Сверкающие глаза

      - Ария. – на связь с Т'Лоак поздно вечером вышел Патриарх. – У меня плохие новости. Пока это не общедоступная информация. К станции движутся крейсера и фрегаты «Цербера». Кроганы передали. Есть подтверждения от азари, саларианцев и турианцев, а также от кварианцев.       - Время подхода. – Ария села в кровати, поняв, что поспать ей сегодня точно не удастся. Равно как и в ближайшие дни. – Патр, не томи, говори правду.       - Пятнадцать-двадцать часов. Не больше. – ответил кроган. – Я поднимаю свою часть войск. Архангел в курсе, он также активизируется. И ещё… К сожалению, Ари, часть наёмников из разгромленных группировок перешла на сторону «Цербера». Моя разведка и разведка Архангела подтвердили. Часть районов станции перешла под их власть. Там… беспредел. Пересылаю уточнённую карту по состоянию на период пятнадцать минут тому назад. Мы блокировали самые опасные районы. Ожидается сильное и упорное противостояние. Полагаю, что станция – на войне.       - Война на два фронта. – процедила Ария. – Ладно. – азари встала. – Хорошо, Патр, действуйте. Считайте, что война – началась. Готовьте станцию к переходу на осадное положение. И объявите, что станция перешла на военное положение.       - Да, Ария. – Патриарх переключил каналы. Ария потянулась, окончательно сбрасывая сонливость, подошла к рабочему столу:       - Найрин, поднимай своих. – Ария и без того знала, что мятежная турианка-биотик уже не спит и уж точно не бездействует. Но не отдать распоряжение о переходе на боевой режим не могла. - Патриарх и Архангел уже на взводе. Некоторые районы станции захвачены наёмниками, перешедшими на сторону «Цербера». Мы этого ждали, не спорю. Но всё равно – неприятно. Станция переводится Патриархом на военное положение и готовится к переводу на осадное положение.       - Поднимаю, Ари. Информацию получила, спасибо. – турианка, видимо, даже ещё не ложилась спать, хотя было видно – она тоже утомлена. – Ожидаешь худшего?       - Если нас атакуют из «Омеги-четвёртой»… - начала было Ария, но её прервал сигнал срочной связи. – Минуту. Ария на связи.       - Ария, из «Омеги-четвёртой» лезут три полуторакилометровых Жнеца. Они намереваются взять станцию в кольцо. Командиры и капитаны кораблей и судов, прибывших к «Омеге» приняли согласованное решение очистить рейд. Они уводят корабли подальше от Станции. – доложил глава диспетчерской службы станции.       - Ясно. – Ария и сама видела на экранах, как мигает в рабочем режиме треклятый ретранслятор и как появляется первый Жнец. – Передайте наше согласие с их действиями. Обеспечьте увод. Что ещё?       - По данным заретрансляторного сканирования – активизировались силы на станции «Аверн». Предполагаю десант. К нам оттуда идут несколько фрегатов – числом до шести и два крейсера. Сканеры указывают – на борту полно Адьютантов.       - Принято. Действуйте по плану «Осада».       - Есть. – говоривший переключил каналы.       - Слышала, знаю. – Ария вернула на связь турианку-лидера. - Мы в кольце, Найрин. И теперь нам придётся воевать в условиях осады. Предупреди своих об Адьютантах. И о том, что церберовцы, скорее всего, по большей части – не люди, а хаски в скафандрах людей.       - Сделаю, Ари. До связи. – турианка кивнула и исчезла с экрана инструментрона.       - До связи. – Ария вздохнула, сворачивая инструментрон и надевая скафандр с бронезащитой. Проверив оружие, азари заправила постель – она не любила беспорядка в своих апартаментах. Привычка. Может быть, она будет помогать расслабиться, когда станция целиком окажется во власти войны. Может быть.              На экранах, почти полностью занявших три из четырёх стен рабочего кабинета Арии, было видно, как станция приобретает вид военного лагеря. Всё это не раз отрабатывалось на учениях. Три экрана передавали изображение подходивших «креветок», каждой «креветки» в отдельности. Жнецы не спеша, уверенно занимали позиции возле станции, беря её в кольцо. Ария представила, как они активизируют свои главные излучатели…       Впереди Жнецов шли те самые, аверновские крейсера и фрегаты. Об их базировании на станции «Аверн» командование станции «Омега» знало. Теперь они активизировались. Хитро сделали – Жнецы пугают и блокируют станцию, аверновцы высаживают десант Адьютантов, а силы «Цербера» из разных концов Пространства Млечного Пути – довершают рисунок атаки. Похоже, Жнецы и их приспешники всерьёз решили создать себе базу в туманности Омега.       Ария не вмешивалась в работу Патриарха, Архангела и Найрин. У неё были свои обязанности. И она намеревалась их выполнять. Насколько это вообще возможно в такой ситуации. Если раньше, до того, как её вернули с того света, Ария могла бы ещё себе позволить рискнуть слишком многим, то теперь она приберегала эту возможность только на самый крайний случай. Только на самый крайний случай и никак иначе. А пока – пусть «Цербер» попробует взять Станцию. Пусть попробует атаковать её своими кораблями. Пусть Жнецы своими тушами угрожают, давят на психику обитателей Омеги. Пусть. Для Арии стало остро очевидно, что мирное время – закончилось. Окончательно закончилось.       Начали поступать сообщения о столкновениях с приспешниками «Цербера». Внутренний враг оказался не слишком многочисленен, но достаточно силён. В ряде районов «Омеги» шли вялые перестрелки между рейнджерами и наёмническими отрядами, ожидавшими подхода кораблей «Цербера» к станции. Ария понимала – наёмники ожидают десанта. Надеются на десант. Собираются его поддержать. А пока – вредят как могут и чем только могут оппонентам «Цербера». Пытаются ослабить защитников Станции. Пытаются выиграть время и сберечь силы для решительного штурма и захвата наиболее уязвимых точек Станции.       Пришли сообщения о перебоях со снабжением, о скачке цен на минимальный набор товаров и продуктов питания. Пришлось пресекать, разъяснять и наказывать. Наказывать и пресекать – по законам военного времени. Со всей жестокостью. Может быть, это и была другая жестокость, но это всё равно была жестокость.       Мирала сообщала членам Совета Станции об опаснейших изменениях. Иногда – текстом. Но чаще – мыслеобразами. Так было доступнее, доходчивее. Не требовался перевод. Члены Совета хорошо изучили станцию. Потому даже координаты места, где возникла проблема, определялись быстрее, чем мыслеобораз рассыпался на блёстки.       Начались акты саботажа – где-то гас свет, где-то отказывали вентиляторы, где-то пропадало энергопитание, где-то рушилась система связи и информации. В госпитали «Омеги» и в медицинские пункты пошли первые травмированные, появились первые раненые. Пока ещё можно было поддерживать разделение медицинских учреждений на военные и гражданские, но Ария уже осознавала – такое разделение не продержится долго, если ситуация ухудшится ещё больше.       Была атакована и разграблена «Синими Светилами» малая квартира Арии. Узнав об этом, азари помрачнела, но не стала отдавать приказ отбивать квартиру. Незачем это было делать: то, что сделано - уже не восстановишь и не воротишь. Главное, что она - здесь и она пока жива и здорова. А квартира… Когда вся станция может быть подвергнута обстрелу – разве тут следует думать о своей собственной, пусть и небольшой и совершенно непарадной квартире?       Нет, сейчас она об этом думать не будет. Там почти ничего не осталось ценного. Всё Ария сумела ещё раньше вывезти оттуда. Мебель – так этой мебели на Станции предостаточно – потом, по возможности, заново обставит. А сейчас… Сейчас у неё есть топчан для сна и этого предостаточно. У многих и этого нет, кто оказался в районах, атакованных наёмниками, перешедшими на сторону «Цербера». У неё по меньшей мере есть топчан, а у них нет и этого, они вынуждены спать на металлических плитах или на ржавых и старых контейнерах. И очень часто рисковать не проснуться на следующее утро или проснуться совсем не там, где заснули.       Штаб Квартира Отряда. Комплекс помещений перешёл под управление Совета Станции. Теперь там работали управленцы Совета. Эту зону можно было защищать очень долго и успешно. Ария старалась не думать о том, что Отряд может поспешить на помощь «Омеге» и её жителям. По возможности, конечно, Отряд появится, даст бой Жнецам и «Церберу». Почему-то Ария была уверена в том, что рано или поздно фрегат-крейсер и крейсер появятся у Станции. Не могут не появиться. А пока… Пока приходилось рассчитывать только на себя и на свои станционные силы.       Ария переселилась в Кризсный Центр Штаб-Квартиры Отряда. Там хоть можно было поставить топчан и стол. На большее рассчитывать не приходилось. Даже питаться управленцы Совета привыкали почти исключительно пайками. Вместо трёхразового питания слишком быстро привычным в первый же день становилось двухразовое, а Ария уже привычно предугадывала, что хорошо будет, если удастся хотя бы один раз в день чем-либо перекусить. В очень недалёком будущем.       Вскоре на столе Арии стало тесно от ридеров, появились листы пластика: многое пришлось писать вручную, без опоры на электронную бумагу и на ридеры. Времени на эти новомодные штучки часто просто не оставалось. Важнее было быстро зафиксировать информацию и, если появлялась такая возможность, то теперь многое писалось от руки. Языковый барьер, да, существовал и имел место. Но знание нескольких ходовых языков – на нормальном устном и письменном уровне было обязательным требованием к управленцу и к обслуживающему персоналу. Без этого было бы крайне трудно работать.              Взгляд со стороны – Мирала              Мирала уже давным-давно не спала. Не было возможности спать. Психосфера раскалилась. Появление трёх Жнецов, полуторакилометровых креветок добавило сложностей: информация, полученная Шепардом на Деспойне подтверждалась во всей беспощадности. И сейчас азари-телепат пыталась как можно точнее отследить ситуацию и вокруг «Омеги» и в её пределах. Отследить и успеть уведомить Совет о наиболее опасных проблемах. О том, что ряд наёмнических отрядов приняли сторону «Цербера» она уже знала и карта захваченных ими секторов и районов станции создавалась при её, Миралы, деятельном участии. Создавалась и постоянно обновлялась. Минимум – раз в десять минут. К скороговорке Миралы все операторы Центра Связи Совета уже привыкли, но приходилось всё чаще прибегать к мыслеобразам – не было возможности в разумные сроки изложить словесно всю необходимую информацию.       Рила и Фалере не уходили с каналов телепатической связи со своей старшей сестрой. Через них Мирала проинформировала о нападении на Станцию всех, кого только можно, передала мыслеобразы, позволявшие доказать самым неверящим, что на этот раз всё обстоит серьёзно – станция «Омега» - в осаде. Очень скоро она окажется под огнём кораблей «Цербера», а если припрёт, то и Жнецы ударят по ней из своих излучателей. Пусть Рила и Фалере пока что опишут словесно, что тут, на Станции, происходит, а потом придёт время и объективной информации. Будет нужно – они помогут это увидеть другим разумным органикам, передадут эти мыслеобразы. Теперь уже можно и нужно применять такую технологию. Война уже не на пороге, она уже в доме. Жнецы сделали первый шаг и вошли в пространство Млечного Пути. Вошли своими несколькими кораблями. Это уже не провокация, это уже не ошибка. Это – война.       Мирала знала: отряды рейнджеров уже приступили к развёртыванию. Патриарх устанавливает дополнительные орудия и ракетные установки. Готовит всё, чтобы можно было расстреливать подходящие корабли – крейсера и фрегаты «Цербера» и уничтожать десантные боты. Архангел выставляет дополнительные посты и кордоны внутри станции, проверяет шлюзы и изолирующие ворота. Готовится к тому, что нападавшие постараются высаживать на «Омегу» десант за десантом и постепенно зачищать Станцию.       И кроган и турианец Пятой Расы не исключают штурма. Мирала уже решила – если «Цербер» пойдёт на штурм станции, на массированный штурм, она не будет себя сдерживать. Нападающие будут уничтожены ментально. Все. Это сложно, это трудно, это проблемно. Но это будет сделано. Будет. Только тогда, когда будет большой, основной штурм, не раньше. Раньше – пусть Патриарх и Архангел справляются со своими войсками. Им тоже нужно практиковаться. А она применит свои способности и возможности в полной мере только тогда, когда будет основной штурм. В том, что он будет, Мирала не сомневалась – такова была логика любой войны.       С экранов внутри станции исчезла реклама. Теперь там были скупые информационные сообщения. «Загробная жизнь» и подобные ей заведения остановили показ танцев азари. В очередной раз. Такое уже было. И теперь на экранах танцзалов показывали подходящие к «Омеге» фрегаты и крейсера «Цербера» и трёх Жнецов, методично берущих станцию в кольцо. Последние челноки, последние грузовики, последние пассажирники спешно отстыковывались от станции, уходя как можно дальше от неё. Азари-танцовщицы, стараясь не визжать от страха, разбегались по своим комнатушкам. У кого они ещё были. А у многих и комнатушек-то теперь не было – они оказались в захваченных приспешниками Цербера районах Станции. Приходилось организовывать места для временного проживания персонала. Максимум – топчан, а то и самой тонкой подстилкой на голые металлоплиты пола приходилось ограничиваться. Два пайка – и всё. Это – уже в первый день. А что будет дальше?       Мирале очень хотелось применить свои способности менталиста вот прямо сейчас, но она понимала – это не приведёт ни к чему хорошему. Придут ещё несколько Жнецов, придут ещё два десятка фрегатов. Несмотря на недавно окончившуюся бойню у Цитадели, у «Цербера» ещё было предостаточно кораблей, просто они были рассеяны по Галактике. Ради того, чтобы взять станцию, которую Ария посмела назвать во всеуслышание Станцией Отряда – и все разумные органики, ну почти все поняли, какого Отряда, «Цербер» пойдёт на любые затраты, тем более, что «Омега» не имела ни Флотов Прикрытия, ни бронированного кокона створок. И, тем не менее, как раз за разом убеждалась Мирала, обитатели Станции были готовы воевать. Проведённая в последние мирные декады Советом работа не пропала даром. Убедившись, что уйти от Станции на кораблях не получится – рейд был пуст – жители Станции вставали перед необходимостью выбирать между гибелью и сопротивлением. Да, были те, кто выбирал гибель или плен, но очень много, к счастью, было и тех, кто выбирал сопротивление.       Отслеживая ситуацию, Мирала не удивилась тому, как быстро делятся на неравные части обитатели «Омеги». Проявились сочувствующие «Церберу», что было вполне ожидаемо, проявились сочувствующие Совету Станции, что тоже следовало ожидать. И проявились те, кто до сих пор выжидал, не зная, кому из противников отдать предпочтение. А вот с этим предстояло разобраться поплотнее. И Мирала решила не сидеть на одном месте, а двигаться по станции, стремясь держать её под своим контролем в максимально возможной степени.       Пока ещё можно было спокойно и свободно передвигаться по станции, Мирала стремилась пользоваться этим. Её узнавали, пропускали, где-то даже оберегали, но она сама понимала: благоприятствование не может теперь быть постоянным и длительным. Наступит момент – и на неё нашлют убийц. Будут охотиться за ней, стремиться вывести её из строя, нейтрализовать частично или полностью. Мирала не строила иллюзий – она не всесильна. И «Церберу» и Жнецам о ней многое известно. Они знают и понимают, насколько она сильна и, значит, опасна для них.       Двигаясь по станции, Мирала отмечала, что первый день войны начался суматошно. С раннего «утра» на «Омеге» почти никто уже не спал, большинство лавок и магазинов, базаров и иных торговых точек не открылись. Продавцы просто не сумели быстро перестроиться. Цены закономерно взлетели вверх, в том числе на самые необходимые продукты, на самые необходимые товары.       Совет Станции отреагировал, открылись резервные торговые точки, обеспечившие население Станции самыми необходимыми минимальными продуктовыми и товарными «пайками». Не обошлось, конечно, без драк, без возмущения, без попыток отобрать полученные «пайки». Рейнджерам, взявшим Станцию под охрану, пришлось почти что впервые столь массово стрелять на поражение. По законам военного времени.       Мирала, стремящаяся занять на станции место, откуда она могла бы контролировать большую площадь, видела, слышала и чувствовала, а также ощущала со всей остротой и определённостью растущее давление негатива. И понимала, что отдых для неё закончился надолго, если не навсегда.       В захваченных перешедшими на сторону «Цербера» районах станции царил беспредел. Мирала ощущала, как нарастает количество убитых и тяжелораненых, изнасилованных и избитых, как растёт количество разбойных нападений и грабежей. Она чувствовала, что рейнджеры пытаются отбить многие районы, но им это далеко не всегда удаётся.       Чувствовала, поскольку увидеть это ей своими глазами не давал Архангел. Он запретил ей приближаться к этим районам. Мирала понимала – она далеко не неуязвима. И Архангел это понимает это как никто. Потому и запрещает ей рисковать. Но как не рисковать, если рядом с этими районами, иногда – в нескольких метрах находятся точки, с которых она лучше всего почувствует обстановку на станции. А ей это надо.       И - не только ей. Потому что без точной информации Совет не сможет удержать контроль на станции, а надежды на технику не было никакой – нельзя было считать наёмников тупицами и глупцами – они ими не были. И пока наёмники, перешедшие на сторону Цербера могли платить огромные гонорары специалистам, могли похищать их и заставлять работать на себя – они были готовы противодействовать Совету в его попытках удержать ситуацию на «Омеге» под контролем. А значит, Мирала оставалась фактором, который не был подвластен церберовцам. Пока не был подвластен. Потому – приходилось рисковать.              Взгляд со стороны - Патриарх              Командующий Тяжёлым Сектором Сил обороны Станции Патриарх находился в Командном Центре «Омеги», хотя ему больше всего хотелось лично быть в ближайшем захваченном приспешниками «Цербера» районе и лично убивать и калечить тех, кто переметнулся на сторону слуг трёхголовой собаки. Кроганы пока что готовились к тому, чтобы обстреливать из тяжёлых орудий и ракетных установок подходящие к станции корабли «Цербера» - раз за разом приходили всё новые и новые сообщения о том, что установлены и приведены в готовность новые «средства обороны». Да, часто приходилось ставить орудия в бывших апартаментах, выселяя оттуда жителей. Да, очень многим теперь на станции приходилось довольствоваться тонкой подстилкой – на большее теперь не хватало ресурсов. Пока шли часы, отделявшие станцию от взятия в кольцо кораблями «Цербера» надо было насытить уровни дополнительными орудиями и ракетными установками, подвезти боеприпасы, установить дежурство противодиверсионных подразделений. Готовились к боям и кроганы, вооружённые носимыми ракетными установками – никто из Совета Цитадели не исключал, что начнутся тяжёлые бои на станции. Как только придут эти Адьютанты.       Именно на Адьютантов Тяжёлый Сектор обращал особое внимание. Патриарх ещё раз прочёл с ридера краткую сводку об этих созданиях. Кодовое название биологического оружия, созданного «Цербером» на секретной базе за ретранслятором «Омега-четвёртая». Существа, созданные с использованием технологий Жнецов, обладали способностью быстро и эффективно заражать всех других разумных органиков любой известной в Галактике расы, создавая новых и новых адьютантов. Таким образом, если на станцию попадут хотя бы пять таких тварей – через минуту их может быть пятьдесят – станция густонаселена, а с тех времён, когда она стала считаться менее криминальной – на ней было предостаточно разумных, редко когда бравших в руки боевое оружие. В материалах, добытых разведками, утверждалось, что адьютанты – смертельно опасные стайные хаски-хищники. Сначала они стараются держаться в укрытии, скрываться, оценивая силу жертвы и отвлекая её тихим шёпотом. Выбрав себе цель, адьютанты используют метательное оружие, создающее нестабильное поле эффекта массы, дезориентирующее жертву и делающее её беспомощной. Мощная мышечная ткань позволяла Адьютантам прыгать с места на большие расстояния, быстро приближаясь к цели и заражая её.       Читая это, Патриарх сомневался, что в проходах и коридорах станции Адьютанты смогут прыгать вольготно. А вот в залах и вестибюлях, которых на станции хватало, они вполне могут своими прыжками, собираясь в стаи, множить число своих сообщников ураганными темпами. Приходилось думать о том, чтобы держать эти пространства пустыми, чтобы не допускать там скопления местных жителей. Приходилось понимать, что там будут рисковать вооружённые и хоть как-то подготовленные подразделения, что будут потери. Потому нужно было сделать всё, чтобы не допустить многие, очень многие десанты на станцию. И эти, захваченные перешедшими на сторону «Цербера» наёмниками районы «Омеги» становились чёрными дырами, воротами, через которые Адьютанты смогут проникать на Станцию. Значит, надо было сделать всё, чтобы перекрыть возможность для экипажей десантных ботов приближаться к станции. А если вспомнить, что вокруг «Омеги» до сих пор вращаются сотни каменных глыб… Стрелять в таких условиях нужно необычайно точно. Патриарх надеялся, что на освоение реальной боевой практической стрельбы уйдёт не так много времени и не так много боеприпасов. Сейчас каждый выстрел должен быть в цель.       Да, раньше кроганов теснили и уничтожали все другие расы Пространства Цитадели. А теперь кроганы должны воевать с внешним врагом, уже не боясь того, что им ударят в спину, сделают их ответственными за все проблемы и провалы. Теперь почти все обитатели «Омеги» увидели внешнего врага, угрожающего не только кроганам – всем обитателям Галактики. И у кроганов, оказавшихся в силу обстоятельств на «Омеге», появился реальный враг. С которым можно и нужно было воевать в полную силу.       Патриарх посмотрел на карту станции. Да, Мирала действует, рискует, приближаясь к тем точкам, откуда можно было контролировать станцию ещё лучше. Заканчивается время, необходимое для подхода кораблей «Цербера» к станции. Скоро, очень скоро корабли «Цербера» встанут вокруг станции и начнут обстреливать её. Тогда заговорят и орудия и ракетные установки «Омеги». Начнутся взаимные обстрелы. Будут разрушения, будут жертвы. Будут противостояния на внешних секторах станции, будет противодействие десантным группам. Очень скоро подойдут фрегаты с Адьютантами. Может быть, Адьютанты покорны церберовцам-людям, а может быть на «Аверне» и людей-то не осталось – одни хаски.       До прибытия крейсеров и фрегатов «Цербера» из других районов галактики оставалось всё меньше времени и Патриарх остро понимал – «Цербер» сделает всё, чтобы захватить станцию «Омега», сделать её своей собственной базой. И его не интересует судьба обитателей «Омеги». Для них уготована только одна участь – либо умереть, либо стать хасками. С трудом удержавшись, чтобы не стукнуть кулаком по столешнице, Патриарх поспешил к планшет-карте станции в центре Зала. Предстояло руководить противодесантными подразделениями. Предстояло думать, как организовать обстрел подходивших крейсеров «Цербера».              Взгляд со стороны. Архангел              Турианец Пятой Расы тоже читал информацию об Адьютантах, всё острее понимая – они обязательно попытаются высадиться на станцию именно в тех районах, которые до сих пор были под властью наёмников, перешедших на сторону «Цербера». В основании генетического кода адьютантов, образцы которого были добыты разведчиками на ранних этапах работы с этими созданиями, не было найдено совпадений с кодом любых известных видов. Военные ксенобиологи множества рас Пространства Цитадели полагали, что Жнецы могли создать своеобразный генный вирус ещё за несколько циклов до вымирания протеан, полагали, что в нём можно будет отыскать следы так называемого «первоначального» носителя. Если это окажется правдой, то адьютанты, подобно уничтоженным, хотелось верить, навсегда, Коллекционерам, были «тенью» некогда существовавшего разумного или неразумного вида, о существовании которого, равно как и о его борьбе с Жнецами, не сохранилось никаких достаточно полных сведений. В материалах разведки указывалось, что именно по этой причине Адьютанты будут атаковать всех разумных существ и всех животных, стремясь максимально увеличить собственную численность, создать критическую массу и победить. Последние данные разведки содержали предположения, что Адьютанты постепенно берут верховенство на «Аверне», становясь ключевой ударной силой Жнецов, сумевших преобразовать людей-церберовцев в хасков. Если где и остались люди, то только на бортах немногочисленных кораблей – там ведь тоже многие люди становились постепенно хасками – следующих сейчас к Станции из отдалённых районов Галактики. Раньше считалось, что «Цербер» держал колонию Адьютантов в пределах своей научно-исследовательской базы на станции «Аверн», но теперь было ясно – Адьютанты перестали быть подопытными животными, они стали соучастниками и партнёрами церберовцев-хасков в войне с разумными органиками Млечного Пути.       В одном из последних сообщений разведки с «Аверна» указывалось: для уничтожения Адьютанта необходимо стрелять в мешок, расположенный на спине и на голове этого создания. Если удастся попасть точно, то тварь получит серьёзный урон, завоет и отступит назад. Этот краткий момент следует непременно использовать для добивания.       Информация была доведена до всех ополченцев, рейнджеров и спецназовцев «Омеги». Теоретически каждый знал, как следует воевать с Адьютантами. А вот практически…       Переходя от планшет-карты к комплексу настенных экранов, Архангел подумал о Мирале. Он обеспечил её охраной, но разве этого достаточно, когда она пытается всё чаще бывать в самых опасных районах Станции, когда она постоянно в движении, постоянно среди народа, постоянно общается со множеством разумных. Да, для неё важно знать обо всём, что происходит на станции. Для неё важно понимать, чувствовать, осознавать происходящее в максимально полной мере. Она рискует. Она рискует так, что Архангел не мог не опасаться за Миралу. Это не было пустой перестраховкой – турианец Пятой расы не верил в то, что Жнецы не знают ничего о Мирале и её возможностях. Архангел вынужден был понять, что удар Жнецов рано или поздно будет направлен на Миралу. Кто осуществит этот удар – формальный «Цербер» или фактический Жнец – для Архангела не имело принципиального значения. Жнецы или те, кто стоит за ними в любом случае постараются устранить Миралу.       Рейнджеры охраняли Миралу. Оберегали, проверяли, насколько возможно всех, с кем она контактировала. Пресекали попытки взять её в кольцо, окружить толпой. Препятствовали долгому пребыванию в небезопасных кварталах и районах. Мирала сердилась, возмущалась, возражала, говорила, что такая опека и забота ей мешают, лишают необходимой полноты восприятия. И рейнджеры вынуждены были продолжать действовать, потому что приказ был единым: защитить и сберечь.       Приходилось тратить силы и время на то, чтобы взять под охрану и оборону склады и пункты распределения продуктов и товаров. Толпы разумных, гигантские длинные очереди из желающих получить очередной паёк. Лимиты на воду, на электроэнергию, на тепло. Выселение из апартаментов, уплотнение, переселение. Перекрытие шлюзов и переходов, ведущих в опасные районы. Контроль вентиляционных и технических шахт. Сложно было даже перечислить всё, что приходилось делать рейнджерам. Хорошо, что были хоть какие-то дни, немногие декады для подготовки. По меньшей мере - не приходилось действовать с нуля, с самого начала. Архангел не сомневался – атака на Станцию будет комбинированной. Может быть только комбинированной. Только такая атака сможет перегрузить систему обороны «Омеги». Она будет длительной, будет продолжаться не несколько часов, а несколько суток. Жнецы понимают, что обитатели Станции будут обороняться отчаянно и упорно, что они не будут сдаваться и отступать. А значит, будет поставлена задача измотать обороняющихся, заставить их ослабеть. И тогда – последует удар. Может быть – не один, может быть – один. Удар будет. Удар, позволяющий окончательно нарушить, окончательно разрушить систему обороны Станции. Удар, приводящий Жнецов к победе над «Омегой», к её захвату. А присутствие Адьютантов позволит в кратчайшие сроки довести их популяцию до огромной численности. И отсюда, с Омеги Адьютанты шагнут в другие звёздные системы. В Терминус и в Траверс, а в первую очередь – в Пространство Цитадели.              Взгляд со стороны – Цитадель. СБЦ. Гаррус Вакариан              - Генерал. – в кабинет Вакариана вошёл адъютант. – С «Омеги» пришёл сигнал – станция под атакой. «Цербер» подтягивает к станции фрегаты и крейсера. Из «Омеги-четвёртой» вышли три Жнеца-креветки, взяли «Омегу» в кольцо, но пока не стреляют. – турианец положил перед Гаррусом стопку ридеров. – Предполагаю подготовку к комбинированной атаке с целью захвата Станции. Есть информация, что на части кораблей «Цербера», в первую очередь тех, что вышли из «Омеги-четвёртой» вместе с тремя Жнецами – находятся так называемые Адьютанты.       - Правильно предполагаете. – Гаррус кивнул, пододвигая к себе ридеры. – Передайте информацию на борты кораблей «Отряда». Они должны решить, следует ли им вмешаться. Полагаю, что они кое-что уже знают и наша информация будет только очередным подтверждением. – Вакариан достал из ящика ридер. – Передайте им этот пакет данных.       - Есть, генерал. – адъютант взял ридер, козырнул и покинул кабинет.э       Вакариан тяжело поднялся из-за стола. Хотя Цитадель и жила теперь в режиме осадного положения, пока что слишком мало указывало на то, что война может начаться в любую минуту. А для «Омеги» и её обитателей война уже началась. Теперь его, Гарруса Вакариана, именовали генералом. Статус и всё такое. Примарх Палавена распорядился присвоить ему внеочередное звание за отражение атаки Цербера на Цитадель. Турианец горько усмехнулся. Какой он, Гаррус Вакариан, генерал?… И что он один может без своих сотрудников? Не так много. А вот они, объединившись, могут многое. Пусть даже и под его руководством.       Предполагалось ведь, что именно из «Омеги-четвёртой» с Аверна придёт очередная угроза. Придут приспешники Жнецов. На этот раз то были не просто церберовцы, ставшие хасками. То были Адьютанты. Подойдя к столу, Гаррус прочёл ещё раз файлы, в которых содержалась самая полная на данный момент информация об этих созданиях, об этих тварях. Вполне возможно, что на этот раз именно Адьютанты составляли основную ударную силу Жнецов. Следом шли хаски-церберовцы – слишком хорошо Гаррус помнил о том, что в «Цербере» практически не осталось обычных нормальных людей. И теперь третью линию составляли сами Жнецы, гигантские полуторакилометровые креветки.       - Генерал, получено видео с зондов. – прозвучал в динамике настольного пульта голос адьютанта. – Вывожу на экраны.       Экран осветился. Настенный большой экран. Гаррус остановился, повернулся к пластине, посмотрел. Этого следовало ожидать. Пока что между подходящими к внешним границам пространства станции и самой станцией было достаточное расстояние, но с каждой минутой оно уменьшалось. Жнецы дрейфовали вокруг станции, пока не проявляя ни особого интереса, ни стремления открыть по ней огонь и Гаррус понимал – они предоставляют церберовцам право первыми ввязаться в драку. С их стороны это была осада, со стороны церберовцев – нападение.       - Флоты Империи готовы войти в пространство звёздной системы, генерал. – доложил адъютант.       - Где сейчас Отряд? – спросил Гаррус. Вместо словесного ответа адъютант включил ещё один экран с большой картой Галактики. – Ясно. – Вакариан увидел цифру расстояний и текущую скорость. – Им ещё долго добираться.       - Они в курсе последних событий, генерал. – сообщил адъютант. – По каналам Корпуса Спектров их известили. Капитан Шепард по согласованию с катрерангом Титовым приняли решение всем Отрядом выдвинуться к границам звёздной системы.       - Ясно. Хорошо. – Гаррус погасил экран с картой галактики, оставив только экран, транслировавший с зондов сближение кораблей «Цербера» с «Омегой».              Борт «Нормандии»              - Командир. Сообщение из Штаба Корпуса Спектров. – в каюту старпома вошёл Пресли. – «Омега» под атакой Жнецов и «Цербера». – навигатор подал ридер сидевшему за столом Шепарду. – Жнецы уже на позициях, держат осаду. Меньше трёх часов до подхода на расстояние уверенной стрельбы.       - Ясно. – Шепард отложил ридер, встал. – Каково ваше мнение?       - Не думаю, что Жнецы будут вмешиваться. Церберовцы попытаются несколько раз высадить десант. Те корабли, которые идут с «Аверна» - в любом случае, поскольку на их борту – Адьютанты, остальные корабли «Цербера» - по обстоятельствам. Основная задача церберовцев – поддержать тех, кто перешёл на их сторону, оставаясь на станции. Обстрелы будут, атаки будут, десанты будут. Штурм… Маловероятно, капитан. Флоты Империи рядом, но вряд ли они будут вмешиваться до момента штурма или до момента резкого ослабления сил омеговцев. Какова наша роль?       - Поддержка омеговцев, конечно. – Шепард взглянул на засветившийся настенный экран, показавший карту галактики. – Жаль, что мы подойдём сравнительно поздно. Надеюсь, что будет не слишком поздно. Спасибо, свободны. Готовьте корабль и экипаж к боям, Пресли.       - Есть, командир. – старший помощник покинул каюту Шепарда. Прикрыв за ним дверь, капитан вернулся к столу, ещё раз перечитал ридер с сообщением из штаба Корпуса Спектров.              - Командир, пришло сообщение из Штаба ВКС Альянса. Они просят заглянуть в одну из новооткрытых систем. Осуществить контрольный рейс. – на связь с Шепардом вышел вахтенный. – Пересылаю данные.       - Принял. Джеф, следовать по новым координатам. Придётся потратить двое-трое суток на это, но, по меньшей мере, у нас не будет хвостов. Выполнять. – распорядился Шепард.       - Есть, командир. «Волга» приняла, следует за нами.       - Добро.              Контрольный рейс занял больше чем двое суток. Когда часы фрегата начали отсчёт третьих суток контрольного рейса, Шепард принял очередное сообщение из Штаба Корпуса Спектров с полной информацией о происходящем на «Омеге». В усечённом виде эта информация стала доступна всем отрядовцам. Жнецы по-прежнему держали станцию под осадой, а церберовцы атаковали, непрерывно меняя рисунок атаки и заставляя омеговцев тратить силы и боеприпасы. Несколько волн десантных ботов уже были уничтожены – их обломки усеяли пространство вокруг станции, мешая обстрелам и создавая проблемы для малых кораблей и катеров церберовцев, пытавшихся прорваться к бортам станции. По данным наблюдения пока что «Цербер» не смог предельно усилить присягнувшие ему наёмнические станционные группировки, чтобы те получили полный контроль над «Омегой». Группировки по-прежнему удерживали под своим контролем несколько секторов станции, но рейнджеры и спецназ «Омеги» не позволяли им расширить зону своего влияния.       - Капитан. – в каюту старпома вошла Оливия. – Я убеждена – «Цербер» постарается вывести из строя Миралу. И сделает это в самое ближайшее время. Я предупредила по кодированным каналам Совет Станции, они постараются защитить азари, но сделать это трудно – Мирала в интересах Станции постоянно перемещается по «Омеге», часто бывает в опасных и проблемных районах, где полностью защитить её – сложно. Угроза её жизни достаточно высока, капитан. Вы решили высаживаться на станции?       - Мы не можем бросить на произвол судьбы Станцию Отряда. Заметьте, Оливи, я не настаивал на таком статусе «Омеги». Никто из нас, отрядовцев, не говорил никогда, что «Омега» должна принять на себя такой статус. Это – гражданская станция, там полно гражданских, которые либо совсем не владеют оружием, либо владеют в крайне недостаточной степени. Защитить себя они не смогут… эффективно. И группа высадки обязана оказать омеговцам всемерную помощь, тем более, если церберовцам удастся вывести из строя Миралу. Они намереваются нас ослаблять, разъединять и уничтожать. Мы не можем позволить им захватить «Омегу». Потому мы идём к «Омеге», оставляем корабли рядом с Флотом Быстрого Реагирования Империи и на челноках высаживаемся на станцию. Рисковать кораблями - не будем. Я предполагаю, что Жнецы не будут полосовать станцию главными излучателями. И думаю, что нам нужно будет помочь омеговцам справиться с Адьютантами. Несколько их групп просочились на станцию в районы, контролируемые приспешниками «Цербера». Теперь они готовы ударить. Сразу, как только будет сделана попытка устранить Миралу – они попытаются ударить. И мы должны попасть на станцию до того, как они попытаются нанести свой удар. Гаррус прав – защищать станции нужно в первую очередь. А без нашего присутствия там защитить «Омегу» мы не сможем.       - Как быть с»Аверном», командир? – Оливия осталась стоять у двери каюты. В её позе не чувствовалось напряжения и беспокойства.       - Надеюсь, что нам не придётся десантироваться в это гнездо, Оливи. Но если придётся – мы сделаем это и зачистим станцию. – сказал Шепард. – Сколько у нас до выхода к границам звёздной системы?       - Восемнадцать часов, командир. К исходу девятнадцатого часа мы будем на месте и готовы запустить челноки. – Оливия не стала сверяться с инструментроном.       - Хорошо. Известите всех членов группы высадки по схеме «обычного состава». Легион пойдёт с нами. – распорядился Шепард.       - Ясно, командир. – киборгесса вышла из каюты, прикрывая за собой дверь.              - Командир, я не понимаю, но нас опять просят попутно заглянуть в одну из звёздных систем, недавно включённых в реестры. – на связь с Шепардом, идущим к Звёздной Карте, вышел Моро. – Это по пути, но опять займёт несколько суток.       - Временная метка? – Шепард открыл инструментрон, прочёл сообщение из штаба ВКС Альянса Систем.       - Исход девятнадцатого часа. Как по заказу подгадали, капитан.       - Отменяйте готовность группы высадки. – распорядился Шепард, выйдя на связь с вахтенным фрегат-крейсера. – Идём разбираться с этой звёздной системой и её содержимым. Надеюсь, что до этого момента на «Омеге» не случится ничего необратимого.