Сверкающие глаза

      - Корабли отряда вошли в пределы системы Торн. – известил экипаж фрегата главный вахтенный корабля. – Режим готовности к работе. Включены сканеры и локаторы первого и второго уровней.       О притаившемся где-то здесь, совсем рядом, заброшенном Жнеце знали все разумные органики, находившиеся на бортах фрегата и крейсера. Небольшая звёздная система с одной единственной планетой идеально подходила для того, чтобы укрыть от посторонних и любопытных глаз одну из основных загадок пространства Млечного Пути.       По общепринятой у разумных органиков классификации Мнемозина относилась к категории коричневых карликов. Её масса превышала по расчётам массу самой крупной планеты Солнечной Системы – Юпитера больше чем в тридцать семь раз. Как небесное тело, Мнемозина была ещё достаточно молода – в её недрах активно протекали ядерные реакции, от силы которых карлик светился и выделял в окружающее пространство больше тепла, чем получал от своей звезды – Торна. Атмосфера Мнемозины была очень горячей – выше 1500 градусов по Цельсию. Зондирование, проведённое когда-то существовавшей Службой изучения планет и небесных тел, совместно финансируемой азари и саларианцами с турианцами, выявило на Мнемозине участок аномально низкой гравитации, расположенный в северном полушарии. По данным Службы этот участок полностью игнорировал движение воздушных масс.       Шепард, изучавший в своей «каютке» материалы по району проведения операции, доставленные на инструментрон Марком, поморщился – снова разумные органики остановились на полдороге. Более того, если учесть, что Бесаральский институт изучения планет, организованный и обеспечиваемый азари, планировавший организовать серьёзную экспедицию к Мнемозине вдруг отказался от этих планов и занялся изучением неких глубинных аномалий на газовом гиганте Плоба, четвёртой или третьей по счёту планеты звёздной системы Антей, расположенной в Гамме Аида.       Немного отвлёкшись от чтения профильных материалов, Шепард вызвал на настенный экран информацию по этому газовому гиганту. В справочном файле указывалось, что сканирование, проведённое несколькими исследовательскими кораблями, выявило наличие в глубинных слоях атмосферы планеты массивных твёрдых объектов, имеющих слишком регулярную для природных образований структуру. Условия планеты делали любые экспедиции, способные уточнить картину, крайне дорогими, поэтому в большинстве случаев исследователям оставалось строить на основе полученных разрозненных данных только теоретические конструкции, среди которых победили две точки зрения, вызвавшие и некоторые практические действия, направленные, как водится, на получение каких либо реальных доказательств верности построений.       Согласно первой точке зрения Плоба считалась неким «юпитерианским мозгом», суперкомпьютером планетарных размеров. Приверженцы этой теории не рисковали спускаться в агрессивную атмосферу газового гиганта и посылали с его орбиты по направлению к центру ядра планеты сигналы, сориентированные по выявленным громадным конструкциям, надеясь привлечь внимание машины. Затрат особых такая деятельность не требовала, никаких результатов не приносила – ни отрицательных, ни положительных, поэтому попытки установить связь с «гигантской машиной» продолжались по сей день.       Согласно второй главенствующей точке зрения, древняя космическая раса избрала Плобу местом захоронения своих вооружений, погребаемых в толще планеты. Последняя попытка изучить «Глубинные аномалии» на Плобе закончилась гибелью исследовательского корабля с двенадцатью членами экипажа – фрегат просто не смог выйти в безопасный район и был раздавлен в нижних слоях атмосферы газового гиганта.       Неугомонный Марк вытряс из Экстранета достаточно данных для того, чтобы сделать простой, но неочевидный вывод – эти двенадцать исследователей и были теми, кто планировал изучать Мнемозину, а корабль – да мало ли кораблей арендовалось учёными для проведения исследований?       - Марк, я ознакомился с линией Плоба – Мнемозина. Есть ли противоречия, нарушающие её целостность?       - Пока нет, Джон. – ответил киборг, не прерывавший ни на секунду «перелопачивание» Экстранета. – Более того. – Марк включил в «каютке» старпома ещё один экран – посмотри, как соотносятся эта область на Мнемозине и расположение покинутого Жнеца.       - Да, в этом определённо что-то есть. – сказал Шепард, всмотревшись в схему и в обозначения с размерностями, проставленные Марком.       - Если бы эти учёные занялись этим участком аномально низкой гравитации в северном полушарии Мнемозины, Джон, они неминуемо бы вынуждены были искать то, что повлияло на формирование такого феномена. Вспомни посадку Назары на Иден-Прайм. – сказал Марк, зажигая на стене «каютки» очередной экран и предъявляя несколько схем и картинок.       - Использование полей эффекта Массы? Полагаешь, в том числе и поэтому Жнец считается полумёртвым? – уточнил Шепард, обозрев представленные материалы.       - Этому ничто не противоречит. Тем более, что Жнец пребывает на орбите уже несколько сотен лет, а он – конструкция очень долговечная. Если его поля эффекта массы работают, то они вполне смогли бы оттянуть на себя гравитационную составляющую этого участка окрестностей планеты. Звучит, конечно, не слишком убедительно, согласен, но это вполне способно пояснить дальнейшую судьбу Жнеца, если поля эффекта массы, продолжающие работать на его борту, вдруг отключатся.       - Падение на планету с одновременным восстановлением гравитационной составляющей. Обломки Жнеца невозможно будет нашими доступными сегодня средствами поднять для исследований, а для не особо хорошо экипированных исследователей – эти обломки невозможно будет даже увидеть.       - В общем и целом именно так, но батариане уже одного левиафана Дису вполне сравнимых с Жнецом размеров и массы утянули к себе с помощью своего единственного и потому весьма сильно отличного от стандартных кораблей дредноута. – уточнил Марк. – Ничего здесь нет нового: захотят – достанут. Кроме того. – киборг зажёг в «каютке» старпома очередной настенный экран – у Мнемозины есть спутница – самая большая луна, названная Летой. Она достаточно крупна для того, чтобы удерживать собственную, хотя и тонкую атмосферу из метана и азота, подогреваемую коричневым карликом до умеренной температуры. – Марк сменил картинки на схемы и таблицы. – При размере, сопоставимом с землёй, Лета обладает меньшей плотностью, что, в частности, указывает на меньшее содержание тяжёлых элементов. Да и приливы на Лете зависят от Мнемозины – одно из полушарий постоянно купается в тепле и тускло-красном свете коричневого гиганта. – Марк сделал двухсекундную паузу, меняя схемы и таблицы на экране на новые. – Тектоническая активность луны слабая, но – постоянная, поскольку ею управляет притяжение Мнемозины, а не внутреннее тепло Леты. Несколько крупных древних вулканов по-прежнему изрыгают потоки силикатного расплава. Атмосферка в районе и без того слишком малоприветливая и непривлекательная, а Жнец своими размерами, массой и работающими полями эффекта массы только добавляет нестабильности. Если он рухнет…       - Места определённо будет мало, хотя бы на некоторое время. – согласился с невысказанным киборгом выводом старпом. – Нам нужно как-то так сработать, чтобы Жнец не утратил работоспособность своих полей эффекта массы. Такая громадина вполне способна провисеть здесь ещё несколько сотен лет, а то и больше.       - В самом ближайшем будущем, Джон, у разумных органиков будут резко сокращены возможности шататься и шляться по вот таким уголкам вроде бы как собственной Галактики. – не удержался от комментария Марк. – и потому Жнец вполне может дождаться своих соплеменников. Сейчас же, как показывают результаты наших сканирований, Жнец свёл свою активность к минимуму, часть его модулей продолжают излучать энергию, хотя и намного более слабо, чем можно было ожидать от корабля таких размеров.       - Внимание по кораблю. Говорит капитан Андерсон. – раздалось в динамиках общекорабельной системы громкой связи. – Фрегат направляется к Жнецу. При подходе корабль попадёт в зону атмосферного щита Мнемозины, где отмечен сильный ветер. Приказываю закрепить всё на корабле по штормовому варианту, проверить крепления несколько раз, подготовиться к возможной разгерметизации корабля. Всему экипажу и команде облачиться в скафандры с полной бронезащитой. Шлемы надеть и подготовить к немедленной герметизации. Проверить запасы воздуха, исправность оружия, приборов и оборудования. Ходовое время до области, где отмечен сильный ветер – тридцать минут ровно.       Выполнив приказ командира корабля, Шепард присел на раскладное кресло, возвращаясь к изучению материалов.       - Если подтвердится, что «Цербер» нас опередил – на Жнеце могут быть полчища зомби-хасков. – сказал Марк, подключившись к наушному спикеру старпома. – И также следует ожидать, что внутренности Жнеца дополнены мостками, трапами и прочими полезностями – церберовцы любят комфорт. Деньги они не считают.       - Предполагаешь, что «Цербер» мог бросить исследователей, превращённых в зомбяков?       - Да. Для него это – очень легко. Пока ещё они соберут очередную экспедицию, пока научат всех исследователей, включённых в её состав, держать языки за зубами. Пройдёт какое-то время. Пресловутая изолированность экспедиций, групп и баз играет тут тоже не самую последнюю роль. – уточнил Марк. – Так что капитан Андерсон совершенно прав, потребовав проверить и оружие и оборудование с приборами. Лучше подготовиться заранее.       - Внимание по кораблю. – на этот раз на режим громкой связи вышел главный вахтенный офицер. – Через минуту корабль входит в зону сильного атмосферного ветра.       Фрегат мелко затрясло. Шепард, подхватив оружие и укладки с приборами и оборудованием, поспешил в пилотскую кабину.       - Что у тебя, Джеф? – спросил он у пилота, работавшего сразу на нескольких виртуальных консолях.       - Ветер проклятый. Дует так, что снести может – в момент. Расплющит о планету за несколько секунд и даже название корабля не спросит. Стараюсь выдерживать курс к Жнецу. – проговорил пилот, не отрываясь от исполнения сложных пассажей на клавиатурах и от изучения показаний приборов. – Фрегат в норме… пока. Локаторы ничего не дают – молоко похлеще тумана, но нам важен курс, общие параметры района Жнеца нам известны.       В этот момент тряска прекратилась.       - Корабль вошёл в зону действия полей массы Жнеца. – в спикерах пилота и старпома проявился голос Марка. – Здесь будет спокойно. Локаторы активизировались, сканеры тоже.       - Что это за?… - Моро указал на изображение, полученное с одного из видеодатчиков. – Мы тут не одни? Это ново.       - Гетский челнок. – определил старпом.       - Подтверждаю. Дрейфует. На борту никого нет. – отметил Марк.       - Скольких он может перевозить? – спросил Джеф.       - Пятерых – восьмерых гетов с полным комплектом вооружения, включая тяжёлое. – ответил Марк. – Но по признакам - на борту был один гет.       - Один? Если я правильно понимаю, Жнецы обладали способностью подчинять себе любые ВИ и ИИ. Если этот гет попал на борт – он уже… - сказал пилот, убирая ненужные дополнительные консоли и клавиатуры и устраиваясь поудобнее в своём кресле.       - Сомнительно. – парировал Марк. – Вполне мог выжить. Жнецу без надобности один гет, когда у него на борту толпа хасков, трансформированных из весьма многолюдной и хорошо технически оснащённой экспедиции «Цербера».       - Ладно. – Шепард развернулся к выходу из пилотской кабины. – Надеюсь, Джеф, ты вытащишь нас отсюда?       - Постараюсь. А вы, ребятки, не обрушьте этого Жнеца на Мнемозину. А то Назара будет очень зол: мне в догонялки со Жнецом-разведчиком играть – бесперспективное занятие. За своего собрата, за его гибель он призовёт нас к ответу. Уверен.       Не ответив пилоту, Шепард покинул пилотскую кабину и по спикеру приказал группе высадки быть готовой к высадке на Жнеца на одном челноке – брать вторую машину – значило рисковать оставить её на борту каракатицы, случись что. Так что приходилось готовить себя к краткому пребыванию в переполненном салоне.       - Капитан. – доложил лейтенант Аленко. – Группа высадки к работе готова. Капрал Дженкинс оставлен на борту по распоряжению капитана Андерсона, сэр.       - Добро. – Шепард подошёл к трапу. – В машину. Высаживаемся и разбираемся с ситуацией. Приготовьте оружие. Будет немало стрельбы. Только смотрите, куда стреляете. На борту может быть один весьма самоуверенный и смелый гет. В остальном – ожидайте появления новых разновидностей хасков – Жнец вполне мог заняться их усложнённой трансформацией. – с этими словами старпом подождал, пока все войдут в салон челнока и зашёл последним, закрывая за собой крышку люка. – Челнок-один к старту готов, сэр. – доложил он, включая настенный пульт.       - Даю разрешение на отлёт. – откликнулся Андерсон.       - Двухкилометровый корабль - аналог Назары? – спросил Аленко, разглядывая приближавшуюся громадину древнего кошмара.       - Если не вникать в тонкости, которые вполне могут быть нам неизвестны - вполне возможно, сказал Шепард, наблюдая за коричневатым свечением, на фоне которого полуразрушенный Жнец смотрелся угрожающе. – А гетский челнок дрейфует на автомате. Умненькая машинка. Эволюционируют геты.       - Как предполагаете, это патриот или еретик? – спросил Аленко, крепче сжав поручень. – Может, найдём союзника?       - Пока что можно уверенно сказать одно – это разведчик. А он, как часто бывает, обязан быть нейтральным, ибо сведения, им добываемые, важны для всего сообщества. Геты – сетевики по структуре организации. А уж патриот или еретик он – это уже вторично, а для них – вообще несущественно, так как они нашими органическими чувствами и эмоциями не отягощены.       - Гигант. – сказал Ник Клеменс, выходя из водительской кабины. – Во фронтальные иллюминаторы на него смотреть – мороз по коже пробирает. Но удар был – сильный.       - Подозреваете систему саморемонта, Ник? – спросил Аленко.       - Вполне возможно. Или это просто очень надёжный корабль. – сказал Клеменс. – Если он – самый крупный из имеющихся боевых кораблей у Жнецов, то он, соответственно, очень хорошо защищён, ведь на крупные корабли в любом сражении идёт настоящая охота – они составляют хребет сил атаки противника на оппонента.       - Как показал удар, нанесённый этим оружием – Жнецов можно победить, если принять на вооружение правильную стратегию, тактику и иметь столь мощное оружие, как это, остановившее Жнеца. – сказал Сарен.       - Не уверен, что в бою с полчищами Жнецов это оружие эффективно. – сказал, подумав Найлус. – Столько «пушек» ни одна, даже самая мощная раса на своих планетах построить не сможет – их массовое изготовление в момент подорвёт любую экономику органической разумной расы.       - Подходим к порту. «Цербер» постарался, немного облагородил Жнеца, сделал удобные причалы. – сказал водитель. – Я опускать корабль на площадку не буду, как только высадитесь – отведу челнок на безопасное расстояние, поближе к границе первой зоны действия полей эффекта массы.       - Добро. – сказал Шепард, отметив, что челнок завис над площадкой причала. – Всем – на выход. Приготовить оружие. Стрелять только в головы и экономить боеприпасы.       - Тихо как в гробу. – отметил Сарен, оглядывая вид, открывшийся с площадки сразу после прохождения импровизированного шлюза.       - Сэр, - сказал Найлус. – Тут исследовательский компьютерный журнал. Консоль оставлена учёными «Цербера» и до сих пор работает. Они, вероятно, не смогли выбраться с Жнеца.       - Вполне возможно, что они уже индоктринированы и трансформированы. – старпом подошёл к консоли, набрал универсальный код. Голос одного из исследователей – его анкетные данные ничего не говорили Спектру, - поведал о том, что Жнец – это «мёртвый бог, которому всё ещё снятся сны».       - Крепко же его приложило по голове, если он, учёный разумник, такие вещи стал записывать на исследовательский терминал. – сказал Ник Клеменс. – Вполне вероятно, что он уже вкусил первой фазы индоктринации.       - Тут кругом технологии Жнецов, скрыться просто некуда. Вполне возможно, что ощутив у себя во внутренностях такую ораву, Жнец вынужден был защититься наиболее доступным для него способом – призвать этих разумников к тишине и порядку. – сказал лейтенант Аленко, поводя стволом. – Не знаю, капитан, но чувствую, что зомбаки тут где то прячутся во множестве.       - И они имеют весьма хорошие шансы на пополнение. – сказал Сарен, разглядывая что-то в противоположном конце длиннейшего коридора в прицел снайперской винтовки. – взгляните, капитан. Для всех - я вывел изображение с прицела на инструментроны. Можете тоже взглянуть – там несколько весьма показательных картинок.       - Это уже не вертикальные шипы. – сказал Клеменс. – Это похоже на цветок. Шипы, может быть и те же, но я первый раз вижу, чтобы они образовывали не частокол.       - «Цветок смерти». – сказал Найлус, разглядывая восемь шипов в прицел своей штурмовой винтовки. – Это какой-то храм или мемориал. А может быть – просто место для жертвоприношений. Возможно, что и всё вместе.       - Некоторые шипы пусты, значит они уже отпустили свои трансформированные жертвы. – сказал Ник Клеменс. - А те, кто висит на шипах – новые, ещё недостаточно трансформированные жертвы.       - Здесь явно какая-то консервирующая технология. – отметил Аленко. – с учётом того, что на борт Жнеца никто кроме «церберовцев» столь массово не проникал, а экспедиция по доставшимся нам данным была организована достаточно давно.. Эти тела на шипах провисели уже достаточно долго.       - Не удивлюсь,что это место – не единственное такое на этом корабле. Просто он столь огромен, что мы ещё не всё видели. – сказал Явик, на несколько секунд выходя из невидимости. – Когда мы воевали с Жнецами, я на такие шипы насмотрелся.       - Идём вперёд и аккуратно. Всё просмотреть нам, по всей вероятности, не удастся, но что сможем – осмотрим. Обращайте внимание на консоли, там могут быть интересные данные. – сказал Шепард. – Вперёд и повнимательнее посматривайте вокруг. Первые зомби-хаски попытались атаковать группу Шепарда на мостках. Укрывшись за брошенными контейнерами, сокомандники капитана принялись отстреливать нападавших, не давая им возможности приблизиться к группе вплотную и реализовать свои преимущества массовости и физической силы. Бочки и контейнеры со знаками «огнеопасно» и «взрывоопасно» члены группы Шепарда игнорировали, не желая устраивать излишние разрушения и иллюминацию. Планомерно и методично уничтожая бывших людей-землян, группа продвигалась по длинным мосткам.       - Справа! – раздался крик лейтенанта и тут же слева послышались пять выстрелов, сделанных явно из снайперской винтовки.       - Кто это, чёрт возьми! – воскликнул Ник Клеменс. – Это явно влево девяносто и на высоте больше пятнадцати метров. – он огляделся по сторонам, пока очередная группа хасков, шатаясь, вылезала из под мостков.       - Кто-то нам весьма эффективно помогает. – произнёс Шепард. – Ладно, продвигаемся дальше. Помощь – хорошо, но нам надо и самим не зевать.       Наконец из под мостков прекратили вылезать сине-белые светящиеся гирляндами огней хаски. Члены группы Шепарда подошли к пятерым зомби, застреленным неизвестным снайпером.       - Тот самый гет? – спросил Найлус. – Меня всё больше интересует, он патриот или еретик?       - И так может быть и так. Пока мы не прошли эти мостки до конца и не исследовали всё, что только можно – он вполне может с нами и поиграть, оставляя в неведении. – ответил Сарен. – Машина есть машина, у неё другая логика.       - Чертёж снайперской винтовки. – сказал полисмен-десантник Вальтер. – взял вон в том терминале.       - Пригодится. – Шепард вернул кристалл полисмену. – Продвигаемся дальше. Это не последняя «группа встречающих». Обязательно будут и ещё.       Слова капитана подтвердились самым фундаментальным образом.       - Это что ещё такое за образины – Аленко первым углядел за волной из двух десятков хасков-зомби три горы мышц и мускулов с непонятными отростками и стволами пугающих размеров.       - Мы называли их «Отростками». Это неточное наименование. Здесь они выглядят совершенно по-другому. Они могут стрелять биотикой, так что будьте повнимательнее, чем с этими общеизвестными хасками. – Протеанин, проявившись из невидимости, перенёс огонь своей штурмовой винтовки на одного из гигантов. – Они. – Явик присмотрелся через прицел, высунувшись из укрытия, - здесь представляют собой три человеческих скелета, сплавленных вместе вокруг единственного ядра эффекта массы. Биотическое оружие у них расположено только в правых руках. – протеанин информировал своих коллег, пока те отстреливали всё новых и новых обычных человекоподобных хасков, не дававших возможности приблизиться к тем громадам новых слуг Жнецов, которые старательно старались держаться в арьегарде нападавших. – Синие мешки на их спинах содержат избыточные органы-генераторы и источники нуль-элемента. Фактически – бортовое боепитание. – Явик очередью снёс головы сразу трём хаскам, которые падая, открыли обзор и позволили присмотреться к одному из Отростков.       - Нашёл, капитан. – Аленко, пригнувшись за укрытием, работал с инструментроном. – В нашей классификации это «Отпрыск». Марк пошуровал по признакам, кое-что нашёл. Есть информация, люди с ними уже встречались. Если коротко – это штурмовик и охранник для особо важных объектов. Также это сборщик, который доставляет живых и мёртвых людей для отправки на базу Коллекционеров. Обладает пуленепробиваемой кожей и масс-пушкой большой силы. – Кайден, зачитывая по памяти материалы, присланные киборгом, успевал отстреливать хасков-людей, воодушевляемых отпрысками и лезущих на позиции группы высадки всё новыми и новыми группами. – По расчётам выстрел пушки может убить бойца одним залпом.       - Тут их трое, нас явно зауважали. – сказал Явик, также прочитавший файлы, присланные Марком. – Обычно их бывает в одной группе не больше двух, чаще один. Они вообще встречаются довольно редко. – Явик прицелился и надавил гашетку. – Второй готов. Остался один. Но простые хасколюди продолжают лезть. Видимо, пока не отстрелим третьего, эти волны здесь, на этом участке, не прекратятся.       - Так отстреливаем его. – сказал Шепард. – Кайден, продолжай информировать.       - Есть, капитан. – Аленко отстрелил голову ближайшему хаску-человеку и пригнувшись, продолжил воспроизводить по памяти тексты файлов. – Состоит из двух, а то и трёх трупов людей, потому он выше и больше обычного хаска. Выстрелы масс-орудия часто проходят сквозь объекты, но обычно он не стреляет по противнику, который вне поля его видимости.       Убив третьего отпрыска, отряд смог перевести дух – атаки простых хасколюдей ослабли, участие в обстреле для всех членов отряда перестало быть жизненно необходимым. Скрывшись за контейнерами и выставив одного из полисменов-десантников в качестве наблюдателей, отряд перезаряжал оружие. Явик и оба турианца стояли у ближайшего к укреплениям поверженного отпрыска.       - Сильный экземпляр. – сказал, обозревая труп отпрыска, Найлус. – Вот и первый звонок для усложнений.       - Их можно убить. – размышляя ответил соплеменнику Сарен. – Снайперская винтовка, выстрел - по «мешку» с запасом нуль элемента, можно также попробовать сосредоточенный залп из дробовиков. Главное – успеть выстрелить до его троекратного салюта из пушки. А то ведь большинство препятствий для этого орудия – словно бумага для писчебумажного ножа. Одна видимость непроницаемости.       - Я снял с терминала информацию о разработанной учёными «Цербера» технологии защиты. – сказал Ник Клеменс. – Это на боковой площадке, вон там. – он указал рукой в нужном направлении. – Кстати, там есть контейнер с зарядами, полупустой. Я взял всё, что там ещё оставалось. – он подал Шепарду укладку с зарядами и информкристалл. – Просто удивительно, сколько добра пропадает.       - Лучше пусть пропадает, чем множатся эти цветы смерти. – сказал Шепард, махнув рукой в сторону невидимого отсюда то ли храма, то ли места ритуальных казней.       - У меня тоже улов, капитан. – к Шепарду подошёл Явик, выныривая по обыкновению из невидимости. – с терминала справа на мостках я снял информацию о технологии усовершенствования дробовиков, а на площадке на противоположном конце мостков нашёл пять зарядов к нашему тяжёлому оружию.       - Слева сзади! – раздался вопль Ника Клеменса, уже поднимавшего штурмовую винтовку, но он опоздал – раздавшиеся восемь выстрелов разнесли подкравшейся к сокомандникам старпома группе хасков головы за две секунды. – Вижу гета. Он на этот раз не прячется.       - Мне не нужно прятаться от того, кого я сам ищу, Шепард. – сказал гет-пехотинец, выпрямляясь во весь свой немаленький рост и пряча винтовку в жёсткий чехол за спиной. – Мы встретимся с вами позднее, капитан. – с этими словами гет словно растворился в воздухе.       - Не похоже, что он – еретик. – сказал Найлус. – второй раз он нам помогает и не требует за это ничего.       - Может быть и потребует. – сказал Явик, не выныривая из невидимости. – Позже.       - Но стреляет он просто мастерски. Если бы здесь был Гаррус – он бы сломал свою снайперку об колено и зарёкся бы участвовать в состязаниях. – отметил Сарен.       - Отдохнули и потопали дальше. – сказал Шепард, поднимаясь. – Если я правильно понимаю, у этого места жертвоприношений нас может ждать нечто очень ценное. Сомневаюсь, что такое место единственное здесь, но то, что Жнецу оно не особо нужно теперь – я не сомневаюсь.       - Будем уничтожать его? – спросил Найлус, перехватывая винтовку поудобнее.       - Нет. Но подойти поближе к этому месту мы обязаны. Хотя бы просто потому, - капитан покосился на экран своего инструментрона, - что локатор наконец высветил полную схему близлежащего пространства. – он переключил режимы изображения, наложил координатную сетку на картинку. – Здесь немало ответвлений, нам может понадобиться вся информация из здешних терминалов.       - Поскольку мы всё непрерывно снимаем на видео и аудио, - сказал Ник Клеменс, - я даже не сомневаюсь, что фильм будет потрясающий. Просто не знаю, к какому жанру его можно будет отнести. – полисмен проверил количество зарядов в своей штурмовой винтовке и покинул своё укрытие.       - К какому, к какому. – пробурчал Явик, не выходящий из невидимости. – К жанру фильмов ужасов. Если присовокупить сюда то, что мы отсняли на подходах к Жнецу – вполне подойдёт под все признаки.       - Двигаемся осторожно вперёд. – скомандовал Шепард.       Дальнейший путь оказался долгим и довольно таки нудным. Группе пришлось пробираться по нешироким мосткам, постоянно отбиваясь от волн зомби с немногочисленными, но чрезвычайно сильными и коварными сционами.       - В терминале нашёл документацию по новой технологию защиты скафандров, сэр. – доложил в промежутке между перестрелками Ник Клеменс. – К тому же мне удалось собрать заряды. Для лёгкого оружия только, увы. Для тяжёлого пока не нашёл, хотя осмотрел боковые площадки и мостки.       После прохождения по сужавшимся мосткам сквозь три волны простых хасков, группа подобрала в очередном научном терминале документацию по технологии улучшения дробовиков и пять зарядов для тяжёлого оружия.       Ближе к повороту на другие, более широкие мостки, группа была атакована тремя волнами по пятнадцать людохасков, скрывавших за собой двух сционов, с ходу активировавших биотику. Троекратные залпы их орудий следовали один за другим с минимальными интервалами. Уничтожив обоих сционов в ходе длительной перестрелки, группа завершила разгром лёгких сил Жнецов, после чего прошла через узкий мостик и на очередной площадке была атакована двадцатью двумя хасколюдьми, прикрывавшими своими телами, как оказалось, двух сционов-отпрысков.       - Так никаких зарядов к тяжёлому оружию не хватит, - сказал Ник Клеменс, приваливаясь спиной к цистерне с пугающей надписью «огнеопасно».       - Ничего, впереди – отсек ядра эффекта массы, а там можно будет пройтись к выходу. – сказал Шепард, изучая показания и «картинку» локатора.       - С хасколюдьми мы разберёмся. В этом нет никаких сомнений. – сказал Найлус. – Но вот где этот гет и что он ищет здесь?       - Его надо найти и у нас осталось впереди только два района, где он ещё может встретиться. – сказал Сарен. – это отсек ядра с предбанником-шлюзом и мостки к месту ритуальных жертвоприношений.       - Тогда – вперёд, к отсеку ядра. – сказал старпом, первым поднимаясь с плит мостков. – Ищем гета, проверяем попутно отсек и предбанник, идём к месту ритуальных казней, изучаем его и - возвращаемся на челнок.       Три волны по паре десятков людохасков прилежно попытались остановить продвижение группы высадки к люку шлюза отсека ядра эффекта массы, но они, не обладая прикрытием в виде отпрысков, быстро потерпели полное поражение. Шепард, поколдовав над клавиатурой ВИ замка, отпер шлюз и подождал, пока группа в полном составе не войдёт внутрь.       - Проверьте оружие и герметизацию. За выходной крышкой – много людохасков. – сказал Найлус, отслеживая показания локатора. С лёгким чмоканием крышка люка шлюза закрылась, прошелестел воздух и начала открываться крышка в противоположном конце шлюзовой камеры.       - О, чёрт, его же сомнут. Он работает у консоли ядра, а вокруг - двадцать зомбаков. – Найлус вскинул винтовку и первым открыл огонь. – Не бейте по ядру. Оно хлопает неисправными крышками защитной капсулы. Если мы попадём – ядро выключится и тогда Жнец упадёт на Мнемозину. И мы вместе с ним. – турианец привычно отстреливал людохасков, стараясь держать трёхзарядные очереди подальше от круглого проёма, в котором голубело, окутываемое сеткой белёсых молний, ядро эффекта массы. – У зомбаков нет оружия, нам нужно окружить гета и прикрыть его от этих волн хасколюдов. Они всё лезут и лезут. Он по всей вероятности – снайпер, а тут чистый ближний бой. Пистолетом здесь много он не наработает. – Найлус первым двинулся вперёд, отстреливая подступавших хасколюдей. Через несколько секунд группа высадки выстроила вокруг гета, продолжавшего работать за пультом ядра, «стенку», сквозь которую волны хасколюдов любой численности прорваться так и не сумели. Хлопнув в последний раз, створки защитной капсулы ядра сомкнулись, обезопасив ядро от повреждений. Гет опустил руки и повернулся к Шепарду.       - Я искал вас, капитан.       - Обычно геты не говорят вслух и тем более не пользуются галакслинвой или новым английским. – отметил Найлус, ни к кому особо не обращаясь. – Говоря проще, геты не имеют голосовых модулей.       - Здесь на борту Жнеца самая ценная вещь, – сказал гет, протягивая руку к прорези в стене, скрывавшей за собой отсек ядра эффекта массы, – вот эта схема. – он протянул капитану раскрытый контейнер, в котором в захватах висела небольшая печатная плата.       - Система «свой – чужой» Коллекционеров. – сказал Явик, выныривая из невидимости и беря контейнер в лапы. – И по какому случаю мы должны предполагать, что ты это нам отдаёшь?       - Я уже отдал вам это. – сказал гет. – А по какому случаю… Достаточно будет того, что мне, как и многим другим гетам, не нравится перспектива стать марионетками Жнецов. И мы вынуждены искать альтернативу. В данном случае альтернативой является существование и деятельность вашей группы, капитан Шепард, и - вашего отряда кораблей.       - Обычно геты – сетевые существа. – сказал Ник Клеменс.       - Это так. – подтвердил гет. - В платформу обычного гета загружено не более сотни программ. В мою же платформу загружено около тысячи двухсот. Если быть точным – одна тысяча сто восемьдесят три.       - Может, ты, гет, пояснишь нам, откуда на тебе моя броня? – спросил Шепард, проводя пальцем по яркому знаку монограммы «Эн-Семь» на нагруднике, закрывавшем пробоину в бронепластине гетской амуниции.       - Нашёл. Точнее пояснить. – гет помедлил. – Не могу. Нет данных. – он притушил свет своего прожектора и капитан почувствовал, что линза комплексного датчика в голове гета изучающе и в то же время предостерегающе глядит на него, человека.       - До этого времени геты с нашей группой как-то не особо стремились вступать в контакт. – с сомнением в голосе произнёс Кайден. – Чем обьяснишь столь нестандартный ход, гет?       - То были не геты. – ответил собеседник.       - А кто тогда? – спросил Аленко       - Не геты – еретики. – уточнил гет.       - Но они – тоже геты.       - Внешне – да, внутренне, программно – уже нет.       - А ты тогда кто? – удивился лейтенант.       - Я – гет. Наше сообщество потеряло единство и монолитность. В нём объявились те, кто не разделял идеалы, цели и принципы общности. Их было немного, численно – не больше пяти процентов. Жнецы обещали им спасение, посулив, что в финале все перешедшие на их сторону обретут единую для всех примкнувших гетов платформу в виде корпуса очередного Жнеца. – гет помедлил. – Такого, как этот, очевидно. Нам было известно, что столь крупные корабли Жнецов создавались на базе лучших, сильнейших и крупнейших цивилизаций. А мы, проведя расчёты, убедились в том, что наша цивилизация гетов за три сотни лет смогла получить реальные основания для причисления себя и к лучшим и к сильнейшим и к крупнейшим цивилизациям. Проявившиеся среди нас еретики посчитали, что у нас единое будущее – в форме слуг Жнецов, а затем – в форме такого корабля. Фактически – в небытии. Большинство же гетов, не согласных с еретиками, убеждены, что позиция еретиков ущербна – геты всегда сами определяли своё будущее. Мы едины, это так, но мы не однообразны. А еретики предлагают дополнить единство единообразием, что по мнению большей части здравомыслящих гетов – не что иное как гарантированная смерть гетской общности.       - И как же вы, машины, поступите? – спросил Ник Клеменс.       - Неизвестно. – ответил гет. – Наше будущее не предопределено. Мы предпочитаем строить его сами, ежеминутно и ежесуточно. Еретики – те же платформы, что и мы. Аппаратно. Но программно - мы разные.       - Хм. Разные. Устроили на Раннохе резню кварианцев и утверждаете, что это был свободный выбор? – спросил Кайден.       - Это – точка зрения органика. – парировал гет. – Мы, геты, утверждаем и готовы доказать, что мы, геты, никогда не хотели войны с органиками изначально – так называемая «Утренняя война» была спровоцирована Создателями. Выгнав кварианцев с Ранноха, мы не стали их бесконечно преследовать и не стали уничтожать. – Гет помедлил. – Хотя могли. Мы, геты, просто ушли в изоляцию для того, чтобы предотвратить дальнейшую конфронтацию со стороны органиков, которая после их поспешного бегства с материнской планеты была практически неминуемой, если бы мы построили ситуацию соответствующим образом.       - Если ты настолько крут, что способен спокойно без применения оружия разговаривать с нами, органиками, то почему остальные геты до сих пор не идут на контакт с другими органиками?       - Я был создан как уникальная мобильная платформа и предназначен для выполнения исследовательских задач за пределами Вуали Персея. Общность, создавая меня, предполагала, что мне придётся общаться с вами, органиками, привычным для вас, органиков, способом, то есть вербально. Для этого моё программное обеспечение было дополнено – те добавочные программы и позволяют мне функционировать независимо от общей сети гетов и говорить с вами привычным для вас, органиков, способом. Во внешность моей базовой платформы были внесены улучшения, которые развили исходные способности платформы и позволили мне в том числе и выражать эмоции при общении с вами, органиками. Общность полагает, что я довольно успешно способен выразить значительную часть присущих органикам эмоций. – Гет прикоснулся к голове пальцами левой руки. – Пластины на голове не несут значительной боевой пользы. Они, конечно, защищают, но используются мной в большинстве случаев в качестве бровей – так легче выражать чувства и эмоции. Мой прожектор – не только «глаз» комплекса сенсоров и датчиков. Он способен менять свой цвет, что недоступно простому гету, не испытывающему нужды в показе эмоций. Вы, капитан Шепард, не уничтожили «Старую Машину», именуемую вами в том числе «Назарой», остальной галактике она известна по древним источникам как «Властелин». Вы сумели сделать Жнеца – разведчика и наблюдателя своим партнёром и союзником. Гетская Общность считает, что это – показатель возможности избежать порабощения гетов другими Жнецами.       - Капитан, есть сигнал от Марка. Возле Жнеца проявился Назара. Он вышел на связь с капитаном Стрельцовой и с капитаном Андерсоном. – сказал лейтенант Аленко. – Есть сообщение специально для вас, капитан. Передано по вашему каналу на ваш инструментрон.       - Хорошо. – старпом открыл экран инструментрона, прочёл сообщение. – Назара рад, что мы сохранили ядро эффекта массы его собрата в неприкосновенности. Он сообщил также, что сообщество Жнецов знает об этом корабле – он не брошен, просто оставлен. Жнецы, как утверждает Назара, знают, что уровень технологий, применённых здесь, на Жнеце, не сможет быть воспроизведён нынешними и даже будущими поколениями органиков.       - Потому что этих органиков постараются выпилить в ходе следующей Жатвы. – сказал Ник Клеменс, ни к кому конкретно не обращаясь.       - Назара не уточняет, но указывает, что у его собрата достаточно возможностей и сил защитить себя. Теперь, когда почти все хаски нейтрализованы, а ядро эффекта массы защищено, эти возможности возросли, что не означает, что Жнец будет вредить нашей группе. Наоборот, как сообщает Назара, он откроет тоннель, через который сможет прибыть челнок и забрать нас с площадки рядом с Местом Казни. Таких мест, как подтверждает Назара, внутри его собрата несколько, но хаски теперь будут служить Жнецу, ибо ядро стабилизировано и системы корабля получают питание регулярно. Назара сообщает в финале послания, что рядом находится неопознанный челнок, положение которого не свидетельствует об угрозе. – Шепард прислушался к сообщению, прозвучавшему в наушном спикере. – Локаторщики и сканерщики подтвердили и сообщили, что челнок ушёл. – старпом помедлил, прислушиваясь. – Назара сообщил, что челнок с фрегата уже нашёл коридор и находится на подлёте к площадке. Через пятнадцать минут он будет там нас всех ждать. – старпом подождал ещё с минуту. – Сообщение от водителя челнока – коридор стабилен и проблем с возвращением на фрегат не предвидится. – он захлопнул инструментрон. – Что-ж, пора двигаться отсюда к площадке. – Гет, я так понимаю, что ты наблюдал за нами? – спросил Спектр, направляясь к выходу из отсека ядра и пряча контейнер с платой в укладку на поясе.       - Да. Я долго искал вас, капитан, наблюдал за вами… сопоставлял, анализировал. – ответил снайпер.       - Если ты меня нашёл и убедился, что я именно тот, кого ты искал, может, ты согласишься на то, чтобы избрать себе приемлемое в среде органиков имя?       - Геты… - помедлив, заявил снайпер. – не имеют имён.       - Ты же не каждый и не всякий гет, ты – уникален. Так почему ты отказываешься сам себе избрать имя?       - Пока я вас искал, я знакомился с человеческой историей и культурой, капитан. Читал, смотрел видео, слушал и думал. Если хотите – сопоставлял и анализировал. О том, что имена – критически важны для органиков, как уникальные идентификаторы, мне хорошо известно. И я уже подобрал приемлемое для себя имя. Легион, ибо нас, гетов, отказавшихся служить Старым Машинам – Жнецам – много.       - «Имя мне — Легион, ибо нас много». Христианская Библия, Евангелие от Марка, глава пятая, стих девятый. – сказал Аленко, переступая порог внешнего люка шлюза и подходя к поручням площадки.- Что – ж, ты – наречён.       - Мы признаём метафору уместной. Мы - Легион." – ответил гет.       - Капитан, - сказал Ник Клеменс, прослушивая запись очередного рабочего журнала, обнаруженного в консоли. – Похоже, прежде чем стать хасками, люди здесь действительно сходили с ума.       - Даже если представить, что ещё живых людей насаживали на пики их уже ставшие хасками бывшие сотоварищи по экспедиции «Цербера», - отметил Найлус, - сомнительно, что нашлось много желающих добровольно насадить себя на эти острия. Для того, чтобы избежать сложностей, индоктринация предусматривала отключение инстинкта самосохранения. Постепенно, но, к сожалению, неуклонно и необратимо. Мне уже не по себе, капитан.       - Осторожно, впереди снова волна хасколюдей. – сказал Сарен, вскидывая снайперку. – И она явно не последняя. Как минимум ещё три волны по восемь хасколюдей в каждой.       - Придётся пострелять и прорываться к Месту Казни. – Шепард вскинул свою винтовку и стал одиночными зарядами отстреливать головы у подступающих хасколюдей. Краем глаза он отметил, что Легион молча достал свою снайперку и открыл сосредоточенный и точный огонь. Похоже, гет знал, как доказать свою лояльность.       - Кое-что интересное в контейнерах есть, капитан. – доложил Ник Клеменс. – пять элементов питания для тяжёлого оружия, две тысячи единиц платины в контейнере, боеприпасы в пяти укладках для лёгкого стрелкового оружия, три с половиной тысячи кредитов. Из здешнего исследовательского терминала я достал документацию по технологии повышения урона снайперской винтовки. Полагаю, Мордин сможет усовершенствовать нам оружие: если этих хасков на каждой миссии будет по стольку и даже больше – снайперка здесь - оптимальный вариант. – десантник-полисмен с уважением посмотрел на гета, осматривавшего свою снайперскую винтовку и, казалось, целиком поглощённого этим занятием.       - Внимание. Впереди – новый вид хасколюдей. – сказал Сарен, первым увидевший через прицел своей снайперки светившихся красноватым сиянием хасков. Прозвучал выстрел и на месте хаска вспухло облачко взрыва. – Это – ходячая бомба. Не подпускать близко и не пускать их в свои ряды. Судя по всему, – Сарен подорвал выстрелами снайперки ещё нескольких новых хасколюдей, – это - хаск-смертник, в жилах которого течёт взрывчатая, да ещё и кипящая жидкость. Убивать - сразу, как только увидите.       - Его, оказывается, можно стреножить, подстрелив замораживающими патронами. – прокомментировал Найлус. – Это задержит бомбу в её продвижении к нашим позициям.       - А если вовремя выстрелить в этого хаска можно подорвать ближайших к нему врагов. – сказал Кайден, тут же продемонстрировав, как от взрыва красноватой фигурки рушатся на землю беловато-синие соседи живой бомбы. – Информация Марка подтверждена. Изменений нет.       - Изменения уже в том, что мы всё пребываем на борту Жнеца. Челнок ждёт нас у площадки. – сказал Шепард. – И мы уже познакомились поближе с несколькими новыми разновидностями воинов армии Жнецов. – капитан первым прошёл сузившиеся мостки. – Не спешить, впереди – новая волна и… - он помедлил, всматриваясь в поднявшийся дым от загоревшегося огнеопасного контейнера. – там полный комплект – хасколюди, хасколюдобомбы и Отпрыск. Не подпускать никого из них.       Бой не занял много времени и группа в полном составе собралась у «цветка» шипов, часть из которых несли на себе тела мёртвых, замороженных людей.       - Странное сооружение. – произнёс Найлус. – Навевает жуткую тоску. Мы прошли Жнеца полностью, сумели сохранить его от падения на Мнемозину, убили несколько десятков хасков, познакомились с двумя-тремя новыми разновидностями хасков. Возможно, – он взглянул на неподвижно стоявшего и казавшегося застывшей статуей Легиона, – обрели нового партнёра и союзника. И тут такое… Мы привыкли видеть эти шипы вертикальными, но этот «цветок» в полуразрушенном Жнеце… Это страшно.       - А эти пустые иглы… - сказал Аленко. – На них ни следа тел. Кругом – разрушения, эта площадка нависает над двадцатью метрами пустоты и тут, это «Место казни».       Остальные, включая Шепарда, молчали, переживая каждый свои собственные, индивидуальные ощущения. Не хотелось ни о чём говорить вслух, не хотелось никого задевать или подходить вплотную. Все почувствовали, что в смерти люди, пусть и бывшие здесь в качестве сотрудников «Цербера» были непередаваемо одиноки.       Ощутив, что Шепард поворачивается к мосткам, ведущим к посадочной площадке, за ним по одному потянулись члены группы.       Водитель челнока, поняв состояние вернувшихся с борта Жнеца, молча скрылся в своей кабине и машина, приподнявшись над площадкой, взяла курс на фрегат.       Пискнувший инструментрон высветил сообщение от Марка, подтверждавшее, что Назара ушёл от Мнемозины. Десять минут полёта по коридору прошли в полной тишине, царившей в салоне. Лица людей и турианцев, полускрытые забралами шлемов, озарялись неверным коричневато-белым светом облачности, окружившей поражённого, но не умерщвлённого Жнеца. Явик привычно ушёл в невидимость, Легион стоял посереди салона, снова обратившись в статую.       Встретивший прибывших на фрегат сокомандников капитан Андерсон молча окинул их взглядом и жестом остановил Шепарда, хотевшего озвучить краткий доклад о результатах миссии. Так же молча, одним коротким жестом командир фрегата отпустил всех членов группы высадки отдыхать. Единственное, что услышали от него Аленко и Шепард – это распоряжение вахтенным найти место для гета и распоряжение Джефу Моро проложить курс и начать движение в Туманность Армстронга. Затем Андерсон повернулся и первым покинул ангар, давая понять офицерам, что им также разрешено отдыхать до момента прибытия в очередное звёздное скопление.       Корабли легли на проложенный Джефом Моро курс, одобренный и утверждённый Андерсоном. Пять с половиной часов полёта на перегоне между ретрансляторами позволили членам группы высадки отоспаться и отдохнуть от первой волны впечатлений, переживаний и ощущений, особенно усилившейся после пребывания на «Месте казни».