Квинтэссенция: Забвение

Яркие краски осени и прохладный ветерок поднимали настроение. В воздухе витал запах сырости от недавно прошедшего дождя. Спустя двухнедельное лечение в больничном крыле замка, было приятно выбраться на свежий воздух. Мой хранитель отпустил меня с одним условием, что я ни в коем случае не буду сворачивать с тропинки. От моих ожогов не осталось и следа, я безмятежно брела к озеру. Порой мне кажется, что за эти дни я узнала больше чем за месяц. Мои сны не были снами — они были видениями из моей прошлой жизни. Я родилась и выросла в этом замке под бдительным взором моего хранителя, коим являлся мой родной брат Эйрин. Элионелла была старше меня на пять лет. Он была моей подругой и учителем. Девушка обучала меня магическому мастерству. Потом, мне заявили, что темный маг проклял меня и моя душа провела в «черной дыре» много сотен лет, пока её не коснулась луч лунного света. Тогда-то я и переродилась. Всё это отказывалось укладываться в голове. Как свет попал в вечную тьму? Почему прокляли именно меня? Лишь из-за того, что я — квинтэссенция? Эйрин интересовался, помню ли я еще, что-нибудь кроме мальчика держащего меня на руках. — Нет, а что там еще кто-то был? — Понимаешь, будет лучше, если ты не будешь об этом знать, — ответил он. Спасибо братишка! Следовало бы сорваться на него и уйти, но поскольку мне было слишком плохо, я не могла подняться с больничной койки. Ожоги саднили, да и спина давала о себе знать. Я соврала Эйрину. Никто не знал, что я вспомнила не только про церковь и хранителя, но и существ в них… Думаю, так будет лучше. Я узнаю всё, но не сразу, а со временем… Что до Кэтрин, ее способность — превосходный гипноз. Она затуманила разум всем, кроме Майкла. Он сам в этом признался. Я не спрашивала, почему он так поступил (сжег меня за живо), и уже реагировала на все спокойно. Это его выбор. Правда до сих пор не укладывается в голове. Он хотел убить меня и почти сделал это… Но и он же, «спас» меня — вылечил и поставил на ноги… Зачем ему все это? Думаю, ключ к разгадке — мое прошлое. Эйрин оповестил меня, что Кэтрин сбежала после того, как я «сгорела». Все время, пока я лечилась, да и сейчас — брат и Элионелла искали ведьму. Я остановилась и задумчиво покрутила, оранжевый листочек похожий на кленовый. Как странно — снова вернуться в этот мир, но ничего не помнить о нем. Я посмотрела на небо и золотые верхушки тысячелетних деревьев. Все какое-то родное, не так как на Земле. Неожиданно для себя, я услышала забытый звук мурчанья. У моих ног, терся маленький черный котенок. Он жалобно мяукал, переступая с лапки на лапку, ему явно было холодно. — Привет, откуда же ты у нас такой? — я наклонилась к нему. Котенок сразу же поднял головку и серьезно взглянул на меня. — Прости, ты девочка, — я почесала за её ушком. После грифонов, ведьм и колдунов для меня было большим открытием, что в таком сказочным мире могут жить кошки. Для уличного, котенок был очень ухожен. На её черном лбу — белый красивый полумесяц. Вислоухая, гладкая блестящая шерстка. Породистая. Я оглянулась по сторонам, может просто потерялась. Котёнок дрожал всем своим маленьким тельцем. Я взяла её на руки и спрятала в пальто, высунув мордочку на ружу. — Что ж, пока поживешь у меня. — Мяу, — одобрительно ответил котейка.

***

Разумеется, брату я ничего не сообщила и на цыпочках пробралась в свою комнату. Вымыла и накормила животинку до отвала. Вечером, она благополучно спала на моей кроватке мирно посапывая. А я сидела и читала одну из книг брата, которую он мне посоветовал. В дверь постучали, я положила книгу на стол и обойдя кровать, открыла. В дверях стоял Майкл. Я смутилась и дала ему зайти, напрочь забыв о животном. Я все никак не могла привыкнуть к тому, что он на протяжении двух недель вечером, осматривает мою спину. Сейчас, у меня там белый тонкий шрам, который начинался от правого плеча и заканчивалась у левой лопатки. Каждый раз, произнося какие-то слова, Майк проводил по нему прозрачной мазью. Я просила Эйрина, заменить мне «доктора», так как я чувствую себя не ловко. Брат лишь кивал мне и напоминал: — Ты знаешь, каким пламенем тебя обожгло — темным. Кто был заклинатель — Майк. Значит, только ему тебя лечить. Я заныла. Пойме же меня, Эйрин! У меня каждый раз щемит сердце, когда маг огня переступает порог моей комнаты. Он ведет себя со мной сдержано, а я дурочка даже после всего того, как он поступал со мной, все равно люблю этого мерзавца. — Ну, хорошо, — закатил глаза Эйрин, — если нравится, ходи с ссадинами и шрамом сколько хочешь, — с укором произнес брат. — Перестань, — огрызнулась я. — Окей, — Эйрин вздохнул, — обещаю, если в следующий раз, я тебя подожгу, — брат приобнял меня и откашлявшись торжественно произнес, — то буду добросовестно лечить тебя! — Не смешно, — обиделась я, быстро высвободившись. — Да, ладно тебе! Все будет хорошо, — он подмигнул мне и потрепал по голове. Я села на краешек кровати и привычным жестом спустила с плеча лямку лифа. Черненький комочек фыркнул. Опомнившись, прикрыла котенка одеялом. Майкл сегодня совсем плохо выглядел. Лицо было измученным, под глазами ярко выраженные круги, волосы растрепаны. Он молча наклонился и приподняв сзади мою майку, коснулся шрама. Каждое его прикосновение было для меня, как ножом по коже. Мое сердце замирало в надежде проделывая удары, дыхание прерывалось. Попытка самоконтроля в очередной раз провалилась. Почему я все время так себя виду! Чёрт, лучше бы он быстрее ушёл. Осознание того, что я чувствую его губы на своем плече, пришло не сразу. — Прости, — выдохнул он и отстранился. Я была в замешательстве. Сердце проделывало чечетку, будто его только что запустили. Воздуха не хватало. «Зачем ты это сделал? Ну, кто тебя просил?!» — Кричала обливаясь слезами моя душа. Майкл поспешно встал, собираясь уйти. Я повернулась к нему и удержала за руку. — Скажи, почему ты мне все время лжешь? Он не ответил, опустив глаза. — Ты лечишь раны на моем теле, но не знаешь, какие шрамы у меня в душе, — слёзы сами полились из глаз. Голос дрожал, — и каждый из них зажив, начинает снова кровоточить, разрывая меня изнутри, Бальтазар. Наши глаза встретились. Я знала, кто он. Знала, что он сделал. Знала, зачем он здесь. Я отпустила его руку и отвернулась. — Ты проклял меня, — дрожащим голосом ответила я, — квинтэссенция должна была умереть, — голос сорвался, я заплакала, — твоя миссия, — я запнулась. Он не перебивал меня, — только вот не задача, сколько ты не старался, я всё не подыхала. Ты даже подружку свою попросил о помощи, но и она не справилась! — крик сорвался на визг. Не помня себя я сорвалась с места и выбежала из комнаты. Все время испытывать боль и душевные терзания. Я не хочу, не хочу! Я петляла по замку. Есть только один выход. Остановившись, я вытерла слёзы. Снаружи шел сильный ливень, я открыла дверцу балкона, меня обдало свежестью. Погода под стать моим душевным мукам. Я вышла наружу и мгновенно промокла до нитки. Внизу — пропасть. Я села на широкие перила и посмотрела вниз. И сколько я буду лететь вниз? По-моему, эта яма бездонна. Раздался сильный раскат грома, я заплакала.

***

Еще немного посидев, я спрыгнула и пошлепала к себе в комнату. На счастье, ни с кем не столкнулась. Закрыв за собой дверь, сбросила мокрые кеды. Подняв голову увидела стоящего рядом Майкла или… Даже не знаю, как мне его теперь называть. К моему горлу подкатил комок, в носу защипало. Я не могу его видеть. Перед глазами зависла картинка обрыва. Хватит… Я распахнула перед собой дверцу и выскочила босиком назад в бушевавшую стихию. Едва я подбежала к перилам, как меня оттащили от них. Я брыкалась и толкалась изо всех сил стоя босиком в холодной луже. Ветер неистово выл. Высвободив одну руку, я толкаясь, пыталась вырваться. Он не сильно сопротивлялся и, когда мне это удалось и я рванулась к перилам, меня снова схватили и оттащили назад. Я снова вырвалась. В миг, он схватил меня за обе руки и отведя их назад прижал меня к себе совсем обездвижев. Мои ноги онемели от холода, я не могла пошевелить ими. Немного побрыкавшись я застыла в бессилие. Тело ныло от боли. Если он немного усилит хватку, я задохнусь. Мне стало трудно дышать: ком в горле и крепкая хватка. Заметив это, он ослабил натиск, но не отпустил меня. Телу холодно, а на душе — паршиво. Мое сердце разбито на сотни маленьких кусочков. Я — ничтожество. Зачем он здесь? Почему не отпускает меня? Я не хочу, не хочу больше существовать…Что ему нужно? — Ты, — его горячее дыхание обожгло мне сердце. Это был последний рубеж. Я сгорала внутри от любви к нему и ничего не могла с этим поделать. Слезы хлынули из моих глаз неистовым потоком. Это невыносимо. Сколько мне еще предстоит пролить слез? Бальтазар одной рукой водил по моей спине, повторяя изгибы тела, а второй обнимал меня. Я уткнулась головой в его грудь. Он нежно поцеловал меня в лоб и повел в комнату. Теперь мы оба промокли до нитки, с нас ручейками стекала дождевая вода. Он подал мне полотенце, я тут же послушно укуталась в него. Меня била дрожь. Упс, кажется, я простудилась. Бальтазар взял меня за руку и прошептал: — Закрой глаза. Я повиновалась и почувствовала тепло разливающееся по всему телу от его прикосновения. Одежда и волосы высохли. Я будто поменялась с ним местами, ясно ощущая его страдания и острую боль души. Демон мучился так же, как и я. Вижу ритуал смерти, вижу, как он обращается к свету пытаясь вытащить меня из тьмы. Вижу, как Кэтрин насылает на него проклятье. С каждым днём, он слабеет и умирает. — Temporis filia veritas. Я с любопытством взглянула на него. Он прав, нужно время, чтобы все осознать. Я знаю, что он скрытен. Знаю, что не должна ему доверять, не должна прощать его… Но помню, что я давно его простила и чувствую, что он изменился. Парень погасал у меня на глазах. Он сильно исхудал, синяки под глазами стали еще больше. Отпустил мою руку, он сел на пол рядом с дверцей балкона. — Еще немного осталось, — его уголки губ в саркастической ухмылке поднялись вверх, а глаза оставались грустными, — хорошо, что вместо меня, у тебя останется котенок. На моей кровати, по прежнему лежал маленький черненький комочек. Он потянулся всеми четырьмя лапками и перевернулся на другой бочек. — Я не отпущу тебя, — я села рядом с Бальтазаром, — только попробуй умереть, я тебя из-под земли достану! — Погрозила ему я. — Боюсь, — он не договорил, лишь часто задышал. Я сразу же схватили его за руку и начала нащупывать пульс. Он был очень редкий, — боюсь, меня и нужно будет там искать, — выдохнул он. Глаза щипало от пролитых слёз. Так, где же мой ясный рассудок? Нужно, что-то делать. Что делают в таких случаях? У него только, что случился приступ. Я отпустили его похолодевшую руку и схватилась за голову. Что поможет от проклятья? Чёрт возьми! До конца не понимая, что делаю я набрала в щеки воздуха и наклонилась к парню. Мелькнула искра, меня за губы что-то ужалило, яркий свет озарил комнату, произошел взрыв. Меня откинуло назад.

***

— Никогда больше так не делай, — произнес он. — Ты не дышал, — огрызнулась я, — откуда мне было знать, что ты не человек?! Он наклонился надомной, его черные крылья были раскрыты. — Извини, мне так было хреново, что я забыл тебе об этом напомнить, — парировал он, — и еще про то, как Кэтрин засунула меня в шкуру смертного! — он закатил глаза. — Ничего в этом плохого не вижу! — Людишки, — ухмыльнулся Бальтазар, — они же ничтожны. — Ты сам был не лучше, пару минут назад. И, если бы не я — хрен бы ты вернулся. И вообще, отпусти меня! — Я тебя не держу, — он выпрямился и сложил крылья. Бальтазар стоял передо мной словно ничего и не было. Казалось, что энергия и сила переполняют его. — Ты падший? — Как скажешь, — уклонился он от ответа. О, боже. Только этого мне не хватало! Я встала и не узнала свою комнату. Все было наоборот — потолок стал полом. Все мои вещи преспокойно находились наверху. — Взрыв нарушил все законы физики, молодец детка, — он оценивающе посмотрел на меня, — повезло, что нас не затянуло в черную дыру. — Спасибо, благодаря тебе я там уже побывала, — я саркастически подняла уголки губ, — и знаешь, чего-то больше не тянет. Я подошла к кровати и дотронулась до нее рукой. — Осторожно! Сильный порыв ветра поднял меня вверх. Я ударилась спиной о потолок и упала вниз. — Ты чуть не сломала себе шею! — Не кричи на меня, — буркнула я потирая ушибленное колено. — Чёрт, я тупица, — воскликнул Бальтазар, — у тебя же всегда была тяга к суициду, как я мог забыть это! Я медленно подняла глаза и посмотрела на него снизу вверх. Когда же он перестанет выносить мне мозг? Правильно, никогда! — Тише, — я подошла к кровати, на которой мирно спало маленькое существо, будто ничего вокруг него и не происходило, — разбудишь, котенка. Да и весь замок в придачу. — Ты не любила кошек, — заметил падший, — и потом, тебе, что наплевать на мои предостережения? — Он снова начал повышать голос, — я же пытаюсь защитить тебя… Ну, не понимает человек. Я закрыла ему своей ладонью рот. — Тише! Он поднял одну бровь, убрал мою руку и снова продолжил лекцию: — Ты хоть понимаешь в чем твоя миссия? — Пожалуйста не начинай, — заныла я и отошла к шкафчику. Вот чёрт! Когда я хотела знать буквально все, мне никто ничего не говорил. Не время Изабель, говорили мне. Теперь, когда я решительно ничего не хочу знать, мою голову забивают гигабайтами разной информации. Почему жизнь так не справедлива?! Я вытащила пижаму и направилась в ванную. — Ты была создана, чтобы установить мир среди стихий. Ты сама главная стихия. Ты — квинтэссенция. Одни и те же слава. Ничего нового. — Если ты не против, — перебила его я и указала на душ. Ну, же. Пожа-а-алуйта, оставь меня в покое. — Ты хочешь принять со мной душ? — в его глазах мелькнул огонек. — Иди ты! — Я швырнула в него полотенце, - Нет, конечно! — Знаешь, а я был бы не против, — его взгляд про скользил по моей фигуре и остановился на губах. Стало жарко, мое сердцебиение участилось. Я сильно смутилась, раньше мне становилось не по себе от его взгляда, а сейчас и подавно. Ничего не уходило от его зоркого взгляда. Неловкое ощущение, будто я стояла перед ним обнаженная. Он вернул мне полотенце и провел рукой большим пальцем по щеке. — Сладких снов, квэнти.

***

Что называется — новый день, новые проблемы. Я не могла найти котенка. Чёрт, где же он? Я смотрела и под кроватью, в ванной, в шкафу. Выбегала на балкон. Неужели он упал в пропасть?! Я плюхнулась на кровать и заныла. Мне, как всегда везет. Я закрыла лицо руками. — Что с тобой? Над моей головой появились кошачьи ушки и огромные зелёно-карие глаза. Я подскочила. На кровати свесив ножки сидела девочка трех лет и недоумевающе смотрела на меня. Пепельно-русые волнистые прядки свисали вниз. Ее маленький курносый носик и личико было очень похож на Джинины. Одета она была в черное платьице. Хм, может Кэтрин не выдумывала ничего. Что, если моя подруга и вправду из этого мира? — Я напугала тебя? — девочка виновато опустила ушки. — Не-ет, нет. Конечно, нет. — Спасибо, что приютила меня, — девочка ловко спрыгнула с дивана подбежав ко мне, обняла. Э-э-э, кажется я понимаю о чем она. — Меня зовут Сейлна О'Кифф, — представилась она задрав головку, — пожалуйста, не выкидывай меня. Я была в шоке. — Конечно, я не… — Я не буду драть твои диваны, честно-честно! — Она начала плакать. Я взяла ее на руки и обняла. Бедный ребенок, откуда она такая взялась? — Пойдём я накормлю тебя. — Угу, — ответила малышка. Когда я зашла в зал с спящем ребенком на руках у брата чуть не отвалилась челюсть. Так, как он ничего не смог выговорить, за него это сделал Крис. Первым делом он спросил обратившись к своему брату: — Вы когда успели? — Мне самому интересно, — ответил падший и вопросительно поднял одну бровь. — Котенок, — коротко ответила я. — Что? — подавившись пискнул Эйрин. Я подошла и похлопала его по спине. — А-а-а, — протянул Бальтазар. — Кто? — переспросил Крис. — Котёнок, — задумчиво произнес Бальтазар всматриваясь в мои глаза, — пойдем поговорим. Только мы переступили порог его комнаты, как дверь захлопнулась. Я была в шоке от беспорядка. Все вещи разбросаны, шкаф почему-то стоял кверх ногами. — А-а, э-э-э, — протянула я. — Я неудачно раскрыл крылья, — коротко ответил он. Я все это время держала спящую девочку на руках, мне не привыкать нянчить детей. — Откуда же у тебя это чудо? — В лесу нашла. — Э-эм, — он широко улыбнулся, после чего его «прорвало». — Тихо ты! — шикнула я. Он приложил палец к своим губам, в знак молчания продолжая беззвучно смеяться. — Бальтазар! Вот извращенец! О чём он подумал?! — Все, все, — закивал он, — значит ты нашла её в лесу, — он снова засмеялся, — когда же ты успела? Честное слово, если бы я не держала на руках ребенка… Хотя. Я собрала все разбросанные его вещи в ком и бросила на Балти. Звонкий детский смех громко отразился от стен комнаты. Я закрыла одной рукой ухо. Вот это голосок. — Еще так, — захлопала в ладоши Сейлна. Бальтазар скинул вещи на пол и взглянул на девочку. — Ты кто? — спросила она. — Это самый заносчивый в мире филин, — ответила я, — его зовут — Балти. Он уже очень старенький, правда выглядит молодо. Падший вскинул брови и скрестил руки на груди. — А, почему? — Не знаю, наверное хорошо сохранился. От восхищенного взгляда Бальтазара, я потупилась. Еще немного и он прожжет во мне дыру. — Что с тобой? — озадаченно наклонилась ко мне Сейлна. — А-а, ничего, — мои щеки вспыхнули, — все хорошо. — Но ты покраснела, — настаивала девочка, — тебе плохо! — Да, ей явно плохо, — прошептал Бальтазар и забрал у меня Сейлну. — Да, все хорошо, — отмахнулась я и собиралась снова взять на руки девочку, но она потребовала опустить её на пол. — Да тебе тяжело дышать, — занервничал Бальтазар. — Все нормально, — неожиданно для себя спокойно ответила я, — о чём ты хотел поговорить? Бальтазар стал серьезный. — Я знаю, что предал тебя и ты можешь мне не верить, но скажи мне на милость, — он сделал паузу, — зачем тогда я спасал тебя все это время? Зачем я выжидал подходящего момент, чтобы вытащить тебя из разрыва между тканями мироздания? Взгляд стал непроницаемым, он напряженно ожидал моего ответа. Что ему ответить. Он окончательно запутался меня. В смысле между тканями мироздания? Тем временем, Сейлна увлеченно рылась в шкафу в образе котёнка выгребая и комкая одежду Бальтазара. — У тебя было время, — я взглянула на его расплывчатый силуэт, — прошу, — в горле встал ком. Я вытерла глаза, — дай мне теперь немного времени. Выражение его лица переменилось. Он кивнул и мягко коснулся моей мокрой от слез щеки. — Decipimur specie recti.* Его слова эхом отдались в самых укромных местах моей памяти. Перед глазами возникло ведение. Я оказалась у своего старого дома в котором мы жили раньше, до смерти отца. Зеленая калитка открылась и из нее вышел высокий мужчина. На нем была темная шляпа с полями закрывавшими глаза, темный костюм с плащом и арбалетом в руках. Я во все глаза смотрела на него, узнавая в незнакомце забытые черты лица. — Изабель, — его серые глаза тепло смотрели на меня. Он было хотел подойти как опомнился, — послушай меня милая, — он подошел ко мне, — ни в коем случае не возвращайся на Землю. Обещай мне, — он с надеждой смотрел на меня. — Пап, — у меня сорвался голос. На глаза отца навернулись слезы, он крепко обнял меня. Я почувствовала знакомый запах табака и родное биение сердца. — Я дума-ала ты умер, — сквозь всхлипы, кое-как, заикаясь выговорила я сжимаю в руках запачканный край его плаща. Я боялась, что отец исчезнет. — Детка, — он отстранился и серьезно посмотрел на меня, — Аверилл и Флорет с тобой. Не в силах ответить я закачала головой в разные стороны: — Они дома, — я быстро вытерла тыльной стороной ладони глаза, чтобы не упускать отца из виду. Все та же лёгкая небритость и вьющиеся темные волосы. Добрый взгляд и присущая только ему робость в общении со мной. Кажется, он совсем не изменился за эти пять лет. — Послушай Иззи, — он быстро оглянулся по сторонам будто за нами кто-то следил, — надо вытащить их оттуда. Здесь больше не безопасно, — он положим мне в руку скомканный клочок бумаги и накрыл своей ладонью. После этих слов, окружающий меня мир начал терять четкость. Я снова протерла глаза, но это не помогало. — Пап, — позвала я расплывчатое перед собой пятно. — Я всегда в твоем сердце, — ответил он. Я снова очутилась в комнате Бальтазара. Он держал спящую Сейлну у себя на руках. — Думаешь, это он? — Ты видел? — переспросила я. Бальтазар коснулся моей руки. Я разжала пальцы. На ладони лежал пожелтевший от времени клочок бумаги. Я развернула его. Корявым почерком была начертано: «Оно спрятано на краю облачного озера». Я несколько раз пробежала глазами строчки, пытаясь найти скрытый смысл. — На краю озера, — тихо повторил Бальтазар, — чёрт. Все сходится. — Что на краю озера? Он аккуратно опустил «спящую красавицу» на свою кровать и заботливо накрыл ее одеялом. Затем схватил меня за руку и быстро повел к Эйрину. — То, что спрятано, — мы быстро пересекли главный зал и направились на третий этаж. — Спасибо, это я уже и так поняла. — Нет, — он резко остановился и я налетела на его. Бальтазар обернулся, лицо его было мрачно, — древняя реликвия, — он с недоверием посмотрел на меня с верху вниз, — ты знаешь кем был твой отец? — Он ни разу не говорил о своей профессии. Мы с сестрой, думали, что он физик. — Хьюго никогда не был физиком, — Бальтазар фыркнул от негодования, — он — расхититель.