Сверкающие глаза

      Выход в туманность Армстронга встряхнул экипажи кораблей, заставил людей и инопланетян отвлечься от тяжких размышлений, навеянных общением с полумёртвым Жнецом.       - Командир, на связи – адмирал Хаккет с «Арктура». У него есть просьба проверить подозрения относительно возможного нашествия гетов на отдельные звёздные системы. – сказал Моро, нажатием нескольких сенсоров перебрасывая сигнал в командирскую каюту. Дальнейшее общение двух старших офицеров пилота не интересовало – перегон к очередному топливному складу усложнялся огромным количеством кораблей, желавших пополнить запасы энергии и становившихся в многорядную очередь к терминалам.       - Хорошо, адмирал. До связи. – сказал Андерсон, касаясь пластинки наплечного спикера. – Шепард, зайдите ко мне. Есть приказ Штаба ВКС.       - Есть, сэр. – спустя несколько минут старший помощник козырнул, переступая порог каюты и усаживаясь в указанное Андерсоном кресло. – Геты?       - Вы проницательны, Джон. Наш отряд способен выполнить эту задачу, тем более, что на этот раз у нас есть названия планет, которые следует проверить. Не скрою, предполагаю, что придётся делать как минимум четыре высадки. В остальном, надеюсь, удастся обойтись дистанционными методами – мы опять вынуждены заправляться. Джеф, сколько времени займёт процесс?       - На подход к терминалу – ориентировочно полтора-два часа, на саму заправку – час с небольшим. Рассчитываю в пределах четырёх часов мы управимся и будем готовы к полётам в этом скоплении, сэр. - Пилот помедлил с ответом, что-то перепроверяя. – Да, в пределах четырёх, пяти часов. Есть запрос с «Волги», пока стоим в очереди они могут перебросить нам часть топлива. Крейсер, что и говорить, более ёмок. Запасы у них есть и большие.       - Не надо. Диспетчера топливного склада и так нас готовы взгреть за приоритетность заправки. Тут действительно многовато желающих. Будем ждать, пока подумаем. – Андерсон отключил связь, зная, что Моро своевольничать не будет и чётко проведёт всю процедуру заправки фрегата топливом. – Итак, у нас есть ориентировка кораблей нашего отряда на отработку следующих планет – Райнгри, Антибар, Касбин, Маджи.       - А Грисом?       - Боюсь и туда нам придётся войти, чтобы не только осуществить сканирование, но и выйти на поверхность одной из расположенных там планет. Полагаю, штаб не хочет пугать крупную рыбу. Подозреваю также, что эта крупная рыба именно в пределах Грисома. Если мы туда сейчас пойдём – мы не нарушим приказ штаба, но резко осложним для самих себя выполнение поставленной задачи. Джеф. – Андерсон коснулся спикера, активируя связь с пилотской кабиной. – Последовательность – Гагарин, Гонг, Терешкова, Вамши. Просчитай пока только заходы, проверки каждой системы будем делать по факту.       - Есть, сэр. Доклад о результатах расчёта?       - По готовности.       - Приступаю. – коротко бросил Моро и переключил каналы связи на БИЦ.       Заправка фрегата топливом окончилась через четыре с половиной часа. Уводя корабль от терминалов склада, Моро чётко выполнял маневры, выводящие «Нормандию» на курс к звёздной системе «Гагарин».       Несколько часов перегона прошли нормально. В системе «Гагарин», подождав подхода крейсера, спецы локационной разведки привычно включили режим мягкого ознакомительного сканирования.       Шепард устроился за рабочим столом в своей «выгородке», активировал настенные экраны и вывел на них информацию с локаторов и видеодатчиков обоих кораблей отряда. Без эмоций восприняв информацию ВИ о том, что туманность Армстронга названа в честь первого человека, ступившего на поверхность спутника планеты Земля, а системы скопления названы в честь ориентиров освоения человеком космического пространства, Шепард отметил для себя информацию ВИ о том, что звёздная система, куда только что прибыл отряд, названа в честь российского космонавта, первого человека в истории земной человеческой расы, совершившего полёт в космическое пространство. Предстояло попросить Светлану рассказать поподробнее об этом землянине – имперцы знали гораздо больше, чем было представлено в Интернете и Экстранете. В качестве ответного жеста Шепард попросил ВИ корабля подготовить всю доступную информацию об Армстронге и выделил в своём графике-расписании время для написания короткого план-конспекта по тем материалам, которые обычно не публиковались в электронных системах массовой информации.       Средняя система с пятью планетами привыкла, по всей вероятности, к многочисленным кораблям самых разных рас, круглосуточно и круглогодично посещавшим её пределы. Как всегда, оба корабля отряда начали сканирование с самой удалённой от местного светила планеты, которой на этот раз оказался Антирумгон – небольшая, покрытая льдом скалистая планета, крайне разреженная атмосфера которой состояла из метана и этана. Поверхность планеты была богата углеродом, наличествовали и залежи кальция. В основном планета служила как одна из важных баз пиратов, использовавших её в качестве стоянки. Фрегаты Альянса раз за разом разрушали возводимые пиратами временные жилища, тем не менее пираты возвращались сюда снова и снова, поскольку здесь можно было без проблем и платы разрядить двигатели кораблей, запастись льдом, купить или продать рабов и конечно же, обменяться новостями. Отметив, что по ряду признаков пираты уже узнали, какие корабли к ним пожаловали, Шепард усмехнулся одними губами, вчитываясь в данные о недрах планеты, являвшихся для пиратов поставщиком природного алкоголя. Некоторые группировки потомков «одноглазого Сильвера» пытались даже делать бизнес на эксплуатации скважин, поставлявших на поверхность естественный антифриз, столь любимый криминальным элементом.       Локационный пост фрегата отметил в базе данных наличие одного нового месторождения: был найден лёгкий металл кобальт. Шепард подозревал, что пираты вряд ли заинтересуются находкой – добыча этого металла была намного сложнее добычи природного антифриза или льда. Тем не менее, отметив в журнале открытие нового месторождения, старпом удовлетворённо кивнул – силы Сопротивления получили ещё одну возможность действовать в условиях полной изоляции. В том, что Жнецы постараются отключить ретрансляторы и организовать форменное избиение изолированных в своих звёздных системах рас, Спектр уже не сомневался.       Четвёртая планета системы – Согельрус – относилась к категории планет так называемого «земного типа» - её тонкая атмосфера содержала азот и аргон, а поверхность состояла по большей части из водяного льда. На планете были отмечены также соединения углерода и железа, попавшие на поверхность благодаря криовулканическим процессам, происходившим в нижних слоях коры и обеспечившим образование многочисленных кратеров – накопителей водяного льда. Вопросов сканирование планеты не вызвало и фрегат мягко качнувшись, выполнил поворот и направился к третьей планете – Райнгри – одной из указанных в ориентировке, полученной из штаба ВКС Альянса.       Данные локаторов стали более полными – спецы явно подключили новые обрабатывающие модули. Райнгри того стоила – будучи небольшой, но, по большинству оценок, бесплодной планетой земного типа, обладая умеренным климатом и небольшими запасами полезных ископаемых, она проходила по категории «приговорённых» в негласной табели, известной всем профессиональным космолётчикам. Саларианские исследователи отследили, что причиной будущей гибели планеты является вошедший в систему примерно десять тысяч лет назад некий астероид, названный саларианцами Ватцем. Захваченный гравитационным полем планеты, этот астероид ныне находился на завершающем участке спиралеобразной орбиты вокруг планеты, что приводило к учащению землетрясений и бурь, бушевавших на поверхности Райнгри в последние несколько сотен лет. Именно столь высокая угроза гибели планеты и являлась основной причиной отказа большинства горнодобывающих корпораций от разработок здешних месторождений полезных ископаемых.       Обратившись к дополнительным материалам Сводов астрономии, Шепард уяснил для себя, что оба небесных тела разрушатся в результате гравитационного взаимодействия через несколько сотен ближайших лет. Азари, стремившиеся извлечь для себя прибыль даже на столь значительных сроках окупаемости, уже предлагали своим соплеменницам круизы, предполагавшие возможность посмотреть на это действо локально-космических масштабов.       - Группе – готовность два. Всех жду в ангаре. Берём два траспортёра и выполняем задачу на Райнгри. – сказал, активируя спикер, старпом, облачаясь в скафандр и проверяя оружие. Дженкинс, в чём дело? – Шепард отметил на инструментроне сигнал включения спикера капрала.       - Сэр, прошу разрешения присоединиться к вашей группе.       - Лейтенант? – Спектр переключился на канал командира экипажа второго транспортёра.       - Может. – отрывисто произнёс Аленко, видимо, занятый сборами. – Пусть идёт, миссия не обещает быть сложной. Простое прочёсывание местности. Постреляем в гетиков. Легион не будет против – он знает и уже сообщил, что это – еретики, а не чистые геты. Наш уникум ушёл в Экстранет на пару с Марком и потерялся на его просторах. Стоит статуей. – Аленко оборвал сам себя, перешёл на деловой тон. - С большинством из роботов Дженкинс имеет неплохие шансы справиться.       - Тогда он – в вашей группе, лейтенант. – сказал Шепард, подхватывая штурмовую винтовку из настенных упоров.       - Есть, принял. – ответил Кайден, переключая каналы и отдавая соответствующие распоряжения.       Перед посадкой в транспортёры Шепард распорядился построить группу в ангаре, прошёлся вдоль строя, внимательным взглядом окидывая каждого сокомандника. Дженкинс волновался, поскольку хорошо знал о способности Шепарда сразу замечать любые недостатки и ошибки. Но на этот раз старпом прошёл мимо, не удостоив капрала даже мимолётного взгляда. Короткая команда «По машинам» и группа высадки исчезает внутри бронированных корпусов.       Транспортёры опустились на грунт Райнгри в заданном районе.       - Сэр. – сказал Найлус, сидевший в этот раз за рычагами управления машиной. – На локаторе – разбитое транспортное средство, по всем признакам – гражданская модификация транспортёра «Гризли». Там был пожар, причём сильный, вызванный попаданиями зарядов из тяжёлого лучевого оружия гетов с небольшого расстояния. Несколько. – турианец помедлил. – Пять обгоревших тел. Саларианец, два турианца и два землянина. Идентифицирую как. – Спектр пощёлкал сенсорами, уточняя данные. – независимую спасательную команду. Знать бы, кого они здесь спасали. Будем подходить ближе?       - Обязательно, Най. – сказал Шепард, ознакомившись с картинками видеодатчиков и текстами, выданными блоками анализаторов бортового комплекса разведаппаратуры. – Посмотреть на это вблизи определённо стоит. Хоть и бандиты, падальщики, но раз мы уже имеем дело с гетами, начавшими стрелять из тяжёлого лучевого оружия… Чего доброго и колоссы тут имеются в достаточном количестве. Вперёд.       - Есть. – Найлус быстро подвёл транспортёр к месту трагедии, остановил его так, чтобы держать под прицелами оружия большую часть окружающей местности.       - Похоже, что они здесь имели лагерь. – сказал Сарен, закончив осмотр остова транспортёра и останков падальщиков. - А геты действительно блюдут автономность – их бандитский образ жизни органиков не заставляет принимать этих отморозков за своих сподвижников.       - Марк, что можно сказать про лагерь. – Шепард активировал связь с фрегатом.       - Есть такой лагерь. Отмечаю на карте. Он за пределами действия сканеров скафандров и транспортёров. – откликнулся киборг. – По общим данным на сей момент – заброшен, пустует. Детали возможно уточнить только на месте, отсюда не всё так однозначно выглядит. Но то, что лагерь покинут в спешке – ясно.       - Уточним. Марк, спасибо. – Шепард оглянулся на сокомандников. – В машины. Направляемся к лагерю бандитов. Спасатели… - он удержался от крепких армейских выражений, отметив напряжение Дженкинса. – Быстрее, у нас ещё кроме этих бандюганов задачи есть.       Машины остановились на линии, которую можно было бы посчитать периметром лагеря. Группа почти в полном составе – внутри транспортёров остались водители. – вышла из под брони машин и приступила к обыску лагеря.       - Падальщики-бандиты, разбившие этот лагерь, ушли. – сказал Аленко, закончив осмотр палатки-тента и немногочисленных разбитых ящиков. – Есть только один более-менее целый ящик с оружием и бронёй. Я бы оставил это здесь, сэр. Знаю, геты на это не польстятся, а если роботы уже здесь – эти вещи не принесут облегчения органикам. Марк прав, лагерь покинут и покинули бандиты этот лагерь в большой спешке некоторое время назад. Не удивлюсь, если это произошло не далее, чем сутки назад, сэр.       - Вполне возможно. – Шепард обозрел содержимое наиболее целого контейнера. – Ладно, у нас – не склад, а потому оставляем это здесь. – он открыл инструментрон, вызвал карту района проведения разведпоиска. – Следующие точки, Найлус – обломки разбитого зонда и разбитая спасательная капсула.       - Сэр, тут есть место… По всем известным мне источникам там можно услышать пение рахни. Я не знаю как такое может быть – рахни, если и были здесь, то покинули эту планету достаточно давно. Но, думаю, послушать стоит. - сказал Сарен.       - Хорошо. Как разберёмся с местными гетами и определим, что они здесь пытались сделать или сделали – посетим это место. Недолгая остановка нам не повредит. Потом – возвращаемся на корабль. – ответил старпом, понимая, что после общения с Жнецом его сокомандникам нужны положительные эмоции. Как воздух и как приемлемая пища нужны. – По машинам.       От зонда остался только один запертый контейнер и обломки двигателя. Кто запустил этот зонд, куда он летел, кому предназначались улучшения оружия, найденные во взломанном ящике – установить не удалось – и так остатки механизма пришлось выкапывать лопатами из неподатливого грунта. Поместив проверенные оружейные улучшения в багажный отсек транспортёра, группа высадки направила машины к разбитой спасательной капсуле.       - Тела нет, но есть медальон Лиги Единения. – сказал Дженкинс, подавая старпому находку. – Я читал об этой организации. Они пытались сохранить единство… А теперь мы находим эти медальоны и жетоны в самых разных уголках исследованной части галактики.       - Они старались остаться в живых, сбить погоню со следа, капрал. Для этого им пришлось разделиться. Они были достаточно хорошо подготовленными профессионалами, чтобы выжить в одиночку, но перед временем вряд ли органикам суждено выстоять в полной мере. – сказал Найлус.       - Спасательная капсула. – произнёс Дженкинс, упаковывая медальон в поданный Сареном контейнер. – Значит ли это, что они, члены Лиги, обладали по меньшей мере малыми кораблями? Это же так заметно.       - Иначе вряд ли они смогли бы столь надёжно скрыться от преследователей. – подытожил Сарен, забирая запертый контейнер у капрала. – Следуем к исследовательской станции, сэр?       - Да. – сказал Шепард. – По машинам.       Садясь по привычке у выходного люка, старпом вспомнил формулировку задания, переданного ему Андерсоном: геты готовят полномасштабное вторжение в Пространство Цитадели и для этого собирают значительные по численности воинские контингенты именно в туманности Армстронга.       - Капитан, вы только посмотрите. – сказал Найлус, включая дополнительные экраны. – геты вообще обнаглели. Это же целый лес из столбов-трансформаторов. – коготь турианца коснулся изображения одного из шпилей, стоявшего чуть поотдаль от остальных. – И по внешнему виду ясно, что они уже были в работе.       - Локаторы?       - Чисто, сэр, но если здесь хаски – им и закопаться на пару десятков метров вглубь не составит труда. – ответил Сарен. – Удивительно живучие твари, только голову и ценят.       - Но не берегут. Нет у них инстинкта самосохранения. Тупо бегут вперёд и давят числом. – сказал Явик, молчавший до этого. – Здесь их достаточно много, так что внимательно осматриваем все помещения заброшенной исследовательской станции. – он просмотрел изображения с видеодатчиков обоих транспортёров, приник к окулярам перископов «Мако». – Да. Здесь есть подземная часть, там нужно быть особо внимательными.       - Оружие наизготовку. Выходим. Водителям – остаться в машинах. – распорядился Шепард.       Первое помещение наземного комплекса было пусто и практически лишено даже признаков пребывания каких либо органических существ.       - Капитан, локатор докладывает, что во втором помещении – полно хасков. Есть признаки, что и к комплексу уже двигаются три десятка таких созданий.       - Хорошо. – Шепард оценил обстановку по карте своего инструментрона. – Аленко, организуйте тыловое прикрытие, а нам следует разобраться с подземной частью этого комплекса. Нас явно пытаются зажать и вскоре здесь вполне могут появиться геты. Всем перезарядить оружие и не подпускать этих рукастиков на дистанцию ближнего боя. Бить только в головы и не тратить заряды на остальные части их тел. – старпом вскинул винтовку, взглядом пересчитывая отметки на план-карте, показывавшей обстановку в смежном зале. – Нас пытаются встретить полтора десятка хасков, так что постреляем. Никакой рукопашки и ножей. Вперёд.       Уничтожив всех хасков в смежном зале, группа вышла в коридор, спускавшийся под землю, в своеобразные подвальные помещения, именуемые на слэнге исследователей «дальними». Здесь были только пятеро хасков, привычно попытавшихся предельно сократить расстояние до тел членов группы высадки и павших от точных выстрелов только в головы.       - Сэр, ведём бой с хасками, подошедшими с тыла. – доложил лейтенант, оставшийся в зале. – Только что уничтожили двух разрушителей. Локатор показывает, что около двух десятков гетов-пехотинцев, два ракетчика и два разрушителя ждут нашу группу у входа на базу. Похоже, у них приказ задержать наше продвижение, сэр.       - На поверхность не выходить, внутрь базы противника не пускать. – распорядился Шепард, осматривая очередное «дальнее» подземное помещение. – Здесь для нас ничего интересного нет, нам необходимо продолжать разведку, поэтому продвигаемся к выходу и уничтожаем группу встречающих.       Ощутив готовность сокомандников, Шепард первым вернулся в зал, взглянул на экран инструментрона лейтенанта, мельком посмотрел на двух разрушителей, так и не сумевших добраться до двери, ведущей в коридор, после чего перезарядил винтовку и подошёл к двери, ведущей наружу. Спустя несколько минут группа встречи, включавшая хасков и гетов, лежала вокруг шпилей-трансформаторов в самых изломанных позах. Сокомандники перезаряжали оружие, осматривали остовы гетов.       - Капитан, большая часть хасков – свежая. Форма и конфигурация – стандартны. – сказал Аленко. – Это были люди и не обязательно бандиты, хотя кто теперь сможет это достаточно точно определить. – Лейтенант носком десантного скафандрового ботинка повернул голову ближайшего мёртвого хаска так, чтобы видеть его лицо. – Да. Это был человек. А нам пришлось стрелять ему в голову, чтобы только остановить.       - Дженкинс, лейтенант, проявляет слишком большой панический интерес к столбам-трансформаторам. – отметил Шепард. Я отсюда чувствую его нарастающую панику.       - Ничего. Одно дело – виртуальная реальность, а другое – материальная реальность. Здесь. – Кайден включил инструментрон. – больше признаков незваных гостей любого рода нет. – Аленко подошёл к замершему у одного из шпилей капралу, что-то сказал ему и Ричард направился к транспортёру. – Группа-два – в машину.       На несколько минут машины замерли на одной из скальных гряд – водителям транспортёров пришлось напрячься, чтобы как можно ближе подвести технику к месту, где приборы однозначно фиксировали звучание песен рахни.       - Странные звуки. – сказал Дженкинс, вслушиваясь. – Никогда такого не слышал. Но… успокаивает. – Он несколько секунд молчал. - Эти шпили… от них так и веет страхом и безысходностью. Как подумаю, что ещё живого человека геты насаживали на эту иглу… Мороз по коже продирает. Буду убивать этих синтетиков, едва только они рыпнутся в недозволенном направлении. А так… Если не будут угрожать нам, органикам, замышлять что против нас – пусть себе живут. У нас свой путь – у них свой. Но мы все живём в одной Галактике. Эта песня несёт в себе такую веру в бесконечность органической жизни. – проговорил капрал. – Я даже не знаю, с чем её можно сравнить… Но она… не агрессивна.       Шепард, поймав согласный взгляд Аленко, жестом распорядился всем членам группы вернуться под броню машин. Присутствие значительных гетских подразделений в обозначенном штабом Альянса районе было более чем фундаментально подтверждено, равно как и предположение о том, что геты не останавливаются перед массовой трансформацией разумных органиков в неразумных хасков и иных синтетических слуг.       - Не знаю, капитан. – сказал Сарен, усаживаясь рядом с Шепардом на жестковатое кресло транспортёра. – Но, похоже, что геты проинформировали своих соплеменников на других планетах и нам готовят более горячую встречу. Сложно будет обойтись без боестолкновений и стрельбы. И, пожалуй, нам придётся всерьёз озаботиться сохранностью транспортёров. Если там будут шагающие танки – мы рискуем лишиться техники очень быстро. Придётся потанцевать.       - У вас тоже в Иерархии практикуют биатлоны на транспортёрах и танках? – спросил Шепард.       - Обязательно. Любая возможность выстоять в борьбе нами воспринимается однозначно – изучить, освоить и мастерски применить. – сказал турианец. – Но такой машинной жестокости… У нас её нет. И, хорошо, что нет. – Артериус взглянул на экраны забортной обстановки. – Выходим в район, где нас сможет подобрать фрегат.       - Отметил. – Шепард вышел на канал связи с бортом «Нормандии». – Группа высадки – борту. Готовы к возвращению.       - Ждите. Восемь минут до подлёта. По последним данным район эвакуации чист. – откликнулся Моро.       - Ждём. – сказал Шепард, переключая каналы.       Восемь минут прошли в спокойном ожидании и фрегат, привычно выдвинув аппарель, снизился и «слизнул» оба транспортёра. Райнгри осталась позади.       - Группе высадки после проведения послевысадочных операций – собраться в столовой для приёма пищи. – распорядился главный вахтенный офицер фрегата по громкой связи. Напоминание о совместной трапезе лучше всех других признаков доказало вернувшимся на борт разумным органикам, что теперь можно и даже нужно немного расслабиться и подготовиться к новым, ещё более сложным заданиям. За столами члены группы высадки оживлённо обсуждали происшедшее на Райнгри, отмечая также, что фрегат, привычно идущий впереди крейсера, уже вовсю сканирует следующую планету звёздной системы Гагарин – Пресху.       Проходя по кораблю, Шепард обратил внимание на неподвижно стоявших у бокового иллюминатора обоих турианских Спектров. В молчании они смотрели на окружённый немногочисленными спутниками небольшой водородно – гелиевый газовый гигант, богатый, как показывали датчики фрегата, углеводородами, сконцентрированными в средних слоях атмосферы.       - Когда завершались Восстания кроганов, - сказал Сарен, ощутив присутствие рядом Шепарда, - тогдашний командующий военно-космическими силами Турианской Иерархии, наш выдающийся воин, Меркури, объявил о своей незамедлительной отставке. Это вызвало, как показывают документы, сохранившиеся с того времени, значительный шок в политических кругах нашего общества. Многие не понимали причин этого шага, ведь он был победителем. А тут – отставка с поста. Но ещё более непонятной для наших соплеменников было последовашее за сообщением о безоговорочной и окончательной отставке исчезновение корабля, на котором тогда воевал Меркури. Только двести лет тому назад этот корабль был обнаружен здесь, на поверхности одного из самых крупных спутников этой планеты, в системе, где встретить пирата или бандита гораздо легче, чем вменяемого разумного органика. – Сарен помолчал несколько секунд. – Как показали результаты проведённой тогда спасательной экспедиции, корабль, исчезнувший много десятилетий тому назад, совершил на Пресху мягкую посадку и все системы звездолёта были отключены преднамеренно. Никакие, даже самые тщательные поиски так и не смогли дать ответ на ключевой вопрос – где сам адмирал Меркури, где его тело. Детали, Шепард, извините – тайна Иерархии. Но видеть эту планету, принявшую корабль адмирала Турианской Экспедиционной военно-космической группировки и снова теряться в догадках относительно реальной судьбы одного из виднейших высших офицеров… это… напрягает.       Шепард промолчал, привычно удержавшись от комментариев и несколько минут они втроём рассматривали Пресху, сумевшую, несмотря на могущество технологий и техники органиков, сохранить одну из своих тайн в неприкосновенности. Капитану было известно, что Меркури после отставки улетел на своём корабле в неисследованную до сих пор область галактики и то, что он вернулся, со всей определённостью доказывало – разумные органики не имеют права думать о собственной коллективной гибели, когда в их общем доме – галактике Млечный Путь ещё столько неизвестных уголков, содержащих в своих пределах интереснейшие тайны и открытия.       Последняя планета звёздной системы, самая ближайшая к местному светилу, оказалась планетой земного типа, в толще тверди которой чуткие датчики кораблей уловили высокое содержание алюминия, никеля, а в толстом атмосферном слое – углекислый газ и хлор. Локаторщики фрегата привычно озаботились внимательнейшим сканированием немногочисленных спутников Юнтора.       - Командир, на поверхности спутника… - специалист скороговоркой озвучил кодовое имя небесного тела. – обнаружены обломки древнего грузового корабля, по признакам подходящего под стандарты грузовиков азари. Необходимо либо посылать разведгруппу, либо задействовать два зонда для более подробного изучения находки. Полагаю, что общая обстановка в звёздной системе не делает возможным в ближайшее время присылку сюда азарийской экспедиции, сэр. – сержант исполнил несложный пассаж на клавиатуре своего пульта в БИЦ. – Следов и иных признаков жизни в районе катастрофы нет.       - Адамс, необходимо ваше участие. Даю разрешение на использование двух зондов. – распорядился Андерсон. – Локационным постам – подержите район работы аппаратов под усиленным контролем. Нам не нужны неожиданности. – уточнил командир фрегата, принимая квитации о готовности к работе. – Джеф, притормози.       - Есть, сэр. Это последняя планета системы. Куда дальше. – отметив, что зонды стартовали, Моро привычно включил экраны и клавиатуры навигационного поста, размещённого в пилотской кабине.       - Гонг, Терешкова, затем – Вамши. – уточнил Андерсон. – Запланируй достаточные «окна» – предстоят активные боевые столкновения с гетскими силами, возможно появление десантных кораблей и челноков гетов, а также работа гетских колоссов.       - Принял, командир. Выполняю. – Моро переключил каналы, понимая, что скоро последуют доклады о результатах работы зондов.       Адамс лично извлёк из накопителя одного из вернувшихся на борт фрегата аппаратов очередной фрагмент записей матриарха Дилинаги. Андерсон, ознакомившись с расшифровкой текстов, распорядился поместить фрагмент в хранилище – до прибытия в обитаемые миры, где были сильные научные центры предстояло сохранить находку в неповреждённом виде, а уж затем фрагмент будет, вне всякого сомнения, направлен на Тессию, где подвергнется интенсивному изучению и обсуждению, после чего займёт своё почётное место в Ратуше Тессии, где станет доступным для широких кругов азарийской общественности.       - Командир, взгляните на третий экран. – сказал Моро. – Мы как раз проходим экваториальный участок. Эти руины…       - По всей вероятности – следы колонии древней расы, осуществившей успешно выход в космос, Моро. – ответил Андерсон, на несколько минут отвлёкшись от заполнения бортового журнала корабля. – Да, понимаю, что каркасы аркологических кмплексов и других крупных искусственных древних сооружений и сегодня могут впечатлить почти любого разумного органика, но… - пальцы старшего офицера корабля нажали несколько сенсоров на инструментроне. – Посмотрите сами, это – изображение одной из колонн, расположенных в центре группы развалин. Как вы знаете, Джеф, надписи на этой колонне долгое время не удавалось расшифровать.       - Понимаю, командир. – Моро смотрел на свои боковые экраны, транслировавшие изображение поверхности этой отдельно стоявшей от других и наиболее хорошо сохранившейся колонны. – Аккуратно высеченная надпись, как оказалось, всего лишь гласит: «Пройди среди творений этих – наше величие познай».       - А надпись на противоположной стороне той же колонны вообще потрясает, Моро. – подтвердил Андерсон. – «Чудовища из Ай-Ди».       - Древняя цивилизация, оказавшаяся способной не только выйти в космос, но и успешно и, главное, долго работать в его пределах… И не сумевшая справиться с мощью собственной психики? – спросил пилот.       - Возможно. – согласился командир фрегата. – Но даже мы сегодня по большей части стремимся нормировать исключительно физические нагрузки на организм человека, на его скелет, мышцы, остальные составляющие. А вот насчёт психики… Мы, увы, не настолько совершенны и слишком мало знаем об этом Океане, Джеф. А раз мало знаем, мы либо недооцениваем его силу и могущество, либо преступно самонадеянно полагаем, что всегда сможем подчинить этот до сих пор слабоизученный феномен нашего бытия своей вечно неупорядоченной и нестойкой воле.       - Монстры собственной психики, порождённые материальными разумными существами. – проговорил пилот, раздумывавший над словами командира. – И, вполне вероятно, существа и были уничтожены силой собственной психики. Какой ужасный конец. Такая архитектура, явные признаки космической эры и такая смерть. – голос пилота окреп и приобрёл жёсткость и строгость. - Корабль ложится на курс перегона к звёздной системе Гонг, командир. Время выхода в пределы системы – шесть часов тридцать минут.       - Добро. – сказал Андерсон, возвращаясь к заполнению бортового журнала корабля.       Средняя система с пятью планетами была названа в честь первого китайского искусственного спутника Земли "Dong Fang Hong I", запущенного в 1970 году. Едва войдя в пределы системы, фрегат включил большинство локаторов и сканеров в рабочий режим – не хотелось упускать ни малейшего признака угрозы или опасности. В том, что угроза совершенно реальна, все члены экипажей и команд обоих кораблей, продолжавших прочёсывание звёздных систем, уже не сомневались – бой с гетами и хасками на Райнгри наблюдали все без исключения разумные органики, прибывшие в очередную звёздную систему, прямо указанную в приказе Штаба ВКС Альянса, как место концентрации войск гетов.       Ледяной карлик, обладавший крайне разреженной атмосферой, состоявшей из ксенона и криптона, встретил вышедший на его орбиту фрегт обычной картиной своей поверхности, покрытой плёнкой водяного льда и аммиака. Сотрясавшие Треагин криовулканические процессы исправно приводили к появлению на поверхности планеты новых, свежих пластов льда.       - Подтверждаю, сэр. – доложил специалист сканерного поста. – Обнаружено ранее неучтённое в Своде месторождение лития. Размеры нуждаются в более точной оценке, но факт его наличия – подтверждён.       - Принято. – Андерсон стоял у Звёздной карты, производя расчёты дальнейшей сетки курсов фрегата. – Следуем к Тесакке.       - Есть, сэр. – Моро подобрался – на спутниках этого водородно-гелиевого гиганта Альянс недавно разместил скрытые сенсорные системы, позволившие ВКС обнаружить всего за полгода восемь крупных пиратских баз, основываясь на записях выходных векторов пиратских кораблей. Последовавшие за этим «Тесакские рейды» намертво отбили охоту у капитанов кораблей, приписанных к системам Термина появляться в пределах Гонга.       Зная о высочайшей степени автоматизированности подобных массивов, Джеф понимал и другое – Альянс оставался верен себе и всегда дублировал автоматику присутствием людей, даже если это были гражданские специалисты Альянса. Отдавать всё на волю автоматам в Альянсе отучились уже давно – иначе Моро не сидел бы сейчас в пилотском кресле прототипа «самого невидимого корабля Альянса», как изредка именовали «Нормандию» военные обозреватели. Если существовал человек, способный соответствовать минимальным требованиям – он неизбежно находил приложение своим силам, умениям, навыкам и знаниям. На многие недостатки, включая проблемы со здоровьем, люди, желавшие достичь ощутимых результатов, были по-прежнему склонны не обращать особое внимание. Передёрнув плечами, Моро едва отделался от мысли о том, как бы он сидел там, в небольшом жилом модуле среди замаскированных головок излучателей сканеров. Месяцы, по полгода и даже дольше. Без какой-либо регулярной голосовой и видеосвязи – секретность, тайна, скрытность.       Возле Тесакки фрегат не задержался, крейсер вообще не стал подходить к планете. А впереди уже вырисовывался Матар – планета земного типа, в тонком атмосферном слое которого наличествовали азот и криптон, а поверхность была богата натрием, сдобренным залежами меди. Старпом механически отметил вспыхнувшую надпись, извлечённую из Свода космонавигации – «Ввиду присутствия на поверхности планеты ядовитых газов. – далее следовали три абзаца устрашающих формулировок с перечислением названий и состава отравляющих веществ. – исследователям необходимо предпринимать меры чрезвычайной осторожности». Несколько корявая формулировка предупреждения Шепарда не удивляла – автопереводчики никогда не отличались чёткостью и точностью, которая была обычна для живых, в большинстве своём органических толмачей – общий смысл понят большинством слушателей – и этого вполне достаточно.       Магнитное поле на Матаре отсутствовало, поэтому окрестности планеты нельзя было использовать для разрядки ядер двигателей с орбиты. Дрогнувшие индикаторы указали на наличие ионизирующего излучения – это проявляли себя частицы «звёздного ветра», прилетавшие сюда от звезды Гонг и попадавшие в верхние слои атмосферы Матара, попутно ионизируя криптон. Экраны, транслировавшие изображение планеты, полученное с многодиапазонных видеодатчиков, подтверждали – результатом ионизации был характерный «мятный» бело-зелёный оттенок расцветки планеты.       - Командир, на планете найдены обломки азарийского грузового корабля. – доложил специалист-локаторщик, переглянувшийся со своим коллегой-сканерщиком. – Датчики указывают, что в остове заключено тело азари. Возможно ли высадить малую разведгруппу для уточнения обстоятельств катастрофы. Условия не допускают прибытия и работы азарийской спасательной экспедиции. Да и по азарийским стандартам – там просто нечего спасать. Наши датчики указывают на то, что кроме тела там могут быть ценности.       - Шепард, Аленко, Дженкинс. – помедливший несколько минут Андерсон. – Челнок-один, техники всё подготовили. Изучить обломки, доставить тело и все ценности на борт фрегата.       Получив квитанционные ответы о готовности, Андерсон переключил связь членов группы высадки на каналы специалистов фрегата для получения уточняющих сведений.       Спустя четверть часа челнок с тремя землянами опустился рядом с остовом грузового корабля.       - Что мне нравится в азари – их способность к созданию кораблей, подобных произведениям искусства. – сказал Аленко, выйдя из челнока и обозревая окрестности. – Атмосферка тут, конечно, не приведи господь. – он размашисто перекрестился, - но, в целом соответствует сути предупреждений. – лейтенант направился к обломкам, опередив Шепарда, на что старпом никак не отреагировал, сочтя это нормативным проявлением офицерской самостоятельности. За Аленко последовал Дженкинс, оглядывавшийся по сторонам и поминутно смотревший на индикаторы состава атмосферы, мерцавшие внутри шлема скафандра.       - Капитан, тело нашли, по характеристикам этой азари больше шестисот лет. – Аленко лёгким хлопком по кирасе вывел Дженкинса из ступора. – Рич, ты что, первый раз мёртвую синекожую красотку увидел? Работать надо. Обыщи её скафандр, а я пока пошарю в обломках.       - Обыскать? Её? – Дженкинс даже не повернул голову к стоявшему поотдаль лейтенанту. – Но…       - Да, её, капрал. Локаторщики о заклад бились, тут есть ценности, которые она везла и которые вполне могут быть важны для расы азари. Сами красотки сюда придти не могут – есть у них там заморочки некие. Значит, придётся нам постараться, возможно, это несколько поднимет рейтинг нашей разведгруппы в их небесно-голубых головках и ошеломительно красивых и опасных для землян-мужчин глазах. Приступай. – мягко закончил Аленко, ныряя в полуразрушенный остов, стремясь попасть в кабину водителя.       Дженкинс со вздохом опустился на колени, положил рядом штурмовую винтовку и, поминутно оглядываясь, стал обыскивать скафандр и тело погибшей азари. Шепард направился к корме корабля, где были двигатели, намереваясь уточнить обстоятельства посадки корабля на планету, так что Ричард остался практически в одиночестве. В учебке, где ему преподали курс ксенобиологии и курс проведения обысков разной степени дотошности, были практические занятия в комплексе виртуальной реальности, но вот так обыскивать реальное тело многосотлетней азари, явно гражданской, Дженкинсу пришлось впервые.       Постоянно отвлекаясь на мысли о гробокопательстве, Дженкинс методично осмотрел и ощупал известные любому военнослужащему Альянса пустоты на азарийском скафандре, затем, мысленно извинившись перед погибшей, стал снимать с тела броню, добираясь до внутренних карманов и схованок – их места также были известны большинству космодесантников, к числу которых Дженкинс теперь уже с непоказной гордостью и вполне заслуженно относил и себя самого. Наконец в его руках блеснула пластинка контейнера и, приоткрыв осторожно крышку, Дженкинс не удержался от вопля восхищения: перед ним был очередной фрагмент записей, сделанных легендарной матриархом Дилинагой.       Отвлёкшись от изучения остатков пилотской кабины, Аленко взглянул на Дженкинса, уяснил себе, что с капралом ничего плохого не случилось – просто он нашёл нечто очень ценное, после чего лейтенант продолжил осмотр – пусть Дженкинс сам справится с ситуацией. Шепард, копавшийся в двигательном отсеке, также не поспешил выбраться из остова, чтобы оказаться рядом с капралом: в этом не было необходимости – космодесантник должен был научиться работать в полном одиночестве и сейчас для этого были созданы максимально благоприятствующие условия.       - Растёт Дженкинс. – сказал Шепард, выйдя на связь с офицерским спикером Аленко.       - Да, сэр. Подозреваю, что он нашёл очередной фрагмент записей матриарха Дилинаги. – ответил Аленко. – Я прекрасно помню, как сам вскрикнул похоже, когда увидел такой же фрагмент, привезённый к нам, слушателям курсов повышения квалификации прямо на лекцию. Тогда вопили многие мои сослуживцы – ими владели похожие сложные чувства. Наставники на это отреагировали мягко… Совсем не отреагировали, проще говоря, посчитав это нормативом. А нам действительно было интересно прикоснуться к столь древней истории, к её реальной частичке. Нам тогда офицеры, привезшие фрагмент, пояснили, что запись уже изучена азари и они теперь передали её землянам в знак подтверждения своих добрососедских настроений.       - Офицеры, коллеги. – в разговор вклинилась Карин Чаквас. – Я вас прекрасно слышу и понимаю и вас и вашего младшего коллегу, но напомните ему, что я жду тело погибшей. Вам нужны вещи, а мне – тело, чтобы было что сказать азари, когда мы окажемся в более цивилизованных мирах. Подозреваю, что эта азари – одна из сподвижниц или одна из помощниц матриарха и, учитывая обстоятельства, будет лучше, если тело мы заберём сейчас. Потом будет сложновато гонять сюда корабль с опергруппой разведки.       - Ясно, мэм. – Аленко, благоговевший перед Чаквас, совершенно заслуженно носившей майорские нашивки и без того способной построить и заставить подчиняться любого соразмерного по рангу офицера ВКС, да и не только офицера, механически встрепенулся, переключая каналы связи и понимая, что Шепард в любом случае останется на связи с Карин. – Ричард, поздравляю с находкой. Обязательно отмечу это в рапорте на имя командира. А сейчас верни броню на место и пока подожди нас. Закончим с кораблём – отвезём тело азари на фрегат, к нашей докторессе.       - Ясно, сэр. Веду наблюдение. – откликнулся Дженкинс.       - Вот и славно. – Аленко переключил каналы, снова соединившись с Шепардом, заканчивавшим получать наставления от медика корабля. – Дженкинс – на охране объекта, сэр.       - Принято. Прочёсываем остов и возвращаемся к азари и Дженкинсу. Он хоть успокоиться сумел, совершенствуется приличными темпами.       - Да, сэр. – подтвердил лейтенант.       Вдвоём они быстро осмотрели остов корабля, не нашли ничего ценного, но сняли все носители информации – на борту фрегата спецы покопаются в них, может, что и восстановят, чтобы уяснить обстоятельства и полёта и столь жестокого финала.       Раскрыв полужёсткие носилки, принесённые из челнока, Аленко и Шепард переложили на них тело азари, сразу перенеся носилки в салон машины и укрепив их на ремённых петлях.       - Ричард, врач корабля установит максимум обстоятельств её гибели. – сказал Аленко, подойдя к капралу. – По меньшей мере она не будет забыта и о её судьбе узнают родственники. А записи матриарха Дилинаги, найденные при ней отныне навсегда связаны с тобой, как с землянином, их нашедшим. Азари-учёные, исследуя эту запись, будут помнить о тебе, а затем о тебе узнают и многие азари, которые увидят этот фрагмент записей в витрине Ратуши. Ты уже стал действующей частью межрасовой истории, Рич. Успокойся, всё ты сделал нормативно и их боги явно не прогневались на нас.       - У нас всего… три года, теперь уже меньше. – прошептал Дженкинс, стоя рядом с носилками и взирая на лицо азари, полускрытое шлемом. – Какая там… память. Если многие из них… погибнут…       - Да, Дженкинс. Здесь я с тобой согласен. Многие погибнут, но многие – выживут. Так уж здесь заведено. – Аленко взглянул в проём пилотской кабины, где за рычагами управления сидел капитан. – Для того мы, нормандовцы и волговцы и мотаемся сейчас по галактике, в том числе и собираем вот такие вот частички истории, чтобы остальным разумным органикам было чем оправдать свою гибель во имя жизни.       Дженкинс только молча кивнул и молчал до самого прибытия челнока на фрегат. Понимая его состояние, ни Шепард, ни Аленко не стали настаивать на общении, лейтенант проводил Дженкинса в кубрик и проследил, чтобы капрал плотно поел и лёг спать. Доктор Чаквас несколько часов потратила на изучение тела азари. Работая в полном одиночестве, она не отвлекалась на посторонние мысли. Специалисты фрегата потрошили носители информации, доставленные с погибшего грузового корабля, а фрегат, следовавший впереди крейсера, уже шёл к следующей планете – Касбину.       - Как считаете, лейтенант, сможет Дженкинс выдержать полномасштабную высадку на Касбин. – Шепард раскрыл инструментрон, показал Кайдену уточнённую минуту назад карту предполагаемого района проведения операции. – Там ведь жарковато будет – локаторщики доложили, что аванпост представляет собой стационарное укрепление, оснащён девятью вышками, на каждой из которых двое – ракетчик и снайпер. Есть и минимум пять гетских турелей. А неподалёку пасётся гетский десантный корабль, на котором, по данным сканирования – несколько групп по три-четыре гета-штурмовика в каждой.       - Как говорят русские, сэр, да и не только они – клин клином вышибают. В этот раз мы будем не втроём, техники уже загружают в транспортёры усиленные комплекты боепитания и проверяют ходовую часть машин особо внимательно. Полагаете, придётся применять биатлон?       - Уверен. – сказал Шепард. – нечего подставлять транспортёры под огонь турелей и ракетчиков. Снайперов можно будет снять и из винтовок, когда нейтрализуем группы гетов-штурмовиков – те самые, которые сбросит десантнтный корабль. Понимаю, что можно было бы задеть этот доставщик орудиями фрегата, но тогда прилетят ещё минимум пять таких же и на орбите развернётся бой. Нам такая оркестровая пауза не нужна, лейтенант. – Шепард захлопнул инструментрон. – Так что будем тихо и быстро. Тихо и быстро. – повторил он. – Идите, готовьтесь.       - Есть, сэр. – лейтенант козырнул и быстрым шагом направился в трюм – проверять работу техников и инженеров с вооруженцами.       Шепард зашёл к себе в «выгородку», перезарядил оружие, сменил броню на тяжёлую, после чего подхватив укладки, также спустился в ангар.       Транспортёры покинули борт фрегата точно по графику. В иллюминаторах обоих машин Касбин предстал во всей своей полуземной красе.       - Наверное такой была Земля несколько миллионов лет тому назад. – сказал Ник Клеменс. – Горячая, влажная атмосфера, состоящая в основном из азота и углекислого газа, значительная часть поверхности планеты покрыта простейшими лишайниками и водорослями, продолжающими интенсивно размножаться. Трудно поверить, что ещё несколько лет и эта планета пострадает под ударами флотов Жнецов. Настоящая катастрофа, способная прервать формирование полуземной атмосферы, подобной земной смеси азота и кислорода. – полисмен-десантник посмотрел в другой иллюминатор в салоне транспортёра, прикрытый бронезаслонкой.       - Согласен, сэр. – ответил другой полисмен. – Это будет настоящая катастрофа, но ведь и формирование атмосферы займёт несколько тысячелетий.       - Мы уже сейчас нарушаем заповедный статус, присвоенный этой планете Советом Цитадели, Дик. – ответил Ник Клеменс. – Посадка на планету запрещена законом, а любое вмешательство в развивающуюся экосистему – по традиции грозит и серьёзным штрафом, и тюремным заключением.       - Как будто гетов это остановит. – сказал третий полисмен. – Им все наши писульки – неведомы по определению. Машины более логичны и менее падки на чувства и эмоции, которых в наших писаниях – предостаточно.       - Да ещё и то, что планета проходит через хвост кометы тоже усложняет ситуацию и может повлиять на это самое развитие экосистемы самым неблагоприятным образом. – включился в разговор четвёртый полисмен.       - Коллеги, внизу гетский аванпост, нам нужно подготовиться к посадке и к тому, чтобы немного поплясать на скалах, не подставляя машины огню ракетчиков и турелей. – молчавший до этого момента Аленко переместился за рычаги управления. – Подготовиться к касанию.       - Есть, сэр. – полисмены и Дженкинс, молчавший до этого как рыба и о чём-то напряжённо размышлявший, стали готовиться к обычной жестковатой посадке на поверхность планеты. – Готовы.       - Внимание, касание. – сказал Аленко и включил амортизирующие удар ракетные двигатели транспортёра. Рядом в облаке пыли садился головной транспортёр.       Знакомый Шепарду и Аленко биатлон на бронетранспортёрах помог группе высадки избежать крупных проблем, связанных с повреждением машин сосредоточенным огнём гетов. Скрывая «Мако» за гребнями скальных гряд, Шепард наблюдал, как заряды гетских турелей бессильно крошат камни и лёд, а гетские ракеты пролетают далеко над урезом кромки гряды, за которой бронетранспортёры были в полной безопасности – у гетов. к счастью, не было гаубиц и миномётов, а то пришлось бы очень туго.       Постепенно отстреляв ракетчиков и турели, Шепард включил форсаж и его бронетранспортёр первым ворвался в периметр аванпоста. Сидевший за джойстиками управления оружием Сарен ловил сильнейший кайф, вступая в противоборство с выжившими гетскими снайперами.       - Чёрт, два прыгуна. – отметил Найлус, внимательно следивший за обстановкой по экранам и изредка приникавший к окулярам перископа. – Аленко снял одного. Ник Клеменс, вероятнее всего постарался.       - А вот и второй рухнул бездыханным. – отметил Явик. – к нам гости – десантный корабль гетов.       - Пока он подходит, у нас есть выбор, - сказал Шепард. – Потанцуем?       - Потанцуем. – подтвердили турианцы и протеанин. Старпом кивнул и бронетранспортёры встретили снижавшийся доставщик огнём пушек, а падавших на территорию аванпоста гетов уничтожали пулемётные очереди.       - Упорные ребята, пять групп по три-четыре единицы гетов-штурмовиков в каждой. Камикадзе. – отметил Найлус, когда стрельба стихла и доставщик убрался на орбиту, видимо, десантировав всех роботов, какие только нашлись в его чреве. – Теперь этот кораблик… В этот момент в небесах Касбина вспыхнула зарница, окутавшаяся лёгким светящимся облачком.       - Доставщик гетов уничтожен. – раздался в спикерах довольный голос Моро. – Извините, капитан. Приказ Андерсона – уничтожить доставщик и не дать ему покинуть орбиту и уйти к своим. Могу только посожалеть, что вам не удалось лично нажать гашетку ПОИСКа.       - Я не сожалею, Джеф. – сказал Шепард. – Вы нам очень помогли. Мы осмотрим аванпост и вскоре, посетив все замеченные локатором аномалии. – старпом по связи не стал распространяться о характеристиках находок. – вернёмся на борт.       - Девять вышек. – Аленко, покинувший транспортёр вместе с Дженкинсом, спрыгнул на землю, потрясая искорёженной гетской снайперской винтовкой. – То ли геты слишком быстро готовятся, то ли мы опоздали с реагированием, то ли здесь нечто большее, чем желание гетов расширить подконтрольную им территорию.       - Скорее всего – всё вместе, лейтенант, - Шепард осмотрел труп гета-ракетчика. – Сильная машинка. Влепит заряд в борт – точно не обрадуется экипаж.       - В броню ударила болванка. Прощай, любимый экипаж. Четыре трупа возле танка дополнят утренний пейзаж. – вдруг сказал Найлус.       Шепард выпрямился и с подозрением воззрился на турианца.       - Капитан, сэр. Это всего лишь слова из песни. Я слышал её, когда мы были на «Волге». – пояснил Спектр. – Её пел какой-то офицер-десантник, находясь в своей каюте. Дверь не была закрыта, он сидел за столом и, наигрывая на гитаре, пел. Я… я видел слёзы в его глазах, хотя никогда бы не подумал, что такая гора мускулов способна плакать. – в голосе Найлуса, признанного турианцами воином-профессионалом, просквозило неподдельное уважение к партнёру по профессии. – Это, как я потом понял, поискав в Экстранете, очень старая песня. В разных вариациях она звучит с середины двадцатого столетия, сэр.       - Придётся изучить. – сказал Сарен, отметив некоторую растерянность на лицах четверых полисменов-десантников. – Парни, не думайте чего такого. – турианец сделал неопределённый, но вполне чётко прочитанный окружившими его землянами-полисменами жест. - Я уточнял, просто раньше были такие боевые машины – гусеничные танки. Там было всего лишь четыре члена экипажа и никаких праздных пассажиров. Так что всё нормативно. Песня лишь отражает реальность, не более того.       - Похоже, капитан, нам этот концерт на Омеге будет теперь долго аукаться. – сказал Аленко. – Ещё попросят устроить такое действо на Цитадели, а там население и сейчас за десять миллионов скакнуло.       - Вы правы, Кайден. – Шепард прогнулся, разминая несколько затёкшие мышцы. – Светлана мне рассказывала – в войну у русских была традиция: концертные бригады регулярно приезжали в войска на передний край и в периоды затиший между боями выступали перед бойцами и командирами. Эта традиция и сейчас у имперцев очень сильна. Может быть потому имперцы никогда не отступают и всегда выполняют задачу полностью даже там, где, казалось бы, способна выжить только смерть. Сложно всё это нам понять. Другая цивилизация. – Шепард умолк, ощутив, что сокомандники внимательно прислушиваются к его словам. – Обыскать аванпост, снять все накопители информации. У нас ещё есть места на этой планете, которые ждут нашего прибытия. Мы по-прежнему прочёсываем звёздные системы, так что, парни, не расслабляемся. По машинам.       - Капитан, тут есть аномальный сигнал, похоже – установка связи гетов. Вокруг – шагающие танки и тяжёлые турели. Если бы условия были несколько другими… - сказал Сарен. – Я бы потанцевал, но сейчас… – турианец исчез в проёме люка головного транспортёра, за ним последовал старпом.       - Группа высадки – борту фрегата. – Шепард, закрывая крышку люка машины, вызвал на связь Марка, подключив его к каналу широкополосной шифрованной передачи информации. – Посмотри, пожалуйста, передай уточнённые данные по аномальному сигналу и окружающей обстановке, Марк. Там слишком много танков и тяжёлых турелей. Мы, конечно, можем ввязаться в бой, но хотелось бы даже пусть и предварительно, примерно знать – стоит ли.       - Понял. Я уже просмотрел район. Установка недоступна для изучения вашими силами – потери группы высадки будут запредельно большими, а обоснование таких потерь – слишком слабое. Командир фрегата согласовал с командиром крейсера возможность точечной орбитальной бомбардировки. Данные уже вводятся в автосистемы наведения. Так что – покидайте район установки и уходите к другим точкам, требующим изучения.       - Приказ подтверждаю. – в переговоры вклинился Андерсон. – Шепард, удар согласован с командованием «Волги». Фейерверка не обещаю, но такое количество техники в этом районе – недопустимо. Постараемся уничтожить всё, что можно. Убывайте к другим точкам, у вас ещё предостаточно работы на поверхности. – подтвердил своё распоряжение командир фрегата, отключая свой канал.       - Данные введены в системы, капитан. – снова вклинился Марк. – До удара – десять минут. Уводите транспортёры.       - Приказ понят. Выполняем. – Шепард прервал связь с бортом фрегата, включил двигатели транспортёра. – Следовать за мной. – распорядился он, активировав спикер. – Кайден, следуем к разбитому зонду, затем – к мумифицированному саларианцу – подозреваю, что это снова «Лига Единения». На финал миссии оставим маркировку новых месторождений полезных ископаемых. Выполнять.       - Есть, капитан. – лейтенант, поудобнее устроившись за рычагами транспортёра, включил двигатели машины. – Приказ понял, выполняю.       Через десять минут позади машин взметнулись столбы пыли и грунта – фрегат и крейсер сосредоточенными ударами осуществляли зачистку района, скомбинировав ковровую и прицельную бомбардировки.       - Хорошо дают ребята. – отметил Ник Клеменс. – Попрактикуются пусть тоже, а то всё мы, группа высадки работаем. Им также надо теперь поддерживать боевую форму.       - Аномальный сигнал исчез, сэр. – доложил лейтенанту капрал Дженкинс. – на его отметке – тихо. Нет также отметок тяжёлой техники гетов. Никаких.       - Бомбардировка окончена. – сообщил Марк по общему каналу связи с группой высадки. – В районе аномального сигнала – чисто. Подтверждено троекратной проверкой.       - Теперь нам это точно аукнется. – сказал Аленко, выдерживая установленное расстояние до головного транспортёра.       - Вполне вероятно. – подтвердил Клеменс. – Вполне вероятно.       Взломав грузовой отсек разбившегося зонда, Шепард и Аленко быстро распределили извлечённые из транспортных контейнеров улучшения брони и оружия между сокомандниками – оставлять такое богатство гетам не было никакой необходимости. Аленко посматривал на экран инструментрона, где теперь светились только индикаторы отметок маяка саларианца и предварительных разведок районов залегания полезных ископаемых.       - Поехали. – старпом махнул рукой, призывая сокомандников вернуться под броню транспортёров. – Разберёмся с сигналом маяка, отметим месторождения и возвратимся на борт.       Поймав согласные кивки направлявшихся к машинам коллег, Шепард быстро нырнул в нутро транспортёра, устроился за рычагами и включил двигатели.       - Капитан Тейн. Только жетон. – сказал Аленко, закончив обыск мумифицированного трупа саларианца. – Сомневаюсь, что это – именно владелец жетона. Мне не даёт покоя легенда о тринадцатом члене группы Лиги Единения. Вполне возможно, что заметая след и сбивая погоню с направления, этот тринадцатый пошёл на подлог.       - Возможно, но недоказуемо. – сказал Шепард, выпрямившись и рассматривая поданный лейтенантом жетон. – Информация об имени и звании сохранена. Вполне возможна ситуация подлога или подставы, а возможно этот неизвестный патриот-неофит группы остался здесь совершенно добровольно. Саларианцы всегда жили мало, но очень интенсивно. И решиться на подобное самоубийственное действо им было часто намного легче, чем нам, землянам, весьма искушённым в подобных этой ситуациях.       - Сьёмка места закончена, сэр. – к офицерам подошёл Ник Клеменс. – полагаю, саларианцы будут удовлетворены. Их соплеменник обрёл успокоение на планете и если его прах до сего момента никто существенно не потревожил – вряд ли можно найти лучшую могилу для такого патриота, кем бы он ни был – действующим членом группы или просто сочувствующим.       - Отмечаем и уточняем месторождения – и на борт. – распорядился Шепард.       Снабдив маяками-вешками месторождения золота, урана и самария, группа, уточнив размеры и условия скоростной добычи, выдвинулась в район эвакуации. Спустя час с небольшим Шепард и Аленко уже докладывали Андерсону результаты работы группы, отпустив всех остальных сокомандников отдыхать.       - Геты, вне всякого сомнения, звереют, командир. – говорил Аленко, отмечая тупым концом стилуса точку на экране. – Если они так защищают узлы связи – тяжёлыми танками в предостаточном количестве, можно себе представить, что их логика готовит органикам форменный асфальтовый каток.       - Потому-то мы и здесь, коллеги. – сказал Андерсон. – Результаты бомбардировки показали – с гетами можно и нужно воевать, в особенности – с теми, кто относится нам, органиками, к категории еретиков. У нас осталось только дистанционно исследовать Помаль – планету земного типа, после чего отряд уходит на перегон к системе Терешковой, затем – Вамши. После этого, как я предполагаю, мы вынуждены будем войти в пределы последней наличествующей здесь исследованной звёздной системы – Грисом. Что-то мне подсказывает, что то, что мы там обнаружим, не доставит нам особой радости и удовлетворения. И это не исчерпывается опасностью доказательства реальности сосредоточения в этом районе крупных гетских вооружённых формирований. Ладно, коллеги, работаем. Через час – приём пищи, обед, ужин, завтрак – каждый понимает как хочет. Но поесть надо, особенно вам, командиры. – Андерсон жестом отпустил своих офицеров и те, откозыряв, покинули каюту командира фрегата.       - Кайден, давайте на обед. Подкрепимся, просмотрим результаты дистанционного изучения Помаля и сможем отдохнуть, даже отоспаться. – Шепард открыл инструментрон, тонко и коротко пискнувший. – Джеф прислал сообщение – перегон до Терешковой – десять часов. Восемь часов на сон и два часа на всё остальное.       - Ясно, сэр. – Аленко, уже успевший переодеться в обычный комбинезон и натянувший лёгкий скафандр, поправил прицепленный к поясу шлем. – Разрешите?       - Нет, Кайден. Пообедаете вместе со своими. Это будет сейчас важнее чисто офицерского стола. Люди находятся на переходном этапе, свыкаются с мыслью о переходе к реальной большой войне, где вот такие бомбардировки и перестрелки станут совершенно обычным явлением.       - Я понял, капитан. Спасибо. – Кайден козырнул и ушёл к столику, за которым расположились полисмены-десантники и Дженкинс.       - Разрешите, капитан? – у столика, занятого старпомом, остановилась Чаквас.       - Прошу. – Шепард встал, помог врачу корабля переставить с подноса на столик приборы и сосуды. – Что можете сказать о нашей азари?       - Аппетит я этим рассказом себе точно не испорчу, Джон. – Чаквас удобно устроилась на складном стуле, взяла в руки нож и вилку, стала разрезать мясо. – Стандартная история – неофитка везёт в ближайшую азарийскую колонию часть записей, сделанных её начальницей. Не довезла. Детали опускаю, но важно то, что азари по какой-то причине слишком резко прекратили разыскивать столь интересные вещи. Да и к Дилинаге, как я поняла, сейчас уже редко кто неровно дышит. – врач в считанные минуты закончила обед и встала. – Отдыхайте, Джон. У нас у всех есть восемь часов и в самое ближайшее время сон перестанет быть для нас регулярным явлением. Отсканируем этот Помаль, там явно нет никаких сложностей, а потом – перегон. Обязательно поспите. – Чаквас удержалась от озвучивания стандартной формулировки «это я вам, как медик, говорю» и отошла, относя поднос на барную стойку, к уже хлопотавшим дневальным.       Огромная планета земного типа, известная своим очень плотным атмосферным слоем, содержавшим и углекислый газ и натрий, Помаль был знаменит также чрезвычайно высокой температурой своей поверхности, состоявшей по большей части из оксидов натрия, сдобренных залежами никеля. Неугомонные учёные предоставили общественности Млечного Пути весьма вразумительные и логичные доказательства того, что эта планета когда-то в прошлом была покрыта обширными неглубокими морями, но общая лень и нежелание постоянно прыгать выше головы затормозили и индивидуальные и коллективные дальнейшие исследования этого мира – не нашлось даже желающих закупить достаточное количество зондов для детального исследования поверхности Помаля, как ни убеждали высоколобые учёные волусов-банкиров и азари-промышленников. Так что Помаль остался без достаточного внимания со стороны научных сообществ множества рас, а теперь когда впереди замаячил общегалактический конфликт с внешним, чрезвычайно сильным врагом, желающих хоть как-то реально исследовать этот негостепреимный мир практически не осталось.       Система Гонг осталась позади. Шепард выспался, проконтролировал состояние и работу членов группы высадки, побывал в пилотской кабине, где забрал у Моро очередные уточнённые данные. За плоскостями фронтальных иллюминаторов уже властвовала огромная звёздная система, располагавшая шестью планетами и астероидным поясом.       - Названа в честь первой российской женщины-космонавта, сэр. – уточнил Моро, колдуя над клавиатурами консолей. – Скажу, что весьма … соответствует богатству и величине самой звёздной системы. Валентина Владимировна Терешкова могла бы быть довольна – потомки надлежаще отметили величие и сложность её подвига. Зачистим эту систему от гетов – поддержим чистоту и неприкосновенность основ этого большого мира. – склонный к небольшим философским заскокам Моро сел на своего любимого конька. – Извините, сэр. Но скажу прямо – ваша невеста сумела почти всех нормандовцев подвигнуть на очень внимательное изучение земной истории. Как общепланетной, так и региональной и национальной. И история Империи занимает в этом массиве далеко не последнее место.       - Понимаю, Джеф. Спасибо. – Шепард уложил кристаллы с информацией в поясную укладку. – Бомбардировка была – конфетка просто. – усмехнулся старпом, покидая пилотскую кабину.       - А то как же. Плохого качества - не делаем: цена ошибок и просчётов слишком высока. – ответил Моро, погружаясь в расчёты.       В конусах излучения сканеров и локаторов находился Мавинор – шестая и самая дальняя планета звёздной системы, считавшаяся также второй внешней планетой – скалистое тело, в недрах которого встречались не представлявшие интереса руды и водяной лёд. Холодная поверхность этого небесного тела, как доказали исследования с помощью зондов, проведённые несколько лет тому назад, состояла из кремнезёма. Шепард, работавший в своей «выгородке» над материалами по гетам, добытыми Марком из Экстранета, отметил, что Мавинор, равно как и газовый гигант Солмарлон, образовались слишком близко к светилу – звезде Терешковой и были выброшены на границу системы в результате воздействия гравитационного эффекта. Недавно повторенные на новейших кластерах компьютерные расчёты показали, что через несколько сотен тысяч лет Мавинор переместится за пределы системы. Направление перемещения, как всегда, не уточнялось – высоколобые умники с огромным нежеланием исследовали вопросы, промаркированные столь отдалёнными от современности временными метками.       Водородно–гелиевый газовый гигант серел впереди по курсу фрегата – такой строгий полувоенный цвет придавала планете высокая концентрация натрия в верхних слоях её атмосферы. Как и Мавинор, Солмарлон был весьма значительно удалён от остальных небесных тел системы Терешкова, да и орбитальные характеристики и Солмарлона и Мавинора позволяли предположить реальность образования обоих планет в пределах отметки три астрономические единицы от ближайшей двойной звезды, после чего обе планеты были выброшены к границе системы из за нестабильности своих орбит. Коротко обозрев представленные системами обработки данных табличные характеристики Солмарлона, старпом отметил, что до планеты, на которой планировалась высадка, ещё предстояло локационно и сканерно исследовать как минимум три более близкие к местному светилу планеты, после чего погрузился в изучение новых материалов по гетам и их активности, предоставленных неутомимым Марком.       Четвёртая планета звёздной системы – относившаяся к числу планет земного типа Тегейзе не доставила хлопот экипажам и командам кораблей отряда. Датчики подтвердили наличие у планеты атмосферы, богатой на хлор и криптон, указали, что поверхность небесного тела состоит по большей части из силикатов, но были обычным делом и залежи углерода. Имеющая небольшую для своего достаточно значительного размера массу, Тегейзе была всегда обращена своей одной стороной к местному небесному светилу, а потому неизбежная в таких условиях разница температур между несомненным «горячим полюсом» на освещённой стороне и «холодным полюсом» на стороне, лишённой света от звезды системы, служила первоочередной по важности причиной непрерывных штормовых ветров, гуляющих через терминатор. На прощание Тегейзе, как благовоспитанная, но весьма норовистая в своих проявлениях планета подарила экипажам и командам кораблей отряда полную и точную информацию о новом, крупном месторождении ртути.       Небольшой водородно-гелиевый газовый гигант, названный Гунсалрой, был знаменит филетовым свечением верхних слоёв своей атмосферы, содержавшей необычно большое количество азота. Эта планета издавна была удобным местом для разрядки двигателей космических кораблей, но органики, верные своему принципу «после нас – хоть потоп» за минувшие сотни лет оставили на орбите планеты огромное количество разнообразнейшего космического мусора.       Сканеры и локаторы отряда прилежно исследовали недра и поверхности гиганта, после чего переключились на изучение обломков, останков, пакетов и брикетов – всего того, что разумные органики в большинстве своём брезговали оставлять в пределах своих космических кораблей. Шепард, отметивший необычный интерес локаторщиков и сканерщиков к кучам мусора, предположил, что это инициировал неуёмный Марк, видимо раскопавший, что среди мусора можно найти немало ценного и интересного, в том числе – и носители самой разнообразной информации. Но киборг, ворочавший терабайтами данных в секунду, хранил молчание и старпом сделал вывод – он просто накапливает некую критическую массу полезных данных, не желая отрывать органиков от их обычной работы и жизни по пустякам.       Вторая планета звёздной системы – Патамальрус характеристиками своей атмосферы и прежде всего - уровнем температуры и давления - была весьма схожа с Венерой, но здесь, в удалённой от столь привычной землянам Солнечной системы точке пространства Млечного Пути атмосфера Патамальруса содержала значительное количество кислорода как в свободном состоянии, так и в виде диоксида серы. Температура поверхности планеты, в которой датчики отметили высокое содержание магния и отдельные залежи углерода, не достигала пятисот градусов, некоторые исследователи, в основном – теоретики, предполагали, что в столь горячих условиях на планете всё же идёт развитие примитивных форм жизни. Марк предоставил Шепарду уточнение, в котором утверждалось: согласно компьютерным расчётам через несколько миллионов лет в результате воздействия звёздного ветра звезды Терешковой Патамальрус будет лишён своей атмосферы, что приведёт к снижению температуры поверхности планеты до уровня минус семьдесят градусов по Цельсию.       Отметив, что корабли отряда уже легли на курс к первой планете звёздной системы, Шепард погасил все экраны и закрыл настольные инструментроны. Предстояло подготовиться к проведению очередной высадки на планету. Мало кто из органиков смог бы пояснить, почему геты выбрали местом для своего аванпоста столь сложную и опасную планету – первую, ближайшую к местному весьма агрессивному светилу. Возможно, машины просто не руководствовались в очередной раз ничем кроме голого расчёта и бездушной логики, утверждавшей, что если есть возможность – её надо просто использовать, а остальные возможности можно будет использовать позднее, в рабочем порядке. Собирая укладки с оборудованием и приборами, Шепард попутно проинформировал членов группы высадки о времени сбора в ангаре и получил разрешение на высадку от командира фрегата.       Точно в запланированное время оба транспортёра покинули борт фрегата, вышедшего на орбиту Антибара и сразу окунулись в холодный густой туман. Только локаторы и сканеры военного класса могли обеспечить безопасную и точную посадку обоих машин на покрытую льдом поверхность планеты, в атмосфере которой первенствовали метан и аргон. Индикаторы забортной обстановки доложили членам группы высадки о крайне низких температурах и о наличии в толще коры планеты высокого содержания железа, по распространённости и обычности с которым соперничали только залежи магния.       - И это – планета-претендент на терраформирование в долгосрочной перспективе? – ознакомившись с данными из памяи своего новенького инструментрона спросил Дженкинс. – Тут же холод хуже, чем собачий.       - Вот поэтому Антибар и находится в списке на долгосрочную перспективу терраформирования и никто из спецов не желает затрачивать ресурсы, чтобы в крайне оперативном режиме нормализовать обстановку на этом небесном теле. – сказал Аленко, колдовавший над приборами водительского места транспортёра. – Сейчас проведём полную схему локационной и сканерной разведки, составим карту и поедем по пунктам. – лейтенант переслал данные на инструментрон старпома и взялся за рычаги. – Если же удастся увеличить толщину здешнего атмосферного слоя до величин, сравнимых с характерными для атмосферного щита Земли, то температура здесь должна повыситься как минимум на десять градусов Цельсия. В наших условиях, когда не все хотелки реализуются достаточно быстро – это тоже будет крайне ценно. Карта получена, коллеги, ознакомьтесь. – Кайден активировал связь между транспортёрами. – Второй – Первому. Какой первый пункт плана исполняем?       - Гетов оставляем на финал операции. – распорядился Шепард. – Слева-девяносто у нас есть обломки, слева-семьдесят – протеанские руины. Локатор, как вы уже увидели, доложил о том, что руины взял под охрану молотильщик. Так что на плато выезжать сразу не будем. Разберёмся сначала со здешним хозяином, договоримся. Расположение обломков указывает, что они – тоже на плато, значит и там молотильщик мог отметиться в своей активности. Всё остальное, включая разбившийся зонд и аванпост у нас – справа по борту, учитывая нынешнюю ориентацию транспортёров. Исследуем зонд и устраиваем очередной биатлон с гетами. Аленко, следовать точно за головной машиной, на плато не выезжать. За броню никому не выходить – ни на ходу, ни на стоянке – холод слишком силён, отметку о крайне низких температурах, высокой скорости здешних ветров и очень низкой видимости, уверен, все видели и восприняли. Пешие путешествия по Антибару не зря считаются опасными. Подготовьте скафандры и оружие к работе в названных условиях и помните – бить гетов только на поражение. Праздничные бесполезные салюты нам ни к чему.       - Есть, сэр. – Аленко отпустил тормоза транспортёра и машина послушно последовала за лидером группы.       Достигнув невысокой скальной гряды, отделявшей плато с гнездом молотильщика от всех других областей поверхности планеты, Шепард остановил транспортёр, уступил за рычагами место Найлусу и вылез наружу. Отсюда было прекрасно видны обломки гражданской версии «Гризли» - они единственные угадывались в круговерти метели достаточно уверенно. Локаторы машин и скафандра уточняли эту картину, рисуя на план-карте отметки расположения вокруг остова машины трупов людей, а также большой ромб-значок гнездовья молотильщика. От кромки гряды скал до обломков транспортёра было несколько сотен метров, но Шепард не торопился ступать на лёд плато. Он знал, был уверен, что молотильщик уже знает о гостях и также выжидает. Убрав оружие в упоры, Шепард сделал пять шагов вперёд, спустился на плато и остановился. Спустя десять секунд в двадцати метрах от него выметнулась на поверхность голова змеечервя. Хозяин плато изогнулся, вгляделся в фигурку человека, даже не вибрируя под порывами ветра:       - Ты уже встречался с моими сородичами, человек. И не стал воевать с ними. Знаю, что ты сюда пришёл не воевать со мной, потому пропускаю тебя к обломкам, где есть трупы твоих соплеменников. На плато также есть руины, оставленные очень древней расой. Погибшие земляне пытались исследовать их, они сумели объехать плато по скалам, вполне возможно догадываясь, что оно скрывает моё гнездовье и не желая доставлять мне лишнее беспокойство. Но на обратном пути их атаковали геты – земляне как раз завершали исследование руин. Под огнём железяк люди были вынуждены выехать на плато и тут они попали под огонь «больших железяк». Я потом уничтожил пять таких железяк и до трёх десятков обычных гетов. Выжить земляне не сумели – машины стреляли точно. Можете выехать на плато на своих машинах – я мешать вам не буду. – с этими словами, прозвучавшими в сознании старпома, змеечервь ввинтился в ледяную корку, подняв фонтан брызг.       - Найлус, медленно, осторожно – вперёд. – распорядился Шепард, захлопывая за собой крышку люка. – объедешь место исчезновения змеечервя, встанешь справа от обломков. Думаю, на пятнадцать минут мы – в относительной безопасности. В таких условиях даже геты свои десантные доставщики не пришлют. – механически отметив приближение машин отряда к точке, отметившей расположение полуразрушенного «Гризли», Шепард первым соскочил на лёд, не дожидаясь, пока транспортёр полностью остановится.       - Аленко, вам – исследование транспортёра. Мы разберёмся с телами погибших. Как бы там ни было, нам придётся уволочь транспортёр с плато и убрать тела.       - Задачу принял. – лейтенант козырнул и кивнул полисменам и Дженкинсу. Те сразу заспешили к руинам транспортёра и вскоре их силуэты стали едва различимы в белом молоке тумана и круговерти взвеси льда и снега.       - Капитан. – Найлус подал Шепарду контейнер. – В таких обычно хранят протеанские артефакты, но он раскрыт и пуст.       - Кроме обычного комплекта оборудования исследовательской группы и стандартного оружия гражданских образцов - никаких особенностей. – доложил подошедший Сарен. – Группа Аленко занимается погрузкой тел. Полагаю, будет лучше, если остов мы не будем везти по льду, а повезём между транспортёрами. Сначала оставим на гряде скал остов «Гризли», потом, после погребения тел, направимся к руинам.       - Хорошо. Действуем по вашему плану, Сарен. – согласно кивнул Шепард. – Найлус, вы за рычаги. – старпом отметил, что Аленко уже исчез внутри второго транспортёра. – Действуем.       Четыреста метров, отделявших место трагедии от каменно-ледяной скальной гряды машины преодолели за полчаса – остов раскачивался на тросах слишком сильно, парусил под порывами ветра, да и сдёргивать его из объятий ледяного плена пришлось едва ли не десять минут – только наличие второго транспортёра позволило обойтись без повреждений подвески, трансмиссии и колёс «Мако». Короткий несильный взрыв слился своим гулом с рёвом ветров, шлифовавших снежными зарядами камни скальной гряды. Быстро опустив тела в могилу и заровняв поверхность, прикрепив табличку с опознавательными кодами погибших – на большее времени не было, группа погрузилась на машины и направилась к руинам.       - Он сказал – оставлены очень древней расой. – проговорил Явик, сидевший за джойстиками оружия. – Это, как я теперь вижу собственными глазами, руины, оставленные моей расой. А тот контейнер… Я бы очень хотел убедиться в том, что там – один из наших протеанских дисков и в том, что он не очень повреждён. Сейчас для нас, выживших протеан любая весточка из тех времён – крайне важна и ценна.       - Если что будет – мы найдём, Яв. Это – точно. – сказал Шепард, останавливая транспортёр у металлического блина, на одной из граней которого высился шпиль. – Аленко, вы и ваша группа – остаётесь в машине на прикрытии. Оружие – в готовность, наблюдайте за гетами.       - Есть, капитан.       - Мы – выходим. – Шепард первым выскользнул наружу и сразу прошёл в центр «блина», собранного из отдельных металлических сегментов. – Это…       - Аванпост, капитан. Лёгкий аванпост первичной разведки. Сюда прибывали зонды с оборудованием. Все сооружения не были стационарными – освоение только начиналось и мы опасались вредить здешней совокупности условий. – Явик сделал несколько шагов вправо, наклонился и поднял со льда тускло блеснувший кругляш. – Это – диск с нашими данными. Он почти не пострадал. – протеанин повертел его в лапах. – Да. Не пострадал. – он убрал его в свою укладку, глаза воина древней расы в полутьме забрала шлема блеснули огнём. – Таэла будет довольна. Очередная весточка из прошлого избавлена от перспективы кануть в небытие. Я сожалею, капитан. Ваши гражданские исследователи пострадали от гетов, спасая этот диск. Земляне не желали моей расе ничего плохого – знания не имеют расовой основы, они – всеобщи. Геты пока что не настолько умны, чтобы интересоваться этими носителями. – он скрылся внутри транспортёра, устроился на диване в кормовом отсеке. – Геты атаковали мирных слабовооружённых исследователей. Они явно не желали их отпускать. Просто отпускать живьем с планеты. Их попытка защититься от огня машин провалилась.       - Следуем к разбившемуся зонду, коллеги. Осторожно, рядом – аванпост гетов. так что повнимательнее, чтобы обойтись без смакования машинных сюрпризов, какими бы они ни были. – сказал старпом, снова устраиваясь за рычагами управления головного «Мако». – Подготовьтесь к бронетранспортёрному биатлону. Геты определённо подготовились получше к нашему появлению. – он отметил присылку квитанционных файлов на свой инструментрон и включил двигатели транспортёра.       - Интересно, как так получается, что кто-то настолько богатый только тем и занят, что рассыпает по галактике зонды, в которых предостаточно улучшений и для брони и для оружия. – недовольным тоном озвучил свои мысли Найлус, вынужденный таскать в багажный отсек головной машины отряда очередную порцию брони. Шепард снова приказал Аленко и полисменам-десантникам отсиживаться под бронёй и не спускать глаз с окружающего пейзажа.       - Всегда кто-то такой найдётся, Най. Будет полегче – разберёмся с деталями, совместим сетки времени. Захотим – найдём и скажем большое спасибо за обновки, доставшиеся нам бесплатно в силу только нашей наглости и подготовленности.       - Вот вот, подготовленности. – Найлус уселся рядом с Явиком на диван в кормовом отсеке. – К бронетранспортёрному биатлону готов. – он проводил взглядом Сарена, устраивавшегося за джойстиками управления оружием транспортёра. – Как всегда нас ждёт стандартный комплект с теми же обновлениями. Символично. Надеюсь, планета будет также щедра и покажет нам новые месторождения ценных минералов. – турианец повернул голову набок, прижал её к подголовнику и заснул мгновенно, как выключился.       - Размечтался. – сказал Сарен.       - Борт «Нормандии» - группе высадки. Перебрасываем вам картинку со сканеров «Волги». – на связь вышел Андерсон. – Полюбуйтесь на подмогу, спешащую к вашим оппонентам.       - Принимаем. – Шепард и Сарен с Явиком посмотрели на два боковых экрана, на которых ясно проступила картинка, изображавшая летевший к планете десантный гетский транспорт. – Известно, что он везёт?       - Благодаря сканерам крейсера – известно. – уточнил Андерсон. – геты-пехотинцы – полтора десятка, геты-штурмовики – десяток, геты–праймы – двое.       - Полный комплект. – сказал Сарен. – Скоро колоссы во множестве станут проявляться.       - Возможно. – Шепард сохранил картинки с локаторов крейсера себе на инструментрон. – Группа высадки благодарит вас, «Волга» и «Нормандия». Продолжаем выполнять задачу.       Уничтожение аванпоста не составило особого труда – геты испытывали ощутимые трудности с ведением точного огня в условиях тумана и метелей, а также достаточно низких температур и сильных ветров. Выбив в первую очередь все турели и ракетчиков, экипажи транспортёров спустились со скальной гряды в низину и уничтожили снайперов и пехотинцев. На этот раз никто не покинул борта машин – подошедший на высоту сотни метров и едва различимый в круговерти снежных частиц гетский транспортник разом высадил подкрепление, ещё в воздухе попавшее под сосредоточенные залпы пулемётов и пушек обоих транспортёров.       - Фрегат запросил доставить на борт одного прайма. Инженеры хотят увидеть эту машину вблизи и изучить её. – доложил Дженкинс, окончив сеанс связи с базовым кораблём.       - Принято. Доставим им обоих. Благо мы их не особо повредили. – сказал Шепард. С помощью Найлуса, Сарена и Явика они прикрепили поверженных праймов к бронеплощадкам на обшивке головного транспортёра. – Первый – борту «Нормандии». Праймы в количестве две штуки – на борту головного транспортёра. Выполняем маркировку месторождений полезных ископаемых. Укажите точный район эвакуации.       - «Нормандия» - группе высадки. Благодарим за праймов. Район эвакуации – вахтенный офицер назвал цепочку из цифробуквенного кода.       - Принято. Приступаем к маркировке месторождений. – сказал Шепард, выводя транспортёр на курс, проложенный Найлусом – большим любителем геологии планет. За три часа месторождения магния, ртути и лития были уточнены и маркированы колоннами зондов с радиомаяками, ответчики которых реагировали только на совокупность конкретных запросов.       - Выдвигаемся в район эвакуации. – подытожил Шепард, отмечая включение в режим ожидания запроса последнего из радиомаяков зондов. – Найлус, ведите машину.       - Есть, капитан. – Турианец занял место за рычагами транспортёра, а старпом расположился рядом с Явиком на диване.       Возвращение на борт фрегата прошло штатно. Короткий доклад Аленко и Шепарда командиру фрегата также не занял много времени. Группа кораблей взяла курс к поясу астероидов.       - Командир, пойман необычный сигнал. Проявился, едва мы приблизились к одному из астероидов. Уточняю. – специалист-сканерщик взглянул на свои экраны. – Сигнал идёт из обломков разбившегося корабля.       - Адамс, задействуйте два зонда, прочешите астероид. Такой сигнал не найден в самых объёмных базах. – распорядился Андерсон.       - Есть, командир. – инженер был рад отвлечься от работы с двигателями и ядром корабля. – Пятнадцать минут.       - Добро.       Точно в обозначенное время Адамс положил на рабочий стол Андерсона раскрытый контейнер с медальоном Лиги Единения.       - Только это. Остальное не представляет интереса – невозможно идентифицировать владельцев и наследников. Одна труха, сэр. – доложил главный инженер фрегата.       - Сканирование поля астероидов завершено, командир. Больше ничего интересного нет. Углеродные астероиды. Ничего ценного.       - Принято. Курс – система Вамши. Джеф, расчёт? – Андерсон повертел в руках медальон, изучил надписи и пропустил между пальцами прочную цепочку. – Тела нет? – он внимательно взглянул на инженера корабля.       - Нет. Зонды прочесали весь астероид пять раз. Если что там и было, то космический вакуум и время сделали своё дело. Думаю, саларианцам будет достаточно записи процесса нахождения и изъятия медальона. Представим им почти что полную копию и всё. Думаю, проблем не возникнет. Они же учёные, поймут.       - Вот и я тоже на это рассчитываю. А то получить в оппоненты целую расу отмороженных разумников мне как-то не по нутру.       - Мне – также, командир. Разрешите идти?       - Идите. Спасибо. – Андерсон кивнул выходившему из каюты главному инженеру и убрал медальон в контейнер.       - Командир, расчёт времени – пятнадцать часов. Информация передана на ваш инструментрон. – доложил Джеф Моро.       - Добро, принял. Вахтслужбе – сделать объявление по громкой связи. – распорядился Андерсон, пересылая информацию о планируемом курсе полёта на борт «Волги». – Геты пока что раскачиваются. Может быть наше вмешательство поможет им понять бесперспективность активности в этом районе. Что-то тут есть, в чём геты не виновны. Они только выполняют программу. Знать бы, какую именно и каковы её детали.       Небольшая система с тремя планетами, озаряемая светом звезды Вамши – двойного гиганта приняла корабли отряда с истинно азиатским спокойствием и безразличием. Пятнадцать часов перегона прошли, как выразился Джеф, «штатно – не трясло и не палило». Экипажи кораблей смогли нормально выспаться, привести в порядок оружие, скафандры и оборудование, а нормандовцы – даже провести две тренировки в полном боевом облачении – разве что шлемы на автономность не переводили. В общем и целом, дух был боевым и три планеты системы все ожидали исследовать с острым предвкушением скорейшего выхода в ключевую систему туманности Армстронга – Грисом. Эта звёздная система обладала не одним, как обычно, а двумя поясами астероидов. Были и другие признаки справедливости суждения о том, что именно там лежит ключ к успеху всей, определённой приказом штаба ВКС Альянса, миссии.       Подтвердив и уточнив детальные характеристики двойного гиганта, отряд направился к самой дальней планете системы – Альмос.       Шепард, погрузившийся в изучение свежевыловленных Марком с просторов Экстранета материалов по гетам, был обрадован подарком киборга – подборкой данных по истокам наименования звёздной системы.       Не будучи специалистом по древним текстам, старпом с пониманием воспринял информацию о том, что «Вамши» является по одной из самых доказанных версий толкования, отсылкой к кришнаитскому обращению бхригу вамши, аименно – к династии мудреца Бхрину, ына Брахмы, по преданию проживавшего на одной из семи планет Сапта-риши (под этим именем в древности маскировалась планетная система, сформированная вокруг одной из звёзд Большой Медведицы). Люди, земляне упорно говорили – «он со звезды», хотя прекрасно понимали, что подавляющее большинство органиков выжить на звезде с её высочайшими температурными уровнями никто из органиков не смог бы в принципе. Древний текст, выкопанный из залежей Экстранета неутомимым Марком содержал уступку читателям-потомкам – там достаточно чётко говорилось о том, что мудрец Бхригу, хоть и был сыном Брахмы, но всё же тихо, чинно и мирно проживал не на звезде, что в принципе было бы обычным делом для столь божественной сущности, а всего лишь на одной из семи планет соответствующей звёздной системы. Толкование имело ключевое значение для Джйотиш, являвшейся самой древней для землян мировой астрологической традиции. Термином «навамши» обозначались древние астрологические таблицы с описаниями планет.       Первым под сканеры и локаторы кораблей отряда попал Альмос – водородно-гелиевый газовый гигант, атмосфера которого в избытке содержала примесь натрия, придававшую «щиту планеты» тёмный, не слишком обычный оттенок.       Следующей в прицельных сетках датчиков прочно угнездилась Преголя – огромная планета земного типа, атмосфера которой содержала хлор и этан, а поверхность была известна высоким содержанием серы, маскировавшей залежи аллюминия. Дочитав до строчки, утверждавшей, что попытки посадки на планету никогда не предпринимались, Шепард готовился перелистнуть страницу файла в ридере, когда тишину «выгородки» нарушил мелодичный сигнал, после угасания которого послышался уверенный голос главного вахтенного фрегата, информировавший нормандовцев о том, что сканеры корабля обнаружили на орбите Преголя несколько бездействующих сигнальных маяков.       Посланные для проведения уточняющей разведки зонды сняли с каждого маяка по турианской эмблеме, чётко идентифицированной Сареном и Найлусом как принадлежащей к турианской колонии Баэтика. Сославшись на то, что у Иерархии нет оснований уточнять или изменять распространённую по Экстранету информацию об обстоятельствах гражданской войны и последовавшей за ней войны за объединение турианских колоний, оба турианца отказались комментировать находку сколько нибудь развёрнуто.       Обратившись к массиву данных, собранных жадным до информации Марком, Шепард смог уточнить, что несколько турианских баз и колоний были полностью уничтожены во время тяжёлой войны за объединение миров, в которых уже проживали турианцы. Эмблемы этих колоний были впоследствии утеряны или считались утерянными. Саларианцы и азари в это время создавали Совет, а турианцы были втянуты в изнурительную гражданскую войну. Немедленно возникшие разногласия между руководителями колоний, среди которых первенствовали вожди анклавов, наиболее удалённых от Палавена – столичной планеты турианцев, подогревали конфликт до степени кипения с удивительным постоянством слишком долгое время.       Поскольку турианское центральное руководство банально не имело сил и достаточных возможностей контролировать удалённые колонии, а равно – стимулировать в надлежащем направлении деятельность местного руководства, в колониях стали процветать изоляционизм и ксенофобия. Колонисты-турианцы стали наносить на одежду, а затем, когда убеждённость в беспомощности и бессилии центральной турианской власти достигла максимума – и на лица специальные знаки, чтобы тем самым как можно яснее отличаться от жителей всех других колоний. Следом за внешними различиями немалую силу обрели внутренние , после чего регулярный характер приобрели открытые враждебные действия.       Иерархия заняла «позицию верховенства», не поддержав ни одну из множества сторон немедленно разгоревшегося межколониального конфликта – кто-то среди турианских главноначальствующих оказался достаточно мудр: через несколько лет борьбы в строю осталось не более десяти колониальных образований, сумевших сохранить какую-никакую силу и перспективу для собственного развития, но вожди этих колоний были к тому моменту лишены возможности эффективно оказывать сопротивление силам центральной турианской власти и им пришлось положить конец внутриколониальному и межколониальному кровопролитию, а затем – подтвердить верность Иерархии не только словами, но и делами.       К сожалению, внешнее восстановление турианского единства не смогло преодолеть неприязненные отношения, продолжавшие иметь место между колонистами сохранившихся турианских поселений в течение ещё нескольких десятков лет. Большинство турианцев по-прежнему носили на лицах отличительные знаки их родных колоний, с большим подозрением относясь к сородичам, не пожелавшим украсить свои физиономии столь долговечным знаком принадлежности к конкретному турианскому сообществу. Обдумав прочитанное, Шепард пришёл к выводу, что турианцы-Спектры поступили совершенно правильно, отказавшись комментировать находку – слишком всё было зыбко и проблемно в мире взаимоотношений лучших воинов в исследованной части Млечного Пути, называемой ещё и Пространством Цитадели.       Когда-то давно эти планеты приютили и турианцев, пожелавших круто изменить свою жизнь, а сейчас они входили в состав Скиллианского предела – весьма проблемного пространства, так и не обретшего единую власть и единое руководство. Здесь теперь правили бал батарианцы и люди, да и представители других наиболее известных и сильных рас отмечались с удивительным постоянством, участвуя в бесконечных локальных конфликтах и оспаривая друг у друга право на владение и распоряжение огромными богатствами, скрытыми на планетах этого региона.       Вполне возможно, что батарианцы – локомотивы здешних неурядиц кое-что знали о правах турианцев на эти территории, в том числе и располагали множеством турианских эмблем, равно как и сведениями об местах и обстоятельствах их обнаружения. Понимая, что в боях с реальными, а не парадно-показными Флотами Иерархии их вооружённые силы выстоять не смогут и осознавая риск утратить независимость как раса, батарианцы изо всех сил стремились не переходить грань, отделявшую огромное количество локальных конфликтов от всеобщего регионального конфликта, победителями в котором батарианцы себя не видели.       Шепард, приученный отмечать мельчайшие детали и различия, понимал, что на самом деле турианцы, в силу огромного влияния и значения колониального периода своей истории, уже не представляют собой монолитно-единую расу. Даже Найлус внешне достаточно сильно отличался от Сарена и не только в силу безусловной физической молодости, а на Цитадели и даже на Омеге Шепарду приходилось видеть и другие типажи турианцев.       От размышлений и поисков в базах данных Шепарда отвлекло сообщение главного вахтенного офицера фрегата, информировавшего экипаж и команду «Нормандии» о том, что отряд прибыл на орбиту планеты Маджи. Здесь, как и предписывал приказ Штаба ВКС Альянса, предстояло сделать очередную высадку, пресекая активность гетов.       Собирая укладки с оборудованием и приборами, проверяя и перезаряжая оружие, облачаясь в скафандр и в броню, Шепард читал с экрана инструментрона последнюю информацию по условиям на планете.       Как явствовало из описания, тонкий атмосферный слой Маджи состоял из метана и угарного газа, а разница температур между освещённым и неосвещённым полушариями планеты была причиной постоянного ветра, бесконечно поднимавшего с поверхности Маджи тучи кварцевой и натриевой пыли. Геты, вероятнее всего, логично просчитали, что сюда военные и правоохранительные контингенты из миров, приближённых к Цитадели не будут соваться и потому можно было подготовиться к вторжению на гигантскую станцию и в её окрестности спокойно и свободно. Старпом знал также и о том, что Маджи старательно обходили большинство научных организаций ключевых и сильнейших рас Пространства Цитадели – слишком были велики затраты на защиту персонала от смертельного излучения звёзд-гигантов. Время, в течение которого гражданская техника сохраняла достаточную работоспособность, исчислялось часами, редко – сутками, потому даже безбашенные отморозки из систем Термина не рисковали устраивать здесь постоянные базы, а действовали методом наскоков. В материалах, собранных Разведкой Корпуса Спектров говорилось и о том, что на Маджи воротилы из систем Термина иногда проводят жестокие соревнования, извлекая с поверхности планеты только безусловных победителей и оставляя побеждённых и проигравших гнить под безжалостными лучами местных светил.       - Действуем быстро, убиваем врагов точно, зачищаем аванпост полностью, обращаем внимание на мелочи и уходим. – сказал Шепард, спустившись в ангар собравшимся вокруг него членам группы высадки. – Даже щиты военного класса выдержат здесь не больше декады, поэтому скорость и полнота – лучшее, что мы сможем противопоставить машинам. Лейтенант, - старпом повернулся к Аленко, - озвучьте основные точки.       - Есть, сэр. – Кайден включил настенные экраны. – Наша основная цель – аванпост гетов. Его берём и зачищаем в самом конце миссии. До этого мы быстро, в темпе исследуем разбившийся зонд – локаторы и сканеры засекли там присутствие очередной порции улучшений для брони и оружия, после чего исследуем обломки разбившегося турианского корабля, устанавливаем причину и обстоятельства катастрофы, есть подозрения, что там мы найдём очередную колониальную турианскую эмблему. На этой планете сканерщики и локаторщики выявили наличие весьма странного гигантского по современным меркам черепа. С орбиты непонятно, принадлежал ли он неразумной твари или разумному существу, но его органическая природа не вызывает никаких сомнений. Предполагается взять череп на борт одного из транспортёров и доставить на фрегат – пусть им займётся доктор Мордин. В качестве дополнения у нас – подтверждение характеристик нескольких месторождений, выявленных сканерами и локаторами кораблей отряда. По предварительным данным – это месторождения магния, бериллия и тория.       - Одно уточнение, лейтенант. Сначала мы всё же разберёмся с аванпостом гетов, а потом постараемся охватить все остальные точки. – сказал Шепард. – Изменение в плане работы на планете согласовано с командованием фрегата и крейсера. – Шепард продемонстрировал сокомандникам ридер с соответствующим текстом на экране. – Нам важно знать, стоит ли быстрейшим образом нестись в последнюю звёздную систему скопления или мы всё же можем не спешить туда и потому имеем право заняться всеми остальными точками.       - Согласен, сэр. – кивнул Аленко.       - Тогда – не будем медлить. По машинам. – скомандовал старпом.       - С виду – обычный аванпост, сэр. – сказал Найлус, рассматривавший поселение гетов в мощную оптику перископов и на экранах, передававших изображение с бортовых внешних датчиков. – укрепление, девять вышек, на каждой – ракетчик и снайпер, есть несколько стандартных турелей, здесь их четыре. Но есть в дополнение ко всему и новинка – тяжёлая турель гетов. Здесь их целых пять. Подозреваю, что геты хотят уничтожить наш отряд и в то же время не желают привлекать излишнее внимание к своим действиям, понимая, что случись что – и сюда явится уже не отряд из двух кораблей, а полноценный флот, в том числе и Имперский флот Быстрого Реагирования. С такой силой геты воевать явно не захотят при всей их машинной безбашенности.       - Принято. – Шепард обозрел картинки, взглянул на уточнённую план-карту. – Первый – Второму. Начинаем биатлон. В первую очередь уничтожаем тяжёлые турели, затем – обычные, после чего – выводим на ноль численность ракетчиков. Всё делать в темпе, заряды впустую не тратить. Есть там одна горка металла – по сканерам выходит, что там колосс притаился. – уточнил Шепард свои опасения. – Так что борта и машины в целом под огонь синтетиков не подставлять.       Получив квитанции от членов группы, Шепард сел за рычаги головного транспортёра и через полчаса машины возникли на кромке ближайшей к аванпосту скальной гряды. Бой длился больше двух с половиной часов, под конец, как и предполагал старпом, с земли поднялся, пытаясь встать в боевое положение, колосс, но Аленко вогнал в его башку, украшенную мощным излучателем, три заряда подряд и добавил ещё из курсовых пулемётов по сочленениям передних ног. Такого издевательства над собой последний защитник аванпоста вынести уже не смог и спустя несколько минут оба транспортёра уже въезжали на территорию зачищенного гетского поселения. Четверть часа – и аванпост был выпотрошен полностью, а обе машины уже уходили к следующей точке маршрута – разбившемуся зонду.       - Капитан, с кораблей отряда нам оттранслировали мощный сигнал, пришедший с главной базы гетов. Спецы уже определили её местонахождение – система Грисом, спутник планеты Нотанбан – луна Солкрум. У нас – меньше трёх часов на все остальные точки маршрута, сэр, после чего к точке эвакуации придёт фрегат. В систему Грисом пойдём на ускорителях.       - Есть, принято. – Шепард увеличил скорость головной машины и транспортёр спустя двадцать минут затормозил у разбившегося зонда. Несколько минут ушло на то, чтобы взломать замок грузового отсека, извлечь улучшения брони и оружия, уложить находки в багажный отсек и направиться к следующей точке.       - Здесь придётся задержаться. – Шепард уже несколько минут внимательно рассматривал массивный череп неведомого существа, перебирая на инструментроне файлы всех доступных Сводов знаний.       - Ксенобиологические базы пусты, сэр. Там нет и близких описаний подобных существ. А оно было явно не одно.       - Останавливаемся, выходим, пять минут на изучение, потом грузим на верхнюю площадку транспортёра и идём к месту крушения турианского корабля. – оценив обстановку, распорядился старпом, вгоняя машину в низину, где пряталась от посторонних взглядов столь необычная находка.       - На нём следы выстрелов от оружия, использовавшего эффект ускорителя массы. – сказал Кайден, осмотрев череп. – Сейчас его могли бы пробить только гранатомёты или ракетные установки. А тут – целый ускоритель.       - Не удивлюсь, если это был гость с неизвестной планеты. – сказал Шепард, проведя рукой в перчатке по отметинам от выстрелов на глади черепной коробки. – Пусть Мордин посмотрит, а то он начал откровенно скучать – мы всё стреляем, а интересных новинок ему не возим. Будет ему чем заняться. Грузим.       Погрузка не заняла много времени и оба транспортёра, резко увеличив скорость, помчались к обломкам турианского корабля. Как обычно, разойдясь в стороны, машины взяли остов в «вилку» внутри транспортёров остались только водители и стрелки, крутнулись башни орудий и все остальные члены группы высадки занялись исследованием содержимого обломков. Спустя десять минут турианцы-Спектры подтвердили, что корабль скорее всего принадлежал колонии Эдессан, эмблема которой была единственной сохранившейся на одном из древних датчиков системы жизнеобеспечения. Тел пассажиров и экипажа найдено не было – всё указывало, что они просто сгорели при крушении корабля.       - Так. У нас меньше часа на маркировку и углублённую разведку трёх месторождений, коллеги. Вперёд. Остальное время придётся потратить на дорогу к району эвакуации. Фрегат сразу пойдёт за пределы звёздной системы, затем включит ускорители и в систему Грисом мы должны прибыть меньше чем через четыре часа. Так что – темп.       Возражений и уточнений не последовало. Месторождения магния, бериллия и тория были отмаркированы и исследованы быстро, но достаточно полно. Через два часа оба транспортёра были подхвачены снизившимся фрегатом и Аленко с Шепардом сразу после закрытия аппарели направились на доклад к Андерсону.       - Считаю необходимым, сэр, максимально быстро найти и уничтожить эту главную базу гетов. – сказал Шепард. – И для этого мы сразу должны направиться на Солкрум. Известно, что в системе Грисом всего три планеты, луна и два пояса астероидов. После окончания зачистки Солкрума мы сможем рапортовать о выполнении приказа штаба ВКС Альянса и заняться сканированием планет этой звёздной системы в обычном режиме. Завершив сканирование, мы сможем перейти к следующему пункту плана прочёсывания, сэр.       - Поддерживаю. – сказал Андерсон. – Вы правы, Шепард. Нам нельзя терять времени. Поэтому пока корабли идут в ускорительном режиме в систему Грисом – готовьтесь. Нам тут переслали последние разведданные, там нас ждёт подземная база. Детали пока неизвестны – геты построили её в рекордно короткие сроки и никто, даже Имперская астроразведка ещё не имеют точных данных о её характеристиках. Так что нам придётся рассчитывать на худшее. Аленко, как Дженкинс?       - Полагаю, он сможет выдержать эту трудную миссию, сэр. Молодость есть молодость, но он действительно держит себя в рамках.       - Тогда – готовьте своих людей и готовьтесь сами. Нет никаких сомнений, что геты приготовят нам массу сложностей.       - Есть, сэр. – оба офицера встали и, откозыряв командиру корабля, вышли из каюты Андерсона.       - Шепард, Аленко. – к ним подошёл Мордин. – Вы меня сделали счастливым. Интереснейший экземпляр. Пожалуй, мне будет чем заняться в ближайший месяц. Люблю работать над неизвестным, а такой череп неизвестен никому из саларианских учёных.       - Хорошо, Мордин. – сказал Шепард. Если что интересное найдём – сразу вам сообщим.       - Я подозреваю, Джон, что на этой главной базе вы встретите новые разновидности гетов. Неплохо бы получить образцы.       - По возможности. – ответил Шепард. – У нас, как вы всегда правильно отмечали, места мало. Так что колосса мы вам точно доставлять не будем, а вот что-то более мелкое и по одному экземпляру – вполне возможно.       - Ловлю вас на слове, Шепард. Хотя вашему слову, как я неоднократно имел возможность убедиться, можно верить. – Солус развернулся и почти бегом направился в свою каютку.       - Времени в обрез, так что разбегаемся. Отдыхать будем после окончания операции по зачистке базы гетов, Кайден. – сказал старпом.       - Согласен, сэр. – Кайден направился к лестнице, ведущей в трюм фрегата. Предстояло проверить комплекты оборудования и приборов.       Путь до системы Грисом фрегат преодолел меньше чем за два с половиной часа – Моро показал высокий класс подготовки, обойдясь без помощи своего невозмутимого и педантичного сменщика. В систему «Нормандия» ворвалась вихрем и луна Солкрум прочно закрепилась в прицелах локаторов и сканеров. Ещё при приближении к хозяину луны – газовому гиганту Нотанбан сенсоры фрегата перехватили обрывочный кодированный сигнал с поверхности луны. Марк, отвлёкшись от перемалывания терабайт информации Экстранета, вскрыл код за полчаса, ушедших на вход фрегата на орбиту Солкрума. «Волга» осталась на орбите «Нотабана» - Стрельцова держала свой корабль так, чтобы в кратчайшие сроки иметь возможность оказать любую помощь экипажу фрегата.       - Имеем обрывок сигнала, посланного гетами с Солкрума в некую Общность. – сказал Шепард на предотлётном совещании членам группы высадки. – это означает, что основные силы гетов в курсе провала стараний своих передовых частей. Нас это может немного радовать, но расслаблять – не должно. Геты устроили свою главную базу умно – атмосфера Солкрума крайне разрежена и состоит из криптона и ксенона, кора планеты состоит из различных металлов, встречаются также залежи натрия. Как и у любого небесного тела в этой малогостепреимной звёздной системе, температура поверхности Солкрума чрезвычайно высока, а сама поверхность подвержена мощному воздействию жёсткого излучения, испускаемого голубым гигантом Гриссомом. Учитывая сказанное, ясно, что выход любого органического существа на поверхность без специального защитного снаряжения означает для этого существа неминуемую гарантированную и быструю смерть. Геты хоть и машины, также не желают рисковать без особой необходимости. Поэтому база гетов на этой луне - подземная. Предполагаю, что как командный центр, она небольшая, но набита аппаратурой под завязку. Поэтому стрелять только по гетам, а не по оборудованию. Вопросы?       Не услышав ни единого вопроса, старпом распорядился грузиться на транспортёры.       - Джеф, я всё понимаю, но кататься по планете мы будем после окончания разбирательства с главной базой гетов. Поэтому сбрось нас как можно быстрее и как можно ближе к главному входу в базу.       - По данным сканирования там достаточно охраны.       - Прорвёмся. Для этого и готовились все последние часы в поте лица.       - Ладно. – отозвался Джеф, помедлив. – Санкция командира фрегата получена. Пересылаю координаты точки приземления и координаты точки сброса.       - Принял, спасибо. – Шепард нырнул в салон головного транспортёра, закрывая за собой крышку люка. – Первый – готов.       - Второй – готов. – тут же отозвался Аленко.       - Внимание, группа высадки. На курсе. Предварительная. Исполнительная. Сброс.       Снаружи главную базу гетов охраняли тяжёлые гетские турели и два колосса, но ещё при приземлении Найлус и Клеменс, устроившиеся за джойстиками управления орудийными системами транспортёров открыли по пушкам и шагоходам убийственный огонь, за несколько минут сломив любые попытки внешней охраны базы сопротивляться натиску незваных и нежданных гостей. Оставив в машинах водителей и стрелков за пультами управления, группа высадки выбила направленным взрывом тяжеленную крышку люка и ворвалась внутрь. Здесь сопротивление оказывали геты-призраки, разрушители и один джаггернаут. Колоссы в тесных пространствах просто не развернулись бы, равно как и праймы. Явик, едва появившись во внутреннем проёме шлюза, сразу уничтожил джаггернаута, уклонился от очередей импульсных винтовок оживших разрушителей и, напустив в предбанник туман из поясного баллона, подсветил скрывавшихся до этого времени гетов-призраков – улучшенную модификацию охотников.       - Последняя группа из пяти пехотинцев отступает в дальний зал, сэр. – быстро проговорил Аленко. – Нам также следует идти туда – не дай бог они самоподрыв устроят.       - Выполняем. Яв, подсвети, чтобы сюрпризов не было. Нам эти призраки-охотники на воле – без надобности. – Шепард, перезарядив винтовку, ринулся впереди группы в смежный зал. – Матерь божья. Столько накопителей… - оглядевшись по сторонам, старпом отмечал множество консолей, экранов, стоек серверных блоков. Его сокомандники тем временем методично уничтожали отступившую пятёрку гетов-пехотинцев, не давая им возможности приблизиться к оборудованию.       - Геты мертвы. – доложил Кайден. – Вы слышите, коллеги? Упакуйте по одному экземпляру для Мордина. Джагернаута обязательно.       - Есть, сэр. – полисмены-десантники приступили к работе.       - Да. Слышу. – сказал Шепард. – А вот и экран засветился. Большой и единственный.       На экране кварианец исполнял печальную арию перед затихшей толпой. Автопереводчик, поймав звучание текста, пояснил, что в песне говорится о потерянных мирах и загубленных невинных жизнях.       - Песня транслировалась на планеты гетов на ту сторону Вуали Персея, капитан. – доложил Кайден, остановившись перед деактивировавшимся в ту же секунду, едва смолкла мелодия, передатчиком.       - Прибыли десантные челноки с «Волги», капитан, доложил Найлус, подводя к Шепарду рослого капитана имперского астродесанта России. – Это майор Станислав Никифоров, командир группы высадки.       - Рад встрече с вами, Шепард. – офицер учтиво откозырял и пожал протянутую руку старпома. – Капитан первого ранга приказала, чтобы мы вывезли на крейсер всё здешнее оборудование. Кроме этой консоли и его содержимого. Это может пригодиться Тали Зоре. – пояснил офицер-десантник. – Так что эта консоль и её содержимое – вне всяких сомнений ваши. А результаты исследования всех остальных массивов и аппаратуры мы вам предоставим в кратчайшие сроки в полном объёме.       - Марк, что содержит эта консоль? – Шепард связался с бортом фрегата, благо на приземлившихся челноках были мощные ретрансляторы, позволившие установить широкополосную связь.       - Зашифрованные данные, в них содержится информация об эволюции гетов со времён изгнания кварианцев. Майор прав – это может пригодиться Тали в её работе. – ответил киборг. Капитан, на связи с Андерсоном – адмирал Хаккет. Командир передал ему последние данные о результатах миссии. Более подробная информация и возможный новый сеанс связи с адмиралом – по возвращении на борт, но уже сейчас Андерсон распорядился передать вам – миссия по противодействию активации гетов в этом районе завершена успешно.       - Принял. – ответил Шепард. – Майор, мы на выход, у нас здесь ещё несколько точек есть, которые надо посетить, да и прочёсывание планет в этом скоплении следует завершить качественно. Группа – на выход, грузиться в транспортёры. – обернулся старпом к своим сокомандникам. – Аленко?       - Консоль погружена в багажное отделение головного транспортёра, сэр. – доложил лейтенант. – Готовы к выдвижению. Здесь – разбившийся зонд с очередной порцией улучшений к броне и оружию, а также капсула азари, в которой локаторщики со сканерщиками углядели очередной фрагмент записей матриарха Дилинаги. Надо уточнить несколько месторождений полезных ископаемых. На этом отработку луны можно считаьть полностью завершённой.       - Добро. – кивнул Шепард, уступая место за рычагами транспортёра Найлусу и садясь возле выходного люка. – Пока наши партнёры потрошат здесь всё – выполним свою часть работы.       - Они, по всей вероятности, вознамерились вывезти всё оборудование, сэр. – уточнил Аленко, активировав связь между машинами. – Снижаются два грузовых челнока. Отсеки там впечатляющих размеров.       - Поехали к разбившемуся зонду. Заберём ценности и займёмся азарийской капсулой. Все месторождения отрабатываем в последнюю очередь.       Потрошение разбившегося зонда было быстрым и не заняло много времени. Упаковав в багажные контейнеры извлечённые из грузового отсека зонда улучшения для брони и оружия, члены группы Шепарда вернулись в машины и вскоре перед транспортёрами замаячила разбитая азарийская капсула, увеличивавшаяся в размерах.       - Чисто, сэр. – доложил Найлус, прилежно облазивший обломки. – Большинство вещичек не представляют никакой ценности. Запись матриарха Дилинаги наличествует, но вот установить точно, была ли она оставлена изначально здесь или привезена сюда из какого-либо другого места – увы, невозможно.       - Запись – в контейнер. Грузимся и занимаемся полезными ископаемыми. Что у нас там, Кайден? – спросил Шепард, прикрывая за собой крышку люка и садясь в жестковатое раскладное кресло у проёма.       - Торий, уран, магний. – перечислил лейтенант, взглянув на экран своего инструментрона.       - Полагаю, что имперцы пришлют сюда своих добытчиков и те вытрясут месторождения в кратчайшие сроки. Особенно урановое. – сказал старпом. – Отмечаем и возвращаемся на корабль.       - Есть, сэр.       Уточнение параметров новооткрытых месторождений не заняло много времени. Спустя час с небольшим оба транспортёра вышли на плато, с которого их привычно подхватил снизившийся фрегат.       - Благодарность штаба, Шепард, Аленко. – Андерсон был явно обрадован и даже доволен. – Всем участникам операции и особо – членам группы высадки. – он подал офицерам ридеры с полными текстами документов. – Так что пока можете объявить всем вашим коллегам о возможности отдыха – в ближайшее время сложностей не ожидается. Отработаем систему Грисом и у нас впереди – работа в скоплении Тета Стикса. Мы продолжим прочёсывать звёздные системы и выполнять отдельные миссии. Вы свободны, лейтенант.       - Да, сэр. – Аленко встал, козырнул командиру корабля и покинул каюту, плотно прикрыв за собой дверь.       - Полагаю, Джон, вы уже догадываетесь, кому будет нужна эта информация из этой консоли в самое ближайшее время.       - Тали Зоре, конечно, командир. – ответил старпом.       - Именно. Нам, конечно, известно местонахождение Мигрирующего флота, теперь следует подумать над тем, как передать расшифрованную Марком информацию младшей Зоре.       - На пути следования к очередному звёздному скоплению у нас несколько ретрансляторов, сэр. – сказал Шепард, активируя инструментрон. – Вот этот маршрут пролегает в одном прыжке от местонахождения Мигрирующего флота. Если мы чуть отклонимся в сторону даже силами одного фрегата – мы сможем быстро и комфортно передать эту информацию Зоре. Пошлём носители на челноке с охраной, передадим Тали лично в руки и пусть пользуется. Она сумеет извлечь из неё немало полезного, ведь это – новейшая история гетских сообществ. А Тали пороть горячку и требовать вендетты для гетов не будет.       - Ладно, Джон. Оригинал всё равно будет у нас – Марк не зря трудился. Кварианцы всё равно виновны в происходящем по уши и по макушку – последняя видеозапись, показанная там, в командном центре гетов, проявила это со всей определённостью. Погубленные миры и прерванные невинные жизни? И песня с таким содержанием уходит к гетам? Изощрённое издевательство или микропытка или великая глупость или всё это в одном флаконе. – Андерсон был явно раздражён. – Извините, Джон, но я сомневаюсь в необходимости передачи этого массива информации кварианцам.       - Виноваты они или не виноваты, сэр, на сегодняшний день у нас нет времени и нет возможности для споров на эту тему. – сказал Шепард. – Если кварианцы рухнут – ослабнут органики. Такое скрыть будет невозможно.       - А получив такую инфу очень многие пойдут на всё, чтобы развернуть против гетов настоящую войну. И её проигнорировать тоже невозможно. – ответил Андерсон.       - Грань? – спросил старпом.       - Скиллианский предел – и есть грань. Грань Горизонта, если говорить о переводе со староанглийского. – Андерсон опустился в своё рабочее кресло, пододвинулся к столу, опёрся на него локтями и сложил пальцы рук воедино. – Не знаю, Джон. Не верю я, что ослабленный и устаревший кварианский Флот и его экипажи за оставшиеся два года, ну пусть два с половиной года сумеют что-либо понять из этого массива информации. Они же не будут судить с точки зрения стороннего наблюдателя, для них это – не чужая, а их собственная расовая история. Пока мы допрочешем эту систему – мы ещё можем решать и думать. А потом придётся действовать. Я готов выслушать ваши соображения в любое время.       - Хорошо, сэр. – Шепард поднялся, отвесил прощальный полупоклон и покинул каюту командира фрегата в несколько более глубоких чем обычно раздумьях. Андерсон был прав – получить информацию с гетского командного пункта было необходимо, Марк сделал в короткие сроки огромную и сложную работу, обеспечил сверхадекватный точный перевод. Но вот достойны ли кварианцы получить эту, вне всяких сомнений - взрывоопасную совокупность данных? Не подавятся ли они, попытавшись проглотить её разом – времени до удара Жнецов оставалось всё меньше. Так в раздумьях Шепард дошёл до своей выгородки и, закрыв дверь, переоделся в комбинезон без знаков различия и лёгкий бронескафандр. Улёгшись на походную кровать, старпом задумался ещё глубже.       Планета Зерукс ничем особым отряд кораблей не порадовала и не заинтересовала. Работавший за своим пультом главный инженер Грег Адамс, тем не менее обратил внимание своих подчинённых на то, что согласно теории, предложеной некоей азари Дельса Ортиза, кварцевая пыль на Зеруксе является не чем иным, как сверхминиатюрными роботами-разборщиками, которые периодически активируются для обеспечения самозащиты планеты.       Все признанные научным сообществом Пространства Цитадели учёные всячески отрицают важность, ценность и приемлемость теории, между тем она уверенно и успешно набирает новых и новых приверженцев, тем более, что сами высоколобые умники, кичащиеся своей признанностью и видящие в этой признанности гарантию защищённости, за истекшие несколько сотен лет так и не смогли представить общественности какую-либо работоспособную альтернативную теорию или даже несколько таких теорий. Между тем было хорошо известно – и не только в научных кругах, что попытки плотно исследовать Зерукс раз за разом кончались потерей большого количества автоматических зондов. Многочисленные расследования причин катастроф, проведённые, как водится, по горячим следам, засвидетельствовали, что причиной аварий была либо механическая неисправность, либо очередная, столь привычная для разумных органиков, ошибка в расчётах. Тем не менее было точно известно только одно – азотно-аргоновая атмосфера Зерукса рассеивалась звёздным ветром, идущим от голубого гиганта – звезды Гриссом. А моря кварцевой пыли, глубиной несколько километров были поистине неисчерпаемым источников для глобальных песчаных бурь, перекраивавших ландшафт планеты.       - Эта загадка была обычной и для нашего времени. – сказал Явик, вынырнувший из невидимости чуть позади главного инженера. – Мы также не успели её решить. – помедлив, добавил он. – Я придерживаюсь того мнения, что это – загадка для будущих поколений разумных органиков. Если Жатва… была неднократно, в чём мы все уже убедились. – протеанин оглядел собравшихся у пульта главного инженера техников корабля. – То вполне возможно, что эту загадку предстоит решать и, может быть, решить именно нашим потомкам. Тем не менее. – голос протеанина окреп, в нём исчезла стрекочущесть, - никто и ничто не помешает нам самим попытаться найти решение этой загадки-задачи. Но для этого надо выжить, а также – победить Жнецов. И тогда мы сможем бросить достаточно ресурсов для того, чтобы исследовать Зерукс и планеты им подобные. – Протеанин отстучал на клавиатуре инструментрона Адамса запросную последовательность команд. – Это все планеты с загадками, которые уже известны ныне действующим и существующим расам. В Галактике есть и уголки, куда нынешние расы ещё не заглядывали. Это – резерв на будущее. Посмотрите и подумайте, стоит ли перспектива найти ответы на эти вопросы победы над Жнецами. – Явик кивнул Адамсу, повернулся и исчез в невидимости.       - Он прав, сэр. – один из техников, самый востроглазый, изучил карту и тексты, выведенные протеанином на экраны. – Сплошные технически развитые цивилизации. Даже если удастся поставить на службу разумным органикам хотя бы часть их достижений – можно будет уверенно заявить, что их старания не пропали даром. Настоящий подарок нам и нашим потомкам. Надо обдумать, но я уверен – эти перспективы стоит реализовать, а значит, стоит сделать всё, чтобы победить этих Жнецов, кем бы они ни были – органиками, синтетиками или неведомыми гибридами.       - Я бы вряд ли сказал лучше, Реван. – сказал Адамс. – Всё. Всем спасибо, за работу. Обсудим всё после вахты. А сейчас – у нас дел много. И их надо делать.       В процессе сканирования планеты Зерукс и окрестностей этого небесного тела на одном из её малых спутников было обнаружено не включённое ранее в Свод космогеологии крупное месторождение бериллия. Посланные под руководством инженера Адамса зонды уточнили параметры месторождения и сбросили в заранее определённые места автобуры с маяками.       Планета Бенда формально относилась по большинству классификаций к земному типу, но её поверхность к моменту проведения локационно-сканерной разведки кораблями отряда так и не остыла до температуры, необходимой для образования коры и потому представляла собой глобальный океан орасплавленной горной породы. Спецы отметили, что как и в случае с Зеруксом, атмосфера Бенды постепенно рассеивается звёздным ветром, порождаемым местным светилом. Когда атмосфера полностью исчезнет, температура поверхности Бенды достигнет уровня четырёхсот градусов по цельсию.       - Командир, вокруг Бенды обращается древний саларианский корабль. Орбита стабильна. Разрешите досмотровую группу? – вахтенный офицер ещё раз пересмотрел файлы докладов сканерщиков и локаторщиков.       - Разрешаю. Троих из дежурной группы будет вполне достаточно. Один челнок. Джеф, уравняй скорости, чтобы гоняться за этим корабликом не пришлось.       - Да, сэр. – Джеф Моро подвёл фрегат поближе, по аппарели скользнул челнок, двое полисменов-десантников перешли на борт саларианского корабля, третий остался в челноке страховать своих партнёров. Через полчаса пара вернулась на борт челнока.       - Командир, на борту – ничего ценного. – доложил старший досмотровой группы. – Только медальон Лиги Единения.       - Хорошо. Возвращайтесь на фрегат. – Андерсон переключил связь. – Мордин, пересылаю вам данные по кораблю. Медальон пришлю позже.       - Хорошо, командир. – откликнулся профессор. – Интересный сплав у этих медальонов. Такой теперь не практикуют.       - Возможно. – понимая, что Солус рискует сорваться на многочасовую лекцию по металлургии, Андерсон переключил каналы связи. – Закрыть аппарель. Уходим к Тете Стикса.