Долгий путь к счастью

Хибари ворвался в палату своего зверька раньше, чем приборы успели дать сигнал медицинскому персоналу о перемене состояния пациентки, находящейся последние полгода в стабильной глубокой коме. Парень на ходу снял пиджак и бросил его на кресло, а сам сел на кровать Аю, внимательно вглядываясь в лицо девушки. Она действительно только что очнулась, но успела лишь приоткрыть глаза и потухшим взглядом медленно блуждала по палате. - Зверёк! – прошептал Хибари и нежно самыми кончиками пальцев прикоснулся к щеке Аю. Девушка перевела свой уже более осмысленный взгляд сначала на руку парня, а потом и на его лицо, надолго задержав взгляд на темных стальных глазах. И улыбнулась, медленно убрав со своего лица кислородную маску. Хибари хотел ее остановить, ведь совершенно не знал, не повредит ли это ее только-только нормализовавшемуся состоянию, но не рискнул даже прикоснуться к ее правой руке со все еще подключенной к катетеру капельницей. А Аю, убрав маску со своего лица, тут же нахмурилась, ведь своим неловким движением ослабевших и занемевших пальцев больно оцарапала чем-то свой подбородок. Девушка медленно подняла ладонь и с удивлением обнаружила на среднем пальце своей правой руки то самое кольцо с крупным треугольным бриллиантом, подаренное ей Хибари как просто подарок. - Ты вернул его мне? – шепотом спросила девушка, переведя взгляд на сидящего рядом парня. - Нет, - тихо ответил Хибари, - оно было на твоей руке все эти полгода. Бледная кожа девушки выдавала, что она очень долго болела, темные тени под ее глазами цвета расплавленного горького шоколада проявились только сейчас, заставив парня даже усомниться в том, действительно ли ей стало лучше. Аю попробовала приподняться, но Кёя ее нежно удержал за плечи: - Тебе нельзя вставать, зверёк. - А ты так и не выучил мое имя, - усмехнулась девушка, и тут резкий визг аппаратуры прервал ее фразу. Хибари резко поднялся с кровати, расстегнул рукава своей белой рубашки и две верхних пуговицы, чтоб ничто не мешало ему свободно двигаться. Фиолетовое пламя облака воронкой закрутилось вокруг парня и быстро слилось с крошечной яркой молнией, метнувшейся к нему от кресла, на спинке которого был небрежно брошен черный классический пиджак. Мгновенно на месте пламени появились сразу несколько десятков небольших фиолетовых сфер со стальными шипами и рассыпались по палате, заняв круговую оборону на высоте полутора метров над полом. - Ты напрасно готовишься атаковать, Кёя, - прошептала Аю, приподнимаясь, - тебе нужно будет только отразить атаку Кикё с его семенами облачных колокольчиков. И все. Только оборона. - Мы должны уйти отсюда сегодня, - бросил Хибари через плечо, слыша торопливые шаги в коридоре, приближающиеся к этой палате с разных сторон, - ты больше ни дня не пробудешь здесь пленницей. - Я была в коме полгода, Кёя, - спокойно ответила девушка, совершенно не чувствуя собственных ног, - о чем ты говоришь? Мы точно пробудем здесь еще какое-то время. И за это время нам нужно не убегать, как обычно поступаю я, и не лезть в бой, как обычно это делаешь ты, а договориться с Бьякураном о дальнейшем сотрудничестве. Я дала ему слово, что буду консультировать его всегда, если он откажется от тринцетте. - Я не уверен, что он отказался от тринцетте на самом деле, - зло фыркнул Хибари. - Я очнулась, - улыбнулась Аю, - а это значит, что он отказался от них по-настоящему. Я была отравлена его Тьмой, которая была порождением желания Бьякурана обладать элементами тринцетте. И эта Тьма рассеялась, поэтому мне стало лучше. Когда в палату одновременно вошли два врача и медицинская сестра, облачных ёжиков уже не было, но вокруг Хибари и Аю, устало опустившей голову на подушку и прикрывшей глаза, была невидимая обычному человеку обратная игольчатая сфера, не пропускающая внутрь никакую чужую энергию пламени посмертной воли.

*****

Дверь в палату распахнулась, когда врачи ее уже покинули, поменяв Аю капельницу, подключив два дополнительных прибора и отключив почти все остальные. Девушка обессилено лежала на кровати, но теперь изголовье было немного поднято, а почти черные глаза внимательно смотрели на вошедших. Хибари спокойно стоял рядом с Аю и лишь немного повернул голову в сторону двери, чтоб встретить двух посетителей холодным взглядом своих темных стальных глаз. Не было произнесено ни единого слова, ни единого звука, никто не делал резких движений, но невидимые глазом микроскопические семена облачных колокольчиков Кикё градом из тысяч крошечных фиолетовых искорок метнулись к Аю и стоящему рядом с ней Хранителю Облака Вонголы. И так же резко на расстоянии около метра от жертв сначала остановились, а потом, вспыхнув едва заметными искрами, исчезли. Хибари лишь хищно прищурился, продолжая стоять неподвижно, повернувшись к врагам боком и глядя на них из-под упавших на лицо своих тяжелых иссиня-черных волос. - Ух ты! – улыбнулся Джессо, подбросив у себя на ладони кольцо Облака Вонголы, - А моя кукла очнулась! - Я не твоя кукла, Бьякуран, - спокойно ответила Аю, уверенно глядя в темно-фиалковые глаза, - я его зверёк, - и перевела взгляд на Хибари, прикоснувшись к его ладони кончиками пальцев. - А он вообще Вонгола, - улыбка на лице парня со снежно-белыми волосами пропала, уступив место раздражению, - он – враг Альянса наших семей. И я не понимаю, откуда у него сила и оружие из коробочки. Кикё-тян, почему за ним плохо следили? - Бьякуран-сама, за ним следили хорошо, - смиренно ответил удивленный не меньше своего босса Хранитель Облака Марэ, - у него нет ни колец, ни коробочек. В доказательство этих слов Хибари медленно поднял обе руки, показывая тыльные стороны ладоней, - никаких колец у него не было. Джессо удивленно хмыкнул, Кикё поднял свою ладонь и взглянул на светящееся собственное кольцо Марэ, а Кёя довольно улыбнулся. - Он – Хибари Кёя, - спокойно сказала Аю Розенкрой, обращаясь к Бьякурану, - и теперь ты видишь, что он был здесь только по собственному желанию, а вовсе не в плену. - Ты нарушишь договор? – с угрозой в голосе спросил Джессо. - Нет, все альянсы и договоры остаются в силе, - ответила девушка, - я буду твоим советником, как договаривались, буду им всегда. Но я не пленница, и не кукла. Я буду работать с тобой и поддерживать наш Альянс добровольно и пожизненно. - А он? – спросил Бьякуран, указав на Хибари, - Он из враждебной мафиозной семьи, и я спокойно могу убить его, раз ты очнулась. Теперь сохранять ему жизнь не обязательно. - Ты же сам от имени всего нашего Альянса сегодня заключил с семьей Вонгола перемирие, вооруженный нейтралитет, если быть справедливой, - улыбнулась Аю, - со стороны Розенкрой я его поддержала, со стороны Вихтенштайн судьи Червелло его засвидетельствовали. Все в силе и все по закону. Убьешь его – нарушишь перемирие. - Чувствую, что без твоего расчетливого хладнокровного плана здесь не обошлось, не так ли, Хибари-кун? – Бьякуран перевел взгляд своих холодных темно-фиалковых глаз на Кёю. - Не знаю, о чем ты, - ухмыльнулся Хранитель Облака Вонголы. - Забирай, - фыркнул Джессо, улыбнулся, прикрыл глаза и бросил Хибари кольцо Облака Вонголы, которое держал до этого в ладони, - оно тебе без надобности, как я вижу, но без него ты не принадлежишь к семье Вонгола. И можешь быть случайно убит кем-нибудь из моих людей, кто тебя лично не знает. - Верно, - подтвердил Кёя, поймав кольцо Облака Вонголы, - оно мне не нужно. И я рад буду убить любого, кто решит напасть на меня. Но и у нас с тобой есть отдельный договор, помнишь? Пока это у тебя, - и бросил кольцо обратно боссу Джессо, - я могу быть рядом с ней до конца. И этот договор я нарушать не собираюсь. Окончательно договориться обо всех нюансах взаимодействия удалось далеко не сразу, а только к концу дня, когда к диалогу присоединился Мукуро, удостоверившийся в успешном отлете в Италию Вонголы и Джиглио Неро. Иллюзионист оказался совершено не против и дальше быть Хранителем Тумана Марэ, но без присяги на верность семье Джессо, оставаясь верным только семье Розенкрой и интересам Альянса семей, помогая Бьякурану и защищая мир от его ошибок. Аю согласилась даже подписать официальный договор, по которому она обязуется до конца своих дней сотрудничать с Бьякураном Джессо и быть его персональным советником, поддерживая его как в рамках дружественного взаимодействия Альянса, так и в интересах будущего всего этого мира. Но с возможностью остановить его, если понадобится, даже ценой своей жизни. И договор был засвидетельствован Червелло, объявившими себя теперь Червелло Джессо и поставившими самого Бьякурана перед фактом, что будут отныне постоянно работать на него. Это очень не понравилось Хибари, ведь договор не исключал риска для жизни его зверька. Поэтому всем присутствующим пришлось согласиться с условием, которое поставил Кёя. Оно заключалось в том, что Аю будет находиться в Гонконге в резиденции Джессо только по работе и только вместе с ним. И при всех без исключения встречах с Бьякураном присутствие Хранителя Облака Вонголы обязательно. Босс Джессо, умело скрывающий гнев под милой улыбкой, вынужден был согласиться даже с таким условием, ведь оно было тут же одобрено Червелло. А эти странные создания были не кем иным, как глазами и ушами Бермуды фон Вихтенштайн, спорить и ссориться с которым Бьякуран не хотел совершенно. Он был очень зол, что хозяин Виндиче прислал своих соглядатаев к нему на неопределенный срок, но пока не придумал, как можно избавиться от них, оставшись при этом вне всех подозрений. А кольцо Облака Вонголы вернулось к Хибари через две недели от Кикё. Именно ему отдал это кольцо Бьякуран, как носителю пламени с тем же атрибутом Облака. Но кольцо Вонголы чуть не убило самого Кикё, когда он только раз одел его. Высокий парень с темно-зелеными волосами чудом успел снять кольцо со своей руки, уже теряя сознание от боли и падая на пол. Раньше он не верил в слухи о том, что кольца Вонголы способны сами выбирать себе владельцев, но теперь, сидя на полу и осторожно держа это кольцо на ладони, он усмехнулся. Возможно, Хибари поэтому и научился использовать свою силу без кольца, что приручить это, безобидное на первый взгляд, украшение не так просто.

*****

На восстановление здоровья Аю потребовались три недели. Все это время Хибари провел рядом со своим зверьком, но сегодня они вместе не только впервые за семь месяцев покинули резиденцию Джессо, но и Гонконг, отправившись бизнес-классом коммерческого рейса в Японию. Слишком много времени он провел без связи со своими людьми, без информации с базы в Намимори и без уверенности, что ему еще есть, куда возвращаться. Но Хибари не был бы самим собой, если бы созданная им организация рухнула без него, не таких людей он собрал вокруг себя и не для этого строил базу. Его возвращения ждали. - Через месяц ты станешь моей женой, - уверенно констатировал Хибари, продолжая спокойно что-то печатать на своем ноутбуке. - Подожди, - задохнулась от неожиданности и удивления Аю, - ты просишь меня выйти за тебя замуж? - Вовсе нет, - буднично ответил парень, - всего лишь ставлю тебя в известность. - А если я откажусь? – уже с некоторым возмущением в голосе возразила девушка. - Попробуй, - спокойно ответил Хибари, допечатал что-то, спокойно закрыл ноутбук и поднял на Аю свои темные стальные глаза, - ты же знаешь, что спорить со мной бесполезно.