Help him

Ярмарки в Новом Орлеане, это вам не просто продажа разных вкусностей и еды. В этом месте собраны интересные самодельные вещи, которые при первом взгляде наводят ужас, но походив какое-то время и рассматривая эти причудливые фигурки, маски, сделанные из дерева, куклы, много палаток для тех, кто занимается вуду и магией. Эти вещи по своему завораживают и привлекают внимание туристов, я так же попалась под это влияние и рассматривала маски из дерева, они наводят ужас, нет ни одной улыбающийся маки они все печальные и агрессивные, и мне почему-то слышатся ужасающие стоны от них, а выгравированные рисунки, не похожи один на один, они все разнообразны и каждый рисунок обозначает свое прошлое, или какое значение в мире магии имеет. - Нравятся эти маски? – Ванесса выводит меня из раздумья, поворачиваюсь к ней и уже вижу целый пакет набранных мне разных побрякушек, что бы я никогда не забывала свой приезд в этот поистине волшебный город. - Они такие… – Не могу подобрать нужного слова, только лишь по тому что обычные слова к этим маскам не подходят, они достойны большего, что-то вроде этого. - Они очень сильные. – Ванесса заканчивает моё недосказанное предложение. – “Но я не советую тебе покупать их, а тем более примерять на лицо.” - Почему? – Не отрываясь смотрю на творение. - Многие народы, которые практикуют вуду ещё с древних времен вырезали маски из дерева, они никогда не вырезали на масках улыбки, потому что по отношению к такой сильной магии, как вуду не должно быть смеха, это неуважение. Когда кто-то заболевал страшной болезнью, шаманы вырезали маску и одевали на лицо больному, после чего проводился обряд и прочтение магического заклинания. Заклинания изгоняло это демоническое состояние в виде сильнейшей болезни, а маска в свою очередь впитывала эту болезнь в себя, то есть она была заколдована. Многие люди в основном чернокожие расисты, они не любят белых, но умело это не показывают, воспитание, прежде всего, но белые думают всегда наоборот, что чернокожие никогда не будут воспитаны, это чуждо таким людям. Туристы покупаются на уловки продавцов, что маски это оберег, который можно повесить на стенку и он всегда будет тебя защищать от злых людей, и негатива, что в семье всегда всё будет отлично, просто купи эту маску и всё. Или например, надень эту маску, как только почувствуешь себя плохо или почувствуешь, что ты заболел и маска поможет излечить этот недуг. - И много людей ведется на это? – Задумчиво спрашиваю, и уже немного переживаю, что так долго смотрела на это произведение, которое наводит ужас. - Больше чем ты думаешь, люди постоянно их берут и примеряют, а продавцы в это время ехидно улыбаются и мысленно потирают ладони, думая, что минус один белый. Понимаешь, что бы знать эту историю, нужно, что бы у тебя в друзьях был понимающий человек в этом деле. - А вы с Шоном занимайтесь этим? - Поколение семьи Шона занималось этим. Но насколько я знаю историю его семьи, они никогда не делали на зло, они не делали специальных кукол вуду, и не втыкали в них иголки, чтобы человек мучился. Отец Шона говорил, что если человек желает тебе зла, причём не скрывает этого, а в открытую проявлял свою ненависть, то ему это возмещается сполна и ещё больше. Нет, мы с Шоном этим не занимаемся. - А как же те, кто специально делает зло, например, как заговорить эти маски, или куклы, которые тоже наводят ужас. - Считается, что те шаманы, которые делают зло, они уже по жизни наказаны и делать добро для них, это всё равно, что предать своих богов, они покарают их и отберут силу. Они не могут этого допустить, но я могу сказать, что у них очень высокая степень защиты, просто не пробиваемая и это на самом деле печально. - Почему такая ненависть к белым? Не считая рабства, с этим и так всё понятно. - Белые для них смешны, они слабые и беззащитные и по сути ничего не могут и не умеют. А ещё белые живут в иллюзиях и постоянно портят, то, что для них считается “святым”, черные в свою очередь всегда верят в своих богов и высмеивают белую расу, что только один дяденька на небесах сможет им помочь. И когда белые что-то строят, потом разрушают, чёрные всегда смеются и говорят, ну и где же ваш дяденька? Почему он не пришёл на помощь? Одно без другого не может существовать, не может быть добра без зла, если бы существовало, что-то одно, то это было бы примитивно. - Это так интересно. Не удивительно, что в Новом Орлеане так много салонов эзотерики и магии. - Большая часть этих заведений, это шарлатанство, настоящий шаман никогда не будет выставлять на показ свою силу, о нём знает узкий круг людей и помогает, он исключительно тем в ком видит силу или тем у кого настоящая проблема, а обычные проблемы их не интересуют. - Обычные проблемы? Это типа, почему я не могу выйти замуж? Или мне нужно много денег, или заговор наудачу. Я правильно поняла? - Именно, они считают это детским лепетом, в этом плане человек должен ко всему сам приходить, а не простить помощь на стороне магии, которая потом возместить не доброй монетой. На секунду я подумала, почему бы не купить куклу-вуду, чтобы от меня отстал Дэйви, но подумав хорошо и представив, как мне это всё вернётся, я передумала. Пусть вся эта проблема решиться самостоятельно, мне уже нечего терять. Ванесса, рассказывала мне много историй о происхождении шаманства и о богах чернокожих. Это правда интересно. Мы обошли всю ярмарку и Ванесса помогла мне подобрать оберег, который несет в себе добрую силу. Один продавец хотел мне продать, что-то из серии лапы чёрного зайца, причём я почти повелась на его уловки, но вовремя подошла Ванесса и отвела меня от этого. Продавец с чёрными глазами расстроился, что упустил покупателя и быстро забыв об этом начал подзывать немецких туристов, понимая, что они-то уж сто процентов поведутся и купят, этот оберег, который якобы несёт в себе, силу от сглаза, высокую степень защиты и всякой подобной ахинеи. - Завтра самолёт и я не хочу уезжать, мне так у вас понравилось. – Размешиваю сахар в чашке с чаем, понимая, что в Нью-Йорк я вообще не хочу возвращаться. Просторное кафе, где почти нет народу приглушенный свет создаёт уют и тепло, тихий джаз льющийся из колонок. Мы с Ванессой сидим около панорамного окна и смотрим на прохожих людей, солнце уже почти зашло и улицы начинают постепенно оживляться и собираться в клубах, барах и ресторанах, этот народ никогда не изменит своим принципам. - Ты всегда можешь позвонить, я буду рада тебя услышать. И, можешь приезжать, если будет плохо, мы с Шоном всегда поможем, а если не мы поможем то, город тебя сам спасёт, – Улыбается и накрывает своей рукой мою руку, от чего на душе становится теплее. Теперь, я знаю, куда буду приезжать, когда пойму, что моя жизнь катится куда-то не в то русло. Но скорее всего, этого не случится в ближайшие лет пять, десять. Смело можно сказать самой себе, что больше я сюда не вернусь. Шон с Ванессой не простят мне того, как я поступлю с Адамом.

***

- Ты готова? Нам пора выезжать, – Адам выводит меня из раздумий, уже в эту секунду я встаю с кровати и застёгиваю молнию на чемодане. - Да, сейчас спускаюсь. Если тебе не сложно то, можешь спустить чемоданы вниз? – Подношу чемодан к нему. - Нет, проблем, ждём тебя внизу, только не задерживайся. - Хорошо. Ещё пара минут. Всего пара минут. Хочу запомнить это место, не хочу его покидать. Не хочу ничего забывать. Рассматриваю беглым взглядом комнату, которая за такое короткое время стала для меня роднее, чем моя квартира. Лишний раз хочу убедиться, что я что-нибудь забыла, чтобы был повод вернуться и остаться. Взгляд падает на ненавистный телефон, который был выключен всё это время. Только могу представить, сколько там пропущенных звонков и угрожающих сообщений. Больше нельзя тянуть время. Пришла пора вернуться в реальность. Аэропорт, встречает обычной тишиной, народу как всегда мало, Шон с Ванессой стоят возле стойки с регистрацией и узнают сколько времени до посадки на самолет. Я же мну в руках какую-то бумажку, которую мне любезно впихнули перед входом в зал аэропорта. Адам слушает музыку и копается в телефоне. Меня колотит так, что я даже не могу нормально вздохнуть. - Посадка на самолет через двадцать минут. Вы точно ничего не забыли? Хотя, даже если и забыли, будет повод вернуться. – Шон обнимает за талию Ванессу. - Я хотела сказать вам спасибо, за то, что приняли меня. Я правда, никогда не забуду времени проведенного в этом прекрасном месте. В вашем уютном доме и вашу безграничную доброту, – Опускаю глаза вниз. Ванесса крепко обнимает меня. - Эмма, ты ещё вернешься. Я уверенна в этом. А если не вернешься то, помни, что мы всегда в твоём сердце, – Шон подхватывает слова Ванессы. - Тем более ты нам понравилась и мы будем звонить тебе, а ты нам. Я хочу на это надеяться. Не обижай нас так, будто ты никогда не вернешься сюда. В отличии от некоторых, – Взгляд Шона падает на Адама, который так и продолжает сидеть в наушниках, как подросток. Толкаю его в плечо, от чего его недовольное лицо отлипает от телефона и он рассматривает, что происходит вокруг и вытаскивает наушник из одного уха. - Я даже не слышал, как вы подошли ребята. - Это не удивительно, слушая на всю громкость музыку, я бы тоже ничего не услышал. – Шон передразнивает Адама, на что Адам улыбается, они отходят и начинают о чём-то разговаривать перед вылетом. Ванесса садится рядом со мной. - Позвони мне, как долетите. Я не стала просить Адама, потому что знаю, что он благополучно об этом забудет. - Обязательно позвоню, кстати я забыла кое-что тебе отдать, – Достаю из сумки небольшой свёрток упакованный в подарочную бумагу и перевязанную нелепым бантом. Ванесса, смотрит на подарок, зная, что там лежит. - Держишь своё слово Эмма. Тебе не жалко мне его отдавать? Это же дизайнерская вещь. - Это самое меньшее, что я могу тебе дать, по-сравнению с тем сколько вы сделали для меня. Это ничтожный подарок от меня и мне стыдно, что я не могу сделать большего для вас. И то, что это дизайнерская вещь, это не имеет значения. Тебе он пойдет больше. И, к стати я его постирала так что не переживай по поводу его загрязнении от моего тела, да и надела я его все-лишь один раз, но повод был, что надо, - Мы с Ванессой начинаем смеяться в голос. Я буду скучать по этому смеху. Скучать по жизнерадостной и свободной женщине. Самой счастливой женщине. - Спасибо, Эмма. Я буду скучать по тебе. - Я уже по вам скучаю, Ванесса, – Мы обнимаемся настолько крепко, на столько это возможно. Глаза начинает пощипывать от наступающих слёз, а в горле образуется комок. - Эмма, нам пора на посадку, – Адам прерывает нас. - Правда, вас пора отправлять домой. Проходим через металлоискатель. Наши сумки проходят через рентген. Наконец, спустя все эти процедуры подходим к терминалу. Последний раз поворачиваюсь, чтобы посмотреть на людей, которые стали близки как никогда. Ванесса с Шоном машут руками на прощание, поднимаю руку и машу вслед, Адам делает то же самое. В самолете почти что пустота. Сажусь на своё место, опускаю кресло назад откидываясь всем корпусом на спинку кресла. - Не пожалела, что слетала? - Нисколько не пожалела. Спасибо тебе. - Я подумал по поводу выступления на премии. Я выступлю, но пообещай мне, что после выступления ты мне всё расскажешь. - Как раз после твоего выступления, ты всё и узнаешь, на это и был расчёт. - Ну что долгожданная дорога домой, – Столько радости в его словах, он вернётся к своей работе, я уверена, что в его светлой голове за время нашего пребывания в Новом Орлеане созрела масса идей и текстов. В свободную минуту, он не вынимал из руки ручку и блокнот и что-то записывал. И я буду только рада если эта поездка помогла ему что-то понять для себя.