Долгий путь к счастью

Поскольку формат свадьбы выбирал Хибари, то не удивительно, что она проходила в Японии, в дорогом высокогорном отеле, выполненном в классическом японском стиле. Приглашены были только Мукуро с Наги со стороны Аю, и Кусакабе с несколькими другими близкими Кёе людьми с его стороны. Но они были не столько гостями, сколько его личной охраной. Иллюзионист заранее предупредил свою принцессу, что собирается сделать сюрприз в подарок молодоженам. Аю лишь улыбнулась ему в ответ и пообещала не заглядывать в будущее, чтоб сюрприз удался. Торжественный ужин проходил очень спокойно, подаваемые блюда на индивидуальных маленьких столиках меняли чаще, чем их успевали доесть немногочисленные гости. На столах был алкоголь, причем самый разный в соответствии со вкусами и пристрастиями каждого присутствующего. Все люди Хибари, как и он сам, предпочитали хорошее саке. Но если Кусакабе откровенно налегал на напиток, то Кёя за весь вечер выпил не больше половины бутылки Саке Кайун Дзюнмай Дайгиндзё, несколькими глотками которого из маленькой фарфоровой чашечки добавляя приятного вкуса прохладного напитка подаваемым блюдам. Аю же предпочитала розовое французское шампанское Дом Периньон. Но никто из присутствующих не знал, что хитро улыбающийся иллюзионист, предпочитающий виски со льдом, содержимое бутылки жениха заменил почти сразу после начала церемонии. И наложил на новый напиток свою самую реалистичную иллюзию, чтоб Хибари ничего даже не заподозрил. А это было очень непросто, учитывая, что Облако Вонголы мог на уровне инстинктов распознавать иллюзии Мукуро, ведь его пламя Облака обладало хоть и слабыми, но волнами пламени посмертной воли второго атрибута – Тумана. Но Кёя ничего не заподозрил ни в начале, ни в процессе употребления, ни потом. А ведь в его бутылке первоначального саке было не больше 20%, остальное – чистый медицинский спирт. Иллюзионист знал, что опьянение от спирта очень специфическое, оно наступает с некоторым опозданием, зато сразу лишая трезвости мышления, полностью минуя переходную стадию. Но есть и плюс, от спирта о том количестве, которое выпил Хибари, вряд ли с утра у него будет болеть голова. На обоих молодоженах была классическая японская одежда новобрачных, а в их спальне курились благовония, по углам горели свечи, и лепестки роз устилали снежно-белую постель. По традиции, молодая жена должна была встречать мужа в спальне, оставаясь в праздничном кимоно, а молодой муж должен был прийти туда уже переодевшись в другую одежду, более удобную для сна. Хибари и пришел, переодевшись в простое черное кимоно. Девушка ждала его, стоя сбоку между входом и постелью, и улыбалась, ведь этот парень теперь ее законный муж. Аю даже не заметила в уверенно приближающемся к ней Кёе ничего необычного, пока в его руке не блеснула сталь. Парень с огромной физической силой и без особых моральных ограничений полностью перестал сдерживать себя, так и не осознав, что убийственно пьян. - Всегда хотел это сделать, - довольно улыбаясь, пропел Хибари, в считанные доли секунды оказавшись за спиной своей жены и крепко прижав левой рукой девушку за плечи к себе. - Что сделать? – не столько с испугом, сколько с удивлением спросила Аю, видя в правой руке Кёи лезвие опасной бритвы. - Разрезать на тебе торжественное шелковое кимоно, - на выдохе произнес парень. Хибари ни разу не причинил боли своей жене, но эта ночь была совершенно другой, не похожей ни на одну ночь, проведенную ими вместе ранее. Парень воплотил в жизнь свою мечту и медленно, наслаждаясь процессом, разрезал прямо на Аю ее свадебное шелковое кимоно, начав с широкого пояса оби. Девушка стояла совершенно неподвижно, позволяя своему мужу делать надрезы на тонкой ткани, уничтожая сначала верхнее кимоно, а потом – все остальное. И только когда Хибари закончил, раздев ее полностью и отбросив к стене опасную бритву, он привлек обнаженную девушку к себе и обжег ее губы своим горячим поцелуем. Этой ночью он не сдерживал ни свои желания, ни свою силу, даря своему зверьку многократное невероятное наслаждение, лежащее на тонкой грани между удовольствием и болью. И даже в этом состоянии, совершенно себя не контролируя, Кёя ни разу не перешел границу и не сделал своей жене больно. В середине ночи, когда Аю уже очень устала, Кёя позволил ей отдохнуть, уложив довольную девушку на живот, и удобно устроился на ее бедрах, сев сверху. При неровном свете всего нескольких больших свечей, продолжающих гореть в помещении их спальни, он придвинул к себе набор для письма, так же выполненный в старом классическом стиле и представляющий из себя большую специальную кисть и круглую чернильницу с краской. Наличие этих предметов рядом с постелью сначала удивило Аю, но потом она о них почти забыла. Зато сейчас, не позволяя девушке двигаться, Хибари медленно что-то рисовал на обнаженной спине своей жены. Он делал это абсолютно молча, игнорируя как возмущение девушки, так и все ее вопросы. Закончив, он засыпал краску каким-то порошком и через несколько минут стер специальным полотном остатки краски со спины Аю, так и не сказав ей, что именно нарисовал. Но, отодвинув подальше чернильницу с кистью и чувствуя все возрастающее сопротивление девушки, говорящее ему о том, что силы возвращаются к ней, Хибари начал покрывать ее спину горячими поцелуями, избегая места с рисунком, а потом и овладел своей женой сзади, так и не позволив ей перевернуться. И только утром, проснувшись, когда солнце уже миновало полдень, Кёя сильно удивился, оглянувшись вокруг. А взглянув на спящую рядом Аю, лежащую на животе и спрятавшую руки под подушку, он заметил на ее спине рисунок и осторожно спустил ниже одеяло, обнажив спину девушки полностью. И тут же прикрыл глаза рукой, не желая верить во все произошедшее, ведь на спине своей жены увидел красиво выведенные каллиграфическим письмом с применением трудно смываемой черной перманентной краски несколько крупных иероглифов, означающих: «собственность Хибари Кёи». «Я его убью!» - твердо решил про себя Хранитель Облака Вонголы, поняв, что только один человек на планете мог его напоить так, что сам Кёя этого даже не заметил, - «Этот синеволосый подонок сегодня ответит за все!» Но Хибари не рискнул вставать, чтоб не разбудить Аю. Он не помнил, как нарисовал это на спине своей жены, но помнил, что с вечера делал все, что хотел и желал когда-либо. Кёя резко повернул голову и взглянул туда, куда отбросил вечером свою опасную бритву. Предмет лежал на своем месте, подтверждая, что все произошедшее парню не приснилось. А значит, он умудрился испортить своему зверьку единственную в ее жизни первую брачную ночь, потеряв над собой контроль и не сдерживая своих желаний. «Я его точно убью!» - разозлился Хибари и осторожно поднялся на ноги, убедившись, что не потревожил сон Аю. Кёя быстро завернулся в свое фиолетовое нижнее и черное верхнее кимоно и вышел из их со зверьком спальни. Пристегнутая изнутри на уровне груди к черному кимоно новая фиолетовая коробочка с оружием потеплела, чувствуя переполняющий своего хозяина гнев. В большом зале обедали, рассказывали друг другу байки, веселились и выпивали саке его люди вместе с Кусакабе, Мукуро с Наги там не было. Иллюзиониста Хибари нашел на большой открытой террасе, сидящим в плетеном кресле и медленно потягивающим ароматный черный кофе. По умиротворенному и спокойному лицу парня было понятно, что он поднялся с кровати, которую делил со своей милой Наги, ненамного раньше самого Кёи. - Я забью тебя до смерти! – зло прорычал Хибари, подходя к иллюзионисту и на ходу материализовывая свое оружие из коробочки в виде стальных тонф. - Да перестань, Вонгола! – спокойно улыбнулся Мукуро, лишь слегка повернув голову в сторону приближающегося Кёи, - Только не говори мне, что тебе не понравилась эта ночь? Ку-фуфу. Забыл? Я видел тебя пьяным раньше, когда ты отказался даже от элитных девочек, желая только свою Аю. Но я помню, насколько ты был тогда горячим в этой единственной своей страсти. И я знаю, насколько ты холоден с принцессой в повседневной жизни. Хибари остановился и удивленно уставился на иллюзиониста. Ему совсем не верилось, что Мукуро обманом напоил его из благих побуждений. - Ты придурок? – зло спросил Хибари, холодно глядя на иллюзиониста из-под упавших на лицо своих черных тяжелых волос, - Я не имею права терять над собой контроль, ведь моя сила может травмировать ее хрупкое женское тело. - Это ты придурок, Вонгола, - засмеялся Мукуро, - если бы ей не нравилась твоя сила, то она никогда не была бы с тобой. А ты, если ее действительно любишь, не причинишь ей боли ни в пьяном виде, ни в гневе, ни в самой горячей страсти. Никогда! Это закон природы, ку-фуфу. Хибари, слушая этого наглого и слишком самоуверенного иллюзиониста, незаметно для себя успокоился и перестал на него злиться. Материализованные из его фиолетового пламени посмертной воли тонфы растворились в воздухе, мгновенно вернувшись в коробочку. Парень вздохнул, сделал несколько шагов и сел в соседнее с Мукуро плетеное кресло, отделенное от иллюзиониста круглым стеклянным столиком на плетеном основании. Почти сразу на террасе появился официант и поставил на столик перед Хибари зеленый чай, сахар и шоколадное печенье, лежащее на современном квадратном блюдце. - К сожалению, ты прав, - глухо произнес Хранитель Облака Вонголы, глядя вдаль на заснеженные горные вершины, - мне понравилась сегодняшняя ночь. Но первую брачную ночь, такую, какой она должна быть, я испортил. - Ну вот, какой ты скучный, Вонгола, - хитро улыбнулся иллюзионист, уверенно глядя на откровенно огорченного Хибари, - кто сказал, что брачная ночь должна быть идеальной? Она должна быть запоминающейся! И кто сказал, что твоей жене она не понравилась? Забыл? Принцесса тебя усыпила бы сразу, как только ты всерьез провинился бы перед ней. Ты помнишь, чтоб она тебя отправляла в сон? - Нет, - неуверенно ответил Кёя, смутно вспоминая и тот эпизод, когда рисовал на спине Аю иероглифы, и всю дальнейшую ночь до самого рассвета, когда он засыпал сам, нежно прижимая к себе свою уже уснувшую довольную жену. - Значит все отлично! – уверенно подытожил Мукуро, - А вы оба мне еще спасибо скажете за такую первую брачную ночь, - и встретил на себе гневный взгляд Хибари, - но лет через десять. Когда осознаете смысл моего подарка в полной мере. - Даже не надейся! – зло рыкнул Кёя. - Вот через десять лет и вернемся к этому вопросу, ку-фуфу, - засмеялся парень и прикрыл свои разноцветные глаза, - а теперь держи. Это подарок от Бьякурана. Самолет завтра. Я проверил – все безопасно и без обмана. Он дарит вам целый месяц свободы. И бросил на стол перед Хибари довольно большой конверт. Хранитель Облака осторожно взял его и открыл, внутри были билеты на самолет, какие-то буклеты, документы на оплаченную арендованную яхту и оплаченный арендованный номер в отеле. Название отеля абсолютно ничего не говорило Хибари, а ведь он неплохо ориентировался в дорогих гостиницах по всему миру. А этот номер стоял очень дорого. - И что это? – сухо спросил Кёя. - Это остров, Вонгола! Персональный тропический остров с комфортабельным домом, уютной гаванью, небольшим песчаным пляжем, приплывающей по воде раз в три дня обслугой и все это только для вас двоих на целый месяц! Целый остров, где вы будете только вдвоем. По-моему, очень романтично, ку-фуфу. - Какой-то бред, - фыркнул Хибари, он не верил подаркам Бьякурана и не горел желанием их принимать. - Ну, тебе виднее, конечно. Но Джессо сказал, что либо вы летите туда отдыхать, либо летите к нему в Гонконг работать. Сам понимаешь, работать на него мы все вместе будем до конца своих дней, а вот отдохнуть, да еще так шикарно, может уже и не получится. Упустишь шанс, а судьба возьмет и накажет, ку-фуфу, - засмеялся Мукуро, пригубив кофе, и вдруг стал совершенно серьезным и даже хмурым, - У меня к тебе есть вопрос, Вонгола. Это так, не важно, просто интересно. Ты с Якудзой в своем Намимори встречался? - Встречался, а тебе что до этого? – настороженно спросил Хибари. - Ничего. Просто думаю, как ты со своим Дисциплинарным комитетом его с местной Якудзой поделил? - В Намимори нет Якудзы, - спокойно ответил Кёя, продолжая размеренно пить горячий зеленый чай с травами и вглядываться темными стальными глазами в горные вершины, - это было пять лет назад, когда я первый раз вернулся из будущего за печатями Аркобалено. Мне тогда нужно было научиться управлять Роллом, и я выбрал для этого в роли жертв как раз местную банду Якудзы. С тех пор их в Намимори нет. - Надо же, - удивленно фыркнул Мукуро и поставил свою пустую чашку из-под кофе на столик, - оружие из будущего помогло тебе взять под контроль город в прошлом? Интересно. А не помнишь, когда это было? До 23 марта или после? А то Наги тогда еще не особо отслеживала даты и даже месяцы по календарю… И тут Хибари резко поднимается, хватая иллюзиониста за ворот рубашки. - Откуда ты знаешь про 23 марта? – зло спрашивает Хранитель Облака Вонголы, глядя на Мукуро резко потемневшими стальными глазами. - Ты знал! – удивленно восклицает иллюзионист и даже опускает руку, перестав сопротивляться, - Но откуда? - Из будущего. Переместившись на десять лет вперед, я узнал, что Аю будет убита. Но об этом знал только я! Откуда ты знаешь об этой дате? – перешел на глухой рык Хибари, - Может, ты знаешь и убийцу? - А ты не знаешь?! – еще более удивленно проговорил Мукуро, наконец, сбросив руку Кёи и освободив свою рубашку. - И ты не знаешь, - уверенно сказала незаметно подошедшая к ним Аю, обращаясь к иллюзионисту и заставляя его замолчать, - базука десятилетия тогда породила целый параллельный мир. Ведь вы все, переместившись в будущее, были в реальном существующем мире, значит, он уже был и не мог исчезнуть, как все множество неосуществившихся вариантов будущего, которые вижу только я. Но, вернувшись в прошлое и сохранив себе память, семья Вонгола изменила ход истории, чего делать было категорически нельзя. Как нельзя было и приносить с собой из будущего что-либо, особенно коробочки с оружием. Так родился новый параллельный мир, очень похожий на наш. Но в нем Аю Розенкрой была убита в возрасте шестнадцати лет, в Намимори, 23 марта, - девушка перевела свой уверенный теплый взгляд глаз цвета расплавленного горького шоколада на Хибари, - местной бандой Якудза, желающей отомстить Главе дисциплинарного комитета за утерянный контроль над городом, и подставившей его самого, воспользовавшись для убийства тонфой. Хибари и в том мире зачистит Намимори от Якудзы, даже не зная, что они виноваты в смерти его Аю, но жить ему будет одиноко, к сожалению. - Якудза, значит? Ку-фуфу, - хитро усмехнулся Мукуро, глядя разноцветными глазами на Аю, стоящей босиком в белом махровом халате, такие были в ванной комнате каждого номера, - Ну пусть будет Якудза. - Наплевать, - рыкнул Кёя и с силой обнял свою жену, прижимая к себе, - не хочу даже думать больше об этих параллельных мирах и путешествиях в будущее и прошлое. Мне это не надо! Мой мир только здесь, и мой зверек со мной.

*****

Девушка в черном строгом брючном костюме и бордовой рубашке уверенно зашла в зал. Казалось, что довольно высокие шпильки своих туфель она не замечает, двигаясь совершенно свободно. Взгляды всех присутствующих сразу обратились на нее, ведь ее знали почти все в этом зале. Половина из которых считала девушку погибшей, а некоторые надеялись, что не увидят больше босса Розенкрой никогда, ведь она сама распустила свою мафиозную семью почти год назад. Еще довольно большой процент присутствующих возмутился самим фактом появления Аю Розенкрой здесь, на вечеринке, устроенной Десятым боссом Вонголы для своей семьи и своего Альянса. К девушке тут же подошел внимательный официант, предложив бокал шампанского, который Аю с улыбкой взяла. На среднем пальце правой руки девушки было красивое необычное кольцо с крупным бриллиантом треугольной огранки. - Аю! – улыбнулась хозяйка вечера Савада Киоко, - Я уже и не надеялась, что вы приедете. Девушка подошла и слегка приобняла Аю в качестве приветствия, обозначая перед всеми гостями свое самое благостное расположение к вновь прибывшей гостье. - Киоко, я рада тебя видеть, - улыбнулась в ответ Аю. - Это обручальное кольцо? – удивленно спросила жена Десятого Вонголы, глядя на единственное кольцо с треугольным крупным бриллиантом, которое было у Аю. - Нет, - ответила Аю, прикрыв глаза, - это просто подарок Кёи. - Но вы же поженились, я надеюсь? – неуверенно спросила Киоко, нахмурившись. - Да, - утвердительно сказала Аю и улыбнулась, - я уже полгода официально Хибари Аю. - Отлично! – обрадовалась хозяйка приема, - Ведь этот прием Тсуна организовал, чтоб вас поздравить с заключением брака. А у тебя нет обручального кольца. Напугала ты меня. - Ну, - смущенно ответила Аю, - Кёя иначе воспринимает брак. И обручальное кольцо в его понимании совсем не такое, как все привыкли видеть. - Покажешь? – заинтригованно попросила Киоко. - Хм, - смутилась Аю, - а знаешь, покажу! Только не здесь, пойдем на балкон, - и пригубила шампанское из своего бокала. - Тебе нельзя, - уверенный голос Хранителя Облака Вонголы, раздавшийся совсем рядом, остановил девушку. А крепкая рука парня в черном костюме и темно-фиолетовой рубашке забрала у Аю бокал с шампанским и поставила его на пустой поднос быстро подоспевшего официанта. - Ты забыла? Я же просил ничего здесь не пить и не есть, местные травоядные не дружат с культурой питания, - констатировал Кёя, стоя за спиной своей жены и не замечая никого вокруг. - Вот как-то так, - улыбнулась Аю, глядя на ошарашенную Киоко, - а его обручальное кольцо выглядит так, - и девушка ловко встряхнула своей левой рукой, на запястье которой из-под пиджака показались два черных матовых браслета наручников Алауди. Савада Киоко лишь молча перевела взгляд с Аю на ее мужа и обратно, потеряв дар речи. Она собиралась поздравить эту странную пару с заключением законного брака, но теперь терялась в догадках, как лучше поступить. Хотелось позвать Тсуну и попросить его помочь Аю сбежать от Хибари Кёи, хотя она и сомневалась, что Савада Тсунаёши справится со своим Хранителем Облака. Жена Десятого Вонголы так со средней школы Намимори и не смогла понять, что ее подруга Аю нашла в этом странном и очень опасном бывшем Главе Дисциплинарного комитета. А Хранитель Облака Вонголы лишь спокойно бросил мимолетный взгляд на движение своей жены, ведь ни на секунду не сомневался в правильности своих действий. Он на полном серьезе считал наручники Алауди самым лучшим в мире обручальным «кольцом», гарантирующим, что Аю никогда не исчезнет из его поля зрения, и что она всегда будет в безопасности, ведь это самая сильная форма Ролла. А его облачный ёжик всегда может из нее превратиться в любую другую и защитить, при необходимости, девушку от всего, что угодно. Последнее время это стало вдвойне актуальным, ведь его зверек ждала от него ребенка, поэтому все остальное уже не имело для Хибари Кёи никакого значения.