Сверкающие глаза

      После изменений, происшедших за последние декады, на станции резко уменьшилось количество увеселительных заведений, особенно таких, где можно было поиграть в азартные игры. Тем не менее, крупнейшие и известнейшие клубы сохранились. Одним из таких был и оставался клуб «Сверхновая», владелец которого – волус Доран одновременно владел и сетью игровых автоматов, установленных в ряде других заведений Станции.       Понимая, что мирное время подходит к концу, волус старался соблюдать равновесие в делах, обеспечивая посетителям примерно равную возможность как проиграть, так и выиграть. Сокращение численности заведений, где допускались азартные игры, позволило Дорану также не бедствовать – его клуб по-прежнему был прибыльным предриятием и находился у волусов на хорошем счету. В клуб ходили очень многие жители станции – как достаточно бедные, так и достаточно богатые.       В очередной вечер в клубе было многолюдно. Волус со своего места наблюдал за посетителями. Он отметил, что в клуб вошёл капитан Шепард, к которому подошла официантка и проводила к одноместному столику. Волус не первый раз видел капитана в своём клубе и уже успел привыкнуть к тому, что Спектр и офицер Альянса не играет в азартные игры и не пьет алкоголь, а также не употребляет наркотики. Для Дорана такое поведение человека было привычным: он всегда считал, что у разумных могут быть самые разные пристрастия. А пребывание Спектра-человека в клубе в самое горячее вечернее время даже способствовало притоку посетителей и одновременно помогало держать гостей клуба в рамках строгих правил заведения.       Официантка поставила перед Шепардом блюда и сосуды, приняла оплату и отошла. Капитан принялся за закуску, оглядывая зал. Встретившись взглядом с Дораном, Спектр приветственно кивнул и Доран тоже едва заметно поклонился. Поев, старпом встал со своего места, поставил на столик знак «занято» и поднялся по лестнице в игровую часть клуба. Доран знал, что капитан хоть и не играет, но любит наблюдать, как играют другие, причём делает это совершеннно необидно для игроков.       Саларианец Шеллс вошёл в клуб, когда время приблизилось к одиннадцати вечера. Сегодня он планировал собрать очередную порцию данных, которые позволят ему усовершенствовать работу устройства, способного предсказать выигрыш или проигрыш в «квазар» - игру, чаще всего используемую в наиболее распространённых игровых автоматах. Другие автоматы и другие игры Шеллса не интересовали, хотя он прекрасно понимал, что и их можно будет заставить отдавать посетителям значительно большие суммы выигрышей.       Саларианец устроился за барной стойкой на высоком стуле, спросил лёгкий алкоголь с закуской – работать будет прибор, а не он сам, так что особо ясная голова и не нужна – не стоит привлекать к себе излишнее внимание, оставаясь излишне трезвым.       Недолго посидев за барной стойкой, Шеллс расплатился с барменом и направился по лестнице в залы игровых автоматов, изредка поглядывая на посетителей. Те не обращали на Шеллса ни малейшего внимания – каждый занимался своим делом. Остановившись у автомата с «квазаром», Шеллс огляделся по сторонам и сунул руку в карман, надавливая сенсор устройства. Оно отозвалось короткой вибрацией – запись пошла.       Переходя от автомата к автомату, саларианец изредка останавливался за спинами игроков, смотрел на экраны «одноруких бандитов», кивал в соответствии с настроениями играющих или немногословно поддерживал недовольство проигрышем.       Когда он прошёл все три шеренги автоматов и уже намеревался выйти из зала, сзади послышался тихий, но крайне властный голос:       - Не оборачиваться. Лапу в карман не суй и иди туда, куда я тебя поведу. – Шеллс почувствовал человеческую мужскую руку на своём плече и почему-то сразу решил, что сопротивляться и даже кричать более чем бесполезно – это просто опасно. – Не отвечай ничего, просто иди.       Саларианец повиновался. Шепард привёл Шеллса к своему столику, знаком попросил официанта принести ещё один стул, усадил саларианца и сел напротив. Узнав капитана, Шеллс перепугался ещё больше.       - Предлагать тебе откупиться не буду. – сказал Шепард. – Сам знаешь, это не в моих правилах. Рассказывай, Шеллс.       - Я… я создал устройство, позволяющее с большей точностью… предсказать выигрыш или проигрыш в «квазар». На другие игры и другие автоматы я не… не посягаю.       - Видел. Дальше.       - Я создавал это устройство и совершенствовал алгоритм его работы не для того, чтобы обогащаться или мошенничать. Я только несколько склонял удачу на свою сторону в большей степени, чем обычно.       - «Склонял удачу», как поэтично. – Шепард знаком подозвал официанта. – Кабинеты свободные есть?       - Да, сэр. – официант кивнул. – Я провожу вас.       - Хорошо. – Шепард встал. – Вставай и иди рядом со мной. Не отставай. Без глупостей. Шеллс кивнул и молча последовал за Шепардом и официантом.       Когда они остались одни в небольшой комнате, Шепард прикрыл дверь и жестом приказал саларианцу сесть в кресло. Сам сел рядом.       - Давай детально и по порядку. – сказал он.       Шеллсу пришлось рассказать всё, в мельчайших деталях. Он знал, что всё это твёрдо помнил, ведь у саларианцев детальная память, но сегодня, кажется, он превзошёл самого себя.       - Подкрепись. – Шепард подождал, пока официант сгрузит с подноса блюда с закусками и сосуды с напитками. – Спасибо. – капитан жестом отослал официанта. – Не стесняйся, подкрепись.       Шеллс выхлебал два бокала чего-то очень витаминного, но удивительно безвкусного и закусил неким салатом, даже не определив, какой же именно салат он только что съел. Наконец он ощутил, что сил прибавилось и продолжил свой рассказ.       Шепард выслушал саларианца до конца. После недлительной паузы, когда Шеллс уже уверовал в то, что сейчас в кабинет войдут офицеры СБЦ и он отправится в тюремную камеру, Спектр заговорил. То, что услышал саларианец, его удивило, изумило и потрясло: человек подробнейшим образом разбил все аргументы, приведённые Шеллсом, указав и доказав, что ему просто глупо и крайне недальновидно тягаться с волусами в одиночку, ведь создатели финансовой системы Млечного Пути легко и свободно уничтожат и Шеллса, и его устройство, присвоят алгоритм и в результате всё останется как прежде. Саларианцу казалось, что после такого разгрома человек не станет говорить с морально уничтоженным собеседником дальше, но он ошибся. Шепард сказал, что Шеллс – весьма разумен и образован, он, безусловно, понимает, что клубы, подобные «Сверхновой» нужны очень многим органикам, ощущающим приближение чего-то страшного и неотвратимо опасного. В таких условиях разумным обитателям Галактики нужно находить отдушину и мешать им играть, проигрывать и изредка случайно выигрывать – глупо, а чаще всего – преступно.       Шепард говорил мало, чётко и крайне убедительно. Когда он замолчал, Шеллс посмотрел на землянина и молча выложил из кармана на столик устройство, а из другого достал ридер, содержавший все материалы по разрабатываемому алгоритму.       - Вы убедили меня, Шепард. Здесь – все материалы. Устройство я тоже отдаю вам. И обещаю, что не буду создавать ничего – ни алгоритмов, ни устройств, которые могли бы вмешаться в работу таких автоматов и клубов.       - Ладно. – Шепард упаковал в укладку устройство и ридер. – Сразу скажу – вы будете под контролем. И со станции улететь не сможете. Найдите себе другое, менее хлопотное занятие. – капитан расплатился с вошедшим официантом. – Можете пока остаться здесь, можете вернуться в основные залы. – Спектр встал и вышел из кабинета.       Когда он спустился вниз, к нему подошёл Доран:       - Я благодарю вас, капитан. Давно наблюдал за этим саларианцем. И понял, что его интересует «квазар». – волус протянул кредитый чип. – Это – вам – от заведения. За помощь в предотвращении убытков клуба.       - Не надо, Доран. – сказал Шепард. – Эти средства вам скоро понадобятся, когда взлетят цены на продовольствие и обслуживание.       - Чувствую, что очень скоро начнут расти, капитан. – волус спрятал чип. – Вы правы. Всегда рад вас видеть в своём клубе. – Доран поклонился и проводил Спектра к выходу из «Сверхновой».