Затянувшийся поцелуй

Давно не помню такого сумасшедшего дежурства, когда некогда даже присесть, не то чтобы вздремнуть. По-моему, даже днем такого не было. Куча изувеченных, обворованных и обманутых, пьяных и наркоманов… И все в нашем районе. И все на меня одну… Я летала как молодая сойка от одной заявы к другой, от кабинета к обезьяннику, от ворот ОВД до мест преступления. Пашка летал параллельно, видно было, что он тоже вскрыл в себе вторую молодость, и ему тоже не приходится засиживаться. Конечно, при таком насыщенном раскладе мы практически не пересекались, только по служебным вопросам и то изредка. Я уже и думать обо всем забыла, в моем воспаленном мозгу настойчиво порхало теплое одеяло с мягкой подушкой на белоснежной простынке… Ах… Чуть не расплакавшись от столь заманчивых прелестей, я злобно пообещала себе отомстить Минаевой за такое кошмарное дежурство, вывалив на нее какое-нибудь муторное дело. Она будто чувствовала, что ночка выдастся горячей, поэтому отпросилась под благовидным предлогом и теперь наверняка кувыркается где-то в той самой постельке с Щукиным! И Ромка дрыхнет, а я страдай! Впрочем, минутный порыв ненависти на всех, кто сейчас сладко сопит в постели, быстро улетучился, когда поступил очередной звонок от дежурного. Тяжко вздохнув, я заставила себя подняться с кресла и медленно потащиться на вызов… Но силы были неравны: проползая мимо небольшого диванчика, я не выдержала и повалилась на него кирпичом … ... Очнулась я от того, как кто-то осторожно теребил меня за плечо. Откуда-то издалека доносился девчачий голос, настойчиво зовущий меня по имени, который по мере моего прихода обратно в сознание, становился все громче и громче. - Елена Николаевна, - пыталась достучаться до меня Вика. – Доброе утро, Елена Николаевна… - Вика? – Я удивленно села на диванчике. – Откуда ты? А как же вызов? - Елена Николаевна, рабочий день начался. – Вика улыбнулась и сказала: – Огромное вам спасибо, Елена Николаевна. Я займусь всеми ночными делами, сиюминутно. - Там много, - пробормотала я, тяжко зевнув. – За один день не перекопаешь. - Ничего, справлюсь. А вы пока идите, отоспитесь. - Хорошее предложение. – Я снова зевнула. – Пожалуй, так и сделаю. Когда Вика ушла, захватив с собой дела, я осознала, что у меня на коленях что-то лежит. Не помню, чтобы я чем-нибудь прикрывалась. Хотя я была в таком состоянии, что вообще не могла соображать. Медленно, но верно до меня начало доходить прозрение. То, что лежит на коленях, черного цвета, издалека похожее на небольшой плед, благоухало сигаретами и хорошим парфюмом. И конечно не Ромкиным… «Ткачёвская куртка! – стрелой пронзило мне мозг. – Он меня укрыл своей курткой!…» Укрыл, ну и что тут такого, спрашивается? Ничего особенного. Точно также он вполне мог укрыть и Минаеву. Я надела туфли, собрала сумочку и, обхватив Пашкину куртку, потащилась прочь из кабинета, мечтая поскорее очутиться в кровати. В коридоре я столкнулась с Иркой. - О, Лен, привет! – приветливо поздоровалась она. – Трудная ночь? - Очень… Ты даже не представляешь, насколько. До сих пор сплю. - Да, наслышана. Тебя так вырубило, что Ткачёву пришлось дорабатывать и за тебя и за себя. Но, как ни странно, он даже не пожаловался как обычно. Я была приятно удивлена. - Ого… А где он? Зимина, попутно надавав люлей пробегающему мимо Фомину, сообщила: - Ну как где? Уехал уже. Не только тебе одной спать сегодня, - как-то двусмысленно усмехнулась Зяма. – Давай тоже иди, пока ноги держат. - Иду… - Обхватив Пашкину куртку покрепче, я поковыляла на выход. *** Савицкий уже сидел на совещании, поэтому домой пришлось добираться одной. Сначала у меня была мысль вызвать такси, ибо я сильно рисковала уснуть за рулем. Но нет, поеду… Надо отвезти Пашке куртку… Стоило ли ломиться к Ткачёву прямо сейчас? Он наверняка уже дрыхнет без задних ног, куртка явно не входит в разряд единственной и неповторимой. Не лучше ли поехать спать, а куртку торжественно вручить завтра? Или вообще надо было оставить в оперском гардеробе. Правда, до дома Ткачёва все же было ближе.