kfndfjfgdfdrfe

I'm a rebel even if it's trouble I'ma pull you out from the rubble If I have to, I'm not afraid to Save my heart for you Jason Reeves - Save My Heart

В который раз убеждаюсь, что красные занавески в нашей спальне создают какой-то необычайно романтичный уют. И чуть приоткрытая балконная дверь. И тарелка со всякими вкусностями на прикроватной тумбочке. И пустая бутылка от шампанского на полу рядом с кроватью. Но ничто, поверь, ничто из этого не будет таким романтичным и приятным для меня без тебя и без твоего тепла. Без этих глупых и бессмысленных разговоров до утра под одеялом, без шумных и смешных перепалок в кровати, без просмотров любимых фильмов перед сном, без совместного приготовления пиццы прямо ночью, с шутками и беззаботным смехом. Главное, чтобы с тобой. Все будет не так без тебя. Я, в который раз убеждаясь, даже не могу сказать, что что-то будет. Не будет ничего. Без твоего смеха. Без твоих шуток. Без слов. Без прикосновений. Без взглядов. В нашей спальне вообще уютно. Мы ее старались не загромождать лишней техникой и ненужными вещами. Трудно назвать эту комнату нашей спальней, ведь, фактически, это раньше была моя комната. Но с твоей легкой подачи она была переименована в нашу спальню. Спальню Гарри и Луи. Тут тепло. Тебе тут нравится. А мне нравится проводить тут время с тобой. Мне нравится засыпать на твоем плече и слушать, как ты читаешь мне вслух. Я люблю читать вслух тебе. Мы любим сидеть на балконе, укутавшись в одно на двоих одеяло и вести всякие глупые-бессмысленные диалоги. Ты - тот человек, с кем мне не наскучит никогда. Даже просто говорить ни о чем. Даже молчать. Сидеть в тишине, наслаждаясь твоим дыханием. Тобой. Обнимать тебя за теплые плечи, лежа в кровати. Наперегонки надевать пижамы, подаренные друг-другу. Наперегонки снимать пижамы, подаренные друг-другу... Тут обои теплых цветов. По моей инициативе, одна стена в спальне обклеена пастельно-оранжевыми обоями с рисунком непонятных котов. Да, это просто нарисованные смешные коты. Тебе эта стена нравится. Хоть в квартире есть и отдельная комната, отведенная под гардеробную, я не могу представить свою, а теперь и нашу, спальню без обычного шкафа. У нас этот шкаф один на двоих — там лежат особенные вещи, исключительно наши общие вещи, которые мы можем носить по очереди и чаще всего мы носим их именно дома. В отдельной коробке спрятаны наши детские игрушки, которые уцелели и сохранились. Изредка дразнить друг-друга по поводу застиранных плюшевых мишек вошло в нашу маленькую традицию. Люблю твой смех. Обожаю твою улыбку. И вообще, всего тебя обожаю. Такого — теплого, засыпающего, уставшего, бормочущего мне всякие нежности. У меня полуприкрыты глаза, пальцы плотно переплетены с твоими. Прислушиваюсь к каждому твоему слову. Сквозь полуприкрытые глаза пытаюсь пересчитать силуэты всех котов, которые могу разглядеть. Это глупо, ведь я давно уже знаю их точное количество, мы считали вместе. Это глупо, ведь пора бы уже хоть сделать вид, что мне хочется спать. Это глупо. Не хочется засыпать самому и не хочется, чтобы засыпал он. И, если бы можно сделать в сутках хоть 33 часа, я все равно не уверен, что нам бы их хватило. Время вообще не хочется чувствовать. В таких моментах хочется жить всегда. Без убегающих минут. Без начинающихся скоро гастролей. Без изматывающего напрочь графика. Без обязательных встреч с журналистами. С другой стороны, я даже успел немножко соскучиться по фанатам. По публике. По концертам. По тебе на сцене. Ведь, расстояния же не важны, правда? Люди могут находиться на расстоянии вытянутой руки к друг-другу, но так и не быть никогда достаточно близки. Близки полностью. И могут находиться на больших расстояниях, но быть близкими полностью. И, наверное, мы являемся тем самым вторым вариантом, хоть без тебя я и схожу с ума напрочь. Улыбаюсь. Только я могу думать о таких глобальных вопросах тогда, когда думать о них, в принципе, не нужно. Ты ровно дышишь рядом. Скорее всего, уже заснул. Довольно зарываюсь пальцами в мягкие волосы. Так засыпать куда приятнее. Лучи утреннего июньского солнца уже скользят по спальне, омывая ее в романтически-розовые цвета. Но приглушенные, из-за достаточно плотных занавесок. Нет смысла смотреть на часы, сейчас утро. Раннее утро. И я прекрасно понимаю, что проспим мы так как минимум до обеда. Или, пока ты не проснешься от того, что я, как обычно, начинаю вертеться. Или, пока я не проснусь от того, что не ощущать твои ладони на своих и тебя максимально близко ко мне во сне — уже неправильно. Думаю о том, что пора бы восстанавливать режим. Но отказываться от наших полуночных разговоров и от прочих прелестей кажется мне невозможным. Останавливаю пальцы где-то за твоим ушком, тихо поглаживая нежную кожу и шепчу: Я люблю тебя, Lou. - И до улыбки, когда слышу от тебя, засыпая — И я люблю тебя, Haz.