Сверкающие глаза

      Квартира на Цитадели. Он никогда не думал всерьёз об этом. А теперь уже несколько месяцев он приходит сюда и чувствует себя здесь хозяином. Постоянно помнит о том, что это – Цитадель, что эта станция в его время была отдана под размещение только верхушки протеанского сообщества, самых богатых, самых знатных, самых зажиточных, может быть – самых разумных и умных протеан его эпохи. Цитадель в его время была для подавляющего большинства жителей Империи легендой. Здесь редко кто бывал из миллиардов обитателей тогдашней Галактики. Сюда было невероятно трудно попасть. А теперь он не просто бывает на Цитадели, на этой станции, оказавшейся в полном смысле этого слова вечной, он здесь живёт и работает. Не только в Городке Штаб-Квартиры, но и на самой Станции. Совершенно неожиданно он стал представителем Старшей Расы, получил возможность на многое посмотреть с точки зрения разумного органика, пришедшего в сегодняшний день из далёкого прошлого. Пятьдесят тысяч лет сна. Анабиоза. Да за такую надёжность надо было умникам его времени памятники ставить, ведь расчёты не шли дальше десятка тысяч лет. А оказалось, что система способна поддержать жизнь мозга и тела полсотни тысяч лет. Да, в его время на такие сроки… даже не замахивались.       Журчание воды. Он по-прежнему иногда полощет пальцы и руки в проточной воде. Слишком много знаков на Цитадели. Они наслаиваются друг на друга. Они интересны, ценны, полезны. Но их слишком много. Десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы. Очень редко, когда ему удавалось найти место, в котором не было бы больше нескольких десятков таких знаков. Да, сегодняшние Хранители стараются отчистить Цитадель, привести её в больший порядок. Но теперь и сами жители Станции внимательнее стали относиться к истории Галактики, с которой Цитадель, как оказалось, связана неразрывно. Поэтому многие исследователи просят Хранителей прежде чем окончательно зачищать какое-либо помещение или подвергать уровень или этаж перепланировке, дать им возможность провести полный комплекс исследований. Пришлось и ему, протеанину, поспособствовать этим работам и изысканиям, помочь создать приборы, которые способны фиксировать и читать эти знаки. Всё равно той полноты, какая доступна ему, органику, любые приборы обеспечить не смогут ещё очень долго. Преимущество Старшей Расы. Те самые «игрушки», обеспечивающие ему не теоретическое, а практическое превосходство.       Сейчас Явик старался не думать об этом преимуществе. Несколько часов назад он снова проверил содержимое памяти, сознания и мозга Миранды Лоусон. И теперь не знал, как реагировать на то, что обнаружил. Слишком хорошо он помнил, как Оливия, Аликс и Светлана говорили с Шепардом о том, что необходимо продолжать поиски пропавшей бесследно Дэйны. Слишком хорошо он это помнил. Иногда он считал свои возможности и способности настоящим проклятием. Как, например, в этот раз. Тогда, поговорив со Светланой и киборгессами, зная, что главный врач крейсера разведки тоже рядом и готова вмешаться, если потребуется медицинская помощь, Шепард принял нелёгкое для себя решение – продолжать искать Дэйну. И вот теперь Явик знал, что Дэйна действительно попала в руки «Цербера». Попала в бессознательном состоянии – именно поэтому никто: ни стандартные службы контроля, ни Мирала не смогли отследить её перемещение и нахождение. Протеанин не сомневался в том, что и сейчас её местоположение невозможно отследить, но уже по совершенно другой причине – Дэйна попала в руки Жнецов, а они… Они владели такими технологиями, что след того разумного, который попадал к ним, практически исчезал. Надёжно исчезал.       И в то же время Явик не мог не дать хода этой информации. По меньшей мере Шепард теперь будет знать, на кого обрушить целенаправленный гнев, ярость, недовольство. На «Цербер», конечно же. Больше не надо будет рассылать тысячи повторных запросов. Больше не нужно будет ждать ответов. Предстояло решить, как, в какой форме и что сообщить Шепарду.       Он будет рад этой… определённости. Рад и в то же время – расстроен. Да, теперь он будет знать, что Дэйна – в руках церберовцев. Но его теперь будет мучать один вполне предсказуемый вопрос – где она? Где именно церберовцы держат Дэйну? Как ни старался Явик, как ни пытался он это уточнить, сканируя память и мозг и сознание старшей Лоусон, он несколько раз убедился в том, что Миранда этого не знает. И узнать, скорее всего, не сможет. Сейчас, когда до схватки с силами «Цербера» в Солнечной системе осталось меньше года, терять такого агента как Лоусон, было нельзя. Через неё в Отряд, а затем в Сопротивление шла важная информация о деятельности и о планах «Цербера», помогавшая Силам Галактического Сопротивления опережать Жнецов или конкурировать с ними на равных.       Явика смущало устройство, закреплённое на голове Дэйны. Просмотрев, насколько это было вообще для него возможно, всю доступную для него информацию о «Цербере», накопленную Сопротивлением, он не знал, как относиться к тому, что ему стало известно – да, такое устройство подавляло волю и сознание разумного органика, но его, как оказалось, церберовцы ставили всем разумным органикам, кто попадал в их распоряжение. Так что Дэйна не была здесь каким-то исключением и потому оставался открытым другой важный вопрос: что её ждёт дальше? Протеанин не сомневался, что церберовцы похитили Дэйну целенаправленно. Он не сомневался, что они знали, кто она и что она значит для Шепарда. И, вполне возможно, намеревались отомстить Шепарду за… очень многое. Отомстить, ударив Шепарда очень больно.       - Командир, прошу разрешения прибыть для разговора. – Явик решительно надавил клавишу-сенсор спикера. – Да, хорошо. Понял. К вечеру буду на борту фрегата. – он переключил каналы.       Договорённость о встрече с Андерсоном теперь была. Но Явика не тянуло вот прямо сейчас, немедленно возвращаться на «Волгу». Он не сомневался в том, что Селезнева внимательно за ним наблюдает. И вполне может понять, что он вернулся на борт крейсера не только чтобы привычно продолжать работу над содержимым «обелисков». А там… там она поймёт, почему он вернулся вот так и – пойдёт-поедет. Не Селезнева, конечно, пойдёт-поедет, а ситуация. Потому для Явика сейчас было важно максимально надолго задержаться у себя в квартире. Задержаться до того момента, когда времени хватит только на перелёт к фрегат-крейсеру от станции и на путь от ангара до командирской каюты. Слишком хорошо было известно протеанину о правиле «пятнадцати минут». Сейчас это правило можно было использовать. Пока можно было использовать.       Явик продолжил полоскать лапы в проточной воде. Теперь он обдумывал то, как следует поступить, как следует построить разговор с Андерсоном, какую информацию ему передать словами, а какую - напрямую. Он не мог обойти его, командира фрегата. Шепард был учеником Андерсона, его заместителем. Явик знал, что случись что – и команда и корабль примут в качестве командира только Шепарда. Никого другого. Так уж сложилось. И обходить Андерсона, обращаться сразу к Шепарду Явик считал неоптимальным выбором. Потому и хотел, чтобы Андерсон и только он знал хотя бы важнейшую часть информации, новой информации о Дэйне. Явик сможет ему пояснить безмолвно очень многое. Затем Андерсон, может быть даже с Явиком прибудут к Шепарду. Встретятся с ним. Надо сделать всё, чтобы тогда рядом с ними не было Светланы: у неё и без того достаточно хлопот с детьми. Да, киборгессы - и не только они – помогают, но если у Светланы от усилившихся волнений и переживаний пропадёт молоко… это будет очень близко к катастрофе. Такие развитые дети нуждаются в том, чтобы всё необходимое получать точно и в срок, в нужных объёмах. И Светлана должна кормить малышей положенный природой максимальный срок. Ничто не может заменить детям Джона полностью её молоко. Да и не только молоко.       На рейсовом челноке из Доков протеанин прибыл в ангар фрегат-крейсера, по-прежнему находившегося на внешнем рейде Станции, сдержанно, почти безмолвно поприветствовал встреченных по пути техников и вахтенных, остановился перед дверью командирской каюты.       - Прошу разрешения, командир. – Явик открыл створку, остановился на несколько секунд на пороге, затем решительно шагнул внутрь, одновременно закрывая дверь на код и проходя к рабочему столу Андерсона. – Дело касается Шепарда. – он положил свою руку на руку хозяина каюты и включил прямую перекачку информации. Несколько минут – и резко помрачневший и посерьёзневший Андерсон кивает. Явик убирает свою руку с руку командира фрегат-крейсера, садится в свободное кресло.       - Мы сделали ещё один шаг. – подумав, произнёс Андерсон. Явик кивнул. – И этот шаг… закономерен, необходим. – Новый подтверждающий правоту собеседника кивок протеанина. – Ладно. Я тут хоть и прописался почти безвылазно, но есть у меня на Цитадели один знакомый бармен. Держит небольшой бар недалеко от городка Штаб-Квартиры. Я там изредка перекусываю. Когда могу, конечно. – он помолчал несколько секунд. - Полагаю, мы можем попросить Джона прерваться на некоторое время. Знаю, он сейчас в Кризисном Центре Штаб-Квартиры. Но я также знаю, что он почти постоянно думает о… многом. – Андерсон осёкся, справился с волнением, набрал на своём настольном инструментроне несколько текстовых сообщений, дождался прихода ответов. – Хорошо. Джон согласился встретиться с нами в этом баре. Бармен тоже согласен. Он закроет бар для посетителей на необходимое нам время. Питейных заведений в районе… достаточно. Никто из цитадельцев особо возмущаться не будет – не то сейчас время. Да и пить нам самим в этот раз не придётся. Не тот случай. – он помолчал, собираясь с мыслями. – Летим, Яв.       Обратным рейсовым челноком командир фрегат-крейсера и воин древней расы вернулись на Станцию и сразу прошли к бару. Через несколько минут к ним присоединился Шепард, преодолевший расстояние от периметра городка до бара пешком.       Бармен выставил закуску и напитки. Безалкогольные, конечно. Вышел из-за стойки, закрыл входную дверь в бар, вывесил поясняющее объявление о техническом перерыве. Задвинул тяжёлые занавеси на окнах – нечего обитателям Цитадели видеть, что внутри находятся разумные, да ещё и точно увидеть, кто именно. Вернулся за стойку, присел на табурет, привычно потеряв интерес к происходившему в зале.       - Дэвид? – Шепард, не сгружая закуски и напитки с подноса на столешницу, вопросительно посмотрел на командира.       - Явик получил информацию, Джон. – Андерсон кивнул протеанину и тот положил руку на руку сидевшего напротив, рядом с Андерсоном, Шепарда. Несколько минут и старпом опускает голову. Пальцы его обеих рук сжимаются в кулаки.       - Я… буду уничтожать церберовцев. Допрашивать – и затем уничтожать. – прошептал старпом. – Они сделали свой выбор. – он помолчал несколько десятков секунд. – И я буду продолжать искать Дэйну. – Шепард поднял взгляд на Явика. – Спасибо, Яв. Ты дал мне возможность… определиться. – Протеанин едва заметно кивнул. – И я не буду сейчас делать глупостей, друзья. – он посмотрел поочерёдно в глаза командиру и воину древней расы. – Я понимаю, что сейчас… я не смогу покинуть Цитадель. Но тогда,… - он снова замолчал на несколько секунд, - когда Отряд снова уйдёт от Цитадели… Я буду беспощаден к церберовцам. И насчёт… Миранды… я ещё… очень подумаю… - он опустил взгляд, залпом выпил стакан травяного настоя, положил рядом в блюдце кредитный чип. – Я вернусь в Штаб-Квартиру сам. Провожать меня… не надо. Я – справлюсь. – он встал.       Бармен, уловив изменения в поведении посетителей, вышел из-за стойки, отпер замок входной двери, убрал объявление со стекла витрины. Шепард шагнул за порог, остановился, чуть прищурившись – в зале бара было полутемно, а на Цитадели день только начал переходить в вечер и было достаточно светло. Андерсон видел, как старпом зашагал по направлению к Штаб-Квартире.       - Светлана… поймёт. – сказал командир фрегата. – Теперь, по меньшей мере, у Джона будет хоть какая-то определённость. – он помолчал. – Я знаю, он хотел снова связаться с Миралой. Попросить её о повторном сканировании. Она бы ему… не отказала, но лучше хотя бы так. У тебя есть какие-либо предположения о дальнейшей судьбе Дэйны?       - Есть. И они очень неприятные, Дэвид. – тихо ответил Явик. – Насколько я её сумел узнать… А лучше Джона её не знает никто… Она очень сильная и цельная. И я очень надеюсь, что её сила и её цельность… помогут ей выстоять и сохраниться. Для Джона. – Явик опустил взгляд на столешницу. – Прости. Уточнять не хочу и не буду. Слишком всё шатко. Надеюсь только, что Дэйна выживет. Ради Джона. – он встал, прошёлся по залу бара, вернулся к столу. - Мне ещё с Аликс придётся объясняться. Она, как жена Джона, имеет право тоже знать. До сих пор рассылает запросы. Ей помогают, точнее –пытаются помочь… Нельзя привлекать внимание к тому, что мы знаем, кто виновен в похищении Дэйны. – Явик опёрся о столешницу, посмотрел сквозь витринное стекло на улицу. – А с Мирандой… Либо ей не жить вовсе… Либо… она будет сидеть, как минимум, несколько лет в Тюрьме Спектров на Цитадели. После победы над Жнецами. – протеанин выпрямился. – Давай возвращаться на фрегат. Я потом, чуть позже, вернусь на «Волгу». Надо продолжать работу.       Рейсовый челнок доставил Андерсона и Явика на борт «Нормандии». Через несколько часов Явик, пообщавшийся с нормандовцами, улетел на командирском волговском челноке на борт крейсера и вернулся к работе над пластинами, извлечёнными из «обелисков».       У входа на территорию городка Штаб-Квартиры Шепарда встретила Светлана. Джон поднял на неё взгляд и сразу понял: она знает. Если не всё, то очень, очень многое. Она молча обняла главного друга и так, обнявшись, они вернулись в апартаменты.