Сверкающие глаза

      Утром Светлана проводила Шепарда к челноку, уходившему на станцию. Члены экипажа крейсера уже знали, что их командир неравнодушна к старпому «Нормандии» и спокойно отнеслись к тому, что Стрельцова принимала утренние доклады руководителей служб корабля буквально на ходу, по пути к доку челноков крейсера. Аленко и Явик уже ждали в салоне.       Светлана прощально прикоснулась рукой к щеке Шепарда, повернулась и вышла из дока. Шепард проводил ее взглядом, затем взошел на борт челнока и захлопнул дверцу. Водитель кивнул, поймав разрешающий жест капитана и челнок стартовал из ангара, уходя от «Волги» и разворачиваясь в сторону ретранслятора.       Спустя сорок минут он совершил посадку в гражданском доке – Шепард проигнорировал возможность посадки в доке Спектров или в доке ВКС Альянса. Ему хотелось по пути в штаб-квартиру пройтись по станции, получить новую информацию для размышлений и анализа. Явик и Аленко улетели в штаб-квартиру прямо с причала, а Шепард, миновав пограничный контроль и таможенную линию, вышел в открытые для посещения части станции.       Поскольку предстояло поработать с СБЦ, уточнив планы пресечения деятельности «Цербера», Шепард принял решение прибыть в район Закера, а именно – на двадцать седьмой уровень. Кроме офиса СБЦ на этом же уровне располагались магазин «Сувениры Цитадели», входящий в состав целой сети подобных магазинов, разбросанных по всей станции, кафе «Закера» и Доки, являвшиеся техническим сектором уровня, недоступным для большинства простых посетителей. В офисе СБЦ работали лейтенант Армандо Оуэн Бейли и сержант Харон, здешний офис безопасников выполнял роль фильтр-контроля, пропуская в глубины станции только законопослушных посетителей.       - Не, ну я определенно не понимаю. – услышал Шепард голос крогана. – Столько воды в этом озере и в таком количестве воды никакой живности? Странные эти мягкотелые.       - Здесь живут не только кроганы, Каргеш. – раздался голос другого крогана. – а у других рас могут быть другие привычки.       - Например привычка не пускать меня, Рукор, в глубины станции, поближе к Президиуму. – ответил кроган, названный собеседником Каргешем. – И что такого опасного во мне нашли?       - Они боятся, Каргеш, что ты попытаешься проверить на собственном опыте, что в озере Президиума действительно нет рыбы. – сказал Рукор.       - Боятся, что я устрою заплыв в этом озере? – удивился Каргеш еще больше. – Смешные мягкотелые.       - Давай спросим у человека, есть ли действительно в этом озере что-нибудь съедобное. – сказал Рукор, увидев подходившего Шепарда. – Можно вас попросить?       - Да. – Шепард подошел ближе.       - Мой приятель Каргеш удивляется, что в озере Президиума нет никакой живности. Он впервые видит такое количество воды, в которой, как он подозревает, нет даже рыбы. Мы недавно на станции, но Каргеша уже сочли опасным – он так стремится подойти поближе к озеру…       - Вообще-то в Президиуме – повышенные нормы безопасности. – сказал Шепард. И это озеро на самом деле предназначено не для рыбы.       - А для чего?       - Это – резервуар с пресной водой.       - Цистерна, что ли? – заинтересовался Каргеш. – Так меня не пускают к озеру только потому, что там вообще нет ни живности, ни растительности?       - Человек говорит правду. – сказал подошедший турианец в обычной для турианцев легкой синей броне, надетой поверх легкого скафандра гражданского образца. – Я давно наблюдаю за вами, ребята. Вы так стремитесь попасть поближе к Пресному Озеру…       - А вы кто? – спросил Рукор.       - Я работаю садовником в Президиуме. – ответил турианец. – И могу официально подтвердить, что в Пресном Озере нет ни растительности, ни живых организмов. Никаких. Даже рыбы.       - Удивительно. Столько воды и никакой живности. – Каргеш сцапал приятеля за руку и они направились прочь от входного портала, ведущего на Президиум.       - Ушли. – сказал турианец. – Я слышал, вы сказали им о том, что это – резервуар с пресной водой. Капитан Шепард, не так ли?       - Да.       - Узнал вас, много раз видел в новостях. Рад знакомству. – турианец протянул лапу.       - Взаимно. – Шепард ответил рукопожатием, сила которого произвела на турианца приятное впечатление. – Надеюсь, что больше они не будут здесь околачиваться, надеясь прорваться к водохранилищу поближе.       - И я тоже надеюсь. – мечтательно сказал турианец. – Знаете, на той стороне хранилища есть небольшая запруда… Там раньше был аварийный слив, но его закрыли, поскольку сделали другой и в другом месте. Там растут такие красивые цветы. На воде. Листья лежат прямо на поверхности, а посередине – белый, голубой или синий с желтым бутон. Большой. У вас, землян, я читал, есть такие же цветы.       - Да. Их очень много видов. Какие кому нравятся. – сказал Шепард.       - Нравятся… - протянул турианец. – Есть те, кому нравятся именно эти цветы. А есть те, кому нравятся… Даже больше чем нравятся… те, кому эти цветы нравятся.       - Простите, как вас зовут?       - О, извините, я не представился, Шепард. – турианец смутился. – Меня зовут Валтрас. Вы меня так разглядываете       - Вы не похожи на большинство турианцев, Валтрас. Я знаю, что турианцы – разные, но вы…       - Я веду себя слишком вольно и раскрепощенно? Угадали, Шепард. Есть такое дело. – сказал Валтрас. – Просто когда работаешь с растениями, привыкаешь чувствовать оттенки. Цветов, настроения, состояния, погоды. Я также служил в турианской армии, но потом принял решение… у нас такое возможно… и перешел на гражданскую службу. Устроился помощником садовника, несколько лет изучал и осваивал премудрости своей новой профессии. А потом, когда садовник вернулся к себе домой, на родную планету, меня оформили уже как полноправного садовника. И вот уже несколько лет я здесь. Работы немного, но ее нужно делать хорошо. Тогда будет меньше хлопот с доделками и переделками. – усмехнулся турианец. – Я знаю о вас, капитан. Разрешите вас угостить… В «Темной Звезде» у меня есть небольшой кредит, который я регулярно пополняю. Да, это ночной клуб, но днем он работает как обычное кафе и ассортимент блюд в дневное время там самый обычный. Только с шести часов там начинают подавать фирменные блюда. Это на двадцать восьмом уровне, капитан.       - Согласен. – Шепард последовал за широко шагавшим турианцем к лестнице. Вскоре они уже сидели за столиком в уголке. Официантка приняла заказ на турианские и человеческие блюда, отошла к окну выдачи. Турианец сидел, помешивая пластиковой лопаткой напиток, выдаваемый каждому клиенту бесплатно, но с учетом его расы. Мысли садовника явно были далеко от обстановки ночного клуба. Наконец официантка спустя несколько минут принесла заказанные блюда. Шепард ограничился закуской и напитком, а турианец ел, по всей вероятности не очень ощущая вкус пищи.       - Извините, капитан. – Валтрас отставил в сторону недоеденное второе блюдо. – Это какое-то наваждение.       - Расскажите мне, Валтрас. Если смогу – помогу.       - Верю. Единственное место на Цитадели, где можно купить живых существ – сувенирная лавка. Работает там азари Делейя Санасси. Продажей как таковой она не занимается, она кто-то вроде управляющей, в ее обязанности входит обмен и возврат товара, а также ответы на вопросы особо въедливых покупателей. Несколько раз я там был. Говорил с ней. Она занимается живыми существами, я - растениями. Вроде как близкие по сути своей занятия. И там и там – жизнь. А несколько недель назад… Как заклинило. Не поверите – стал захаживать сюда не только утром или днем, но даже и вечером, когда кафе превращается в ночной клуб. Здесь подают выпивку, причем очень дорогую и убойную по части скорости и глубины опьянения. Но мне, зная о моей должности, наливают только самое легкое – я сам так захотел и меня правильно поняли. Так вот уже несколько недель я люблю бывать здесь. Когда у меня нет необходимости выполнять что-то относящееся к моей работе. Стою у стойки, тяну через соломинку напиток. Пытаюсь тянуть… А перед глазами – она. Санасси. – нараспев произнес турианец. – Скажете смешно?       - Не вижу ничего смешного, Валтрас. Вы влюблены. И это – прекрасно. У вас…       - Только не говорите мне о том, что у меня появился смысл жизни. Он у меня всегда был. А … когда я увидел ее… как она глядит на похожие цветы… - Валтрас опустил голову.       - Вы не можете позволить себе отправиться к той запруде и сорвать эти цветы, Валтрас? – мягко и спокойно заметил Шепард. Турианец только молча кивнул. – Их там много, но вы все равно считаете, что это будет жестоко?       - Да, Шепард. – глухо сказал Валтрас. – Не знаю, что-то мешает. Сказать боюсь.       - Знаете, Валтрас. Вы не одиноки.       - Правда? – садовник недоверчиво посмотрел на Шепарда. – У вас тоже такое… было.       - Было, Валтрас. – подтвердил капитан. – Позвольте обойтись без деталей. Но ситуация близкая к вашей. И, если не ошибаюсь, дело в продолжительности жизни. Ее и вашей.       - Да. – кивком турианец подтвердил правоту предположения Шепарда. – Именно. Я не хочу, чтобы она страдала, когда я… уйду.       - А почему вы считаете, Валтрас, что она будет страдать? Она будет помнить вас, даже находясь рядом с другим или с другой. Вы будете рядом с ней долгие годы. Эмоции и чувства, которые вы испытаете, общаясь, будут только вашими. Общими. Это будет ее и ваша жизнь, ее и ваша история, Валтрас.       - Жнецы… - произнес Валтрас.       - Тоже знаете.       - Да. – турианец опустил голову. Знаю. И боюсь, что она погибнет… Я еще могу уйти в армию, сражаться с оружием в руках. Она же… вряд ли… Она настолько далека от всего этого железа…       - Тем не менее, Валтрас. Она тоже живое существо. И азари тоже в большинстве своем начинают…       - Она не была танцовщицей. Я узнавал. Пусть и дорого мне это обошлось. В двухмесячную зарплату. Но вы правы. Она была наемницей, не долго. Так что с оружием она обращаться умеет. Я не этого боюсь…       - Дети…       - Я знаю, что азари может породить только азари, Шепард. – турианец залпом осушил бокал. – И спокойно отношусь к этому, готов к этому. Но как подумаю, что мои дети могут осиротеть…       - Валтрас…       - Понимаю, но враг… С таким даже турианцы еще никогда не сталкивались. Тут все риски… просто зашкаливают. Я боюсь за нее и за детей.       - Это нормально, Валтрас. – мягко заметил капитан. – Нормально и доказывает, что это – не страсть, не влюбленность, а любовь. Ваша любовь к ней.       - Но я ей о любви не говорил. И она о ней не знает. Я уже несколько недель не хожу к ней в лавку. Она, наверное забыла обо мне.       - Не забыла, Валтрас. Вы всегда можете напомнить ей о себе. Так, как сможете сделать только вы. Потому что это чувство ваше к ней – личное. Оно – только ваше. И сколько бы времени ни было до вторжения – у вас будет время. Будет любовь. Будет общение. Будет ваша совместная жизнь. И будет вам то, что вы будете вспоминать, каким бы коротким период перед вторжением ни был…       - Вы…       - Я – сирота, Валтрас. Я не знал родителей, вырос в детдоме. Это – часть моей жизни, часть моей официальной и реальной биографии. И я знаю, насколько ценно то, чем вы сейчас живете, Валтрас. Это, может быть, ценнее всего, с чем сталкивается в своей жизни разумный органик. Смысл жизни может быть и в самой жизни, Валтрас, в том, чтобы сделать эту жизнь ярче, глубже, полнее. Не только для себя самого. Для другого, родного и любимого существа.       - Но если она…       - Она вам не отказала, Валтрас. Значит…       - Значит отказ – впереди.       - Вы боитесь, Валтрас.       - Да, боюсь, Шепард. Боюсь, что предстану перед ней глупцом… - стакан в лапе Валтраса опасно завибрировал и турианец поставил его на столик. – Она живет тысячу лет… Столько мне не прожить…       - Она проживет эту тысячу лет, зная, что в ее жизни были вы. Сколько бы у вас обоих времени совместного ни было, Валтрас, это будет ваше с ней время. Ваше и только ваше. И она расскажет своим детям о вас, о том, что вы принесли в ее жизнь… Цветного, глубокого, ценного. Того, что внести в ее жизнь смогли только вы. – Шепард встал. – Идемте, Валтрас. Проблему надо решать.       - Куда идем-то? – теперь уже Валтрас не успевал за стремительно шагавшим Шепардом.       - На стоянку мобилей. Летим к запруде. – сказал Шепард. – Залезайте, устраивайтесь. – он вставил в щель для карт оплаты свою обычную, не спектровскую карточку и взялся за управление. – Показывайте курс.       - Эм. – Турианец огляделся. – Туда. – он указал лапой куда-то в левую часть водохранилища. – Если бы я не знал, что вы Спектр…       - Я действительно Спектр, Валтрас. А на карту не обращайте внимания. Не люблю ставить на уши компьютеры системы оплаты услуг Цитадели. У Спектров есть такая привычка – не светить своими возможностями без необходимости.       - Доставать тоже…       - Валтрас, мы просто подлетим, срежем букетик и вы сами отвезете его своей возлюбленной. – сказал Шепард. – Эти цветы?       - Да. Подержите меня?       - Ваш букет – вам и выбирать, Валтрас. – усмехнулся Шепард, пока турианец ложился ничком на пол салона и вытягивал руки к воде, раскрывая лезвие инструментрона. – Держу, не беспокойтесь. Даже ремнем закрепил. Удержу.       - Уф. Спасибо. – турианец встал на колени, перебирая стебли. – Надо бы обертку…       - Валтрас… Эти цветы – свежайшие. Какая обертка? Цветы в букетах дарят в таких случаях без оберток. Пока летим к сувенирной лавке – они немного подсохнут, но это – не беда. Главное – вручите цветы. А остальное – сердце подскажет. Что сказать и как что сделать.       - Уверены? – Валтрас подобрал букет, взялся за стебли и разместился на заднем диване.       - У людей есть слово выше – «убежден».       - Убежден. Звучит-то как. Спасибо, запомню. – Турианец с беспокойством наблюдал, как машина приближается к району, где располагался сувенирный магазин. – А… подальше остановить…       - Легко. – Шепард остановил мобиль в нескольких сантиметрах над тротуаром. – Идите, Валтрас. Вы отсюда не видны, а вот лавка – как на ладони. Я вас подстрахую, подожду здесь. Впрочем… - Шепард достал кредитный чип, вручил его турианцу. – будет хорошо, если вы пригласите ее отобедать в «Темной Звезде». А машину я оставлю здесь. Пароль – ваше имя.       - Шепард…       - Только вот о долженствовании – не надо. Ей решать, Валтрас. И, думаю, решит она правильно. Идите.       - Вы…       - Я буду рядом, Валтрас. Рядом, но не вместе с вами. Идите. Цветы сохнут. Все будет хорошо.       Делейя Санасси как раз закончила отвечать на вопросы одного постоянного покупателя – большого любителя рыбок-скальдов. Обрадованный саларианец ушел, раскланявшись с Делейей и наговорив ей кучу любезностей своей обычной скороговоркой. Делейя отвлеклась, занося информацию о клиенте в базу, а когда подняла глаза, перед ней предстал букет тех самых цветов, которые ей так нравились. Подняв взгляд еще выше, она увидела турианца. Он смущенно улыбался.       - Спасибо. Прекрасные цветы. – Делейя взяла букет, коснувшись лапы турианца. – О, простите. – она почувствовала, как стремительно синеет, что всегда выдавало в ней крайнюю степень удовлетворенности.       - Мне приятно, что вам понравилось, Делейя.       - А как ваше имя? – спросила азари, все еще не решаясь отпустить руку неожиданного посетителя, державшую букет.       - Валтрас. – назвался турианец.       - Валтрас. – чуть нараспев произнесла азари. – Какое музыкальное имя.       - Правда? Вам нравится? – удивился турианец.       - Очень, Валтрас. И имя мне ваше нравится. И вы. Не смущайтесь, я знаю, вы уже не раз заходили в лавку. У меня как раз смена заканчивается. Через пять минут я буду свободна. – она поставила цветы в вазу, налила туда воды с подкормкой. Валтрас завороженно смотрел на ее быстрые и точные движения. - Ну вот. Теперь они не завянут очень долго. Спасибо, Валтрас. Эти цветы мне всегда очень нравились… - Азари скользнула в подсобку, переоделась и спустя несколько минут, подхватив вазу с цветами и укладку с личными вещами, вышла из-за прилавка, прощально раскланявшись со сменщицей. – Вот и все, я готова, Валтрас. Куда пойдем?       - Я… абонировал мобиль. Мы можем пообедать в «Темной Звезде».       - О, там как раз сейчас нормальное меню. А вечером там начинают подавать весьма специфические блюда. – Делейя шагнула к выходу. Валтрас очнулся и полусогнул лапу. Уцепившись за нее, Делейя почувствовала себя более уверенно.       Валтрас сам не помнил, как оказался за сенсорным пультом мобиля. Набрав свое имя, он дождался разрешающего полет сигнала и вывел машину на курс к «Темной Звезде». Спустя несколько минут он уже заказывал официантке полный обед.       - Валтрас… Вы волшебник… Я всегда хотела поесть именно эти блюда. Откуда вы знаете о моих пристрастиях?       - Пусть это будет моей тайной, Делейя.       - Хорошо. – сказала азари, мягко сканируя лицо своего собеседника и… кавалера. Что-то ей подсказывало, что эта встреча – всерьез и надолго.       Шепард удовлетворенно кивнул, видя, как спустя полчаса турианец и азари рука об руку выскользнули из ночного клуба и направились в Президиум. Валтрас повел свою больше чем знакомую туда, где располагались сады и луга. Наверное, он покажет ей и вишневые деревья, и вечно цветущую сакуру – настоящую жемчужину Цитадели.