Сверкающие глаза

      - Гаррус, слышал? Скоро придет эта «Нормандия». – сказал один из следователей СБЦ, встретив лучшего снайпера Иерархии на переходе между блоками помещений Штаба СБЦ на станции. – Аналитики говорят, что-то преступность стихает.       - Если здесь есть агенты Арии Лоак, они уже получили приказ не высовываться и придержать активность своих боевиков до выяснения деталей ситуации. – Вакариан притормозил, отходя к линии иллюминаторов. – Ставр, нам придется подумать над тем, чтобы привлечь в свои ряды побольше людей. Одними турианцами обойтись будет невозможно.       - И к этому ты уже готов? Морально? – спросил собеседник.       - Готов ли я к этому – не столь важно. Важно то, что если информация разведки Иерархии верна – нас ждут очень невеселые времена. За три-пять лет подготовиться к борьбе с таким врагом. Это сложно. Мы, турианцы, принявшие на себя обязанности главной военной силы Цитадели, привыкли воевать с врагами меньших масштабов. Да, мы умеем, можем и любим воевать. Но теперь придется воевать на пределе возможностей и способностей. Имея на прицепе. – Гаррус окинул взглядом панораму, открывающуюся из иллюминаторов. – Вот этих всех гражданских, полувоенных и вояк-полигонников. Если же действительно станция имела какое-то отношение к успехам предшествующих Жатв… Придется воевать на несколько фронтов, пусть даже мы, эсбецешники, только правоохранительный вроде как орган. Своеобразная полиция.       - Паллен звереет. – отметил Ставр.       - И должен звереть. – отпарировал Вакариан. – Разленились, обленились и заленились. Не только мы, эсбецешники. Все. Все, кто сейчас вроде как является гостями станции, учитывая повышение статуса Хранителей до уровня Владельцев Цитадели-станции. Если «Нормандия» придет сюда – нам придется вспомнить о том, что мы, турианцы – хищники. Хорошо, глубоко и полно вспомнить. Потому что одними улыбками, даже пугающими до колик – обойтись уже не удастся.       - Думаешь, тогда придется действовать вне протоколов?       - Обязательно. Так всегда было в таких ситуациях. У всех рас были такие времена. Старые протоколы… Не работают. Уже не работают. А дальше не будут работать в еще больших масштабах. Потребуется замена. Потребуются дополнения.       - Они уже сейчас не работают, Гар.       - А когда придет фрегат – не будут работать в еще большей степени, Ставр. Не только в рамках СБЦ – по всем структурам станции. Даже теоретически представить уровень неработоспособности сейчас сложно, а практически мы можем потерять контроль над станцией очень быстро. Остатки контроля. И перестать быть Службой Безопасности Цитадели. Расписаться в своем бессилии. Отступить.       - И…       - Нам, эсбецешникам, придется импровизировать, Ставр. Я понимаю, что меня не любят, не приемлют, даже ненавидят за мою… внерамочность. Но по-иному нам будет легче поднять лапы кверху и сдаться. И не надо мне говорить о… Я не идеалист, мы тоже во многих случаях отступали, когда не могли выполнить поставленную задачу надлежащим образом. Так в этом мире заведено. Нельзя все время выигрывать и побеждать. Отступали и сдавались. Мы и наши многочисленные предшественники. Все эти пятьдесят тысяч лет. Отступали и сдавались, потому что настоящего, сильнейшего Врага мы не видели, не чувствовали, не ощущали, не сталкивались с таким врагом. Теперь этот враг приближается к нашим пределам. Он – другой. Не тот, с кем мы привыкли иметь дело в наших турианских пограничных столкновениях в неизвестных большинству рас Цитадели районах Галактики. И я очень надеюсь, что нам, органикам, дана возможность победить Жнецов. В наше время. В это время. Потерь будет – очень много. Много будет пострадавших. Но главное – остановить этот каток, остановить это лезвие, раз за разом выкашивавшее лучшие и сильнейшие расы-локомотивы нашей галактической истории.       - Вот слушаю я тебя, Гар…       - И не надо только меня слушать, Ставр. Ты прежде всего прислушайся к себе. Поинтересуйся, что скажет тебе твое собственное «я». Если ты думаешь, что прилетит «Нормандия» и всем нам, служакам СБЦ, раздадут четкие инструкции на все случаи жизни – ошибаешься. Если и раздадут, то только рамочные, к которым тоже придется очень быстро адаптироваться. А дальше – выполнять эти рамочные инструкции, руководствуясь в первую очередь своими собственными, личностными установками. Да, в наши ряды придут люди и представители многих других рас. Одни турианцы здесь не справятся. Рано или поздно мы обязаны были бы все равно принять в наши ряды другие расы, сделать, как говорят люди, Службу Безопасности Цитадели межрасовой структурой. Многое изменится, но главное – то, какими будут в каждый момент Нового времени ты, я, каждый из нас, сотрудников СБЦ, все на этой станции. Независимо от расовой, возрастной, половой принадлежности.       - Веришь, что наши клиенты…       - Да. Они – не дураки. Каждый – и не только наши, как ты сказал, клиенты, но и вполне законопослушные жители Цитадели, понимает, что если придут Жнецы – вопрос будет стоять только «или – или». Или смерть в безличности или борьба за то, чтобы остаться личностью. Да, часто - асоциальной, да, часто - вредной. Но не запрограммированной только на уничтожение. Полное и окончательное уничтожение.       - А Жнецы…       - Они уничтожают. Или делают тебя своей марионеткой. Это – хуже, чем плен, хуже чем застенки спецслужб любой ныне известной нам расы, хуже, чем вивисекционные лаборатории. Пятьдесят тысяч лет мы, как говорят люди, балдели. Занимались чем угодно, кроме того, чем нужно было заниматься. И теперь у нас хорошо, если будут хотя бы три года на подготовку. Каждый день будет стоить нескольких сотен лет. Сотен лет безделья. Платить будем, Ставр, по самой высокой ставке.       - Ты занимался делом того землянина… который говорил о том, что грядут чудовища…       - Да. – Вакариан опустил голову. – Мне не доставило это удовлетворения. Слишком изломанная личность. Слишком израненная психика. Мне, турианцу, этого… не понять. Как он держится? На чем основана его вера в победу? Мы еще не начинали войну, мы еще не видели врага, мы еще не знаем его в деталях, даже наши высоколобые ученые не знают, лихорадочно роясь сейчас в Завалах Информации, а он уверен, что мы… победим. Он всего лишь сержант, прошел столько горячих точек… Видел столько, что хватит поседеть за минуту почти для любого…       - Индоктринация. – с усилием произнес Ставр.       - Старо, Ставр. Старо. – ответил Вакариан. – Если ты понял, то мы всегда чем-то индоктринированы. Потому что без этого наша жизнь… не имеет смысла. Хотим мы этого или не хотим. Социальная среда, социальная роль, функция. Другое дело, есть ли за этой программой будущее или там – пустота. За тем, что почувствовал этот сержант-землянин – стоит только пустота. Будущего там нет. Никакого. Даже боль, кровь, смерть для этого будущего – не более чем прошлое. Далекое и слабое, почти неощутимое прошлое. Когда мы воевали с землянами… Я еще не знал, что наша жизнь, жизнь многих рас изменилась. Тогда мне казалось, что наши флоты способны вбомбить эту расу в их каменный век. Наказать землян за их любопытство, неуемность.       - И теперь… ты сомневаешься, сумеем ли мы вбомбить Жнецов в их каменный век, если таковой у Жнецов был?       - Я, Ставр, не идеалист, но и дураком себя тоже не считаю. Да, наша турианская военная машина сильна. Но, если ты помнишь, нам, жителям Млечного Пути, потребовалось создание расы кроганов, чтобы остановить рахни. А это означает, что нам, сегодняшним расам Млечного Пути потребуется уже не индивидуальное, а коллективное противостояние с Жнецами. И при всех противоречиях, о которых мы с тобой, как сотрудники СБЦ знаем, находясь на этой центральной станции… Такое противостояние будет очень трудно организовать. Потому что Жнецы будут бить нас всех. Поодиночке. А вместе… Ну нет у нас сейчас кораблей, способных обойтись без ретрансляторов.       - Полагаешь, это…       - Это то, немногое, в чем я, Ставр, уверен. Даже убежден. Жнецы используют нашу страсть, нашу любовь, нашу зависимость от ретрансляторов в своих интересах. Без работающих ретрансляторов корабли сожгут тысячи тонн топлива, выполняя многосуточные переходы и все равно не успеют вовремя помочь гибнущим расам. Не все расы настолько сильны в военном отношении как мы. Не все расы столь активны, как земляне. Не все расы готовы обойтись без морали, как саларианцы-умники. Далеко не все. И если погибнут, ослабнут, отступят лучшие расы, то… в силу оказания сопротивления я сейчас не гарантирую того, что Жнецы удовлетворятся гибелью азари, саларианцев, нас, турианцев и уйдут, дав другим расам возможность банально выжить, избежать тотального уничтожения. У нас за десять тысяч лет так никто и не смог пробить, доказать, установить необходимость создания двигателей, способных сократить сроки переходов между звездными скоплениями и системами хотя бы до нескольких суток. Сейчас эти сроки исчисляются сотнями суток, что в условиях тотальной войны… неприемлемо. Да, мы можем напрячься, сделать опытные образцы. Немного лучше, чем ныне существующие. Но их использование в реальности не даст нужного эффекта. Не сможет один, даже гигантский по размерам корабль с новыми двигателями стать средством решения даже части накопившихся проблем.       - И какой же выход?       - Выход? – Гаррус взглянул на собеседника. – В нас самих, Ставр, этот выход. В каждом из нас. Жнецы не воюют с инфраструктурой, они воюют с органической жизнью. Не скрою, мне было тяжело врабатываться в массивы сведений о прошлых Жатвах. Этими массивами никто из высоколобых умников большинства рас всерьез почти что никогда и не интересовался, там нет нужного уровня адаптации. Я не всё понимаю, но Жнецы… Уничтожают органическую жизнь за то, что она не нашла правильного контакта с жизнью неорганической. Синтетической, проще говоря. Сам посуди, Ставр. Сначала мы создаем и уже много лет активно используем виртуальные интеллекты с их интерфейсами и возможностями. Да, это использование решило ряд проблем. Нам могло показаться, что решило. И нам, органикам, этого показалось мало. Мы замахнулись на искусственный интеллект. Почти все сильнейшие расы явно или тайно его создавали, испытывали, совершенствовали. И сейчас, сию минуту продолжают это делать. Не надо, Ставр, делать круглые глаза. Это общеизвестно, вошло в большинство учебников. Потом отличились кварианцы. Да разве дело персонально в этой расе? На их месте могла быть любая другая раса, ведь создав виртуальные интеллекты мы уже подтвердили, что готовы отступить, поскольку обленились и именно созданием виртуальных интеллектов зафиксировали прохождение первого, начального этапа тотальной деградации. Для чего нам виртуальные интеллекты? Для того, чтобы не думать, не вникать в детали, чтобы, как выражаются славословы, творить и парить в высотах… Каких высотах? Отключи сейчас ВИ любого тяжелого крейсера или дредноута. Готова ли команда, готов ли экипаж корабля к управлению, к ручному управлению всеми процессами? Не готовы. Не способны. Не умеют и не смогут. Даже если вокруг нет враждебных кораблей и нет угрозы абордажа с десантных ботов. Если даже под управлением ВИ «Путь Предназначения» неповоротлив до смешного, то под ручным управлением он будет дергаться как припадочный. Это без боевой обстановки, а в бою? Это – дредноут, основная, главная сила флота, стратегический уровень. А против Жнецов только дредноуты и выстоят большей частью. Знаю, читал. Видел. Только самые крупные и мощные корабли наших предшественников, целых рас могли хоть как то противостоять этим кошмарным креветкам. И если на этих дредноутах все делать вручную… Да, Ставр. Мы смеялись над людьми, на кораблях которых большинство систем, как оказалось, имеют ручной режим. Мы, турианцы, смеялись, считая, что люди… отстали от нас на столетия, если не на тысячелетия. Но тебе-то хорошо известно, что в большинстве проектов у нас, турианцев, просто нет ручного управления даже самыми критичными системами. А это означает, что если ВИ падет, у наших экипажей не будет возможности исправить ситуацию быстро и полно. А если ВИ попадет под управление Жнецов – ситуация очень быстро станет критической. Мы смеялись над людьми, над их стремлением контролировать все и вся лично, вручную. А теперь это будет смех сквозь горькие слезы. Очень горькие, Ставр. И тогда нам придется подключать наших женщин и детей к противостоянию. Тотально подключать. Ибо на ВИ тогда надежды не будет никакой. А мы, как ты знаешь, ведем успешные работы над ИИ.       - Кварианцы…       - Да, кварианцы, к счастью для многих, очень многих рас, пошли дальше, прошли дальше и на собственном примере, Ставр, показали нам вариант того, что может случиться. Сетевой ИИ. Саморазвивающийся. Основанный на истинной иерархии, на истинном коллективизме, на истинном, а не умозрительном единстве. Новая синтетическая раса. Да, кварианцы планировали гетов сделать своими слугами, своими рабами. А геты смогли сделать своих создателей изгнанниками. Лишили кварианцев материнской планеты. И приблизили время Жатвы до предела. – пальцы лап Гарруса сжались в кулаки. – А мы кварианцев добили со своей стороны. Лишили посольства, затем – любой помощи. Разбирайтесь сами, кварики. Сами – со своими проблемами. Пространство Цитадели дало очередную трещину перед лицом угрозы Вторжения, угрозы Жатвы. А в ряде других цивилизаций тоже идут работы над ИИ, потому что не верят многие в то, что именно кварианский сценарий и сработает. Ну не готовы мы к такому ИИ, не готовы. Да, мы ленивы и нелюбопытны. Потому и сдались на милость ВИ и вот вот сдадимся на милость ИИ.       - Но Шепард. Его работа с ИИ станции…       - Это только часть работы, Ставр. Набрав длиннейший и сложнейший код Шепард дал возможность Хранителям стать свободными. Да, в первое время казалось, что нам, всем, кто не является Хранителем, придется в кратчайшие сроки паковать узлы и контейнеры, а затем бежать с Цитадели, поскольку это теперь территория, обретшая настоящих владельцев, настоящих хозяев. Хранители согласились с нашим присутствием здесь. Они не стали требовать очистить Станцию. Не стали ограничивать нас сверх необходимого предела. Но это еще не вся работа с ИИ станции. С ним придется договариваться. На него придется влиять. Быстро влиять и эффективно. Боюсь, что без людей с фрегата… нам одним, гостям станции теперь не справиться.       - Говорят, что протеане проиграли войну с Жнецами тогда, когда была захвачена Цитадель. Но подробностей захвата…       - Когда захватывают главный штаб… очень трудно удержать управление на низовых штабах и в низовых структурах, Ставр. Это – особенность органиков. Нам всегда нужен тот, кто будет за нас думать и решать. Не мы сами, а кто-то другой. Протеане, как имперская раса, основанная на пирамидальной структуре, воевали и после захвата Цитадели сотни лет. Значит и мы можем сопротивляться. Погибли не только чистокровные протеане. Погибли десятки и сотни рас, которые приняли верховенство протеан. Да, они воевали, боролись, сопротивлялись. Но что-то в их действиях позволило Жнецам победить. И пройтись по галактике всесокрушающим Лезвием. Вырезавшим лучшие и сильнейшие, локомотивные расы под корень. Не скрою, вероятность повторения такого негативного сценария… очень высока. И нам придется изыскивать возможности понять причину поражения протеан и их компаньонов, изыскивать в кратчайшие сроки хотя бы просто потому, что сдаться сразу мы не можем себе позволить. Мы не можем себе позволить даже перемирия с Жнецами. Мы можем и должны только победить Жнецов. Ибо Жнецы не согласятся на перемирие и не будут нас щадить в противостоянии. Мы им живые и дееспособные не нужны.       - Знаешь, Гар. Я верю, что мы победим. Пояснить в деталях не могу, но верю. Может быть, появление людей на галактической арене и является той крупицей, которая переломит ситуацию в нашу пользу, Гар. – сказал Ставр. – Спасибо тебе. Ты мне многое пояснил. – турианец кивнул коллеге и отошел, направляясь в Оперативную Часть Штаба.       Гаррус обернулся к иллюминаторам, скользнул по пейзажу Цитадели взглядом и направился в Следственную Часть Штаба.       - Капитан, фрегат - на курсе к ретранслятору Цитадели. – доложил Джеф Моро. – Прошу распоряжений по швартовке.       - Швартоваться будем в гражданском секторе. Выгрузим оборудование и материалы для базы, затем – отход фрегата на рейд. Дальнейшее сообщение со станцией – только челноками. Поставьте в известность «Клинок Ярости» и «Волгу».       - Есть, принято. Выполняю, капитан. – Моро переключил связь.       - Джон, пройдите в салон к Явику. Он занялся массовым сканированием станции, может, что и подскажет по первым нашим шагам на этой станции. – сказал Андерсон, подняв взгляд от экрана инструментрона, стоявшего на рабочем столе на старшего помощника, уже направлявшегося к выходу из капитанской каюты. – И еще… Вам – письмо от Стрельцовой. Я перенаправил его на ваш инструментрон в каюте.       - Спасибо, Дэвид. – сказал Шепард, прикрывая за собой дверь капитанской каюты.       Явик стоял у огромного иллюминатора своего салона. Когда вошел Шепард, протеанин не оборачиваясь указал на кресло рядом с иллюминатором. Старпом присел, вопросительно посмотрев на воина древней расы.       - Цитадель. – произнес протеанин. – Для большинства жителей нашей Империи она была сказкой, мечтой, сладким, недоступным для реальности сном. Я был на Цитадели всего два раза. И никогда не имел возможности задержаться на ней достаточно надолго. Дела, заботы, обязанности. – он смотрел на проступающую сквозь туман громаду станции. – И вот теперь я – снова второй раз на этой станции. И снова – впереди вторжение Жнецов. Впереди – возможная гибель большинства тех, кто сейчас пребывает на станции. Впереди – возможные тяжелые повреждения этого чуда инженерной мысли древних рас Галактики. Впереди – возможность ее активации в виде гигантского ретранслятора или в виде Оружия Судного Дня. История повторяется. Снова и снова. Почему у нас, органиков, настолько короткая память, Джон? Почему мы, протеане, ничего почти что не знаем о своих предшественниках, иннусаннон, а вы – о нас, протеанах? Почему мы так ленивы и нелюбопытны? Знаю, это риторические вопросы. Каждый на них отвечает сам. Так, как сможет и так, как сумеет. Я сейчас сканирую станцию. Мягко. В пассивном режиме. Хранители усилили свои позиции, продолжают осваивать станцию уже как хозяева, а не как обслуживающий персонал. Советники грызутся между собой – основной состав как и прежде, противоречит верхушке, этой троице… Аппараты советников «подставляют» друг друга, не понимая, что этим они вредят не себе, а жителям станции, и, конечно - обитателям известной для Совета Цитадели части Галактики. Разумные органики пьют алкоголь цистернами, колются, вдыхают наркоту, пытаются забыться во всполохах цветомузыки и ритмах танцполов. Волусы проворачивают свои финансовые махинации. Саларианцы смотрят на другие расы как… на лабораторный материал. Элкоры продолжают взирать на всех остальных разумных органиков, как на мошкару.       - В общем и целом продолжается обычная жизнь, Явик. – полуутвердительно-полувопросительно произнес Шепард, наблюдая, как Цитадель увеличивается в размерах.       - Да. То же самое было и в наше время. – Явик достал из кармана разгрузки кристалл памяти. – Здесь, в таких кристаллах почти у каждого солдата было несколько картинок с изображениями Цитадели. Как память. Как знак того, что у нас есть центр. Был, во всяком случае. Когда Цитадель была захвачена… Многие не выдержали, сломались. Трудно сразу переключаться на автономный режим существования и деятельности. Далеко не всем это дано. Дети хоронят родителей – это нормально. Но когда погибают не родители, а командиры, руководители… Это сложно. Пирамида может обрушиться, если не найдутся, не выйдут из тени неформальные лидеры. У нас далеко не всегда эти лидеры проявлялись. Да, нас зовут, считают, называют имперским народом, имперской расой. Разумным органикам свойственно раздавать частям окружающей действительности ярлыки. На самом же деле мы просто жили. Пытались выжить и понять, что же следует делать дальше. Да, считается, что мы уничтожали непокорных. Те, кто не желает вникать в детали, удовлетворятся данным тезисом.       - Я не удовлетворюсь, Яв. – сказал Шепард.       - Вы – да. Но не большинство.       - Оно обеспечивает стабильность. То, что появилось, должно иметь ресурс для сохранения. Своего сохранения. Большинство…       - Это и есть тот ресурс. Возможно. Нас будут встречать члены Корпуса Спектров, посол Удина и сотрудники аппарата всех трех ключевых Советников. Я знаю, они уже шевелятся, поскольку получили от Диспетчерской Службы Цитадели информацию, куда мы придем, где мы будем швартоваться. Я доволен, что мы не будем держать фрегат прикованным к этой станции… Слишком здесь все ненадежно, неустойчиво. Шаттлов и челноков вполне хватит. Хорошо, что мы не будем «светить» «Волгу» и «Клинок».       - Как предполагаешь действовать по контактам с встречающими?       - Спокойно, нейтрально, отстраненно, четко по процедуре, протоколу, регламенту. – ответил протеанин. С оперативными необходимыми изменениями для пользы дела. Нам все равно придется заниматься слишком многими и многим. Заниматься последовательно и… ситуативно. Трудно такое совместить. У нас, протеан, было больше порядка, больше упорядоченности. А тут…       - Тут слишком много гражданских, Явик. И мы не можем их строить.       - А должны. Они рано или поздно сами придут к мысли об участии в ополчении. Потребуют оружия, потребуют организации и обучения.       - Тем не менее, придется подождать. Сначала – Советники, СБЦ, ИИ, другие службы станции.       - И «Цербер». – добавил протеанин.       - Да. Плюс «Путь Предназначения» и флоты обороны Цитадели. Многое придется делать не только последовательно, но и параллельно. И придется начать сразу, едва мы только ошвартуемся.       - Я бы предложил, чтобы кроме нас с тобой, Джон, в группу вошли оба турианца и Кайден. Этого будет достаточно.       - Но и другие…       - Другие пусть работают преимущественно с корабля. Не надо многим из нас быть на станции вживую. Нашей группе придется действовать в самых разных условиях и ее состав… оптимален. Даже если мы разделимся, мы сможем решить больше проблем. Андерсон должен остаться на борту, как командир корабля.       - Это может сработать нормативно. – согласился Шепард, вставая с кресла. – Через несколько минут - швартовка. Ты предложишь место базового лагеря?       - Да. – Явик включил свой инструментрон, засветился большой экран. – Вот это место. Сегмент среднего класса, близко к докам и не очень далеко от ключевых точек. Трехэтажное здание. Сейчас оно пустует.       - Хорошо. – Шепард просмотрел развернутые характеристики здания и района его расположения, измерил расстояния до опорных критических пунктов. – Согласен. Перешли на визу Андерсону и пусть грузовой челнок загружают всем необходимым.       - Выполнено. – Явик захлопнул инструментрон и отметил, что корабль качнулся – сработали захваты дока. – Прибыли. Андерсон, – он взглянул на верхнюю панель инструментрона, – дал добро. Шаттл с командой техников под охраной десантников отправился к будущей базе. Согласование с местными властями под давлением Корпуса Спектров получено.       - Под давлением…       - Мы здесь слишком много шороха навели в прошлый раз, Джон. В этот раз придется навести еще больше. – Явик закрыл иллюминатор бронекрышкой, повернулся к старшему помощнику. – Скоро будет рабочее объявление.       - Внимание по кораблю. – раздался голос командира фрегата. – «Нормандия» ошвартована в гражданских доках. Челнок с командой техников убыл для организации временной основной базы. Шепарду, Явику, Крайку и Артериусу – прибыть к шлюзу для участия в процедуре встречи с административными силами Станции.       - Надо идти. – произнес Явик.       - Согласен. – кивнул старший помощник.       Фрегат совершил посадку в отдельный док гражданского кольца. Сразу после посадки док оказался закрыт для посторонних – сработал Корпус Спектров. На платформу у бортов фрегата пропустили только персонал Корпуса, персонал дока и персонал аппаратов ключевых Советников с персоналом СБЦ.       - Уже и столы разложили с инструментронами. – произнес Шепард, спускаясь за Андерсоном по трапу на платформу. – Деловые.       - Кое-чему их все же научил наш предшествующий визит, Шепард. – сказал командир фрегата. – Займитесь СБЦ и Спектрами, а я переговорю с аппаратчиками Советников. Пресли, вам – работа с руководством персонала дока.       - Принято, командир. – штурман кивнул.       После официально-протокольных приветствий толпа встречающих разбилась на группки, оккупировав отдельно стоящие столы. На Явика никто не обращал особого внимания – со времени предшествующего появления протеанина на станции все, кому было это необходимо, сумели привыкнуть к тому, что теперь протеане вернулись к активному участию в делах рас галактики.       Андерсон спокойно разговаривал с чиновниками аппаратов ключевых Советников. Те слушали заинтересованно – далеко не все привыкли еще к тому, что офицер ВКС способен быть не только служакой-воином, но и политиком. Светились многочисленные экраны настольных и наручных инструментронов, на чистых поверхностях досок появлялись ряды строчек и кривые всевозможных графиков с четкими «клетками» таблиц.       Штурман Пресли в окружении техников и снабженцев нырнул в хитросплетения проходов складской части дока. Часть припасов было решено приобрести у гражданского сектора Причального Комплекса Цитадели, а часть обещали предоставить Спектры. Началась обычная работа по согласованию объемов и ассортимента поставок.       Шепард, как и распорядился Андерсон, взял на себя Спектров и персонал СБЦ.       - Разрешите представиться. Армандо Оуэн Бейли, лейтенант СБЦ. – крепыш с тронутыми сединой по-уставному стриженными волосами отдал уставное приветствие старшему помощнику командира фрегата. – Представляюсь в связи с тем, что ваша база находится в моем районе ответственности.       - Джон Шепард, капитан ВКС Альянса, старший помощник командира фрегата «Нормандия» - отрекомендовался Джон, отзеркалив приветствие. – Постараемся не доставить вам хлопот, Армандо.       - Вряд ли вы доставите мне хлопоты. Серьезная у вас компания. – лейтенант посмотрел на стоявшего поодаль Явика, напряженно сканировавшего окружающее пространство тяжелым взглядом всех четырех глаз. – Я благодарен вам. После вашего первого появления на Цитадели в СБЦ открыли доступ многим другим расам, среди которых предпочтение отдали людям. Многие люди получили возможность стать Спектрами. Без вас этого достичь было бы очень трудно. – Армандо развернул инструментрон. – Итак, ваша база будет размещена в трехэтажном здании…       Обсуждение деталей размещения базы не заняло много времени. Шепарду понравился деловой настрой лейтенанта СБЦ, его знания местных условий и готовность переступать в интересах дела через многие положения устаревающих в силу приближения момента Вторжения нормативно-правовых актов.       - Хорошо, Армандо. – старпом выслушал по закрытому каналу доклад старшего группы техников, осуществлявших приемку и оборудование здания базы. – Наши докладывают, что проблем у них нет.       - Ну вы ведь на этой базе будете редкими гостями. Не любите бездельничать. – отметил Бейли.       - Не люблю. Вы правы. Нам просто нужно место, в котором мы будем более свободны в своем поведении. Эта база нам подходит.       - Если позволите, капитан. – сказал Бейли с минуту помявшись.       - Армандо, нам работать вместе не одни сутки. Так что давайте без чинов.       - Я когда пришел в СБЦ. Мне долгое время не давали повышения. А когда вы появились и стали Спектром. Турианцы стали совсем по-иному смотреть на нас, людей. Есть у меня приятель, Гаррус Вакариан. По земным меркам – детектив, следователь от Бога.       - Он нам известен.       - Директор Паллин… вряд ли будет пригоден в полной мере к тому, чтобы выполнять надлежащим образом свои обязанности в усложнившейся обстановке. Цитадель – сложнее Нью-Йорка, а он – вынужден балансировать между советниками и СБЦ, что сложно, учитывая то, насколько непроработана нормативно-правовая база правоохранительных органов станции.       - Армандо. – произнес подошедший Сарен. – Мы в курсе о Вакариане. И готовы многое сделать, чтобы СБЦ смогла действовать более эффективно. Нам ценно ваше мнение, но мы спешить не можем. Хотя очень будем стремиться распараллеливать работу.       - Я понимаю. – Армандо кивнул, смерив взглядом турианца. – Разрешите идти? – он повернулся к Шепарду.       - Идите. – Шепард козырнул, приняв ответный уставной жест и посмотрел на подходившего Найлуса. – Вам он…       - Он сможет многое сделать. Но нам нельзя светить наши намерения слишком явно. Гаррус ценен для нас и его могут оттереть в сторону прежде, чем мы сможем официально ввести его в курс дела и поставить на должность. – сказал Сарен. – Бейли – профессионал, который также не зацикливается на бумажных рекомендациях, сделанных высоколобыми умниками-теоретиками. Он не останавливается перед насилием над задержанными и арестованными, не чужд взяточничеству. Святых в Галактике, мы это прекрасно знаем, нет. Бейли – компетентный и непредвзятый в большинстве случаев офицер, у него есть проблемы с семьей, что усложняет ситуацию, тем не менее, на работе он предпочитает быть службистом – к этому его приучила служба в войсках Альянса. Он нам, безусловно, пригодится. – Сарен передал Найлусу пару ридеров. – Но нам нужно сначала блокировать Советников. Здесь они, как ни крути, вроде как верховная власть. Только потом мы сможем развернуться оптимально, не прибегая к глобальному насилию, не задействуя все возможности Корпуса Спектров и нашего Явика. Не нужно пока вызывать Гарруса к нам на базу или на причалы. Это привлечет к нему ненужное внимание.       - Как у нас с парковкой челноков? – Шепард развернул свой инструментрон.       - Нормативно. Можем высаживать персонал и грузы в этом доке, можем – в таком же доке в Кольце Спектров, а можем и в доке в Кольце Военных причалов. – ответил Найлус. – Резервирование причалов и доков выполнено. Охрана выставлена. Проблем не будет. Во всяком случае – явных и больших. С остальными мы справимся. Постараемся справиться. – ответил Сарен. – Найлус уже побывал на базе, по дороге пообщался с кроганом по имени Рекс. Мы уже привлекли внимание Серого Посредника и он попытается нас использовать. В своих интересах. – турианец подал старпому ридер.       - Один из последних боевых мастеров-биотиков? – спросил Шепард, ознакомившись с частью информации. – Три сотни лет наемничества после убийства отца?       - Если бы он не убил отца – тот убил бы на священном месте, где запрещено кроганскими обычаями и традициями любое насилие, своего сына. – ответил Сарен. – Рекс хочет, чтобы кроганы перестали вести межусобные братоубийственные войны, приводящие только к сокращению численности расы. Он хочет, чтобы кроганы объединились и нашли решение проблемы генофага, чтобы они смогли восстановить и увеличить свою численность.       - Сейчас он – наемник. Его задача?       - Я немного повздорил с Серым Посредником до того, как стать марионеткой, Шепард. Ты же знаешь, что память бывает крепкой, цепкой и долгой, а меня, как Спектра, трудно застать врасплох и попытаться дилетантски устранить. – ответил Сарен. Задача Рекса – устранить некоего Фиста, владельца бара «Логово Коры». Именно через Фиста я вышел на Серого Посредника, смог собрать о нем непротиворечивую и актуальную информацию. Полагаю, что Рекс выжидает удобного момента, не проявляя себя, не нервируя будущую жертву.       - Следующей жертвой Рекса можешь стать ты, Сарен. – сказал Шепард.       - Возможно. Все мы – изначально и всю жизнь – жертвы. – заметил Артериус. – Тем не менее – Рекс не является тупым боевиком. И через него мы сможем начать решать проблему кроганов. Увы, придется параллелить. Последовательность – прекрасно, но сейчас ее будет уже недостаточно. Направленность Рекса на увеличение численности кроганов – неидеальна, даже проблемна, тем не менее – это лучше, чем если мы найдем в Кроганской демилитаризованной зоне мертвые планеты, на которых не будет ни одного живого крогана. Вы же знаете, что кроганы прошли через ядерную войну, а также через многочисленные конфликты с применением обычного и ядерного оружия. Менее масштабные.       - Полагаете, что он не будет спешить с устранением Фиста?       - Нет. – ответил Найлус. – Фист предал не только Серого Посредника, но и «Цербер». А это – слишком сложный клубок, чтобы его попытаться неумело распутать простым устранением.       - Придется этим заниматься после советников. – сказал Шепард, внося изменения в файл на своем инструментроне.       - Согласны. Как закончим с саларианцем и дождемся лавинной реакции по другим советникам – займемся «Логовом Коры». – сказал Сарен. – Найлус, ты переговори с Рексом, поясни ему ситуацию. Скажи – Корпус поможет ему решить проблему.       - Но он…       - Он – воин и ему пора кончать с наемничеством, Найлус. – сказал Артериус. – Мы вернем его на Тучанку, пусть работает там. Он – следующий наш резидент в одной из ценнейших и сильнейших рас. Пока мы летим в Кроганскую ДМЗ, мы сможем провести нужную работу, плотно пообщаться с Рексом, уяснить и отполировать многие детали общего плана совместной работы.       - Подозреваешь, что придется работать против Рахни? – спросил Крайк.       - Подозреваю, что придется рахни привлекать на свою сторону. – ответил Артериус. – И на этот раз придется идти до конца, общаться с их королевами на их планетах. Со всеми и любыми королевами. Убеждать, уговаривать, уламывать. Подкупать, если потребуется.       - Планы у тебя, Сар. – пробурчал Найлус. – Любой полководец отдыхает и нервно курит в сторонке.       - Нам нужна и численность, и качество наших сторонников, Най. – ответил Сарен. – А включить их в иерархию мы всегда сумеем. Должны суметь. Иначе Жнецы нас сомнут. Предполагаю, что вторжение будет массированным, направленным на сильнейшие и ключевые расы. Кроганы и рахни - в этом списке. Если мы их потеряем – Жнецы их приобретут и усилятся.