волосах. Темно-каштановые пушистые волосы девушки намокнут от его крови, капающей из раны на виске Хибари, и от его слез, которых на лице этого сильного и холодного парня не было уже больше десяти лет. Но здесь он будет беззвучно плакать, не поднимая головы и судорожно сжимая в ладонях тонкую ткань рубашки своего зверька. И с безумным упорством глухо повторять: «Не отдам! Даже смерти не отдам!». У него смогут забрать тело погибшей девушки только после того, как трое полицейских обездвижат его, а врач сделает успокоительный укол в шею парню. Хибари Кёя полгода проведет под арестом, а его дядя – шеф полиции Намимори, удостоверившись, что это был настоящий несчастный случай, ведь эту девушку его племянник действительно любил, создаст легенду, согласно которой, тело Аю Кацуи полицейские нашли на окраине Намимори, но экспертизы показали, что убили девушку не там. Место преступления не нашли, убийцу тоже найти не удалось, хотя скрыть оружие, с помощью которого убили девушку – не получилось. Многочисленные переломы и повреждения внутренних органов вследствие ударов, нанесенных тонфой, так и войдут во все полицейские рапорты и отчеты как причина смерти Аю Кацуи шестнадцати лет. День ее смерти - 23 марта. По поводу шестерых членов Якудзы, трое из которых были убиты Главой дисциплинарного комитета, Хибари Кёя будет оправдан, ведь сохранится небольшой кусочек видеозаписи самого начала драки. На нем отчетливо видно, что шесть взрослых парней, уже имеющих существенную криминальную историю в полицейских архивах, сами подошли к двум подросткам из Дисциплинарного комитета Намимори и начали с ними драку. Которая быстро переместилась прочь из поля зрения камеры, но результат был ошеломляющим. Когда Хибари Кёя будет освобожден из-под стражи, членов Якудзы в Намимори больше не останется. Город будет принадлежать только ему. Но Кёе еще очень долго не будет нужен ни город, ни этот мир. Много лет парень будет искать смерти, такой же страшной, какой погибла его девушка. Хибари не будет даже пытаться покончить с собой, считая это слишком легким и простым вариантом. Он будет ввязываться во все драки, даже самые бессмысленные, надеясь, что будет побежден и убит. Но его инстинкты не позволят просто опустить оружие перед врагом, хотя Хибари и будет много раз пытаться проделать именно это. Все пять лет с момента смерти своего зверька Кёя будет искать такой бой, в котором он проиграет по-настоящему, и будет забит до смерти. И за все это время, как назло, ни разу никому не проиграет. Бьякуран закончил свой рассказ и внимательно посмотрел на лежащую без сознания настоящую Аю. Он прекрасно знал об отношениях между девушкой и Хранителем Облака Вонголы, начавшихся еще в средней школе, и из-за которых сам Джессо вынужден был расторгнуть помолвку с наследной принцессой Розенкрой. Улыбающийся парень со снежно-белыми волосами так и не простил ни Аю, ни Хибари за это, и сейчас хотел сделать лежащей без сознания девушке больно своим рассказом. И вовсе не потому, что хотел быть мужем Аю, а лишь потому, что не смог заполучить силу девушки видеть будущее раньше. Бьякуран ничего не придумал и ничего не приукрасил, в параллельном мире действительно все развивалось именно так, как он рассказал. Но такая новость не могла пройти незамеченной для лежащей перед ним Розенкрой из этого мира. А значит, на ее состоянии это должно хоть как-то отразиться. - Хорошо, - после долгой паузы, сказала иллюзорная Аю, прикрыв глаза. - Позволь уточнить, - недобрый блеск темно-фиалковых глаз скользнул по лицу лежащей девушки, - что из этого хорошо? И тут приборы показали странный всплеск активности на всех мониторах, контролирующих процессы жизнедеятельности босса Розенкрой, все еще находящейся в пограничном между летаргическим сном и комой состоянии. Сердцебиение участилось, дыхание сбилось, мозговая активность увеличилась. Бьякуран даже привстал, чтоб лучше рассмотреть данные приборов, но буквально через минуту все вернулось к такому же состоянию, как и было. Босс Джессо разочарованно вздохнул и достал из кармана своего белоснежного пиджака пачку маршмеллоу. Он проверил, действительно ли девушка все слышит и понимает, а не иллюзионист разыгрывает сейчас перед ним очередной спектакль. И такая реакция на приборах подтвердила, что Аю здесь, она слышит, понимает и говорит. Но, к сожалению, только с Мукуро. - Хорошо, что Кёя в том мире еще жив, - спокойно сказала иллюзорная девушка, продолжая стоять перед боссом Джессо и улыбаться, - но очень жаль, что ему приходится жить со всем этим.