Impossible

I remember years ago Someone told me I should take Caution when it comes to love I did, I did.

Знаешь, когда я был маленьким, то думал, что я вырасту, найду себе девушку, заведу семью, заработаю много денег и буду знаменитым гонщиком. Это было моей целью, я верил, что именно так всё и должно быть в жизни у счастливого человека... С тобой мне не нужно ничего из этого. Я готов бросить автоспорт, лишь бы быть рядом с тобой, поддерживать тебя, хоть иногда видеть твои улыбки. Нет, недаром тебя называют Айсменом – ты редко даешь волю чувствам, некоторые считают тебя бесчувственным и черствым. А я понимаю, что ты не улыбаешься просто так, когда на самом деле я раздражаю тебя и делаю что-то не так. Да, иногда мне хочется, чтобы ты был таким, как все – любящим, нежным, прощающим, теплым, но потом я вспоминаю, что мне не нужен кто-то «как все», мне нужен именно ты – мой Райкконен.

And you were strong and I was not My illusion, my mistake I was careless, I forgot I did

Ты всегда был моей поддержкой и опорой. Пусть иногда мне хотелось швырнуть в твою бесстрастную рожу чем-нибудь тяжелым, воспользоваться услугами гадалки и наложить страшное проклятие на твой болид, но ты никогда не бросал меня, когда мне было плохо. Я срывался, кричал, терялся, уставал, а ты был рядом – пусть и по-своему, но рядом. Я привык к этому и полностью доверял тебе. Иногда я забывал о твоих чувствах, я был самовлюбленным эгоистом. Прости меня, Кими.

And now when all is done There is nothing to say You have gone and so effortlessly You have won You can go ahead tell them

Пустота опустошает. Мне кажется, что моя жизнь вдруг резко потеряла смысл, и эти дни, когда меня не беспокоит ни руководство команды, ни пресса, я трачу впустую, не вылезая из-под одеяла. Мне нечего сказать. Я не хочу ничего говорить. Не знаю, что буду делать дальше, когда придется участвовать в тестах, давать интервью, и, что самое страшное – видеть тебя, нового тебя. Теперь мое решение выступать за Феррари говорит против меня, ведь я буду сталкиваться с тобой в боксах, наши интересы будут пересекаться, и... Красный цвет, всегда ассоциирующийся у меня с тобой. Новый цвет моей машины. Все напоминает только о том, что я разрушил всё сам, решив сделать тебе «сюрприз»... Сделал.

Falling out of love is hard Falling for betrayal is worst Broken trust and broken hearts I know, I know…

Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы заслужить твое прощение. Мы никогда еще не ссорились так. Да, я много косячил, но всегда знал, что твой гнев будет коротким. Как же я желаю, чтобы ты пришел и сказал, чего ты хочешь. Я готов на все, Райкконен, лишь бы вернуть тебя, сейчас даже самые абсурдные предположения кажутся мне вполне уместными и выполнимыми. Если ты хочешь, я расскажу всем. Знаешь, пусть я и говорил, что лишняя огласка нам не нужна, что пресса не даст нам пройти, но ради тебя это можно сделать. Я могу разорвать этот чертов контракт... Пусть меня уже никуда не возьмут боевым пилотом, плевать. Мне не хватает тебя каждую секунду. Мне больше не к кому идти за советом, не к кому прижаться, никто не сможет выслушать меня, понять и успокоить, когда я проснусь после очередного кошмара. Осознание того, что именно я разрушил наши отношения, давит на меня.

Tell them I was happy And my heart is broken All my scars are open Tell them what I hoped would be Impossible, impossible Impossible, impossible

Я бездействую. Разве можно назвать действием истерические рыдания? Я не знал, что можно так плакать. Мне не становится легче, я уже не контролирую себя, выплескиваю все накопившееся наружу, а это все никак не кончается. Через два дня мне нужно встретиться с руководством команды, и я не знаю, как я пойду туда. Моя жизнь рухнула за несколько минут. Ты нужен мне как воздух, да нет, сильнее – я могу задержать дыхание, прожить без кислорода некоторое время. Без тебя – нет. Я представляю тебя.