Сверкающие глаза

      - Внимание по кораблю. – Андерсон встал из-за рабочего стола, оправил комбинезон. – Приготовиться к приёму пострадавших из тюремно-лагерного блока Базы. Доктор Чаквас.       - Всё готово, командир. – майор Чаквас посмотрела на экраны, укреплённые над её рабочим столом в медотсеке. – Разрешите…       - Разрешаю. – бросил Андерсон. Он уже знал – Чаквас уходит на борт того крейсера Коллекционеров, который был избран для осуществления вывоза пленников. Теперь уже – бывших пленников Коллекционеров. Десантники, космопехотинцы, группа высадки фрегата в полном составе уходили вперёд, прорываясь к Центральному Посту Управления Базой. А им предстояло выполнять свои функции. И всё равно, что фрегат пристыкован к базе снаружи – уже установлены переходы, выставлены посты охраны и обеспечения, работают инженеры и техники.       Чаквас в сопровождении двух десантников-спецназовцев из состава турианского контингента быстро прошла по переходу внутрь уже зачищенных помещений Базы, миновала несколько постов и поднялась на борт захваченного крейсера Коллекционеров. Доктор Мишель уже ждала её.       - У нас полно помощников, доктор. – сказала гражданский медик. Чаквас. – Установлены стойки с аппаратурой. Уже сформированы палаты и лаборатории.       - Приступим, коллега. – Чаквас открыла створку загородки, вошла, увидела лежавшую на кровати азари. – Что нам о ней известно?       - Из состава уничтоженного Коллекционерами дредноута. Десантница. Найдена мёртвой. – доложила Хлоя Мишель. – Проведены первые анализы и обследования. Подтверждено, что смерть наступила в результате. – врач выдала длинную фразу на латыни. Чаквас кивала, вчитываясь в тексты ридера и краем глаза рассматривая лежавшую перед ней молоденькую азари. Действительно. С неё не сняли скафандр, но по сведениям, переданным Явиком, датапад-ридер был зачищен и отключён, вынута батарея. – Следов пыток нет, следов повреждений нет. Следов воздействия на психику нет.       - Проведите финальные тесты и исследования, уточните все показатели, обоснуйте причину смерти. – Чаквас развернулась к выходу из выгородки. – И подготовьте документы с извещением о смерти для её родственников и для командования Азарийского контингента ВКС.       - Будет сделано, доктор. – Хлоя Мишель кивнула, передавая ридер подошедшему сержанту-технику, имевшему фельдшерскую подготовку. – Выполняйте. – врач вышла следом за широко и быстро шагавшей Чаквас.       Чаквас молчала. Явик уже сообщил, что членов команды дредноута и кораблей сопровождения им не удалось найти. Скорее всего они были переработаны. Получив данные анализа ДНК, Чаквас подписала световод-кодатором бланки, разрешающие захоронение погибшей азари по прибытии на Тессию.       - Убитая Дженнифер азари-биотик-мутант. – Хлоя Мишель остановилась перед каталкой, на которой лежала азари с фиолетово – голубоватой блестящей и натянутой до предела кожей. – Прислужница охранников и учёных лагеря. – Хлоя подала Карин ридер с данными. – Первичные исследования. Результаты.       - Отправим на исследование. Пусть Мордин разбирается. Дженнифер, конечно, её переломала, но пока что многое можно определить, понять и разработать меры противодействия. Слишком отточенная технология, просто потоково-готовая. – Чаквас обошла вокруг каталки. – Дженни, конечно, озлилась… Ну да ладно. Там они имели на это право.       - Следующий пациент… Даже не знаю, как сказать. – Мишель подала Чаквас ридер. – Мужчина-азари. Мёртвый.       - Протеанин сообщил, что в интересах сохранения биотического потенциала они решили лишить расу азари мужчин, а коллекционеры, выходит, приняли обратное решение и добились неплохих результатов. – Чаквас остановилась у каталки с трупом мужчины-азари, накрытым простыней, откинула полог, вгляделась. – Смерть подтверждена?       - Мордин засвидетельствовал. Умерщвлён был учёными лагеря, едва только охрана блока дала слабину и не смогла удержать периметр. Взрывчатки, яда и иных сюрпризов, вроде вирусов – не содержит. Раствор, в котором он пребывал в капсуле. - Хлоя подала другой ридер. – Результаты анализов. Вся профильная информация с носителей была собрана Оливией. Направлена на переработку. С ней работают синтеты.       - Пока задержите решение. Проведите комплексное исследование, подтвердите данные учёных лагеря. Или опровергните их. Никому – ни полграна информации.       - Есть данные, что азари… Ну, те, кто содержатся в той части лагеря-тюрьмы… уже ощущают. Ощущали смутно присутствие азари… противоположного пола.       - Ощущения – к делу не пришьёшь. – сказала Карин. – Простите, Хлоя. У нас впереди работа с измождёнными детьми-азари. Их там больше девяти тысяч. Часть уже уведена и заряжена в капсулы для переработки. Это конвейер. И нам нужно сохранить силы для помощи живым. На мёртвых мы сможем обратить самое пристальное внимание потом. Позже, когда защитим и поможем тем, кто останется в живых. Там ещё десяток рас, правда меньшее количество, до пяти тысяч самое большее по данным Явика, Мордина и синтетов. Так что пока будем ориентироваться на помощь живым.       - Ясно, доктор. – Мишель кивнула. – Недомодифицированная азари-баньши. – Хлоя открыла дверцу следующей выгородки. – Перенесли прямо в ванне, аппаратуру проверили, деактивировали.       - Чёрный комбинезон. Множество контактов. – Чаквас вгляделась в фигуру мёртвой модифицированной азари. – Оружие.       - Мордин и Явик подтвердили. Создавалась для работы среди людей. Для того, чтобы подчинять их. Лицо трансформировано по человеческому типу. Замаскировать – и готовый агент… влияния. Баньши – псионик и телепат. По заверениям Явика и Мордина – намного более слабая, чем Мирала, но её призвание – подчинять или убивать. Трансформирует в хасков всех, кто попадёт в радиус её влияния… почти моментально. – Мишель подала Чаквас ридер. – Общие данные. Могла выполнять роль приманки для особо ценных для Коллекционеров жертв. Это не стазис. Это – страшнее.       Чаквас молча изучала данные переданного ей ридера. Она уже начинала привыкать к говорливости Хлои. Эта многословность давно перестала раздражать майора медслужбы ВКС Альянса Систем, одного из старших офицеров фрегата. Ясно было, что Хлоя нервничает. Очень нервничает. Но работать всё равно надо быстро и качественно. А нервы придётся удержать в узде. Придётся. Хорошо, что эта полуазари-оружие уже труп. И ожить не сможет. И Мирала для нормандовцев становится чем-то вроде точки отсчёта и мерила для сравнения. С этим тоже придётся смириться. Слишком много нового они обнаружили на этой базе. Закономерно нового. И очень страшного и опасного.       - Имплантаты? – спросила Чаквас.       - Мы проверили на самом элементарном доступном нам уровне. – ответила Мишель. – она имплантирована на двадцать процентов, но всё равно является органиком. Имплантаты безопасны. Сама она мертва биологически.       - Только без лирики, Хлоя.       - Да, я именно хотела сказать, что восстать из мёртвых она не сможет. – смущённо проговорила Хлоя.       - Сказали ведь. – буркнула Чаквас. – Идёмте дальше. У нас впереди – конвейер. И бессонная ночь. Переходим на режим суточного дежурства. – майор медслужбы нажала несколько сенсоров на своём инструментроне. – Я вызвала на крейсер почти всех, кто имеет медподготовку как непрофильную. Их помощь нам очень пригодится.       - Азари-кибер, доктор. – Хлоя открыла следующую створку загородки, за которой высился куб. – Мы перевели её в спокойное состояние. – она подала ридер. – Последние данные исследований. – Сильна…       - Если кибер. – врач скептически взглянула на застывшую по стойке смирно азари. – Да ещё и культурист... Подождёт. – Чаквас развернулась на месте кругом. – У нас есть более важные вопросы, чем разбираться с очередной поделкой кружка «очумелые ручки». Хлое Мишель стоило большого труда сохранить профессиональную серьёзность и не отстать от стремительно шагавшей Чаквас.       - Юстициар и ардат, доктор. Всё, что мы могли, мы сделали. – Хлоя подала очередной ридер, подождала, пока Чаквас прочтёт все данные.       - Придётся ждать Явика. Не сомневаюсь, это его пациенты. – сказала Карин. – Стазис – поддерживать в полной норме. Как только прибудет Явик – сообщить ему о них обеих.       - Обоих. – ляпнула Хлоя.       Брови Чаквас поползли вверх, она изумлённо обернулась:       - Доктор Мишель.       - Прошу прощения. – Хлоя потупилась. – Но ведь и в самом деле они бесполы в человеческом понимании.       - В их понимании мы тоже можем выглядеть бесполыми. Вам напомнить о трансвеститах, гомиках, пидарах и иных выкривлах?       - Не надо.       - Продолжаем. – Чаквас стремительно вынеслась из загородки.       В следующей загородке уже стояла кровать и обстановка напоминала обычную комнату в какой-нибудь весьма приличной гостинице, чем больничную палату.       - Молодая азари, возраст… - докладывала Мишель, взглядывая в ридер . – В целом не старше двухсот лет. Захвачена с целью обеспечения давления на определённых влиятельных лиц азарийского политикума, возможно также – для получения выкупа. Первая, кого удалось обнаружить живой и неповреждённой. Осмотрена доктором Мордином. Результаты. – Мишель подала Чаквас ридер, с удивлением наблюдая, как стремительная и жёсткая главная военврач фрегата меняется, превращаясь в мягкую и обходительную докторессу-терапевта.       Чаквас явно заинтересовалась. Сверившись с инструментроном, она приблизилась к лежавшей на кровати молоденькой азари. Та инстинктивно попыталась отодвинуться, но Карин и не думала отступать. Несколько сказанных мягким обволакивающим голосом фраз и пациентка уже без боязни и опасений даёт себя осмотреть, выслушать, обследовать.       Чаквас знакомилась с состоянием здоровья первой выжившей обитательницы лабкомплекса сектора азари тюрьмы-лагеря Базы Коллекционеров со смешаннными чувствами. Всё подтверждалось. Клёна, - так звали азари – попала в сложную ситуацию. Коллекционеры её насиловали сами десятки раз и принуждали вступать в сексуальные связи с другими узниками – как мужчинами, так и женщинами. О том, что они ощупывали её во всех местах и почти постоянно – и упоминать не надо было – это было ясно видно и заметно как по отметинам на её изящном теле, так и по её поведению – она до сих пор была напряжена и излишне взволнованна. Похоже, она до сих пор не верила, что плен, клетка, издевательства – в прошлом. Она вполне могла подумать, что это – некая изощрённая проверка на покорность и лояльность и потому – могла подозревать обеих врачей в неблаговидных намерениях.       - Вы меня продадите? – вдруг спросила Клёна, вперив мутноватый взгляд в глаза склонившейся над ней Чаквас. – За меня могут много кредитов дать.       - Нет. – как можно мягче и одновременно – увереннее постаралась ответить Чаквас, переключая режимы своего медицинского инструментрона. – Никто тебя продавать не будет.       - Значит… Снова клетка? – безучастным тоном сказала Клёна.       - Нет. – ответила Чаквас, вчитываясь в снятые показатели.       - Тогда… подиум. – в голосе бывшей узницы не было ни одной эмоции. Ещё немного и можно было поверить, что это говорит автомат.       - Нет. – спокойно ответила врач фрегата.       - Отдадите на… насилие… - Клёна уже не смотрела на Чаквас.       Хлоя неподвижно стояла с другой стороны кровати. Всё подтверждалось. Всё, что сказала Дженнифер, которая её нашла, что установил осмотревший молоденькую азари Мордин. Насиловали много раз, заставляли танцевать голой, прислуживать Коллекционерам в чём мать родила, выдерживать лапания. В конечном итоге её сломали едва ли не до конца. Равнодушие… ужасающее. Лежит неподвижно, двигается как марионетка, но, кажется, её ещё можно вернуть к жизни. Ведь она – красавица. Даже на взгляд земной женщины, весьма насторожённо относящейся к проблеме женской конкуренции, Клёна действительно очень хороша собой. Порода видна сразу.       Тем временем Чаквас завершила обследование, успокоила Клёну, дождалась, пока она поудобнее уляжется, вышла из выгородки и только прикрыв дверцу, сказала:       - Первая, за которую следует побороться со всей определённостью. Попробуем вытащить в норму всех, но её – обязательно надо восстановить в полной мере. Она слишком молода, чтобы вот так просто выйти из узилища и погибнуть. Я включила её в первую группу.       - Согласна, доктор. – кивнула Мишель. – Она действительно нуждается в нашем максимальном участии.       - Возвращать её семье мы пока что не будем. До момента полного восстановления. Когда выполним глубокую реабилитацию… Тогда можно будет подумать и об этом. Она почти отвыкла говорить вслух и громко, почти не умеет свободно двигаться. Её нынешнее состояние, как и указывает доктор Солус, близко к состоянию марионетки. Её надо откормить, приучить к новым мирным нормативам гигиены, остановить сползание организма к разносу. Работы предстоит… много, но это – благодарная работа. За неё стоит побороться. Она того заслуживает.       - Я…       - Считали меня сухаркой, коллега? – усмехнулась краешками губ Чаквас. – Хлоя, я хирург. Хирург-травматолог. Мне нельзя давать волю нервам или я превращусь в мясника. Стоять у стола по пятнадцать часов и сохранять ювелирную точность и высочайшую скорость движений… Поневоле станешь себя ограничивать в праве на всяческие вольности.       Мишель кивнула, открывая дверцу в следующую выгородку.       - Та, что чуть не убила Кайдена. – указала Хлоя на застывшую в коконе молоденькую азари. – Интервал – два-три часа, потом она снова начинает пыхать Огнём Тьмы. Способна выжечь мозг любого органика любой расы. – ридер с информацией оказался в руках Чаквас. – Сейчас она погружена в сон, показатели снимаются постоянно. Дженнифер гарантирует, что при соблюдении определённых условий она будет безопасна.       - Ребёнок-оружие. – проговорила Карин, сверяя данные. – Если у обычных азари «глаза бездны» - это уровень почтенного матриарха, то у этой крошки – обычное явление? Коллекционеры определённо пользуются технологиями Жнецов экскаваторными методами. Хм. Дженнифер уверена, что с помощью Явика и её поддержкой этой крошке можно вернуть обычное детство? Возможно. – она положила ридер в укладку, отметила на своём инструментроне новые данные. – Хорошо, если нам удастся вернуть её в нормальное состояние или хотя бы обезопасить.       - Мужчина-азари. – сказала Хлоя, входя в следующую загородку. – По данным Явика – типичный трансформ, преобразован из чистокровной азари, родовые отметки на лице сохранены от неё. Полностью готов к обычной внешней жизни. Возможно, привык к полной обнажённости, мышление и личность сохранены и трансформированы по мужскому типу.       - М-да. – сказала Чаквас, быстро проводя осмотр пациента. – Мы куда-то влезаем, куда нас явно не просят.       - Приходится, Карин. – сказала Мишель. – Мы ведь тоже не просили Жнецов лезть сюда и создавать нам вот такие вот проблемы.       - Вы правы. Ладно. Андерсон и так приказал, чтобы решить вопрос о переводе всех вот таких проблемных на «Омегу». Там предполагается выделить под их размещение целый уровень. Предполагаю, Ария сделает всё и даже сверх всё. Для Цитадели и Матриархата такая проблема пока что неподъёмна в принципе. – сказала Чаквас, сохраняя спокойствие и отходя к двери. – Явик прав. Появление мужчин-азари, в большинстве своём – трансформов – большой удар по всей расе нынешних азари. Хотя Шепард тоже прав – поздно устраивать говорильню и пытаться замолчать факт.       - Надеюсь, что пока они побудут у Арии на «Омеге», мы сможем найти вариант решения этой проблемы. – сказала Мишель.       - Должны будем найти, а не сможем. – Чаквас прикрыла дверь, быстро прошла к следующей выгородке. – Так я и думала. Биотик, культурист, мужчина-азари. Конкурент для Лиары. Способен за четыре года получить четыре университетских диплома. Но генераторы биотики на лице… Это нечто новое.       - И страшное. – сказала Мишель, входя в выгородку и останавливаясь перед кроватью, на которой спал рослый азари. – А он красив.       - Да. Девы азари будут штабелями складываться. – отметила Чаквас, проводя быстрый осмотр спящего пациента. – М-да. Генераторы у него… прав Явик. Мало никому не покажется. Если бы это были не Коллекционеры, то я бы их лично поздравила с большим комплексным успехом.       - Этот успех придётся ещё изучить. А потом адаптировать. – недоверчиво сказала Хлоя, помогая Чаквас вводить данные в инструментрон.       - Куда ж мы денемся. – сказала Карин. – У этих Коллекционеров неплохой персонал.       - Был. Отбирали лучших. Сидят сейчас в камере тюремного этажа. В одиночках. Спелёнутые как сосиски. Спят. Наркотическим сном. – проговорила Мишель.       - Добро. – Чаквас быстро осмотрела обоих братьев-азари. – Старшая действительно почти полностью трансформирована в самца, кое-какие признаки «оно» остались, а всё остальное – чисто мужское. Явик прав – мужчины-азари, как ни странно, более сильные биотики, чем азари-оно. Вариант, но уж больно напрягающий. Оливия прислала богатые материалы исследований. А у младшей вообще песня – автоматический процесс трансформации. Ни остановить, ни вернуть. Пять докторских диссертаций. – врач быстро проводила уже не стандартное, а углублённое обследование, попутно занося данные в свой инструментрон. – Возни с ними будет… Как теперь азари объяснить наличие таких вот индивидуумов - формы не придумаю.       - Полагаю, что со временем придумаем. – ответила Мишель. – Выхода у нас другого не останется. А этих обеих сестричек-братьев придётся подвергнуть курсу дополнительной адаптации. Их изначально готовили как агентов влияния или террористов. Работы предстоит – на месяцы.       - У нас нет этих месяцев, Хлоя. – отметила Чаквас, завершая обследование и загоняя полученные данные в свой инструментрон. – Хорошо, если у нас есть хотя бы полгода более-менее мирного времени. Война уже показала свои кровавые зубы.       - Да уж. – Мишель кивнула, выходя из выгородки и открывая следующую дверцу. – Если нам попадутся по пути пара сотен таких трансформов как эта. – она указала на лежавшую на койке полностью обнажённую азари средних лет. – У нас будут большие проблемы. Она способна излучать биотику всем телом, но особенно сильно – головой. Даже не понимаю, как такое может быть, но если Коллекционерам с помощью жнецовских технологий удалось… Бывшая офицер того пропавшего и затем уничтоженного дредноута.       - Посмотрим. – Чаквас привычно провела беглый осмотр. – В госпитале на «Омеге» у нас будет полно интереснейшей работы. Сейчас мы сможем заняться только подготовкой и самыми неотложными проблемами и вопросами. Всё остальное – только после того, как достигнем «Омеги» и разместим всех в полностью изолированном уровне.       - Ещё одна офицер этого пропавшего и уничтоженного дредноута. – сказала Мишель, подавая очередной ридер после того, как они вдвоём вошли в следующую выгородку. – Погружена в стазис. Иначе её не остановить. Хотя кое-что мы уже поняли и приняли свои меры безопасности.       - Да уж. Напугать может. – Чаквас вскинула инструментрон. – Ладно. С ней будем тоже разбираться предметно на «Омеге». Стазис действительно, наряду с биотическим коконом, созданным нашей Дженни – единственное, что может удержать такого монстра. Ходячее оружие. Они определённо готовились. Фундаментально готовились.       - Согласна. – Мишель открыла дверцу следующей загородки. – Эти две азари, как пояснил Явик – клоны. Похоже, что Коллекционеры отрабатывают технологию создания массовых армий вторжения.       - Цвет кожи явно нестандартный. – Чаквас считала с инструментрона показатели. – Вы правы, Хлоя. Клон он и есть клон. Всё выверено и всё чётко. Даже противно. Не за что зацепиться. Но всё равно будем иметь в виду и такую возможность. По этим фиолетовым лианам что-нибудь дополнительно известно?       - Явик с Мордином прислали дополнения полчаса назад. – Мишель подала ридер.       - Интересно. – Чаквас вчиталась. – Да. Армия вторжения. Вовремя мы вломились на их базу. Я раньше как то сомневалась в таком варианте развития событий, но эта парочка… Каждая лиана способна либо породить тело клона азари, либо стать питающим трубопроводом или удерживающим ремнём для формируемого или сформированого тела клона. Довольно неприятные ассоциации.       - Ещё большая неприятность – Белая Азари. – сказала Мишель, подавая ридер выходившей из выгородки коллеге. – Я приказала никого особо туда, в её выгородку не пускать. Мы так раньше представляли и рисовали серых инопланетян, а тут белая бестия, способная захватить управление толпой народа.       - Настоящий дневной ужас. – Чаквас вчиталась в показатели инструментрона. – Интересная технология, но вряд ли мы сможем освоить управление этими бестиями в достаточной степени. Придётся разрабатывать меры противодействия – это будет легче и быстрее. Молодая и уже такаяя опасная. Явик прав – она будет способна вертеть как захочет очень многими. Сориентирована на управление толпами.       - Две последние азари… сориентированы на сексуальный беспредел, коллега. – сказала Хлоя, открывая дверцу предпоследней выгородки. – Первая обозначена в документации, как азари-человек. Явик утверждает, что через две недели формирование кожных покровов этой человекоподобной азари полностью закончится и можно будет снять оковы.       - Не отличишь от человека уже сейчас. – кивнула Чаквас, считывая показатели с инструментрона. – И об этом позаботились. Действительно, смертоносна для мужиков-землян любой национальности. И биотика, и чтение разумов, и телесная красота и привлекательность – всё на уровне. – врач черкнула в инструментроне предупреждение. – Ладно. Посмотрим последнюю и нас уже ждут прибывающие пациентки-узницы. Бывшие узницы, к счастью. Там будет много работы.       У распростёртой и зафиксированной на кровати синекожей красотки обе медички не задержались надолго. Сняв показатели, Чаквас вышла в коридор и направилась на уровень выше, куда десантники уже отвели первых освобождённых узниц-азари.       - Хлоя, вы берёте на себя детей и дев. Я – матрон и матриархов. – сказала Чаквас, вчитавшись в поданный сержантом Имперского Астродесанта ридер. – В дальнейшем я беру на себя старших, вы – младших. Возражения?       - Согласна, Карин. Спасибо. – ответила Хлоя.       - Проводите. – кивнула Чаквас сержанту. Тот козырнул, сделал приглашающий жест и пошёл чуть впереди Мишель, указывая путь. Через четверть часа Карин уже и не вспоминала о тех азари, которые были извлечены группой высадки из лабораторного комплекса. Почти полторы тысячи матриархов и три тысячи матрон нуждались во внимательном глубоком обследовании и времени подумать о чём-то постороннем просто не оставалось. После обследования азари направлялись в сопровождении десантников на уровни, где уже были приготовлены импровизированные одноместные и пятиместные палаты. Там им выдавали новую одежду и обувь, снабжали пайками и давали возможность отоспаться без применения гипноза или химии.       Мишель в полной мере оценила прозорливость Чаквас – врач-хирург и офицер ВКС Альянса взяла на себя тех, кто обращал мало внимания на неизбежно проявляемые особенности поведения военного человека, предоставив Хлое работать с теми, для которых внимание гражданского врача было поистине целительным. Три тысячи молоденьких азари и три тысячи азари-дев, едва едва проснувшихся от медикаментозного наркотического сна были счастливы ощутить на себе внимание и заботу обычного, почти позабытого врача, не имевшего ничего общего с теми эскулапами, которые работали с ними в лагерном периметре. А когда они узнавали, что им выдадут полные комплекты одежды, белья и обуви, причём совершенно не лагерных фасонов и расцветок, на лицах бывших узниц расцвели робкие, несмелые, но такие желанные улыбки, что Хлоя едва удержала слёзы. После прохождения медобследования и обзаведения одеждой, бельём, обувью и предметами гигиены, молодые азари в сопровождении десантников поднимались на уровни, где были устроены временнные палаты и едва могли скрыть изумление, когда воины поясняли почти что каждой из них, что здесь – их временное обиталище. Никаких следов, никаких следов поддонов и лежаков – только кровати, застеленные чистым бельём, снабжённые мягкими и полумягкими матрасами. Десантники видели немало сцен встреч родственниц и не препятствовали их переселению поближе друг к другу, чем вызывали восторг у бывших узниц, всё больше веривших, что страхи и ужасы тюремно-лагерного быта действительно остались позади, в прошлом.       Наиболее сложными пациентками были азари, которых уже успели поместить в резервуары для переработки в пасту. Почти все они провели в этих резервуарах немало часов и свыклись с перспективой своей скорой гибели. Десантники и пехотинцы, извлекавшие их из резервуаров, доложили врачам, что большинство этих азари до самого последнего момента были уверены, что неминуемая гибель в перерабатывающем комплексе для них всего лишь была заменена смертью в лабораториях тюремно-лагерного уровня. Остановив перерабатывающие блоки, группа высадки и группы десантников и пехотинцев сумели спасти многих. Очень многих.       Параллельно с освобождением узниц из лагерно-тюремного блока шла работа по идентификации останков тех разумных органиков, которых Коллекционеры уже успели уничтожить. Несколько часов потребовалось для того, чтобы собрать как можно более полные сведения о погибших, ещё несколько часов было затрачено на окончательную зачистку блока, после чего к «стакану», где располагались двигательные установки и реакторы станции под охраной десантников Альянса и Империи подошли инженеры и техники с «Нормандии». Им предстояло полностью деактивировать всё оборудование и подготовить двигатели Базы к подрыву.