Сверкающие глаза

      Снова несколько суток полёта. Отряд под полной маскировкой по возможности проходил сквозь боевые порядки Флотов Жнецов и их пособников, старался не навести их на след, не указать им путь к Тучанке. Всё это время на бортах кораблей шла напряжённая работа.       Шепард в своей каюте изучал все добытые синтетами материалы по расе кроганов, по Тучанке, по планетам, когда-либо посещённых кроганами, по молотильщикам. Всё чаще ему казалось, что у Тучанки придётся задержаться как минимум на две недели, а если потребуется – то и на две декады – слишком много было вскрыто и выявлено проблем, чтобы бросать расу кроганов, оставлять наедине с ними, под угрозой окружения, под угрозой блокады и изоляции. Вряд ли кто из разумных органиков других рас найдёт столько ресурсов, чтобы оказать быструю действенную помощь кроганам. Вряд ли. Сейчас в большинстве случаев каждый органик был прежде всего сам за себя и очень редко – за других. Может быть, прежде всего за своих ближайших родственников. Война только началась.       Фрегат прибыл к Тучанке первым. «Волга» в пассивном режиме углублённо сканировала звёздную систему Тучанки, что по нынешним военным временам было делом небыстрым, потому первыми на планету кроганов отправились челноки «Нормандии».              Рекс и Грюнт приняли нормандовцев в своём главном подземном убежище. Один из знакомых пыжаков Шепарду привычно устроился на плече капитана и просидел там всю «встречу в верхах», сверкая любопытными чёрными глазёнками и вертя головой во все стороны.       - Слышал я о том, как вы, Джон, угомонили Жнеца на Раннохе. – Рекс, присел на каменную скамью, не пожелав принимать гостей в «тронном зале».       - Положим, Рекс, угомонил его не я, а кварианский Мигрируюющий флот. – уточнил Шепард. – Раннох – их родная, материнская планета и было бы глупо за кварианцев делать то, что должны делать хозяева. Так что я лишь более-менее надёжно указал кварианским артиллеристам боевых и гражданских кораблей Флота цель. Не спорю, цель была достойная.       - Более чем достойная, Джон. – усмехнулся кроган. – Мы тут смотрели видеозапись обстрела и восхищались. А некоторые даже впечатлились. Так что - не прибедняйся. Мне лично очень понравилось. И, знаешь, именно просмотр этой видеозаписи помог решить проблему объединения пяти упорствовавших в своём нежелании подчиниться единому кроганскому командованию кланов. Как только они поняли, что наш клан знаком с тобой достаточно близко, хе-хе, руководители этих кланов, просмотрев повторно, даже несколько раз полную запись обстрела, приняли решение подчиниться единому кроганскому командованию кланов. ЕККК. Звучит, не находишь?       - Нахожу, Рекс, нахожу. Ты мне дай информацию по тому, что творят у тебя Жнецы. _ Шепард не хотел терять время на разговоры.       - Вижу, кое-что ты уже знаешь. У нас тут тоже Жнец объявился. Самую вкусную и ценную башню Завесы, когда-то отвечавшую за поддержание нужного климата на Тучанке, он сделал недоступной для кроганов. Не знаю, можно ли назвать это оккупацией или он просто взял её под контроль. Мы тут подумали на заседании ЕККК… Надо бы постараться привлечь на свою сторону Калрос, праматерь всех молотильщиков. Рискуем, конечно, но эта башня Завесы нам нужна. И в самое ближайшее время нужна.       - Не сомневаюсь, Рекс. Саларианцы здесь имеют свой интерес. – Шепард просмотрел перекинутые кроганом на инструментрон файлы. – И этот интерес отчётливо имеет двойное и тройное дно.       - А когда у саларов не было этого дна? – недовольно бросил Рекс. - Двойного, пятерного, тройного? – хмыкнул, гася невольное возмущение, вождь клана. – Они пытаются сохранить за собой власть над нами, Джон. Генофаг – их творение. И появление на Тучанке Грюнта, чистого крогана… для них, как вы, люди, выражаетесь, ножом по сердцу. – Рекс хлопнул лапой по скамье. – В общем, они пытаются расколоть кроганов на две неравные части и втянуть нас в межусобную войну. Чтобы мы надолго забыли об их причастности к созданию генофага. Иными словами, они пытаются саботировать любые наши усилия, направленные на излечение генофага. Им это излечение не нужно. Нам оно – необходимо. Потому, Джон, скажу откровенно - я очень надеюсь на ваш Отряд, Шепард. Эти три проблемы – генофаг, Жнец и бомбы на Тучанке… Не спорь и не возмущайся, Джон. Здесь нет твоей вины, а мне об этих проблемах, как главе клана, знать надо. И я не собираюсь устраивать разборки с отрядными турианцами-Спектрами или входить сейчас в конфронтацию с Иерархией. У нас не хватит на всё это ни сил, ни, главное, времени. – Рекс встал со скамьи, сделал несколько шагов к балкону. – На Тучанке, Джон, почти не осталось зелени. Только в Старом Городе есть несколько оставшихся живыми деревьев, сейчас более походящих на лианы. Мы сидим под землёй слишком долго. Скоро над нами будут висеть ещё и крейсера «Цербера». Орудия противокосмической обороны установить мы успели, освоить - сумели. Придётся пострелять по крейсерам, как в старые добрые времена. – Было видно, что Рексу очень хочется улыбнуться, только вот повода для настоящей, мирной улыбки у него не было. Правда, тогда, Джон, «бывших людей» - изящно назвал хасков вождь клана - в этих скорлупках не было. Ладно. Все собрались, знаю. Давай пройдём в зал, надо работать. Разговаривать потом можно. Когда будет время.              Обсуждение продолжалось несколько часов. Иногда Шепарда просто бесила эта неспешность и медлительность, ему казалось, что надо действовать быстрее. Вот и сейчас капитан, сидя рядом с Рексом старался унять нетерпение.              В перерыве Шепард вышел на балкон, выходивший на старую выработку. Когда-то здесь добывали камень, а теперь это было просто пространство, освобождённое от породы. Некий заменитель недоступного для кроганов, ушедших под землю, пейзажа.       Подошедший Явик молча протянул капитану ридер. В приборе был только один файл, но его содержимое стало, наверное, лучшим подарком за последние несколько часов: на «Волгу», оставшуюся патрулировать звёздную систему, прибыл фрегат Корпуса Спектров, привезший ценнейший груз – вакцину от генофага. Экипаж фрегата знал только, что контейнер был принят на одном из перегонов со старого грузовоза. Что в контейнере – было команде корабля неизвестно, в графе стояло «закрытая информация». Командиру фрегата командование Корпуса рекомендовало в кратчайшие сроки найти в космосе крейсер «Волга» и передать груз на его борт.       - Джон, тут саларианская далатресса пытается войти в контакт с командованием Отряда. – на связь с капитаном вышел Андерсон. – Общий смысл – чтобы мы постарались обойтись без излечения генофага.       - Я бы послал её… куда подальше, командир. – сказал Шепард, помедлив. – После того, как мне на Цитадели пришлось видеть, на что способны такие дамочки, я им категорически не доверяю.       - Я тоже - не доверяю. Поэтому канал для неё приказал не открывать. – ответил Андерсон. – Мордин, кстати, меня поддерживает. Ему смертельно надоела заносчивость саларианок, он просто счастлив, что имеет возможность столь долгое время пребывать вне их окружения и, конечно, влияния. Кстати, груз он осмотрел. Мы распределили его на мелкие партии, погрузили в челноки. Солус счастлив, он понимает, что это – привет от наших старых друзей. – Андерсон не стал говорить открыто по связи, что контейнер прибыл с Илоса. Таэла осталась верна себе и бросила, наверное, на решение кроганской жизненно важной проблемы все относительно свободные ресурсы. – Через два часа ждите челноки на планете. Не забудьте открыть крышки приёмных порталов, не хотелось бы светить груз на всю Тучанку.       - Да, командир. – Шепард клавиатурным методом отдал несколько распоряжений нормандовцам в текстовом виде. – Распоряжения отданы.       - Добро. До связи. – Андерсон переключил каналы.       Капитан посмотрел на стоявшего рядом Явика:       - Яв, при первой же возможности передай огромную благодарность Таэле и её коллегам.       - Передам, Джон. Мне приятно помочь. Они заслужили жизнь, а не существование. – Явик искоса взглянул на проходившего мимо крогана. – После совещания придётся сразу приступать к работе с вакциной. – протеанин раскрыл инструментрон. – Надо будет поработать с госпиталями клана, а также с женскими кланами.       - Ну, с госпиталями клана - без вопросов. – ответил капитан, а вот с женскими кланами… Не думаю, что это пройдёт на ура. Чужаков кроганы к женщинам не допускают. А здесь мы кто ни есть, но чужаки - стопроцентные.       - Да, ты прав, Джон. И ведь у нас в Отряде тоже есть женщины. Пусть этим займутся Чаквас, Мишель и Селезнева. – Явик прямо взглянул в глаза Шепарда. – Не думаю, что Рекс будет против такого способа решения проблемы. Мужчины в пределах женских кланов не появятся, а женщина с женщиной, как вы, люди, иногда выражаетесь, всегда договорится.       - Хорошо. – капитан набрал на клавиатуре инструментрона несколько запросов в медслужбы крейсера и фрегата. – Отправил. Пусть решают. Давить здесь на них мы не можем. Не уверен, что пойдут все. Может быть, двое, но не все. А мужчины пока пройдутся по госпиталям. Мордина привлекать не будем – пусть он пока посидит на фрегате в своей лаборатории. Незачем обострять ситуацию.       - Тут проблема, Джон. Дело в том, что это можно делать только с разрешения шамана женских кланов. Здесь есть одна кроганка… Имя своё скрывает, это понятно. Без её согласия даже наши женщины-медики доступ в женские кланы и к детям не получат.       - И где она? – Шепард отметил, что кроган-распорядитель уже идёт к ним, чтобы пригласить в зал.       - Как только закончится наше совещание, она обещала придти сюда. Статус шамана ей позволяет такие… вольности. – Явик тоже увидел подходившего крогана. – Спасибо, мы уже идём. – протеанин направился ко входу в зал.              Совещание продолжалось ещё три часа, удалось обсудить все наиболее важные вопросы и проблемы, принять ряд согласованных решений.       - Джон, вы тут голодать собрались? – в коридоре у зала Шепарда встретила прибывшая с фрегата Чаквас. – Я настаиваю, чтобы вы сейчас же пообедали.       - Карин, уже вечер. Так что обед если и будет, то будет поздним. – смущённо проговорил Шепард, понимая всю правоту врача фрегата.       - Пусть будет ужин. Плохо то, что все нормандовцы слишком увлеклись работой на этом собрании и совершенно забыли о своём здоровье. – врач фрегат-крейсера была профессионально недовольна обстановкой.       - Иными словами… - Шепард вопросительно посмотрел в глаза Чаквас.       - Иными словами - я иду в женские кланы. Одна. Мне вполне хватит челнока. Одного. – по деловому, кратко и отрывисто сказала Чаквас, словно командовала медсёстрами во время операции. – Привлекать сюда ещё Хлою или Аллу не считаю необходимым. Алла нужна будет Светлане и волговцам, а Хлоя… Мягковата она для такой миссии. Кроганки – те ещё… женщины. Почуют слабину… съедят и не поморщатся. – Чаквас рубанула ладонью воздух. – Идите, кушайте, Джон. Проверю. Вы же знаете, в этом смысле вы для меня – открытая книга.       - Знаю. Слушаю и повинуюсь. – Шепард кивнул врачу фрегата, поспешившей к остальным нормандовцам и направился в зал, выделенный под столовую. К нему за каменный стол подсел Явик.       - Шаман женского клана уже пришла. Хоть она не назвала своё имя, мне удалось его узнать. Только, Джон, до тех пор, пока она сама его не назовёт в вашем присутствии – не проявляйте свою осведомлённость. Так вот, её зовут Бакара. Урднот Бакара, если полностью. А так… Думаю, она согласится на псевдоним или кодовое имя. Я бы назвал её Евой, поскольку она – первая женщина-кроган, с которой нормандовцы и вообще отрядовцы познакомятся. Собственно, она уже пришла. – Явик указал взглядом на стоявшую в проёме входного портала зала кроганку. Прочитавший немало материалов о культуре кроганов, капитан не удивился сверхзакрытому наряду дамы. Окинув зал одним взглядом, кроганка уверенно направилась к столу, за которым сидели Шепард и Явик. При её приближении мужчины встали.       - Рада видеть, что вы строго следуете правилам вежливости и приличий своей расы. – кроганка приблизилась и опустилась на каменный стул. – Приветствую вас обоих.       - И мы вас тоже приветствуем. – сказал Явик, присаживаясь на свой стул. – как нам к вам обращаться?       - Ева. Знаю, читала кое-какие материалы по человеческой истории. Поскольку экипажи кораблей Отряда в основном состоят из людей, я ориентируюсь именно на человеческую историю. О вас, Явик, я тоже знаю. Не скажу, что много, но достаточно. Рекс сказал, что вы хотите посетить женские кланы? Я не ошиблась?       - Нет. – Шепард отрицательно покачал головой, видя, что собеседница не особо довольна. – Но мы знаем об ограничениях и помним о приличиях. Поэтому в женские кланы никто из мужчин-землян не пойдёт.       - Тогда как вы намереваетесь их посетить? – в голосе кроганки не слышалось удивления – только сугубо деловой интерес.       - У нас есть женщины-врачи. – капитан увидел подходившую к столу Чаквас. – Позвольте представить вам, Ева. Карин Чаквас, врач фрегата «Нормандия», майор медслужбы ВКС Альянса Систем. Хирург-травматолог.       - Даже так. – кроганка встала, протягивая лапу подошедшей женщине. – Очень приятно.       - Мне тоже. – Карин обменялась с кроганкой лёгким рукопожатием, присела на подставленный Шепардом каменный стул. – Я действительно хотела бы посетить несколько женских кланов, Ева.       - Какова причина? – Ева проявила толику нетерпения.       - Простая. – Чаквас выложила на стол упаковку с ампулами. – Это – вакцина против генофага. Её инъекционный вариант.       - Шутите, Карин? – Ева недоверчиво взглянула на врача фрегата. – Мы перепробовали десятки вариантов, за это сотни кроганок заплатили своими жизнями. И тут являетесь вы и просто выкладываете на стол очередную тест-систему?       - Вы перепробовали всё. – подтвердила Чаквас. – Но мы, люди, в ваших пробах не принимали участие. Не так ли?       - Нет. Среди разработчиков и производителей тест–систем не было человеческих коллективов. – нехотя подтвердила Ева. – Тем не менее…       - Тем не менее, Ева, вы слишком вольно обходитесь с возможностями изменить судьбу вашей расы. – отрезала Чаквас. – Вас послушать, так вы больше не хотите даже попытаться. И это тогда, когда проблемы, вся их совокупность резко обострились из за вторжения Жнецов.       - Я не верю в то, что ваша тест-система сработает, Карин. – твёрдо сказала Ева. – Потому мне нет необходимости питать ложные надежды. Если кроганам суждено погибнуть – так оно и будет. Какая разница, каким умрёт в бою кроган – поражённым генофагом или здоровым, как этот пробирочный Грюнт. Да, я в курсе, что он возглавил отряд спецназа «Араллах», но это такая мелочь. Мы и так слишком долго живём.       - Слушая вас, Ева, не очень-то верится, что вы – женщина. – сказал Явик.       - Протеане могут быть какой угодно старшей расой, но решать наши проблемы они не будут. Это точно. Мы – не какие-нибудь кварианцы, которых турнули с Цитадели и они окопались на бортах кораблей своего Бродячего Флота. – с явным отвращением в голосе сказала Ева. – По сравнению с моим нарядом, конечно, саларианский скафандр – верх технологического совершенства, но когда из тысячи беременных женщин-кроганок плод донашивает только одна, а из тысячи рождённых кроганов только сотня выживает после первого года жизни из-за неблагоприятных условий внешней среды и откровенной бедности… Тут уж не до технологических изысков. Мне также известно о том, что установка Завесы, та самая, с помощью которой был распространён по планете вирус генофага, взята под контроль одним из кораблей Жнецов. Наверное, то, что вы, люди, называете высшими силами, действительно не хотят, чтобы кроганы выжили в этой схватке с Жнецами. По меньшей мере, наша раса уйдёт не куда-нибудь, на борты кораблей, которых и так у нас всегда было очень немного, а сразу за Предел. – в голосе кроганской шаманши проявилась почти религиозная убеждённость, граничащая с верой.       - Ева, мы вас выслушали, теперь позвольте сказать мне. – в разговор вступила Чаквас, всё это время молчавшая и не проявлявшая интереса к вклиниванию в монолог кроганки. – Не хотите пускать нас на территории женских кланов клана Урднот – ваше право. Но дайте нам пятерых самых слабых новорождённых кроганов. Если вакцина не подействует на них, если они не выживут – мы посчитаем, что наша, как вы выразились, тест-система, действительно несовершенна и не будем больше предлагать вам ничего такого. Если же выживут – вы допустите нас без всяких ограничений на территорию кланов. Всех женских кланов, с какими у вас, Ева, есть связи. Не мне вам обьяснять, что кроганки дружат между собой независимо от кланов.       - Я могу дать вам только троих. Пятерых дать не могу. – сказала Ева, подумав несколько минут. – Не потому, что не хочу, а потому, что просто больше у нас сейчас нет тех, кто особенно слаб. Те, кто сильнее этих, троих, наиболее слабых… У нас на них особые надежды. Пусть даже они окажутся ложными, но они есть.       - Хорошо. Сделайте это сегодня, Ева. У нас очень мало времени. Этот Жнец у установки Завесы ждать не будет. Не свойственно это кораблям Жнецов. – сказала Чаквас, вставая. – Я перешлю на ваш инструментрон координаты места, куда вы доставите младенцев.       - Мы пришлём. И двое кроганок, нет, даже трое - будут наблюдать за процессом. – Ева также поднялась. – Остальное мы согласуем позже. По связи или лично. – она направилась к выходу из зала.       - Карин. – Шепард вопросительно взглянул на врача фрегата.       - Пустое, Шепард. – Чаквас сделала движение плечами, словно сбрасывала накидку. – Ну не верит она нам и в наши возможности. Имеет право. Полное право. Действительно, если посмотреть со стороны, выглядим мы весьма самонадеянно и потому - смешно. Придётся подождать. Часом больше, часом меньше. Она – реалист, это ценно. Идеалист был бы очень сложен в общении. По меньшей мере, когда всё получится, а я имею основания надеяться, что так и будет, у неё не будет глупых мелких сомнений и вопросов. Если она во что-то верит, то верит со всей определённостью, как и полагается шаману.       - Тогда мы займёмся этим Жнецом, Карин. А вы – генофагом. – Шепард встал, промокая губы салфеткой. – Может быть, нам удастся тем самым выиграть немного времени. Кроганы живут долго, им позволительно вот так вот бросаться такими фразами, от которых лично у меня мороз по коже гуляет как по бульвару. Нам, людям, так вольно обращаться с отпущенным нам временем жизни нельзя. Тем более – сейчас. Яв, идёмте к Рексу, думаю, надо планировать нападение на этого Жнеца и загружать вакцину в эту установку.       - Последнюю из сохранившихся установок, Джон. – протеанин поднялся, проверяя оружие и пододвигая к столу каменные табуреты. – Поэтому Жнец и ограничил доступ ящеров к ней. Последняя установка – большая ценность.       - Если потребуется, то я согласую с Андерсоном пролёт фрегата над планетой над населёнными районами на малой высоте. Попробуем вариант опыления. – Шепард, пропустив Чаквас вперёд, вышел из зала-столовой.       - Тоже может сработать. – Явик, державшийся рядом с капитаном, согласно кивнул. – Ладно. Говорим с Рексом и действуем.              - Вы твёрдо решили освободить последнюю установку от присутствия Жнеца? – Рекс недоверчиво посмотрел на Шепарда, стоявшего у выхода на балкон. – Туда ведёт только воздушный путь. Дорог нет. Есть одна, от Старого Города. Но до неё всё равно придётся добираться по воздуху. Рядом есть клан, с которым мы сравнительно давно установили нормальные взаимоотношения. Я свяжусь с его вождём, пусть он вышлет несколько вооружённых транспортёров. Просто не могу понять, Джон, на что вы надеетесь.       - На Калрос. – Шепард включил проектор своего инструментрона и луч упёрся в каменную стену, разворачивая экран. – Посмотрите. Рядом с Жнецом и установкой Завесы расположено древнее место поклонения. Там стоят два молота, самые большие на Тучанке. Это всё мы выяснили до того, как корабли Отряда прибыли к вашей планете. Мы призовём Калрос туда.       - Жнец по последним данным разведки расположился слишком близко к молотам. Прилететь туда безопасно… не получится. – сказал Рекс.       - Мы это знаем. – Шепард переключил инструментрон, показал схему района. – Пойдём ножками. Пешочком.       - У меня есть мысль, что вы опять пытаетесь сыграть здесь роль главного жнецовского раздражителя, Джон. – Рекс вгляделся в схему, переснял её себе на инструментрон, что-то измерил, подсчитал.       - Я не пытаюсь, Рекс. – заметил Шепард. – Я просто делаю то, что нужно для решения проблемы. Не больше того. Мой план состоит в том, чтобы как можно ближе подойти к этим молотам на челноке, высадиться там и последовательно в любом порядке активировать молоты. Остальное сделает Калрос. При необходимости Жнеца пощекочут челноки, надо будет – подключим корабли Отряда. А потом… потом воспользуемся установкой Завесы для распыления вакцины.       - Знаю, не смогли вы переубедить шаманшу. – Рекс недовольно осклабился, явив акулью улыбку. – С ней только Грюнт может договориться, но сейчас он слишком занят. Простите, секретность не даёт мне права говорить о его задании подробнее.       - Понимаю. Вы чем-то озабочены ещё, Рекс? – Шепард и раньше видел Рекса, погруженным в заботы, но сейчас кроган выглядел особо напряжённым.       - Да. Дело в том, что район, прилегающий к установке Завесы контролируется множеством хасков. Среди них есть человекообразные. А есть и более страшные. – кроган включил проектор своего инструментрона. – эти сделаны из турианцев. А эти – плод синтеза нескольких разумных разных рас. Страшные и сильные создания. Кроганы, сталкиваясь с ними, гибнут во множестве. А вам придётся, случись что, прорываться именно здесь.       - Через Старый Город? – уточнил Шепард, взглянув на план-схему района, прошедшую не так давно очередное уточнение по данным, полученным синтетами отряда.       - Да. Мы, кроганы, верим, что там – логово Калрос. Редко кому из кроганов удаётся уйти живым оттуда. Калрос… не любит гостей. – Рекс выключил свой инструментрон.       - Её право. Непонятно тогда, почему она терпит Жнеца вблизи своих владений? – сказал Шепард.       - Жнец пока ей ничем не досадил, он ей не мешает. Стоит себе и стоит. Ничего более.       - Долго он так стоять не будет. – проговорил капитан, гася проекторы и свёртывая экраны своего инструментрона. – Полагаю, нам нужно действовать.       - Через два часа мы ждём вашу группу высадки… - начал было Рекс.       - Никого больше не будет кроме меня, Рекс. Давайте сразу это примем как рабочую константу.       - Шепард. – Рекс неодобрительно посмотрел на капитана. – Мне уже доложили, как вы попали в изоляционный контейнер в Архивах Памяти.       - Бардак в нашем королевстве ещё тот. – недовольно протянул Спектр. – Рекс, я обязан рисковать, иначе какой я Спектр?       - Вы не только Спектр, Джон. Вы – отец и муж. Мне это очень хорошо знакомо, поверьте. – задумчиво произнёс вождь клана. – Впрочем, может быть вы и правы. Мужчины должны рисковать. Такова их судьба. – он помолчал. – Ладно. Будет по-вашему. Как я и сказал, через два часа жду вас. Полагаю, вы воспользуетесь челноком?       - Да. Это будет лучше всего. – подтвердил капитан. – Давайте координаты и я пойду готовить челнок. Надеюсь, Калрос не замедлит появиться.       - Она всегда появлялась там. Правда, мы старались вызывать её пореже. – сказал Рекс. – Ей столько лет, что любой кроган одноклеточным организмом выглядит по сравнению с ней. Праматерь молотильщиков - и этим всё сказано. – Шепард ощутил, как хочется Рексу поговорить об общении капитана с молотильщиками, но ящер сдерживал себя. – Думаю, она появится. Тем более, она не меняет своих привычек и этот Жнец её раздражает. Не знаю, как это пояснить вам, Джон, но я ощущаю, что её эта креветка… вот удобное название вы этому кораблю дали… запоминается легко и понятно сразу, что есть что… так вот, эта креветка очень раздражает и терпение праматери молотильщиков подходит к концу. А с чужаками она расправляется только одним манером – нападением. Если с молотильщиком мы ещё могли иногда, не слишком часто справиться, то за всю историю кроганской расы нет ни одного случая, чтобы какой-нибудь кроган хотя бы ранил Калрос.       - Хорошо. – Шепард прощально кивнул Рексу, выходя и направляясь в отведённые для нормандовцев комнаты.              Идя в гостевые апартаменты, капитан думал о Светлане. Каково ей снова узнать, что он пошёл на Жнеца едва ли не в одиночку. Да, там будет Калрос, и, в общем-то, задача Шепарда здесь минимальна – активировать молоты. Вспоминая карту-схему, Спектр мысленно вымерял расстояния между различными участками храмового комплекса и понимал, что даже прорываться туда будет проблемой из проблем – хасков там будет во множестве. Придётся пострелять. Может быть, тот вождь ближайшего к храмовому комплексу клана даст достаточно солдат, чтобы успокоить хасков, пока он будет проходить кружным путём к башне Завесы?       - Я уже готов, капитан. – на связь вышел Мордин. – Надоело мне сидеть в лаборатории, хочу немного вспомнить молодость, побегать и полазать.       - Мордин, не забывайте, что башня – старая. – в разговор привычно бесцеремонно вклинилась Оливия. – И вам не следует так рисковать. Мы постараемся забрать вас с вершины башни, поскольку возвращаться прежним путём будет вряд ли возможно.       - Намекаете на изношенность подъёмника? – быстро спросил саларианец.       - И башни в целом и подъёмника в частности. – подтвердила киборгесса. – Аликс уже готовит челнок, на нём она заберёт вас с вершины башни.       - Ага. Пикнуть не успею. – криво усмехнулся саларианец. – Хорошо, Оливи. Вы опять не даёте мне почувствовать себя старым.       - А вы и не старый. – Оливия переключила каналы.       - Так что, капитан, я буду недалеко от башни. Полагаю, добираться придётся туда по воздуху – Калрос не даст пройти по земле. – уточнил Солус. – Я видел, какие канавы она оставляет, передвигаясь близко от поверхности, там, где планета изрыта как сырный кусок.       - Будьте там осмотрительны, Мордин. – капитан остановился перед проёмом выделенной ему комнаты. – И зря не рискуйте.       - Постараюсь. – саларианец переключил каналы.              В назначенный срок Шепард пришёл к посадочной подземной площадке клана Урдното. Это была не та гостевая площадка, куда пришлось садиться раньше, а та, которой пользовались только кроганы. Чужаки обычно туда не допускались, во всяком случае – сразу. Кроган-водитель возился у открытого моторного отсека и Шепард не стал приближаться сразу к машине, чтобы дать ему возможность закончить свою работу.       - Вы вежливы, капитан. – водитель закрыл отсек крышками и подошёл к салонной двери, открывая створку. – Мне сказали, что вы летите в одиночку на Жнеца.       - Не совсем в одиночку. – Шепард взошёл в салон, повернулся к крогану. – Вы же меня повезёте.       - Верно. Повезу. Мне много о вас интересного рассказали. Вы, говорили, уже угомонили одного Жнеца на Раннохе? Правда?       - Я его только подсветил лазером. Остальное сделали артиллеристы Мигрирующего флота.       - Значит, тамошние вояки умеют бороться с Жнецами? А у нас многие кварианцев уже в расход списали. Говорили, что нежизнеспособная раса.       - Это только представление о некоем факте. А оно может быть разным. – Шепард перезарядил винтовку. – Давайте на взлёт, пилот.       - Хорошо. – Кроган прошёл в пилотскую кабину. – Интересно будет посмотреть.       - Не советую оставаться. Высадите меня и сразу возвращайтесь на площадку. Нечего терять машину и рисковать жизнью.       - Вы опять правы. Челноков у нас мало, а пилотов… ещё меньше. С вашим появлением, капитан, к нам, называемым «умниками», стали относиться намного лучше. – водитель поднял челнок в воздух. – Курс взят. Скоро будем на месте. Час с небольшим.       - Не гоните. – Шепард открыл инструментрон. – У Жнеца есть зенитные лазеры, дальнобойные. Для челнока вполне хватит одного залпа. Не рискуйте.       - Как скажете, капитан. – кроган внёс изменения в программу полёта автопилота. – Тогда – полтора часа минимум будем добираться. Несколько, как вы, люди, выражаетесь, кружным путём.       - Это – подойдёт, пилот. Действуйте. – капитан присел на лавку – кресел кроганы в своих челноках не держали. На малом экране инструментрона уже светился проложенный курс. Карта обновилась.       - Капитан, у нас сложности. – на связь вышел специалист-локаторщик. – Жнец нащупал присутствие Калрос, а она – наконец-то обратила внимание на этого визитёра. Жнец начал пулять по ней зарядами из орудий малого калибра, поэтому район для полётов придётся закрыть. Сфера попаданий простирается до пределов Старого города.       - Пилот, слышали? – Шепард заглянул в пилотскую кабину, не вставая с лавки.       - Слышал. Наши тоже передали изменения к карте. Каковы решения?       - Высаживайте меня у Старого Города.              - Капитан. – на связь вышел локаторщик. – Сканеры крейсера и фрегата засекли эскадрилью истребителей турианцев. Её ещё называют «Бешеной». Пилоты решили пощекотать Жнеца своими пулемётами. Не знаю, что они там решили и как договорились, но кроганские зенитчики пропустили их на планету. Судя по всему интересоваться поверхностью они не будут. – специалист изящно умолчал о подземных турианских зарядах. – Им нужен Жнец.       - Они действительно бешеные. – Шепард просмотрел очередные изменения обстановки на экране инструментрона. – Пилот, видите их?       - Да. Они дополнительно разозлят Жнеца. Да и Калрос не будет в восторге. – ответил кроган. – Менять район высадки?       - Да. Как можно ближе к Жнецу и к Старому Городу. – капитан просмотрел на экране возможные варианты. – Вот здесь. – он переслал копию почищенной карты на инструментрон водителя. Тот перекинул полученный файл на консоль, открыл:       - Понятно. Выполнять? – водитель-кроган с уважением посмотрел на человека, столь быстро принимавшего решения.       - Да. – капитан закрыл инструментрон.       Подлетающие истребители турианцев были отлично видны из салонного иллюминатора. Поднявшись с лавки, Шепард подошёл к двери, стал наблюдать за тем, как истребители пытаются повредить корпус Жнеца своими маломощными орудиями и пулемётами. Он знал, что за этим также наблюдают спецы с крейсера и фрегата, но они не будут вмешиваться в происходящее – если турианцы решили поразвлечься, то это – их выбор.       Жнец достал лучом малого лазера один из истребителей, тот, потеряв управление, закрутился, полетел в сторону приближавшегося челнока, набрал при этом приличное ускорение. Кроган-пилот едва смог уклониться от столкновения.       - Всё, высаживаете меня здесь. – распорядился Шепард, открывая створку салонной двери. – И сразу – назад.       - Здесь – могу. Здесь - территория ближайшего клана. – ответил пилот. – Нас уже видят, ждут, что мы предпримем. Я передал, что высаживаю вас и улетаю.       - Хорошо. – капитан уже видел храм и собиравшихся на площади кроганов в броне и с оружием. – Не садитесь, просто снизьтесь до пяти метров.       - Ясно, капитан. – пилот выполнил пожелание Спектра и снизился, положив машину в медленный дрейф. – Готово.       - Всё. Улетайте. – Шепард спрыгнул, целясь на крышу какого-то прихрамового строения, до которого было всего лишь три метра. Приземлившись, он махнул рукой и челнок резко взял курс назад.              - Человек. – на крышу выбрался один из воинов-кроганов. – Шепард?       - Да. – капитан молча открыл клапан на скафандре, показал «звезду» Спектров.       - Вас ждут внизу. – воин, видимо, передал изображение пришельца вождю и получил дополнительные инструкции. – Я провожу вас.       - Хорошо.       Приближаясь к площади, Шепард ощущал растущее недовольство воинов. Предстояло вести нелёгкие переговоры: прорываться в Старый Город предстояло теперь по земле, а там в одиночку делать было практически нечего – хаски могли задавить любого пришельца просто численностью.       - Этот человек получил право находиться в клане Урднот. – сказал воин, сопровождавший капитана. – Он прибыл, чтобы разобраться с Жнецом.       - Мы не можем рисковать. – сказал один из воинов. – Один Жнец – это ещё понятно, но там теперь Калрос. А в такой битве третьими кроганы быть не могут.       - Битва ещё не началась. – ответил капитан. – Калрос ещё не схватилась с Жнецом так, как она может.       - Вы уже многих молотильщиков убили, капитан? – спросил остановившегося в центре площади человека другой кроган. – Мы слышали, что вы уклоняетесь от битв с молотильщиком.       - Это правда. Уклоняюсь, потому что ни один молотильщик на меня не нападал. – капитан подтвердил предположение крогана, обернув его смысл в свою пользу       - А Акуза? – спросил ещё один кроган. – В Экстранете полно данных, что вы там попали под молотильщиков.       - Их спровоцировали. – коротко ответил Шепард, не желая вдаваться в подробности.       - И как же можно спровоцировать молотильщика? – раздался ещё один молодой голос. Видимо, это был воин, только-только прошедший инициацию.       - Напав на него в одиночку, например. Или – попробовав пострелять в него из слабого оружия. Или совершив другие действия провоцирующего характера.       - Умно выражаетесь, капитан. – сказал подошедший вождь клана. – Но я не вижу, что мои воины вам верят. А без веры я не смогу послать их в бой, чтобы они отвлекли на себя здешних хасков.       - Вождь, машины подготовлены? – Шепард не желал вступать в препирательства с главой клана по «моральным» несогласиям.       - Всё, что мы обсуждали с Рексом – сделано. – подтвердил вождь клана. – Но мои воины желают драться с хасками в пешем строю.       - Тогда нужны будут две волны. Первая пойдёт на машинах и огнём будет расчищать дорогу, а остальные воины пешком пойдут следом. На их долю тоже останется предостаточно врагов.       - Может и получится, но как быть с верой? – вождь клана не хотел оставлять затронутую тему.       - Там, под ногами этой креветки, – Шепард указал в сторону возвышавшегося Жнеца. – находится ваше, кроганское. главное планетное святилище. У нас, людей, принято, что такое присутствие. – капитан показал рукой на Жнеца. - оскорбляет такое место. Оскорбление требует отмщения. И это место должно быть очищено от скверны. Потому что это – святое место.       - Там же нельзя стрелять. – сказал один из близстоящих воинов.       - Нельзя. – подтвердил капитан. – В обычных условиях. А сейчас условия необычны. И потому стрелять во врагов можно и нужно.       - Не знаю. А вдруг боги кроганов не одобрят. – сказал другой воин-кроган.       - Вы долго будете препираться с капитаном?! – раздался женский голос и Шепард увидел появившуюся на ступенях Еву. – Он, человек, пришёл сюда один, а вас, кроганы, много. Вы – воины. И он – воин. А воин живёт для битвы. Храм должен быть очищен – капитан прав. И для этого надо будет приблизиться к храму. Остальное капитан сделает сам.       - Хорошо. – вождь клана, подумав, отдал несколько распоряжений. – Пусть будет по-вашему, Шепард. Сделаем две волны – пешую и на машинах. Нужны двадцать минут.       Шепард кивнул, видя приближавшуюся к нему Еву. Кроганка кивнула в ответ:       - Упрямые? – спросила она, остановившись рядом со Спектром и посмотрев на воинов, уже строившихся в колонны. Несколько десятков кроганов направились к площадкам, где стояли транспортёры. – Ничего, зато впереди их ждёт битва.       - Разумные. – ответил Шепард. – Им нужно время подготовиться.       - Оно у них пока что есть. Вы хотите использовать башню Завесы для того, чтобы распылить вакцину над планетой? – спросила Ева.       - Да. – Шепард изучающе смотрел на Жнеца. Креветка замерла, погасив огни накачки лазеров. Главное орудие было скрыто под заслонками. Для него Жнец не видел достойной цели.       - Это – последняя башня, капитан. Она играла роль контролёра и установщика климата на нашей планете очень долго. – задумчиво сказала Ева.       - Думаю, для неё – это достойная гибель. Она принесёт последнюю пользу планете и вам, её разумным обитателям. – произнёс Шепард, перезаряжая винтовку. – Надо подождать.       - Будем ждать. – проговорила кроганка, посмотрев на уходившего вождя клана. – Надеюсь, что с уходом Жнеца и с разрушением башни жизнь членов этого клана станет немного… спокойнее, что ли. Вряд ли – легче.       - Может быть. – подтвердил капитан, просмотрев на инструментроне пришедшие файлы.       Ждать пришлось дольше, чем было обещано. Шепард уже понял, что он зависит от транспорта – ему очень не хотелось вторгаться в основные владения праматери всех молотильщиков – она имела право на самостоятельность и на одиночество. И в то же время капитан понимал, что ситуация может сложиться по-всякому, поэтому обдумывал, как следует поступить, если всё же придётся идти через районы Старого Города.       - Человек, наш транспор готов. – подошедший кроган-воин был немногословен. – Для вас есть место, но Жнец может заметить машины.       - Может. Поэтому попробуем прорваться. – Шепард шагнул к вестнику, тот повернулся, намереваясь уходить.       - Прорваться? – это по-нашему, человек. – кроган одобрительно усмехнулся, явив свою акулью пасть. – Может быть, правду говорят, что вы смелый.       - Может быть. – Шепард старался идти вровень с кроганом, направившимся к остановившимся поотдаль вооружённым кроганским транспортёрам.       Заняв указанное водителем место, капитан подождал, пока закроется дверь. Вестник что-то сказал водителю машины, тот скрылся в кабине и транспортёр сорвался с места.       Бойниц в машине не было, кроганы больше полагались на стационарно установленные два пулемёта, не практиковали стрельбу из машины с помощью своего стрелкового оружия. Может быть, они просто не любили ослаблять бронекокон транспортёра. Шепард смотрел в пол, пережидая дорогу и ощущая толчки подвески.       Послышался удар, транспортёр тряхнуло, водитель резко свернул. Сидевший ближе всего к водителю старый кроган что-то сказал, затем машина, снова резко повернув, остановилась. Открылась дверь, два крогана-воина, приготовив дробовики, быстро вышли наружу,. Спустя минуту один из них заглянул в салон, махнул лапой, показав, что снаружи чисто и надо выходить.       Шепард покинул машину предпоследним – последним вышел старый кроган. Оглядевшись, капитан заметил, что дороги впереди нет – Жнец, заметив движение, ударил малыми лазерами и теперь дорогу пересекала трещина, перебраться через которую машины не могли.       - Есть обходная дорога, но это – долго. Она идёт по окраинам города. – вождь также увидел и понял, что произошло. – Я даю вам пятерых молодых воинов. Вы – командир, а они хотят принять участие в реальном деле под руководством опытного воина. – Вождь сделал знак и неподалёку выстроились пять кроганов. – Они помогут вам прорываться через подземелья Старого Города, а мы вас подхватим на дороге, которая разделяет две части. Там тоже есть храмовый комплекс, он один. Я переслал вам. – старый кроган щёлкнул инструментроном. – последнюю карту, добытую нашими разведчиками.       - Хорошо. – Шепард оглядел своих напарников. – Не будем терять времени. – он уже видел вход в подземелья в ста пятидесяти метрах от себя – стрелка на плане указывала туда же. – Идём.       Кроганы поседовали за ним, двое пошли с боков, трое – чётко держались позади. Вскоре портал входа остался позади. Рёв двигателей транспортёров оповестил капитана о том, что машины ушли к старой дороге. Необходимо было поторапливаться и Шепард включил прожектора на плечах скафандра. Стало уютнее, во всяком случае в темноте мерещилось всякое.       - Говорят, здесь и живёт Калрос. Это её подземелья. – один из молодых кроганов указал лапой на фреску. – Эту картину… мне о ней рассказывали. Не думал, что увижу её собственными глазами. – кроган даже остановился на несколько секунд. – Какая огромная эта праматерь всех молотильщиков. – уважительно заметил воин. – Если она нападёт на эту «креветку» - вполне возможно, она его победит. Не может не победить. Она здесь самая сильная, на всей планете. Теперь я в этом убеждён.       Остальные кроганы и Шепард, рассматривая изображение, хранили молчание.       Фреска осталась позади. Неясный гул, возникший впереди, заставил капитана резко погасить прожектора. Сгустившаяся тьма сделала звук явственнее.       - Это Калрос гуляет неподалёку. – сказал другой кроган. – Я уже слышал такой звук. Правда, не в подземельях.       Никто вслух ничего не сказал – группа продолжала двигаться. Вероятно, кроганам тоже был передан этот примерный план – обычная предосторожность, ведь неизвестно, кому удастся выйти на поверхность. По плану выходило, что портал расположен у Сада. Там когда-то было искусственное водохранилище и рядом – самые старые деревья на Тучанке. Вряд ли что там сохранилось в целости.       - Какой-то труп, капитан. – Один из воинов подошёл к чему-то чернеющему впереди. Шепард не включал прожектора скафандра, а кроганы превосходно обходились без света, как и положено хищникам и воинам. – Никогда такого не видел.       Едва затеплив прожектора, Шепард осмотрел труп. Это когда-то был жук рахни. Настоящий. Теперь перед ним лежал труп хаска. Опутанный шлангами, жук нёс на себе две лазерные пехотные установки. Оружие для пехотинца, особенно – противника, страшное по своей разрушающей силе – любой скафандр, даже тяжёлый, вскрывает очень быстро, особенно, если попасть сразу под сдвоенный луч. Спасение оппонента от такого огня было только в том, что, как сообщили синтеты, получавшие регулярно всё новую и новую информацию о созданных Жнецами воинах-сторонниках, этот бывший жук рахни был медлителен как в передвижении, так и в прицеливании. Также ему требовалось много времени, чтобы накопить энергию. Зато стрелял он точно и быстро. Не успел уйти – стал трупом.       - Высосанный он какой-то. На мумию не похож. – подошёл один из воинов, вгляделся. – При свете даже выглядит по-другому. Мы не встречались раньше с такими. Значит, Жнецы уже успели прислать новые формы и на нашу планету.       - Двигаемся дальше. – Шепард закончил сьемку трупа. – Нам нужно найти большую лестницу. Согласно плану, она здесь может быть только одна – в этой части подземелий ближе всех расположен только один выход. – снова послышался гул, производимый, вне всякого сомнения, огромным телом праматери молотильщиков. – Идём. – капитан решительно направился по проходу, оставив прожектора притушенными до минимума.       По пути к лестнице, ведущей на поверхность, группа нашла ещё две фрески. На одной из них были изображены, конечно же, кроганы, поклонявшиеся праматери молотильщиков, на другой - сцена боя кроганов с Калрос. Много кроганов и единственная «молотильщица». Фреска, конечно, носила достаточно схематичный характер, но впечатляла размахом запечатлённого момента битвы.       - А нам говорили, что кроганы никогда не вступали в бой с Калрос. – заметил тихо один из кроганов. – Теперь я смогу сказать, что существует фреска, на которой изображена сцена боя кроганов против Калрос.       - И чего ты добьешься, Узек? – спросил напарника другой кроган. – Придут сюда посланцы вождя и фреска будет либо замазана, либо разрушена. А ты станешь посмешищем в клане.       - Я эту сцену видел и запомнил. – упрямо сказал Узек. – И никто не сможет мне доказать, что я это видел в бреду или после доброго ведра ринкола.       - Доказывать тебе, Узек, никто ничего не будет. – в разговор вступил другой кроганский воин. – Тебе просто прикажут молчать и забыть об этом. И ты этот приказ выполнишь.       Шепард не вмешивался в разговор своих попутчиков. Он старался совместить реальный ход, по которому шла группа, с той мозаикой, которая была зафиксирована на плане. Получалось это плохо – приходилось блуждать, несколько раз попадались тупики, несколько раз приходилось возвращаться, поскольку ходы были завалены. Кроганы не роптали – понимали, что Калрос находится у себя дома и все эти выстроенные поколениями кроганов подземелья для праматери молотильщиков не представляют никакой ценности.       Первым свет увидел один из кроганов. Воин ускорил шаг, но не побежал вперёд, держа своё место в группе. Шепард отметил совмещение этого выхода с тем, что был изображён на плане и тоже ускорил шаг. Никто из воинов на этот раз ничего не сказал. Лестница, широкая и крутая, вывела группу под арку. Остановившись на несколько минут, Шепард отметил, что его напарники, также остановившись, замерли.       - Наконец-то я увидел то, что раньше видел только на картинах. – сказал один из воинов. – Значит, Тучанка действительно когда-то утопала в зелени. Редко кто из кроганов видел это, человек. Мы больше знаем об этих, ставших лианоподобными деревьев своей родины только по рассказам и по немногочисленным изображениям. Мы почти не бываем в Старом Городе. Он для нас ценен, но мало кто решается прибыть сюда, потревожив покой и одиночество Калрос.       Послышавшийся гул двигающегося змеечервя уже становился привычным. С высоты было хорошо видно, как при движении под землёй Калрос приподнимает пласты породы, взламывает плиты и разрушает строения огромного каменного города. Кроганы с нескрываемым уважением глядели, как двигается Калрос.       - Вижу стаю хасков. – доложил один из воинов, стоявший ближе всех к тропе, круто спускавшейся к развалинам Старого Города. – Они явно привлечены нашим появлением.       - К бою. – распорядился старший группы кроганов, до этого ничем не проявлявший своего старшинства. Вождь клана поступил мудро, назначив старшего из кроганов – вряд ли ящеры, особенно молодые, сразу бы стали слушать и подчиняться иноплеменнику, тем более – короткоживущему человеку.       Послышались щелчки взводимых затворов, кроганы оглядели свои дробовики, перезарядили магазины. – Их много. – уточнил старший, проверив своё оружие. – Трое – вперёд, один – смотреть за флангами и тылом. Держаться позади. Вы, человек, пойдёте в центре, рядом со мной. Знаю, что пожелаете пострелять. Не возражаю, но не нарушайте строй.       - Хорошо. – Шепард легко согласился. В конце концов он - гость, а кроганам воевать здесь месяцами, если не годами. Война только начиналась. И сейчас важно было не показать свою удаль и свою подготовленность, а решить основную проблему – убрать от башни Завесы эту «креветку» так, чтобы башня устояла. Иначе придётся задействовать фрегат. Представив «Нормандию» в роли корабля-распылителя, капитан едва заметно мотнул головой – чем только не приходится заниматься военным кораблям. Тем более – сейчас, во время войны с таким сложным противником.       - Среди врагов есть немало тех, чей труп мы видели в подземелье. – отметил командир-кроган, идя рядом с Шепардом и поглядывая по сторонам. – Посмотрите. – он раскрыл свой инструментрон. – Здесь и здесь можем пройти, чтобы выйти к храмовому комплексу. А вот здесь уже нет. Калрос перепахала.       - Пока идём так. – согласился Спектр. - А там – как получится.              Первое столкновение с хасками произошло всего лишь через полкилометра от выхода из подземелья. У бывших жуков-рахни, превращённых в хасков, оказалась прочная броня, но самое неприятное – очень мощные выстрелы. Шепард сам видел, как попавший под такой выстрел кроган его группы остался жив и здоров, но его скафандр лишился большей части щитов силового поля. Генераторы не выдержали нагрузки.       - Перестроиться. Пойдёшь с нами. – спокойно отреагировал на это старший группы. Кроган подошёл, стараясь идти рядом и в ногу, ему было явно неприятно занимать место в центре круга группы, но приказ старшего он оспаривать не мог. В боевой обстановке, как помнил Шепард, за это полагался немедленный расстрел. Нравы у кроганских воинов были суровые. И сейчас старший группы выполнял ключевое положение полученного приказа – любым способом но доставить Шепарда к храмовому комплексу Старого Города. А там группа могла действовать по своему плану, о наличии которого человеку-землянину знать не полагалось вообще, равно как и о содержимом плана.       Бывших жуков-рахни кроганы окрестили Опустошителями, поскольку убедились – эти враги не убивают сразу, а лишь оставляют воина беззащитным, опустошая заряды полей щитов. Группа шла вперёд, почти не прячась, игнорируя укрытия. Ровные выстрелы дробовиков свидетельствовали, что молодые кроганы-воины прошли прекрасную подготовку и не являются новобранцами. Впрочем, за несколько десятков лет существу, способному прожить семьсот лет без особого напряжения и иметь в перспективе ещё минимум пятьсот лет активной жизни, сложно было бы не стать профессионалом в избранной им сфере деятельности.       Опустошители действовали при поддержке многочисленных бывших людей, ставших для Шепарда привычными врагами. Кроганы также быстро свыклись с тем, что им приходится убивать врагов, слишком напоминающих по внешнему виду того, кого им поручили охранять и защищать. Это были уже не люди и кроганы не стеснялись в жестокости и быстроте, уничтожая хасколюдей десятками. Благо выстрелы дробовиков убивали сразу нескольких хасколюдей на близком расстоянии и очень многих, близко подошедших, ранили. Ящеры не стеснялись вступать с хасколюдьми в рукопашные бои. Хасколюдям это не нравилось – один кроган играючи расшвыривал пятерых хасколюдей и убивал их, пока они пытались подняться, из своего дробовика.       - Это ещё что такое? – перезаряжавший свой дробовик старший группы кроганов увидел нового хаска – огромную, высотой больше трёх метров и тяжелобронированную тварь.       - Мы называем их Тварями. – ответил Шепард. – В некоторых районах галактики они уже появились. Немногочисленны. – капитан умолчал, из кого создавали этих новых хасков, поскольку сейчас это было неважно. Захотят кроганы – узнают сами. - Ближний бой запрещён. Надо бить с расстояния. Лапа у неё очень тяжёлая и сам он хорошо так прыгает. Проинструктируйте своих. – Шепард достал из укладки магазины с бронебойно-зажигательными зарядами. – И смените заряды в дробовиках на бронебойно-зажигательные. Это поможет её остановить, а со временем – уничтожить.       - Вы её в женском роде называете, человек. – кроган искоса взглянул на капитана. – Почему?       - Потому что Тварь – в грамматике у людей – женского рода. – просто ответил Шепард, проверяя прицел. – Ладно, уничтожаем её, а потом – вьющихся возле неё хасколюдей. Вперёд. Действуем. Затем – вперёд к нашей точке встречи. А то Калрос тоже почувствовала присутствие Твари и спешит засвидетельствовать ей своё неудовольствие. Надо постараться убить эту Тварь до появления праматери в районе. – Шепард услышал усиливающийся гул. – Храмовый комплекс уже близко, надо двигаться.       - Действуем. – старший группы кроганов закончил инструктаж воинов. – Вперёд.       Бой с Тварью занял меньше десяти минут. Кроганы успешно избегали попадания в радиус досягаемости лапы монстра, а прыжки Твари никого из воинов не впечатляли – прыгает и прыгает, оружия у неё всё равно никакого нет кроме тяжёлой лапы и веса туши. Две метко брошенные наступательные гранаты угомонили Тварь и, пристрелив нескольких хасколюдей, входивших в её свиту, кроганы и Шепард направились дальше.       Избежать встречи с путешествующей под землёй Калрос не удалось – змеечервь взломал дорогу в двадцати метрах впереди от идущей группы кроганов и те остановились, пережидая, пока праматерь протащит мимо своё длинное мощное тело.              - Вторая часть города… - старший группы кроганов остановился, вгляделся вдаль. – Её просто не существует. Там сплошные развалины. Значит, сейчас храмовый комплекс – уже окраина Старого Города. Сколько же предстоит восстанавливать?!…       Интересное, пусть и не совсем своевременное суждение крогана не оставило равнодушными и остальных членов группы. Ящеры завертели головами и очень скоро каждый из них увидел Сад, заметив, конечно, ростки вьющихся деревьев, взбиравшихся по крутым склонам полуразрушенной чаши водохранилища.       - Мне отец рассказывал, что когда-то здесь были прекрасные деревья. – произнёс тот же кроган-воин.       - Наверное, вы смотрите на надежду всей планеты, коллеги. – сказал Шепард, глядя на привычные для человеческому глазу зелёные стволы. – Тучанка может стать другой. И она обязательно станет другой, более приветливой и более пригодной для жизни.       - Мы согласны с этим, человек. – вступил в разговор старший группы. – Но нам нужно идти. Я чувствую, что на территории Храма нас ждут хаски. Хорошо, если там не будет тех, кого вы называете Тварями.       Капитан кивнул и группа продолжила путь.              В Храме пришлось пострелять в хасколюдей и Опустошителей. Стоявший рядом с Шепардом старший кроган, разрядив дробовик в очередного бывшего жука рахни, сказал:       - Вы слишком многочисленная раса, человек. Ваших много уже переработали в хасков.       - Согласен. Но в этом – часть нашей сути. Мы всегда идём до конца и всегда стремимся понять больше. Потому и селимся везде, где только возможно. – ответил капитан.       - Понимаю. – кроган перезарядил дробовик, сделав несколько знаков своим подчинённым. – Надо идти, я уже слышу шум моторов. Транспортёры подъезжают.       Шепард на пределе чувствительности микрофонов тоже слышал этот звук – шум двигателей тяжёлых вооружённых пулемётами машин. На некоторых транспортёрах, немногочисленных, были установлены даже пушки – кроганы любили воевать с размахом и активно пользовались тяжёлым вооружением.       Выйти из Храма быстро не удалось. Рядом находился ещё Мемориал Кроганов – что-то вроде почётного кладбища. Старший группы махнул лапой, призывая подчинённых в очередной раз показать захватчикам, кто на планете хозяин. Пришлось идти к Мемориалу, куда вёл отдельный мост. Едва миновали мост, как его разрушила проходившая Калрос. Шепард, да и наверное, большинство членов группы впервые видели праматерь молотильщиков не под землёй, а почти целиком – костяные пластины и гребень внушали уважение и почти священный ужас – мимо ящеров и человека следовало существо, намного старше любого из них и, конечно, намного опытнее.       Кроганы обошлись без возгласов и любых высказываний. Не успели члены группы Шепарда сделать ещё несколько шагов, как навстречу полезли новые хаски.       - Вы их называете Каннибалами и Налётчиками, человек. – сказал старший кроган, застрелив ближайшего к себе хаска.       - Да, именно так. – подтвердил капитан, уничтожив ринувшегося к нему хасколюда. – Мы иногда обожаем раздавать названия. А иногда – и ярлыки.       - Это нормально. – отметил старший группы, перезарядив дробовик. – Кажется, пока другие волны врагов на нас не полезли. Нас уже ждут. Мы соблюдаем радиомолчание, человек. Это – святое для нас место.       Кивнув и обойдясь без слов, Шепард вызвал у крогана одобрительную усмешку.       Махнув лапой подчинённым, старший группы кроганов указал направление. Башня уже была видна – ажурное белое сооружение, стоявшее совсем рядом с высившимся Жнецом. Одно неверное движение креветки – и эта конструкция будет разрушена. Но Жнец стоял спокойно и не собирался рушить башню. Оставалось только надеяться, что Калрос, вступив с Жнецом в схватку, уведёт креветку подальше от башни. Мысль о необходимости использовать фрегат для распыления вакцины снова неприятно резанула сознание Шепарда, уже понявшего, что Аликс и Мордин на своём челноке ждут на орбите, когда район башни будет очищен от присутствия Жнеца.       - Впереди немало Каннибалов, а нам нужно пробиться к башне, человек. – сказал старший группы кроганов, когда Мемориал остался немного позади. – Я вызываю транспортёры сюда – к нам идут четыре машины. Вы на пятой, она подойдёт первой, уходите к башне. Оттуда легко попадёте к подножию Жнеца. – кроган не стал называть место назначения, уточнив его иносказательно и понятно для человека.       - Хорошо. – Шепарду не хотелось в этот момент перечить – так или иначе он должен был добраться до Жнеца и активировать молоты, а времени на подготовительные действия уже было потрачено слишком много.       - Не думал, что вы согласитесь, человек. – сказал старший группы. – Впрочем, вам решать. А вот и машина. Садитесь и поезжайте.       - Спасибо за помощь. – Шепард откозырял старшему группы кроганов и нырнул в нутро подошедшего транспортёра.              Водитель, видимо предупреждённый и проинструктированный, резко взял с места и машина буквально скакнула на несколько метров. Затем ход машины был выровнен и спустя сорок пять минут – Шепард точно замерил время по внутренним часам – транспортёр резко тормознул у башни. Капитан выкатился и постарался скрыться от луча зенитного лазера за каменным кубом, неизвестно как здесь оказавшимся.       - Капитан, я забрасываю Мордина сразу на вершину башни. Делайте что-нибудь с Жнецом. – раздался голос Аликс в наушнике спикера. – Сразу, как только Калрос атакует Жнеца, вас подберёт наш челнок. Грэг вывезет вас. Успехов.       - Принято, Аликс. – Шепард единственный раз нарушил радиомолчание, отметив, что Жнец качнулся в его сторону. Вполне возможно, гигантские корабли передавали друг другу информацию о «возмутителях спокойствия», на них объявлялась охота – индивидуальная или совместная – как получится. А сейчас нужно было поднажать, чтобы пробежаться у Жнеца под носом к молотам.       Шепард убедился, что Жнец уже не стреляет по округе, и, выскочив из-за куба, ринулся к лестнице, уводившей вперёд и вверх, к площадке у молотов. На бегу капитан отметил, что наперерез ему спешат две Твари и несколько хасков. Хасков он отстрелял, а от тварей пришлось уворачиваться.       Жнец подключился неожиданно. Огромная лапа, подобная увеличенному во много раз штыку большой сапёрной лопаты, опустилась перед капитаном, впечатавшись в каменные плиты. Пришлось оббегать её, убив двух ринувшихся наперерез хасколюдей.       Вот и путь к первому молоту. Из-за поворота вывернулась Тварь, попыталась преградить дорогу.       Прыгнув на какую-то архитектурную конструкцию, Шепард перекатился, уходя от лапы Твари, взметнувшейся над урезом верхнего края в попытке перехватить дерзкого смельчака. Раздался недовольный рёв, но обелископодобный паралелепипед молота уже был в двадцати метрах. Капитан рванулся и, приблизившись едва ли не вплотную, к молоту, со всей силы впечатал кулак правой руки в клавишу активации, сразу застрелив двух ринувшихся наперераз хасколюдей.       Жнец неожиданно снова вонзил свою лапу в десяти метрах впереди бегущего ко второму молоту Шепарда. Капитан притормозил, оценил обстановку и ринулся влево, чтобы там, застрелив троих хасколюдей, избежать встречи с бегущими наперерез двумя Тварями.       Разделительная дорожка, шириной в несколько десятков метров, ведущая к площадке, на которой остановился Жнец, была пройдена человеком за несколько секунд – редко когда Шепард так бегал в боевом тяжёлом облачении с полной выкладкой. Избежав очередной встречи с Тварью, капитан не стал повторяться и, пристрелив бегущих навстречу двух хасколюдей, рванулся к молоту, больше всего опасаясь, что Жнец снова ударит своей лапой. Жнец ударил в тот самый момент, когда капитан уже впечатал кулак теперь уже левой руки в клавишу активации молота и, наконец, услышал глухие удары двух молотов. Звук от работавших механизмов был способен оживить мёртвого, а не только призвать такую опытную хищницу, как Калрос.       Теперь предстояло как можно быстрее уйти из этого района – острый слух капитана, бегущего прочь от площадки с молотом и свернувшего к отдалённой площадке с какими-то невысокими кубиками, уже различал гул приближавшейся праматери всех молотильщиков.              Грэг гнал челнок как на чемпионском заезде в Брексон-Вилле. Он уже видел Жнеца, видел идущую к Жнецу Калрос, видел бегущего от Жнеца и молотильщицы капитана. Жнец также увидел врага, активировал зенитные и обычные малые лазеры, но их уколы не смогли пробить броню приближавшегося змеечервя. Наоборот, удары лазеров ещё больше разозлили праматерь молотильщиков и теперь Грэг видел взметнувшуюся вверх колонну, размеры которой впечатляли. Калрос атаковала Жнеца в лоб, пытаясь повалить его, но креветка устояла, попытавшись лапой прижать скользкое бронированное тело змеечервя.       Едва не чиркнув днищем челнока о плиты площадки, Грэг нажал клавишу открытия салонной двери, почувствовал толчок – это капитан вскочил в салон - и тут же полого бросил машину в сторону башни Завесы.       - Грэг, надо прикрыть машину с Аликс и Мордином! – Шепард ввалился в пилотскую кабину и уцепился за спинку кресла – Грэг как раз закладывал глубокий вираж, уходя от луча зенитного лазера – Жнец начал бесноваться: Калрос прицеливалась его обвить своим телом. – Калрос не будет больше нападать на креветку в лоб. – капитан посмотрел в иллюминаторы пилотской кабины. – Надо уходить, а то тут будут такие воздушные потоки – она наполовину вылезет из земли, а потом схватит его, обовьёт и утащит. – Шепард глянул на приборную панель. – Вот. Сейчас!       Грэг выполнил команду капитана – челнок рванулся прочь от битвы двух самых крупных по размерам и мощи противников. На экранах было видно, как Калрос действительно обвивает Жнеца, после чего утаскивает его на глубину, перекрыв створки главного орудия и лишив Жнеца подвижности – тело праматери молотильщиков обвило не только торс, но и все три лапы гигантского полуторакилометрового корабля.       - Вижу челнок Аликс, капитан. – доложил Грэг, снижая скорость и видя, как Калрос ввинчивает жертву в землю Тучанки. – Сильна праматерь молотильщиков.       - Сильна. На этот раз она решила за нас проблему. Вряд ли она сможет решать такие проблемы постоянно. – Шепард с трудом отвлёкся от созерцания гигантской осыпающейся воронки.       - Челнок направляется к башне. – доложил водитель.       - Хорошо. Следуем за ним. – ответил капитан.       - Капитан, вы это видели? – на связь вышел Мордин. – Это нечто! Гиганский змеечервь таки победил полуторакилометровую креветку. Я тут снял небольшое видео, думаю, это поднимет настроение и боевой дух защитников Тучанки.       - Посмотрим, Мордин. Посмотрим. – уклончиво ответил Шепард. – Башня устояла, ни Жнец, ни Калрос её не задели, но конструкция всё равно ветхая. Так что делайте всё быстро.       - Угроза пожара, капитан. – вклинилась Аликс. – Коммуникации изношены. Я предполагаю, что при активации распылителей будет перегрузка системы, что только перегреет соединительные и распределительные сети. У Мордина будет полторы минуты, чтобы подойти к ближайшему иллюминатору кабины на вершине. Лифт и подъемник крайне ненадёжны. – сказала киборгесса специально для Мордина.       - Придётся попрыгать. – несколько неуверенно сказал саларианец. – Видимо, я слишком много времени провёл за университетской кафедрой.       - Я вас подхвачу в момент, Мордин. – успокаивающе заявила Аликс.       - Хочу верить в это. Очень хочу. – ответил Солус. – Всё, я собираюсь переходить в верхнюю кабину башни.       - Давайте. Мы подстрахуем. – сообщил Шепард, видя, как челнок подходит к верхней кабине, почти касается её стенки, как Мордин разбивает ударом молотка стеклянную панель аварийного выхода и лезет внутрь.       - Время пошло, капитан. – сообщила киборгесса. – Он уже вставил кассеты и готовится активировать систему. – в проёме челнока встала фигурка Аликс. – Готова подхватить его.       Минута истекла слишком быстро. Аликс не утерпела, перескочила в кабину и на руках вытащила Мордина, перебросив его в челнок без особых церемоний. Послышался стук падающего тела и челнок ринулся прочь от башни, уже расцветавшей невиданным ранее цветком фонтана распыляемой вакцины от генофага.       - Мы наблюдаем распыление. – на связь вышла Чаквас. – У нас тоже есть успехи. Инъекционная вакцина сработала. Оба маленьких крогана теперь здоровы и нуждаются только в восстановительном лечении. Кроганы без проблем смогут его провести.       - Приятно это слышать, Карин. – в разговор вступил Андерсон. – Я получил подтверждение от Евы. Она довольна и даёт нам доступ во все женские кланы. Как бы там ни было, вакцина теперь будет действовать с двух направлений. Надо побольше кроганов пропустить через вакцинацию инъекционным методом – на поверхности небезопасно собирать толпы.       - Сделаем. Матери этих маленьких кроганов убедились, что их дети теперь уже не являются инфицированными генофагом. Ева пообещала провести соответствующую работу среди кроганок. Мы разворачиваем госпиталь, где будем проводить вакцинацию. Потом на короткий срок кроганы будут переходить в свои клановые госпитали – всего на сутки. А там – только амбулаторное восстановительное лечение. – в голосе Чаквас не чувствовалось особой радости – предстояла большая работа. – Я вызываю сюда Хлою и двух медсестёр. Теперь и для них найдётся, чем следует заняться медикам.       - Шепард, я впечатлена. – в разговор вступила Ева. – Предлагаю вам совершить посадку у нашего кланового Храма. Там вас уже ждут Рекс и большинство кроганов клана. Я там тоже буду.       - Грэг? – Шепард, приняв более удобную позу, посмотрел на водителя.       - Доставлю в лучшем виде, капитан. – ответил тот. – Незабываемые ощущения.       - Капитан, разрешите всё же… - вклинилась Аликс. – Считаю, что Мордин заслужил предстать перед кроганами. Пусть убедятся, что не все саларианцы желают им зла.       - Оливи. – Шепард вышел на связь с фрегатом. – Можешь привезти на площадь Явика? Если он захочет, конечно. Пусть кроганы увидят одного из авторов вакцины.       - Могу конечно. – Оливия помедлила. – Явик согласен. Он ушёл готовиться. Как всегда оденет броню. По-иному он не может. Говорит, что война, значит надо быть в боевой броне.       - Может быть он и прав. Мы пока повисим над площадью, подождём вас.       - Согласна. – Оливия переключила каналы.              Сообщив Рексу, что они спустятся только все вместе и должны потому подождать прибытия второго и третьего челноков, Шепард вернулся в салон. Челнок с капитаном на борту кружил над площадью, не приближаясь к её центру. Было отлично видно, как площадь постепенно заполняется кроганами. Пришли и кроганки, что было необычно. Почти все ящеры смотрели на кружащий над площадью челнок, Рекс что-то говорил, его слова передавали по цепочке тем, кто стоял достаточно далеко. Наконец в центре площади стала освобождаться площадка. Рекс, подождав, пока она станет достаточно большой, указал на неё рукой и встал в первых рядах периметра.       - Мы уже на подходе. – почти одновременно сообщили Аликс и Оливия. – Видим, площадка уже готова. Снижаемся.       Кроганы тоже увидели приближавшиеся челноки, размеры свободного пространства на площади стали расти.       - Грэг, передай своим – машины не сажать, зависнуть в метре. Первой – наша машина, за ней – машина с Явиком и Оливией и последней пусть подойдёт машина с Мордином.       - Принято, капитан. Я всё передал, мои коллеги согласны с вашим решением. Выполняю. – Грэг направил челнок вниз, постепенно сокращая радиус кружения. – Готово. Успехов, капитан.       - Спасибо, Грэг. – Шепард открыл створку двери салона и спрыгнул вниз. – Всё, улетай.       - Да, капитан. – Грэг поднял машину вертикально вверх и затем положил её на курс к фрегату. К площади уже приближалась машина с протеанином и старшей киборгессой.              Явик, как и полагается воину, десантировался на площадь с пятиметровой высоты. Появление незнакомого разумного существа несколько взволновало кроганов, но Рекс поднял лапу и что-то коротко рыкнул. Услышав слова вождя, воины клана Урднот успокоились первыми.       Явик не торопился отходить от висевшего в метре от поверхности площади челнока. Он подал руку, за которую уцепилась Оливия и киборгесса легко и свободно спрыгнула на плиты площади.       - Киборг! – выдохнули близстоящие к киборгессе кроганы. – Та самая!       Шепард утвердительно кивнул. Киборгесса огляделась, взяла под руку Явика и направилась к Рексу, пройдя так, чтобы другой рукой подхватить Шепарда. Так втроём они предстали перед вождём клана.       - Шепард. – Рекс улыбнулся своей привычной, совсем не страшной улыбкой. – Вы уже вошли в историю Тучанки. И, как всегда, вошли туда не один, а со своими сподвижниками. Это тот самый протеанин, о котором столько говорили в Экстранете?       - Именно так. – сказал Явик, поворачиваясь к подходившей Еве. – Как здоровье малышей?       - Они вне опасности. – Ева внимательно посмотрела на протеанина. – Полагаю, я должна извиниться за резкость суждений, относительно протеан. Прошу простить меня. Ваша раса умеет удивлять и теперь все кроганы будут знать, что именно протеанская технология спасла нашу расу от генофага.       - Извинения приняты. – прострекотал Явик, видя, как приближается третий челнок. Второй челнок уже уходил к фрегату. – Рекс, сейчас вы увидите того, благодаря кому сработала башня Завесы. – протеанин подождал, пока зависший челнок откроет дверь. Мордин появился в проёме, вызвав смешанный вздох возмущения, негодования и удивления, смешанного с недоумением.       - Да. Это Мордин Солус. Саларианец. Именно он, рискуя жизнью, установил в башне комплекты вакцины и запустил процесс, правильно запрограммировав автоматику. – прострекотал Явик. – Башня, как вы знаете, последняя, лифты не работают – они давно не использовались. Ветхая конструкция. Мордин рискнул и сделал всё, чтобы вакцина распространилась по планете. Результаты вам известны – вакцина действует.       - Я подтверждаю это. – сказала Ева. После её слов гул возмущения начал стихать. – Мы ещё раз на деле, а не на словах убедились в том, что не все саларианцы желают нам, кроганам, только зла. Среди них есть и те, кто желает нам, кроганам, добра. Полагаю, поступок Мордина по своему содержанию и значению достоин внесения в историю расы кроганов. – шаман уловила одобрительный гул. – Считаю, что присутствующие здесь мои соплеменники высказались вполне определённо.       - Если наши гости не возражают, мы можем всем им предложить остановиться в апартаментах. – сказал Рекс.       Среди нормандовцев предложение вождя клана возражений не вызвало.       Склонившись к Шепарду Рекс добавил:       - Многие захотят пообщаться с вашими киборгессами, саларианцем и протеанином. Особенно с протеанином. Никто не будет обделён добрым вниманием, уверен.       - Хорошо. – капитан отметил, что кроганы стали расходиться, вероятно, поняв, что собрание подошло к концу. – Ева?       - Зовите меня по моему настоящему имени. – кроганка сверкнула своими глазами. – Бакара.       - Хорошо. Тогда и вы меня тоже по имени – Джон.       - Это приятно и приемлемо. – сказала шаман. – Уделите мне некоторе время. Хочу с вами переговорить. Как вы, люди, иногда выражаетесь, «по широкому кругу вопросов». И, предупреждая ваш вопрос, Джон, скажу – вам открыт доступ в женские кланы. Можете сами убедиться – наши маленькие кроганы, получившие вакцину, уверенно и быстро выздоравливают.       - Главное, что они будут здоровы. – капитан повернулся к Оливии, Аликс и Мордину. – Идёмте, друзья, покажу вам ваши комнаты в апартаментах. Нечего гонять челноки туда сюда на фрегат и обратно. Нам предстоит здесь ещё задержаться.       - Мы знаем, Джон. – Оливия едва заметно кивнула, дав понять капитану, что подтекст «задержаться» всеми понят правильно.              Разместив коллег в комнатах, Шепард вернулся к себе. На пороге его встретил знакомый пыжак – капитан уже научился различать этих смышлёных разумных зверьков. Усевшись на плече у капитана, пыжак устроился поудобнее, продолжая вертеть головой и посверкивать любопытными глазёнками. Видимо, он привык к тому, что рано или поздно капитан вернётся в свою комнату и теперь почти постоянно пребывал здесь, ожидая постояльца.       Не обращая особого внимания на компаньона, ведущего себя весьма пристойно, Шепард вышел на связь с Чаквас.       - Карин, как там?       - Есть определённые улучшения. Знаю, вас встретили на площади сдержанно. – врач говорила спокойно, по-деловому.       - Мы и не ожидали бурных восторгов, обниманий и лобызаний. – заметил капитан. – Главное, что никто не стал предъявлять претензии к Мордину. Да и появление Явика сыграло свою роль.       - Слышала. Ева теперь по-иному говорит о протеанах. – уточнила Чаквас. – нам нужны будут ещё несколько дней, точнее - несколько суток, чтобы закрепить успех и обучить местный персонал. Минимум – сутки.       - Полагаю, они у нас будут.       - Светлана связывалась со мной. Она в курсе всего происшедшего. Сейчас спит, дети толкаются сильно. Беременность опережает график на месяц и больше. Просила, чтобы я проконтролировала тебя. Джон, не подводи меня, поешь поплотнее и выспись. Думаю, до завтрашнего утра проблем не будет. Сканеры «Волги» и «Нормандии» предупредят, если Жнецы сунутся.       - Постараюсь, Карин. – Шепард и не хотел перечить врачу фрегата. – Сделаю, как просите.       - Надеюсь, Джон. Светлана и так перенервничала, наблюдая, как вы прыгали между лапами Жнеца и тушами Тварей.       - Опять. Я же её просил. – с долей искреннего недовольства и сожаления протянул Шепард.       - Это в её натуре, Джон. Она любит вас, боится за вас и хочет, чтобы вы остались живы и здоровы. Она беспокоится за вас и, полагаю, очень часто о вас думает. – уточнила Чаквас. – Ладно. Отдыхайте. Вам надо поесть и выспаться. Если вы не сделаете всё это надлежащим образом, Светлана будет недовольна – она почувствует вашу усталость и ваш голод, уверена.       - Хорошо, Карин. До связи.       - До связи. – Чаквас переключила каналы.       Убедившись, проведя конференцсвязь, что у сокомандников всё в норме, Шепард поужинал и лёг спать. Пыжак устроился рядом с ложем на каменном табурете. Он явно не хотел покидать постояльца, но, как убедился капитан, не хотел и предаваться любимому занятию – шарить по закоулкам и тащить всё, что привлечёт внимание, в «улей».              Наверное, в этот раз Шепард спал очень крепко. Настолько крепко, что сквозь сон услышал только самый конец разговора Светланы и Аллы. Услышал не из динамика наушного спикера, а вовне. Услышал и не поверил, подумал, что сон. А когда спустя несколько часов открыл глаза, то увидел рядом Светлану. Настоящую. На лице супруги читалось лёгкое беспокойство. Рядом с ней, чуть поотдаль стояла Алла. Врач крейсера была спокойна, но несколько недовольна:       - Шепард, Джон. Я же вижу, что вы проснулись. – Алла проговорила это тихо, чётко и быстро. – Убедите вашу жену в том, что вы в порядке. Она меня не послушала, подхватилась в шесть утра по корабельному, попросила приготовить челнок и прибыла сюда со всей поспешностью. Кроганы были в ауте, когда она прошла прямо в апартаменты к вам. Они, конечно, знали, что вы женаты, но, похоже, Светлана попутно ранила несколько десятков двойных кроганских сердец. Ей серенады петь пытались в стихах и в прозе. У вас появилось немало соперников. Понимающих соперников, но всё же.       - Светлан. – тихо проговорил капитан. – Я – в порядке, в полном порядке. Вот – уснул как убитый. Алла может подтвердить – пациенты так не спят. Так спят здоровые и целые люди.       - Подтверждаю, Светлан. Он спал, как учили – спокойно, глубоко и неподвижно. По нему и не скажешь, что он прогулялся под Жнецом к молотам. – Стрельцова спрятала довольную улыбку.       - Джон. – Светлана присела на каменный стул рядом с ложем. – Надеюсь, очень надеюсь, что это так. Ты уже и компаньона себе завёл? – она протянула руку к сидевшему на другом каменном стуле пыжаку и тот несмело протянул навстречу свою лапку. – Какой вежливый! – восхитилась Стрельцова. – Я думала, он испугается и ускачет, а он здороваться решил. Ну, здравствуй. – она легонько двумя пальцами сжала лапку пыжака. Тому понравилось и он прыгнул Светлане на плечо. – Ага. Любит он, оказывается, сидеть на плечах. Прямо египетская кошка. – Светлане поведение пыжака явно нравилось. – Хорошенький! – она протянула пыжаку другую руку и тот вложил в неё свою лапку, словно закрепляя приязнь. – Ну, если нравится, сиди. Если уж пыжаки к тебе, Джон, неравнодушны, может, действительно ты тут в полной норме. Я уже здесь и хочу многое увидеть. С Евой я уже говорила, с Рексом тоже. Меня пригласили в женские кланы, пойду вот сейчас с Аллой, помогу Чаквас. Вижу, что ты вполне оклемался. – она провела рукой по лбу Шепарда. – Не горячий. Ладно, отдыхай. Сегодня у тебя вроде как день отдыха. Знаю, не усидишь. Поешь только поплотнее. – она встала и вышла, сопровождаемая Селезневой.       Позавтракав пайком, Шепард прошёл в залы. Мордин собирался в военный лагерь, его заинтересовала подготовка кроганских воинов и он, видимо, намеревался собрать побольше материала для каких-то своих научных изысканий. Ева с Рексом уединились в тронном зале и что-то обсуждали из разряда планирования крупных дел. Явик ушёл к воинам-охранникам, решил пообщаться с действующими опытными воинами. Присев у каменного стола, капитан раскрыл инструментрон и углубился в работу. Приняв доклады от сокомандников, он уяснил себе, кто из них где находится и чем занят, убедился, что с ними всё в порядке. Служба наблюдения крейсера и аналогичная служба фрегата прислали свои отчёты и уведомления об изменениях обстановки в звёздной системе. Пока всё было в норме. Через несколько минут Шепард полностью погрузился в работу и не прерывал её до самого вечера.       - Джон, ты ведь не обедал? – Светлана подошла сзади, положила обе руки на плечи мужа. – Заработался. Хорошо, что хоть ужин ещё не начинался. – Она легонько потянула Шепарда за собой. – Идём, я приготовила тебе поесть.       - Светлана… - несколько укоризненно сказал Шепард. – Ты ведь и сама не ела. Как только Алла такое допустила?       - У Аллы в женских кланах предостаточно работы оказалось. Ну а меня отуда выперли, сказали, что я в своём «положении» должна беречься и побольше отдыхать. Я и не знала, что у кроганок тоже такие воззрения на поведение женщин во время беременности. Особенно настаивала Ева. Что мне делать было? Пришлось подчиниться. Зато я пообщалась с воинами и рабочими-кроганами, сняла многие вопросы с разбитыми сердцами. Так что теперь у меня здесь что-то вроде карт-бланша – могу ходить куда угодно и когда угодно. В рамках общих приличий, конечно. Идём. – она решительно заставила Шепарда встать, закрыть инструментрон и последовать за собой.              В комнате, где обитал капитан, было прибрано. Пыжак сидел на стуле, сверкая своими глазёнками и, чувствовалось, был сверхдоволен.       - Я его покормила. Интеллигентно ест этот гражданин. – с улыбкой сказала Светлана, подводя Шепарда к накрытому столу. – Питаешься тут в сухомятку пайками. Надо тебя домашним покормить. Я и приготовила. Садись и ешь.       - Я сяду и буду есть, Светлана, если только и ты тоже сядешь и поешь. Спасибо, конечно, за приборку моей берлоги, но тебе…       - Мне было приятно это сделать, к тому же мне необходимо двигаться и чем-то быть занятой, Джон. На крейсере меня ограждают буквально от всего, трясутся надо мной как над китайской вазой. Я всё понимаю, насколько это для меня вообще возможно понять, но простаивать и бездельничать – это точно не в моём характере. Алла не возражает, говорит, что тонус надо поддерживать. Карин и Хлоя тоже не против. Вот я и прибралась. Немного. – Светлана присела рядом с Шепардом, положила ему руку на плечо, прижалась. – Я рада, что хоть сейчас могу побыть рядом с тобой. Знаешь, как мне надоело сидеть на корабле, пусть даже и своём, и знать, что ты рядом, но на другом корабле. И нужен челнок, чтобы просто тебя увидеть въяви. Не люблю пользоваться командирскими привилегиями, хотя мне Титов и Селезнева столько привилегий напланировали… Стыдно и не удобно. Ты ешь, ешь. Насыщайся. А то с ложки тебя покормлю, неуёмный ты мой. – Светлана поцеловала мужа в макушку. – Ешь. Я уже поела, Алла настояла и я перекусила, между делом. Привычка.       - Тебе, Света, уже нельзя между делом. – капитан отложил большую часть своей порции на чистую тарелку. – Ешь. Тебе надо есть за себя и ещё за двоих.       - Ладно. – Светлана взяла ложку и принялась за еду. – Если ты настаиваешь… Тогда я тебе расскажу о том, что мне удалось сегодня увидеть и понять.       - Ага. Нет, Светлан. Ты это сделаешь позже. – Шепард налил в чистый бокал травяной настой. – А сейчас ты поешь без всяких разговоров. Лады?       - Лады, Джо. – Светлана замолчала и стала быстрее орудовать ложкой и вилкой, видимо, спеша освободить время для разговоров. Поев, она с удовлетворением посмотрела, как Джон быстро собирает и моет посуду. – Вот сегодня я была в нескольких женских кланах…       Рассказ понравился Шепарду. Он не сколько вникал в суть, сколько наслаждался возможностью услышать и увидеть свою подругу не по видео, а вот так, на расстоянии вытянутой руки. Светлане было приятно ощущать это наслаждение и она тоже была довольна возможностью быть рядом с главным другом. Её грела мысль о том, что и дети рады побыть рядом с отцом, с папой. Да, Алла убедила её, что беременность протекает с опережением графика и теперь уже на её личном календаре не четвёртый, а даже пятый или шестой месяц. Вполне возможно, что Светлана сама задала себе такой график и такой темп – она не хотела отстраняться от реальной командирской работы очень уж надолго и если впереди не шесть, а всего четыре месяца беременности, то это всё же лучше, чем быть лишённой возможности работать в полную силу в течение ближайшего полугода.       Шепард присел рядом с женой на широкую лавку, продолжая слушать её рассказ. Светлана привыкла, что он нечасто взглядывает на неё, но всегда внимательно слушает и прекрасно читает её состояние.              Следующий день Шепард посвятил общению с Евой и Рексом. С вождём клана долго обсуждался вопрос о нейтрализации зарядов, установленных на планете турианцами. Разведгруппы ящеров обследовали места закладки зарядов, несколько зарядов кроганы сумели нейтрализовать сами, а вот два-три крупнейших трогать не решились. Переговорив со специалистами фрегата, Шепард заручился их поддержкой и согласовал вопросы их прибытия и работы с Рексом. Было решено принять специалистов завтра утром в главном лагере клана, разместить и на следующий день после прибытия, когда будут окончены подготовительные работы, приступить к разминированию этих зарядов. Завершая разговор, Рекс поделился своими опасениями:       - Ваша бывшечеловеческая организация «Цербер» пытается проникнуть на планету. Убеждён, Джон, что, узнав о разоружении нескольких крупнейших зарядов, они уже точно попытаются нам помешать завершить эту работу. Как слуги Жнецов, церберовцы не заинтересованы в росте силы и влияния кроганов. Планета слишком велика, а этим хасколюдям её условия… мягко говоря – привычны. Есть тут у нас одна крупнейшая и по размерам и по мощности заряда бомба и моя разведка клана доложила не так давно – «Цербер» сделает всё, чтобы перевести эту бомбу под свой контроль. Мы там держим слабые силы. Увы. Слишком много хасков прорываются в разные районы нашей планеты. – Рекс не скрывал перед Шепардом проблем. – Ладно. Ева ждёт, у неё тоже есть о чём с тобой переговорить. – вождь клана уселся за стол, пододвинул к себе экран инструментрона. – Много работы. А с документами – в особенности. Иногда чувствую себя… как вы люди, это называете… бюрократом, столоначальником. Иди, Джон.              Выйдя от Рекса, Шепард увидел спешившую навстречу Еву. Кроганка была чем-то взволнована:       - Простите, Джон. Я озаботила Рекса, чтобы он дал мне больше времени… После того, как вы дали кроганам действующую вакцину и сумели призвать Калрос для уничтожения Жнеца… у нас слишком многое изменилось в сообществе. И мне тоже надо меняться. Всем женщинам-шаманам кланов кроганов надо меняться. Мы уже передали информацию об излечении слишком многих кроганов от генофага во внешние кроганские колонии. Оттуда она уйдёт к мелким группам кроганов и к отдельным кроганам. Мы, Джон, постараемся, чтобы как можно больше кроганов получили вакцину. – Ева, наконец, отыскала подходящую пустую комнату, прошла первой внутрь и сделала приглашающий жест. – Я… я должна вам рассказать то, что не рассказывала никому. – она прикрыла дверь, пропустив только становящегося постоянным спутником капитана пыжака. – Не знаю, выживет ли раса кроганов в этой войне с Жнецами или погибнет, но уже то, что мы перестали быть зависимы от генофага и теперь женщины-кроганки спокойно беременеют, вынашивают и не менее спокойно рожают, зная, что у них будут здоровые и нормальные, а главное – живые многочисленные дети… стоит очень дорого. – Ева-Бакара присела на лавку, сделала жест рукой. – Не стойте, Джон, присаживайтесь.       Шепард опустился на лавку рядом с шаманом. Бакара кратко рассказала капитану о том, что происходит в женских кланах и что ещё не успело попасть в документы и файлы.       - Мне сложно об этом говорить, Джон. Мы, женщины кланов, и раньше знали, что не все саларианцы – плохие. Многие саларианцы не были согласны с политикой, проводимой далатрессами. Очень многие пытались нам помочь. Приходилось, конечно, давать им такую возможность – когда ты тяжело болен и перспективы у тебя не самые радужные, когда ты знаешь, что и сама можешь умереть и умрёт, скорее всего, твой ещё нерождённый ребёнок, то многое воспринимается совершенно по-другому, очень многое. Мужчинам-кроганам это даётся легче, они не настолько зациклены на внутреннем, личностном мире, как мы, женщины-кроганки. А нам… Эта зацикленность тяжела и физически и ещё больше - психологически. Так случилось, что я и сама выжила после экспериментов, проводимых одним саларианцем. Имени его я называть не буду – он всё равно уже умер, я это точно узнала и у меня есть доказательства его физической смерти. Не хочу, чтобы его неудачи повлияли на судьбу его родственников и тем более – детей. Мы все – живые и всегда обречены делать ошибки. Он уже заплатил смертью за то, что я единственная выжила из двадцати кроганок, давших согласие на участие в его экспериментах по излечению генофага. Было… сложно. Позвольте мне опустить многие медицинские и личные подробности, не озвучивать их. Я после того, как единственная осталась в живых, была очень слаба. А тогда ведь кроганы-мужчины не были настолько существенно и серьёзно отделены от женских кланов даже территориально. Этот саларианец… он едва избежал смерти – настолько наши мужчины были недовольны смертями кроганок. Их можно понять, они хотели продлить себя в детях, а генофаг… Генофаг этого не давал сделать. Редко какой кроган-мужчина мог сказать, что его ребёнок… выжил и прожил больше года. Год – это очень критично тогда было для нас, кроганов. Если ребёнок выживал в течение года – можно было надеяться, что он выживет и дальше. Не только надеяться, но и верить. А мне… мне потом, после того, как я выжила, предложили стать шаманом. Кроганки ведь тоже гибли во множестве – и во время беременности, и во время родов, и впоследствии – от истощения… По многим причинам гибли. Я сумела за несколько месяцев окрепнуть, это было… нелегко. Тогда я часто думала, что вот-вот умру. Наверное, это посчитали неким испытанием, которые проходит любой кроганский шаман перед посвящением. Поэтому мне предложили только одно испытание – я должна была выжить в пещере. Просто выжить. Тогда я не знала, что это за испытание. А когда узнала – у меня только одна мысль была – вылезти из этой пещеры как можно скорее. – Бакара помедлила. – В общем, я согласилась на это испытание. Мне выдали немного еды, воды и замуровали. Темно, звуков – минимум. Сутки-двое я протянула без проблем. Сложно было во тьме ориентироваться, я старалась меньше двигаться, берегла воздух и силы. Время внутри текло по-особому, я не всегда точно могла сказать, сколько прошло времени с того момента, как за мной окончательно завалили выход из пещеры. Иногда мне казалось, что прошло несколько часов, иногда – что прошёл год. Когда я оттуда, из пещеры, выбралась… Оказалось, что прошло всего лишь семь дней. Неделя по-вашему счёту времени, Джон. И я выбралась оттуда только потому, что уже через трое суток начала голыми руками копать ход наружу. Я не была уверена даже, что копала в нужном направлении – с равным успехом я могла часами копать не наружу, а вглубь холма, где была эта пещера. До сих пор не понимаю, не знаю точно, что мне помогло тогда определить в полнейшей темноте нужное направление и раз за разом продолжать копать. Сначала я копала голыми руками, ободрала их до крови, хотя кроганская кожа… достаточно твёрдая и обычно - нечувствительна к подобным… раздражениям. Потом я откопала какой-то кристалл, когда я его ощупала, я поняла, что он заменит мне… как вы это люди, называете, лопату. И дальше я уже копала кристаллом. Это сберегло мне целые часы работы и очень много воздуха, ведь тогда, когда копаешь, начинаешь дышать чаще и надо уравновесить затраты на работу и результат этой работы. Я не знала, что тогда, копая, стремясь выйти наружу, я обрела качества, необходимые шаману клана. Я тогда даже не знала, что беременна, Джон. А потом, когда я выбралась наружу и приняла посвящение… Я родила мёртвого ребёнка. Преждевременно. Не доносила его до срока. И тогда, когда я его родила… я почувствовала, что действительно стала настоящим шаманом. Женщиной-шаманом. Положение кроганок… всегда было очень сложным. А когда по нам, кроганам, применили генофаг, женщинам стало особенно трудно. Ведь мужчинам-кроганам сложно объяснить, что ты не можешь стать родильным автоматом, что после того, как в очередной раз ты рожаешь мёртвого или больного ребёнка, который вскоре умирает, тебе нужно много времени просто для того, чтобы восстановиться и подготовиться к новому соитию и новой беременности, которая всё чаще оказывалась… мягко говоря, проблемной. А мужчины-кроганы гибли в боях, гибли в схватках. Численность кланов сокращалась постоянно. Ведь многие кроганы-мужчины становились наёмниками, улетали воевать, стрелять, бороться не за интересы расы или клана, а просто потому, что здесь, на Тучанке, они не находили себе достойного применения. Они, проще говоря, здесь были не нужны, Джон. А мы, женщины-кроганки… Должны были оставаться здесь. Немногие из нас рисковали надолго покидать Тучанку, выходить в большой мир, единицы, максимум – десятки оставались жить на станциях и на других планетах. Было бы легче знать, что генофаг действует на кроганов только в пределах планеты. Может быть, такое знание вызвало бы массовый исход и кроганы, переселившись, обрели бы свободу от генофага, но когда выяснилось, что кроган несёт это в самом себе и это проклятие невозможно изъять из его сути и тела… Это многих, очень многих кроганов подкосило. Мужчины стали неуёмны в своём стремлении продолжить свой род, участились нападения на женские клановые лагеря. Тогда нам, женщинам, пришлось осваивать не только сугубо домашнее хозяйство, но и искусство войны. Мы слишком долго шли к пониманию того, что на любое нападение надо отвечать сокрушительным ударом, часто – приводящим нападающего к смерти. Очень долгое время, Джон, кроганок неизменно судили и сурово наказывали за то, что они посмели убить или искалечить напавшего на них кроганов. Знаю, в вашем людском мире… во многих, как вы это называете, странах было понятие «необходимая оборона». Может быть нашему обществу было невыгодно защищать слабых, посмевших лишать сильного нападающего самого дорогого – жизни. Может быть. Но в результате кроганки стали воинами. – Ева помолчала. – Это сложно. Когда даёшь жизнь, сложно свыкнуться с мыслью о нормативности отбирания жизни. Ведь инстинкт продолжения рода – один из самых сильных. И противиться ему могут только очень цельные личности. А большинство кроганов тогда уже пытались просто выжить. Многие бежали с планеты, стремясь реализовать себя. Но где может реализовать себя двухметровый ящер весом под полторы тонны? Только там, где нужны будут его физическая сила и умение метко и быстро стрелять. А те мужчины-кроганы, которые оставались здесь, на Тучанке, очень редко могли позволить себе заниматься наукой, культурой, производством. Войны приводили к исчезновению многих кланов… Теперь, когда генофаг побеждён, когда всё больше кроганов ощущают себя здоровыми… У нас будет, Джон, возможность, осознать себя в новом мире. Наверное, нам следует понять в первую очередь, что мы – единый народ, единая раса. Раньше мы считали, что единственное, нас объединяющее, самое действенное – это то, что любой кроган любого пола был инфицирован и приговорён генофагом. А теперь мы попытаемся объединиться в борьбе с Жнецами и их пособниками. Попытаемся стать расой воинов. Умеющих воевать, любящих воевать и… - Бакара снова помолчала несколько минут, - воюющих не потому, что большинство кроганов ничего толком делать и не умеют, а потому, что теперь у нас есть будущее. Я знаю, как смотрели на вашу жену, Джон, кроганы-мужчины. И должна перед вами извиниться за их поведение. Они, может быть, часто видели беременных кроганок, но при этом знали, что большая часть детей погибнет ещё до рождения, часть детей – во время рождения и часть детей – после рождения. Они утратили веру в святость беременной женщины. Стали рассматривать женщину… утилитарно, что ли. На уровне родильного автомата. Ведь столько попыток надо сделать, чтобы зачать, выносить и родить живого и жизнеспособного ребёнка. Это может понять полностью только женщина. Мужчинам это по разным причинам понять в совершенстве не дано эволюцией. Я не знаю, почему так устроено это, Джон. Но я видела, как жадно смотрят на вашу жену мужчины-кроганы. Они знали, что Светлана непременно родит здоровых и крепких детей. Только потому, что она – не кроган. Это… напрягающие мысли, Джон. Я не оправдываю мужчин-кроганов. Я уже извинилась перед Светланой за их поведение и теперь прошу прощения у вас, её мужа и главного друга. – Бакара помолчала с минуту, собралась с мыслями. – Теперь… кроганы начинают успокаиваться. И кроганки – тоже. Они уже не чувствуют себя постоянно объектами известных домогательств. Они теперь могут выбирать, а кроганы должны будут доказывать не только свою физическую силу, но и свою… разумность, что ли. Это даёт нам, кроганам, возможность поверить в то, что мы теперь точно выживем, если, конечно, не наделаем очередных глупостей. Среди этих глупостей я особо выделила бы нашу разобщённость, Джон. Мы – вроде бы единая раса, но у нас полно разномасштабных кланов, которые постоянно конкурируют между собой. И это – на единственной родной планете кроганов. Мы продолжаем балансировать на грани исчезновения. Продолжаем. – в голосе Бакары проявилась острая душевная боль. – Мне сложно говорить с кроганками, ещё более сложно – с кроганами. Тяжело вот так, сразу, поверить, что теперь генофаг над нами не властен, что теперь не нужно убивать друг друга, теперь нужно искать работу, а не гибель в сражении или в очередной… межусобице. Сложно это. Но я знаю, что должна делать это. И, Джон, я говорю вам это одному из первых дорогих для меня разумных. Я дала согласие на брак с Рексом. И я… беременна от него. Надеюсь, очень надеюсь, что известие об этом поможет объединить кланы лучше любых договоров. Если клан един, он силён и к нему неизбежно будут присоединяться другие. Надеюсь, что спустя несколько месяцев мы станем единым народом, Джон, единой расой. Расой, излечившейся от генофага и обязанной теперь избавиться от столь опасных и сильных врагов, какими, безусловно, являются Жнецы и их приспешники. Я знаю, Джон, вы уничтожали, уничтожаете и будете уничтожать хасков. Знаю, что многих кроганов Жнецы тоже… обратили. И потому среди хасков будут вам и вашим сокомандникам, вашим отрядовцам встречаться… бывшие кроганы и их… объединения с представителями других рас. Я собираюсь помочь Рексу объединить кроганов ради общего будущего расы, ради победы над Жнецами и ради послевоенной мирной созидательной жизни. Рекс обещал мне, что направит значительную часть усилий на реализацию такой задачи. – Ева помолчала. – Я собираюсь вскоре уехать, посетить многие кланы кроганов, рассказать о том, чему сама была свидетелем. Я знаю, что я уеду уже этим вечером. И хочу перед отъездом сказать вам, Джон, что теперь у вас на Тучанке есть не только друзья, но и подруги. Я хочу, чтобы вы считали меня своей подругой, Джон. И знали, что Уроднот Бакара всегда будет рада видеть и пообщаться с вами. Я горда знакомством с вами и вашими коллегами, Джон. И буду говорить о них, о вас очень многим кроганам, потому что ваша история теперь крепко связана с историей моей расы и моего народа. Потому кроганы теперь не замкнуты в узком мирке своей материнской планеты. Они смогут стать не только воинами и охранниками, но и инженерами, учёными, производственниками. Они смогут найти себя во множестве областей. – кроганка пошарила в своей сумке. – Это – тот самый кристалл, с помощью которого я выбралась из замурованной пещеры. Пусть он будет теперь у вас. Он помог мне, вы помогли всем кроганам и достойны иметь этот кристалл. – она вложила в ладонь Шепарда пластину. – Простите, Джон. Мне надо идти, я хочу переговорить и попрощаться с Мордином и Явиком. До сих пор чувствую себя не слишком комфортно, потому что высказала недоверие протеанам, не зная, насколько они совершенны. Я надеюсь лично ещё раз попросить прощения у Явика. Он может меня не простить – это его право. Но я всё же попрошу. – Бакара встала. Следом встал капитан. – Спасибо вам, Джон. Вы изменили не только кроганов, вы изменили меня. И теперь я сделаю всё, чтобы кроганы стали единым народом, единой расой. Буду делать то, что мне, женщине-кроганке, доступно. Буду говорить. Буду рассказывать. Буду объяснять и свидетельствовать. Не только как шаман клана, но и как женщина. Ещё раз, Джон, спасибо вам. – Бакара, отвесив Шепарду лёгкий поклон, вышла.       Пыжак, всё это время просидевший неподвижно, вернулся к Шепарду и вскочил на свободный стул. Капитан направился к двери и пыжак поскакал за ним, смешно помахивая хвостом с роскошной кисточкой. Этакий сопровождающий, метящий в компаньоны.       Вернувшись к себе в комнату, Шепард нашёл там спящую Светлану. Стараясь не шуметь, капитан прошёл к столу, включил инструментрон и погрузился в работу. Надо было просмотреть все доступные материалы по турианским боевым зарядам особой мощности и способам их нейтрализации. Синтеты Отряда сбросили немало файлов с новой информацией, требующей изучения, обработки и осмысления. Снова работа заставила капитана забыть обо всём.       Пыжак неподвижно сидел на свободном стуле, изредка поворачивая голову и посверкива любопытными и умными глазёнками. Ему определённо нравилась тишина и покой и он не собирался шебуршиться и шуметь.