Сверкающие глаза

      - Мы сомневались в том, что геты вышли за пределы Вуали, – произнёс капитан Андерсон, просмотрев на экранах Звёздной Карты итоговые данные, обработанные несколькими ВИ фрегата. – Полагаю, теперь - ваша очередь действовать, Шепард.       - Так точно, сэр! – сказал старпом. – Предполагаю сначала разобраться с этими двумя разумными органиками на борту «креветки». Группе быстрого реагирования во главе с лейтенантом Аленко… Предполагаю, командир, ей следует направиться в лагерь археологов и взять протеанский Маяк на борт челнока. На внешнюю подвеску, – уточнил старпом. - Мы успели предотвратить активацию гетского десанта… Теперь ясно, что в задачу подчинённых Жнецу гетов действительно входила эвакуация протеанского Маяка на борт «креветки». После погрузки артефакта на борт, он бы немедленно взлетел. Начал бы стрелять по планете или не начал – другой вопрос. Ответить на него точно… Теперь это – вряд ли возможно. И - вряд ли необходимо.       - Предполагаете, что геты… индоктринированы? – спросил Андерсон.       - Это машины, сэр. А машина с машиной всегда быстро договорятся. Почти мгновенно, – сказал старпом. - По человеческим, конечно, стандартным меркам. Вот «Властелин» и договорился. – Шепард отдал несколько коротких распоряжений по аудиоканалу наушного спикера. – Лейтенант Аленко, сэр, на первом челноке убыл в расположение лагеря. С ним – три полисмена, которые сегодня должны дежурить. Я беру с собой пять полисменов и капрала Дженкинса. На челноке мы достигнем наиболее удобной для наших целей пробоины в корпусе и через неё - проникнем в корабль. Данные недавнего сканирования однозначно свидетельствуют – корабль полый.       - Идите, Шепард, – сказал Андерсон.       Капитан козырнул и через несколько минут челнок уже нёс его к поверженному кораблю неизвестной расы.              - Подлетаем, сэр! – доложил водитель. - В этот раз Шепард не стал брать с собой Стива - штатного пилота челнока, сославшись на то, что предстоящая миссия очень опасна и лучше будет, если на месте водителя будет военный полисмен. Стив понял правильно. Возражать не стал, уступив кресло одному из полисменов и оставшись на фрегате. – Громадина. И дыру мы в нём хорошую проделали! Хорошо, что не одну. Есть выбор. – Он подвёл челнок бортом к острым граням внешней брони пришельца. – Готово, сэр. Открываю салон, – нажатием клавиши он разблокировал и поднял боковую дверь челнока. – Ждать вас здесь, сэр?       - Да, – подтвердил старпом. - Только держите машину подальше от острых граней. Скрежет едва слышный, но - был. Не надо усугублять повреждения. Техникам - лишняя работа, – сказал Шепард, поднимаясь и привычно передёргивая затвор штурмовой автоматической винтовки. – Один из изолирующих контейнеров – возьмите. Закрыть шлемы. Включить системы скафандров в автономный режим. Оружие - держать в постоянной готовности. Клювами не щёлкать, смотреть по сторонам внимательно. И – прислушиваться. К своим чувствам и ощущениям – тоже, – с этими словами он первым спрыгнул на чешуйчатые плиты внутренней обшивки нутра "каракатицы". – Идём и «берём» сначала центральный блок управления. Нужно окончательно вырубить этого монстра. Задача ясна? – капитан повернул голову влево, чтобы видеть почти всех своих коллег по группе.       Ответом ему были безмолвные осторожные кивки. Нормандовцы оглядывались, привыкая к виду внутренностей чужака.       - Дженкинс, идёте предпоследним, – отдав это распоряжение, Шепард почти бегом двинулся по одному ему ведомому маршруту.       В том, что он точно знал, куда именно следует идти, несмотря на то, что путь пролегал через завалы трубопроводов, бухты кабелей, скопища ящиков и разнообразного трудноидентифицируемого «барахла», для Шепарда не было ничего особенного. Состояние «Струны» позволяло ему тонко чувствовать окружение на много метров вокруг, а уж не заметить такое яркое «пятно», как центральный блок управления «креветкой» и вообще невозможно было в принципе. Да и нормандовцы, его коллеги, тоже привыкли, что новый второй после командира офицер корабля, знает и умеет гораздо больше, чем можно было ожидать от элитного спецназовца.       Старпома беспокоило только одно ощущение: он знал, что вскоре пришелец очнётся и сможет посопротивляться. Время, оставшееся до момента реактивации защиты Жнеца, истекало. Не хотелось интересоваться тем, много ли времени осталось до момента включения – надо было действовать быстро и эффективно, а начнёшь задумываться над тем «сколько там до нуля?» - погибнешь. Или, как минимум, не выполнишь задачу.              Наконец впереди «проявилась» светящаяся бронированная сфера.       Коротким жестом приказав своим спутникам остановиться, Шепард подошёл к сфере поближе. Вгляделся, насколько позволял конус неяркого света из нашлемного прожектора, отрегулированного на четверть мощности, в её поверхность. Провёл пальцами руки, затянутой в бронированную скафандровую перчатку, по стыкам лепестков. Помедлил, не отнимая ладонь от поверхности обода. И - резким движением сдвинул один из лепестков в сторону, заставляя другие сложиться подобно вееру.       В голубовато-зеленоватом свечении под лепестками обнаружилась прозрачная сфера, удерживаемая строго в центре теперь уже раскрытого бронированного кокона. Протянув к сфере руку, Шепард выдернул её из удерживающего поля и ощутил, как напряжение, царившее внутри корабля, исчезло.       - Дженкинс. Контейнер. Быстро, – отрывисто, не оборачиваясь, распорядился Шепард, ожидая, пока подошедший капрал подаст ему раскрытый изолирующий бокс.       Уложив в него сферу, капитан закрыл замки внутреннего кофра, набрал один код, закрыл замки внешнего кофра и набрал второй код.              - Неужели он… мёртв?! – тихо спросил Дженкинс. – И мы это сделали? Умертвили этого монстра?       - Корабль – мёртв. А его пилот. – Шепард посмотрел на контейнер. Дженкинс перехватил его взгляд, посмотрел туда же. – Жив, – он обвёл взглядом потрясённых происшедшим спутников. – Теперь - ищем двух разумных органиков. Полагаю, удар их застал в центральном посту корабля. Живо, живо за мной, – распорядился старпом. - Придётся выносить обоих на руках, коллеги, так что – двигаемся как можно быстрее. Носилок мы с собой не взяли, даже простейших тканевых, – отметил старпом. - Ничего. Вынесем. На себе, но – вынесем, – озвучивая это, Шепард почти бегом пробирался по извилистому пути, пролегавшему среди сорванных с креплений деталей корабля, направляясь к чётко мерцавшим на внутришлемном экране маячкам-индикаторам биологической активности. – Живо, живо, не останавливаться! – несмотря на то, что пилот был удалён из средоточия системы управления гигантского корабля, Шепард не был склонен думать, что в недрах Жнеца не найдётся аварийной системы управления, действующей, конечно же, полностью автономно.              Надо было спешить и потому, что состояние двух разумных органиков ухудшалось. Пусть и не так быстро, но – ухудшалось. Предстояло ещё вернуться к пробоине и подняться на борт челнока, а это всё – время, которого могло уже и не быть…              Преодолев несколько лестниц-трапов, поднявшись по ставшей полом боковой стене, группа высадки вошла в помещение «центрального поста» «креветки».       Точно под вздыбленным на кронштейне рабочим креслом лежал турианец, «затянутый» в тяжёлый бронескафандр. Неподалёку от него сломанным манекеном лежала пожилая азари в чёрно-белом одеянии со странным головным убором, чуть сбившимся и обнажившим обширную рану на лбу.              Индикатор медконтроля на внутришлемном дисплее старпома высветил, что турианец вполне в форме, но находится в глубоком шоке и без сознания, а вот азари… Она, как понял Шепард, явно не успела сесть в другое, теперь зависшее на «боковой» стене кресло, поэтому получила множественные повреждения.       Скупыми точными жестами старпом приказал двум полисменам взять на прицел входы в центральный пост, а сам с Дженкинсом склонился над азари.       - Девятьсот пятьдесят лет… По стандартному летосчислению. Среднегалактическому. Поверить не могу… - прошептал капрал, когда на его инструментрон поступили первые идентификационные данные, снятые с азари автоматикой скафандра.       Шепард тем временем обильно смазывал панацелином отмеченные на экране внутришлемного меддиагноста выявленные автодоктором места наиболее серьёзных повреждений.       – Она же в девять раз старше любого из нас! – добавил капрал.       - Привыкайте, Ричард. Теперь это - часть нашей с вами работы, – спецназовец достал из штурмового наспинного ранца комплект шин и несколькими точными движениями зафиксировал левое предплечье и правую голень азари, не забыв добавить на раны в этих местах ещё один слой панацелина. – Так, здесь - всё, – он повернулся и подошёл к турианцу. – А вот здесь - сложнее, – старпом включил наручный инструментрон и на его большом экране показал данные идентификационного чипа своим спутникам.       - Спектр? – удивлённый возглас не сдержали три полисмена одновременно.       Шепард кивнул, соглашаясь с мнением коллег.       – Крепкий же он какой! Хотя, если верить диагносту, в нём имплантатов - почти восемьдесят процентов, – сказал старший полисмен. – Он почти не пострадал. Но я бы…       - Вкалывайте, Орест, – закончил его мысль Шепард. – Нам его тащить к челноку. Целее будет. Не нужно, чтобы он рыпнулся по дороге. Нам ещё Чаквас его сдавать вместе с компаньонкой.       - Я понесу его, сэр, – полисмен вколол турианцу полную дозу обездвиживателя.       - Хорошо, Орест. – Шепард убедился, что полисмену помогут его коллеги и повернулся к Дженкинсу. – Ричард, дорогу помните?       - Да, сэр, – капрал смотрел, как невысокий полисмен почти без видимых усилий несёт к выходу из Центрального Поста двухметрового турианца. – Помню, сэр, – поправился он, поймав вопросительный взгляд командира группы. – Я пойду первым, сэр. Выведу, сэр.       - Действуйте, Дженкинс. – Шепард проводил уходившего капрала взглядом и, подойдя к азари, поднял её на руки. – Вперёд, я - за вами, – сказал он остальным полисменам.              Обратный путь был ожидаемо нелёгким. В особо захламлённых местах несколько раз пришлось передавать с рук на руки обмякшие тела обоих пострадавших. Шепард с сомнением смотрел на внутришлемный индикатор биологических форм, мерцавший синеватым светом. Больше живых внутри корабля не было и трупов тоже не попадалось.       Корабль, лишённый управляющего звена, был безмолвен и тих. Эта тишина настораживала и полисменов и капитана.              Водитель челнока подвёл машину к краю пробоины. Азари и турианца разместили, уложив навзничь, на двух скамейках, образованных трансформированными креслами. Полисмены, Дженкинс и Шепард стояли всю дорогу до фрегата.              В ангаре «Нормандии» их встретила майор Чаквас, поднявшаяся в салон, просканировавшая своим медицинским инструментроном обоих пациентов и кивнувшая Шепарду:       - Хорошо. Они вполне смогут выкарабкаться, Джон. Доставьте их ко мне в медотсек. – сказав это, она обменялась понимающими взглядами с Дженкинсом и с остальными полисменами.       Ричард, как отметил Шепард, уже не выглядел этаким всемогущим «героем», но был похвально спокоен и собран.       Чаквас, как отметил старпом, такое настроение капрала понравилось.       - Да, мэм. – Шепард кивнул и снова поднял азари на руки, на этот раз первым сойдя на плиты корабельного ангара. За ним старший полисмен нёс турианца.              Спустя несколько минут оба пострадавших были размещены на медицинских кроватях в царстве Чаквас и майор медслужбы взглядом приказала всем, включая Шепарда, покинуть помещение Медотсека.       - Разрешите идти, сэр? – старший полисмен и Дженкинс подошли к Шепарду, едва капитан последним покинул Медотсек.       - Идите. Отдыхайте. Всем – спасибо, – старпом обменялся с полисменами и капралом рукопожатиями.       Первая миссия, связанная с высадкой на абсолютно незнакомый корабль, безусловно, взволновала всех её участников, поэтому рукопожатия помогли несколько умерить напряжение.       - Да, сэр, – козырнув старшему по званию, капрал и полисмены ушли в кубрики. Шепард знал, что теперь у них будет достаточно тем для разговоров.              Уходя, Дженкинс поставил у ног капитана контейнер с управляющим «чипом». Разместив контейнер в изолирующем хранилище фрегата, Шепард набрал пять кодов блокировки и захлопнул толстую дверцу сейфа. К нему неслышно приблизился капитан Андерсон.       - Его сердце? – спросил командир.       - Больше, – помедлив, ответил старпом. - Разум. Пилот. Основа, – сказал Шепард, разглядывая ровную поверхность крышки отсека хранилища и думая о том, что – или кто - находится за ней. – Никогда бы не поверил в это, сэр. Но… он там, на корабле, явно не один. Я хотел сказать, что действует он, как единое существо, как единый разум… Но на самом деле их там, этих разумов… миллиарды. Запереть такое в столь большой корпус и отправить на войну. Сквозь такие невообразимые для человека пространства. Каким же бездушным надо быть?!…       - Мы можем… понять… как они, те, кто составил корпус этого Жнеца… - Андерсон взглядом указал на дверцу хранилища, – … выглядели?       - Можем, командир, – подумав, ответил Шепард. – Но вряд ли сейчас мы к этому готовы.       - Пока вы там ходили, я приказал членам экипажа корабля оградить место падения «креветки» и закрыть его для колонистов. Возведён забор и выставлено ограждение из колючей проволоки. Со всем необходимым оборудованием. Мы также дополнительно оградили щитами место падения десантных гетских кораблей и места, куда упали отдельные геты. Всё это включено в состав общей зоны охраны, – уточнил командир корабля. – Местные… Они с пониманием отнеслись к нашему требованию об установлении режима «запретная зона», капитан, – сказал Андерсон. – Тем более что эта «креветка» хорошо заметна и видна с очень приличного расстояния. Проблем «я только посмотреть» - не будет. Как только вы изъяли «чип», восстановилась дальняя связь с планеты, но, с момента вашего входа на борт «креветки» я распорядился пока «закрыть» район и не отправлять информацию о происшедшем с борта фрегата в Альянс. По моему приказу пост РЭБ поставил Иден-Прайм под «информационную блокаду». Начата фильтрация информационных потоков. В состав специалистов поста РЭБ вошли ещё несколько человек – работы оказалось много для обычной численности. – Андерсон помолчал несколько десятков секунд. - Сказать, что колонисты и администрация планеты в шоке – это ничего не сказать. Они даже не предъявляют нам никаких обычных, а потому – вполне предсказуемых претензий по поводу уничтоженной или повреждённой инфраструктуры и урожая. Такое ощущение, что они поняли, чем эта «креветка» могла бы для них… стать. Я также приказал собрать все части гетов-десантников и их кораблей, закрыть доступ на резервный посадочный стол, куда их всех к этому времени свезли. Инженер Адамс уже побывал там и говорит, что впервые видит столь совершенные машины, сумевшие развиться самостоятельно на основе ИИ. Сетевого ИИ.       - Искусственный интеллект? – внимательный взгляд Шепарда коснулся глаз командира фрегата.       - Да, – подтвердил Андерсон. - Полностью развившийся искусственный интеллект, капитан. Я сам не понимаю в деталях, как такое может быть, но инженерная группа фрегата… единодушна. Я предпочитаю доверять своим людям и их суждениям, капитан, – ответил Андерсон. – Похоже, у нас появилась третья проблема. Если первой считать этого монстра, второй – этих двоих, что сейчас в медотсеке, то геты… вполне потянут на третью проблему.       - Доклад от Аленко? – осведомился старпом.       - Был, капитан, – подтвердил командир фрегата. - Несколько минут назад я отправил туда грузовой челнок. Вскоре он снова будет в корабельном ангаре. Тогда мы снимем Маяк с внешней подвески и погрузим в контейнер. Думаю, что при необходимости сможем погрузить Маяк в контейнер и вне корабля – условия и возможности для этого у нас есть. Так что сможем выбрать, что лучше предпринять. Торопиться – не будем. Археологи счастливы, что до них эти «шагоходы» не добрались. «Шагоходами» они окрестили этих десантников-гетов. Аленко справился превосходно. И, кажется, у него там нашлась партия. – Андерсон немного расслабился, помедлил. – Командир взвода космопехоты, выделенного ВКС Альянса для охраны археологов. Некая сержант Эшли Уильямс. Сам Аленко счастлив и рад, что теперь его не мучают мигрени. Он в состоянии трезво соображать двадцать четыре часа в сутки. Хотя… рядом с сержантом Уильямс о трезвости его соображения говорить… - Андерсон усмехнулся… - Молодёжь…       - Я полагаю, что капралу Дженкинсу можно предоставить краткосрочный отпуск до момента нашего отлёта, капитан. – Шепард оставлял основное решение на усмотрение командира фрегата. – У него здесь - мать, отец, сестра.       - Давайте пока не будем никого отпускать с борта, капитан, – спокойно и тихо сказал Андерсон. – И, полагаю, вас что-то снова очень серьёзно беспокоит.