Сборник.

Фаервинд в очередной раз согнал спарка со своего терминала, даже не разбираясь, чей это мелкий. Он был закрытоискровым, или, как еще называли таких злые глоссы, «пустая Искра» – спарки ему были индифферентны, он не умилялся им, не возился с мини-бетсадом и совершенно не собирался заводить своего. Да, при нем рос Роад, он учил его кое-каким премудростям, нередко таскался за только научившимся трансформироваться гонщиком – дать по антеннам и оттащить до создательницы, но одно дело – воспитывать самостоятельного мехлинга, да и основная ответственность была на дани, другое – забота о совсем крохе, которую надо было вводить в слишком еще мутные реалии нового Кибертрона. Фаер решил, что ну его в шлак, и его Искра со временем стала «пустой» – замкнулись контуры; он мог и открыться, но это было ему не нужно, и сколько бы ни подлавливали эпизодические временные коннект-партнеры, ни у него, ни от него новая жизнь не загоралась. Его называли то эгоистом – но он им и был в здоровом смысле этого слова, то губителем чудесной прошивки, которую, к слову, он сам почти до тридцати ворн докатывал апгрейдами, а камера, прямо ведущая в процессор – штука отнюдь не приятная. Ну, и совсем в крайнем случае – смертью для всей расы трансформеров; на это Фаер только нервно хихикал и вспоминал командира, которая активно охотилась на Армора по темным углам с определенными намерениями раз по пять на орн – точно быть еще одному спарку, а уж юные гонщики наверняка дадут жизнь целому выводку Искорок. А еще у него была Страйкер – ее было достаточно, чтобы удовлетворять все свои потребности в заботе, да и в интерфейсе тоже. Страйкер... он лечил ее, разум удалось вернуть, разбитый корпус привести в то состояние, когда жизнь возможна без боли и наркотиков, даже от привычки травить себя всякой дрянью отучил, но пришла другая беда – тяжелые депрессии; она была в себе, от активации очень чувствительная и по-сикерски истеричная, а сейчас все это было помножено раз на семь. Хотя когда она была тихой?.. Страйкер высунулась от Лоу после очередного сканирования и ушла тискать Релайнса – спарк стоически сносил эти приливы нежности одной из своей большой семьи. – Ну Стра-а-айкер, – заныл спарк, и его тут же вытащили из объятий манипуляторы дани. – Своего заведи, – буркнула Тренси, усаживая Лайнса на плечо; тот тут же начал увлеченно изучать дуло пушки. Сикер не подняла взгляд и разревелась, чем вызвала диссонанс не только у Тренси, но даже у Арморспарка, подоспевшего на помощь. ВайтЛоу высунулась из отсека и, метко прицелившись, всадила дрот с успокоительным, после чего снова исчезла. Грузовик задумчиво смотрел на повисший на манипуляторах хрупкий корпус; Лайнс начал всхлипывать – грозила новая истерика, уже от него. – Фаервинд! – гаркнула Тренси, и журналист чуть ли не материализовался на месте событий, а спарк притих уже на плече опи и шепотом уточнил у Армора: – Дани ругается? На это Армор отрицательно помотал шлемом и заверил, что Страйкер скоро придет в себя – она больна, бывает такое. Фаер чуял, чем дело пахнет: у подруги все-таки произошли изменения в протоколах в ненормальную сторону, точнее, они требовали закрепления в реальности самым древним методом – искрением. Однако даже отремонтированный корпус не давал гарантии, что она выносит, да сомневался Фаер и в том, что она вообще справится со спарком, и всячески помогал гасить гнетущие процессор коды. – Надело быть размазней, – Страйкер очнулась и перевернулась на живот, изучая сидящего у терминала друга. Ядовито-радужные цвета ее корпуса теперь сменились на родную гамму голубых оттенков, из-за которых она казалась совсем тонкой и беззащитной… для тех, кто ее не знал. – Я это выпилить не могу, я тебе не бондмейт, – Винд дернул плечом, – и не смотри так, я тебе не выношу, – подавил невысказанное мех, при этом поморщившись. – Сходи наверх в приличный бар для одиноких. Взгляд стал теперь «ты сейчас понял, что сказал?», и журналист прикрыл оптику ладонью: выпускать Страйкер одну было опасно не для нее, а для окружающих. Достаточно одного идиота, который полезет спрашивать, что с ней и во что она трансформируется – и пальбы не избежать. А уж если снова сбой лингвопрограммы… – С тобой сходить? – Винд имел паршивую репутацию, так что, если он потащится со Страйкер за манипулятор в такое место, никто не удивится. Если что – спишет на то, что опекун. – Ты клашшный, – Страйкер тут же оказалась у него на коленях, а Винд возвел оптику к потолку: опять шепелявит и перепрошивать не хочет! С этим надо смириться… с чем именно – он сам себе не уточнил.

***

Бар был полупустым: в таком месте крепкое и опасное не продавали, отчего Страйкер как-то сникла. Фаервинд ее встряхнул и, оглядев зал и оценив, что есть, повел в дальний угол. Потом ушел, оставив с картой клиентов, однако через полгруна она снова оказалась у него на коленях, на грани истерики. – Нет, домой, – ее потряхивало. Ее никогда не трясло даже от сверхзаряженного, а тут – даже поля рваные и дерганые. Снайпер, шлак – обычный перепуганный трансформер, чужое место и... ни страсти, ни тоски, просто необходимость получить результат. Успокаивал он ее интерфейсом, жестким, до скрипа шарниров и драной проводки ее коннектора. Слияние было – он делал все что мог, но он не Арморспарк, выровнять и загасить ненужное так и не смог: наверное, для этого нужно было быть автоботом. А Страйкер даже не дралась, только намертво вцепилась в кабину у него за спиной и уткнулась в шею, почему-то рыча и рыдая. Фем была в перезарядке, а Фаервинд нервно посасывал нейроконтроллер, пуская тонкие струйки насыщенной отработавшими нанитами взвеси. Гадость оседала на вентах, но хорошо помогала прочистить процессор. Все-таки решение было как минимум странным, однако не лишенным логики, а уж установить связь недолго. Тренси пересчитала спарков под боком: все шесть, включая Райта. Она перезаряжалась с ними, выставив Армора: бедный мех снова накосячил – пришлось отмывать от грязи его, Тракболта и спарка. Фем высказала все, что думала об автоботском воспитании. Однако рев спарка ей не почудился и повторился снова… ну неоткуда взяться спарку тут, точно никто не мог принести! Спарк перешел на писк, потом затих. А все было просто – Фаервинд наведался к местным спасателям; они часто находили спарков, чьи создатели или погибли, или – да, и такое было – оставили спарков. Последняя находка была кругленьким ядовито-зеленым полуворновым крохой. Пристраивать мелких было бы несложно, если бы не одно «но» – наверх их не отдавали, там начнется война с документами, среди своих же разбирали лишь с подобными альтмодами... а тут целый шахтенный бур! Считай, вырастет шаттл на гусеницах. Вот радостные спасатели и спихнули заботу Винду. На подходе к месту комплекса спарк проснулся; они изучили друг друга и не очень друг другу понравились, по поводу чего мелкий и устроил концерт. Страйкер его вручили на вытянутых манипуляторах и сначала посмотрели на реакцию. Спарк сначала продолжал верещать, потом ощутил успокаивающие поля, а после и вовсе притих, устроившись в нежных, но крепких манипуляторах муркающей и генерирующей успокаивающие волны Страйкер. – Что с ним делать? – слегка рассеяно спросила фем; даже полуворновый, бур весил уже ощутимо, но она укачивала его. – Любить и растить, а я перезаряжаться пошел, – предусмотрительный Фаервинд направился к трейлеру Трака – там стены бронированные, но сначала вручил подруге датапад с указаниями. Спарк за перезарядку пискнул только раз, а в последующие циклы и вовсе никого не беспокоил. ФлерДрил оказался крайне спокойным, хотя иногда и очень активным. Даже Винд вернулся в отсек; они по-прежнему недружелюбно косились друг на друга, но Фаер не трогал его еду и не отвлекал дани, а спарк не лез к терминалу и даже очень сладко перезаряжался у него на коленях под бормотание при записи очередного холо с новостями. К этому надо привыкнуть, даже к эпизодическим накатам ревности Страйкер... спарка к Винду. Мех и спарк не очень понимали, что это вообще происходит, и предпочитали молча заниматься своими делами. – Ну весь в тебя, – обычно отвешивала пинка сикер своему другу и тут же с ним мирилась, а Винд совал спарку крии: они начинали друг другу нравиться.