Сверкающие глаза

      Прибыв в звёздную систему Гидра, где располагался единственный масс-ретранслятор скопления Ро Аргоса, удовлетворивший своими взаимосвязями с другими катапультами и лейтенанта Моро и пилотов крейсера, отряд быстро переместился в звёздную систему Горгона.       Корабли сразу направились к появившемуся на экранах сканеров и локаторов неопознанному космическому комплексу: капитан Андерсон принял решение разобраться с этой явно искусственной конструкцией прежде, чем приступать к обычному прочёсыванию звёздных систем скопления.       - Капитан, в некоторых реестрах этот комплекс был зарегистрирован как космическая станция «Сигма-23». – доложил Легион. – А фактически – это всего лишь грузовой корабль.       - К тому же - лишённый ряда модулей. – сказала Оливия. – Интересно было бы понять, куда они делись.       - Отмечаю активность рахни на борту, капитан. – дополнил Марк. – Я выявил там несколько информационных терминалов. Большинство - неработоспособны, но один-два вполне можно активировать.       - Шепард. – в конференцсвязь вклинился Андерсон. – Высадитесь на эту станцию, зачистите её от рахни и обследуйте от носа до кормы. Нам нужны доказательства, что это – след деятельности «Цербера».       - Есть, командир. – Шепард переключил связь и направился в ангар. Отдохнувшие за двое суток сокомандники уже грузились в челноки.       - Разрешите мне с вами? – в ангар вошла Оливия.       - Разрешаю. Поможете справиться с данными «Цербера». И разобраться с рахни. – сказал Шепард, указывая киборгессе на второй челнок. – Высаживаемся на обшивку, ищем люк, проникаем и работаем.       - План поняла, капитан. – киборгесса нырнула в салон второго челнока. Следом за ней в машину вошёл лейтенант Аленко.       - Второй – первому. К старту и работе готов. – доложил Кайден, устроившись за управлением в кабине водителя.       - Первый – Базе. – Шепард взглянул на индикаторы обстановки. – Готовы к выходу.       - База – группе высадки. Работайте. – ответил Андерсон, давая разрешение начать процедуру вывода челноков за пределы фрегата. «Волга» как обычно дрейфовала поотдаль, сканируя окружающее пространство на максимальном для пассивных режимов удалении.       Несколько минут – и под днищами челноков возникла плоскость остова грузового корабля, использованного как основа для формирования станции.       - Маскировались. – сказал Найлус. – Это ясно видно.       - Рядом должны размещаться несколько пиратских банд, но активность эфира на их волнах отсутствует. – подтвердил Сарен. – Похоже, обитатели станции как-то повоздействовали на отморозков.       - Высаживаемся. – Шепард закрыл скафандр и открыл боковую дверь челнока. – Проверяем, убиваем рахни и уходим.       Первый челнок уже закрепился на плоскости. Рядом опустился и закрепился второй челнок, из которого на бронеплиты обшивки вышли Аленко с коллегами. Оливия спокойно оглядывалась по сторонам.       - Люк найден, капитан. – доложил Ник Клеменс. – Минуту. – он поколдовал с замком. – Открыто. – полисмен-десантник посветил внутрь. – Шлюз чист.       - За шлюзом среди контейнеров – рабочие рахни и солдаты. – сказала Оливия.       - Подтверждаю, капитан. – сказал Аленко, взглянув на свой инструментрон. – Нам приготовили встречу.       - Капитан… На борту нет живых людей. А с рахни нужно разобраться быстро. – сказала Оливия. – Разрешите мне первой?       - Разрешаю. – сказал Шепард, наблюдая, как киборгесса исчезает в зеве люка.       Оливия скрылась внутри шлюзового «кубика», привычно активируя локаторы и сканеры и перехватывая поудобнее штурмовую винтовку из комплекта оружия, созданного специально для неё. Аппаратура слежения уже доложила, что впереди – схватка с большим количеством рахни среди контейнеров и ящиков, в беспорядке загромоздивших внутренности грузового судна. Автоматика оружейных систем подготовилась к скорейшему реагированию на попытки жуков использовать биотику – рахни надо было опережать. Шлюз оказался свободен от врагов, но в главном грузовом трюме было семь рабочих рахни и один рахни-солдат. Оливия первым делом застрелила солдата, не дав ему возможности ни плюнуть ядом, ни активировать биотику. С рабочими рахни хлопот было меньше – их она застрелила, заставив превратиться в лужи слизи, использовав пистолет. Отстреливая из пистолета лезущих под ноги рабочих рахни, Оливия фиксировала расположение и характеристики замков многочисленных контейнеров, записывая данные об их содержимом. Медицинская станция, комплект улучшений, два шкафчика для хранения личных вещей, комплект модернизации оружия. Автоматика фиксировала пройденный маршрут и при желании киборгесса могла бы проделать обратный путь за несколько секунд, уже не отвлекаясь на уточнения.       Пройдя весь корабль от кормы до носа, Оливия убедилась в том, что рахни на борту все до единого мертвы.       - Капитан. На борту всё чисто. Здесь много барахла, вам надо всё осмотреть, отобрать нужное. – донёсся по спикерам голос Оливии. – Рахни все мертвы. Можно заходить.       - Заходим. И сразу проверяем все закоулки. – распорядился Шепард.       Лучи тактических фонарей, закреплённых на штурмовых винтовках, заплясали по стенам, полу и потолку грузового отсека станции-корабля. Перешагивая через трупы рахни-солдат, члены группы проверяли и сортировали содержимое контейнеров и ящиков. Оливия переслала план-схему их расположения с полными характеристиками содержимого на инструментрон каждому члену группы.       - Капитан, я нашла аудиозапись, нечто вроде аудиодневника некоей Елены Флорес, майора Альянса. – доложила киборгесса. – Рядом с консолью дневника – неактивированная, но полностью снаряженная бомба. Исправная, замечу.       - Ясно. – Шепард вышел из грузового отсека в коридор и вскоре уже стоял рядом с Оливией перед терминалом, встроенным в стенку одной из боковых комнатушек-кают. – Включайте запись, послушаем.       Механический голос отметчика произнёс: «Запись Первая», после чего послышался женский голос: «Терминал «Сигма-двадцать три» уже полностью функционирует. Достроены казармы и хранилища, мы начали складировать боеприпасы. Вряд ли Альянс будет патрулировать эту туманность. Думаю, единственная угроза - это пираты, но кто им поверит. Похоже, у нас тут есть место для двух взводов штурмовиков "Цербера", которые прибыли в качестве подкрепления.»       После двухсекундной паузы отметчик произнёс: «Запись Вторая» и тот же женский голос продолжил: «Сегодня прибыли образцы для полевых проверок. Мне сказали, что они ничем не отличаются от тех, которые были созданы на Новерии. Они обещали, что эта партия будет стабильной. Что-то о том, что их создали подобию эталонного образца. Мы обнаружили, что в соседней системе решили бросить якорь пираты. Пожалуй, опробуем образцы на них.».       В каюту-комнату вошли почти все члены группы высадки, привлечённые звуком женского голоса. Аленко постарался восстановить герметичность жилого модуля станции и теперь голос майора Елены Флореса звучал в кислородной атмосфере. Шлемов, тем не менее, никто из членов группы не снимал, только уменьшили степень герметизации.       - Новерия. – произнёс Аленко, вспоминая, как ему и его подчинённым приходилось прятаться от возможных соглядатаев на ледяных и снежных склонах. – Вот откуда ниточка тянется. Значит, там «Цербер» имел не только «Вершину-15», но и другие лаборатории абонировал под свои разработки. Жаль. Надо было бы обстрелять эту планету с орбиты. Меньше грязи было бы.       - И пираты, как теперь ясно, пострадали именно в результате нападений рахни. – сказал Найлус.       Шепард, промолчав, включил воспроизведение записей на консоли, сняв аппаратуру с «паузы». Отметчик произнёс своё обязательное «Запись третья» и Флорес уже совершенно другим, нервным голосом, продолжила, вполне вероятно, не надеясь на лучший исход своего пребывания на «Сигме-23»: «Им удалось убежать. Умные ублюдки. Мы относились к ним, как к животным. Надо было относиться к ним, как к военнопленным. Они разбегаются, садятся на грузовые корабли и отправляются в неизвестном направлении. Через неделю ими будет кишеть всё скопление. Генерал, если вы услышите это сообщение, послушайте меня, к чёрту этих рахни. Они слишком умные. Используйте какой-нибудь другой проект. Флорес... Конец связи.»       - Знать бы, какой это генерал. – сказал Сарен, герметизируя шлем. За ним процедуру герметизации выполнили все члены группы.       - Прочёсываем корабль. Забираем всё ценное. - распорядился старпом.       - Будем взрывать этой бомбой? – спросил Найлус.       - Нет. – ответил Шепард.       - Капитан. Я могу активировать эту бомбу дистанционно, когда мы вернёмся на борт фрегата. – сказала Оливия. – Так будет лучше. Стрелять – давать возможность «Церберу» обвинить нас в чём угодно, в том числе в индивидуальном сведении счетов. – сказала киборгесса. – Пока я обследовала комнаты, я изучила механизм бомбы. Её вполне можно перенастроить на дистанционную активацию посредством радиосигнала.       - Аленко, займитесь. – сказал Шепард, делая знак всем остальным покинуть небольшую каютку. – Работаем.       - Значит, рахни на станциях радиоперехвата «Альфа», «Тета» и здесь – результат деятельности «Цербера», - ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Ник Клеменс, обыскивая очередной шкафчик. – Теперь понятно, почему корабль-станция выглядит… ограбленной. Все дополнительные модули были использованы сбежавшими с борта рахни для максимального распространения по окружающим скоплениям.       - Значит, мы с такими рахни будем ещё не раз встречаться. – сказал один из полисменов-десантников. А с учётом того, что они строят гнёзда – таких встреч будет слишком много.       - Не понимаю. – Аленко выпрямился, закончив обыск очередного рундука под койкой в жилом модуле. – Если судить по записям майора Флорес, то вся эта станция – засекреченный военный проект Альянса, в котором «Цербер» принял самое непосредственное участие, обеспечивая проект информацией, материалами, дополнительной охраной. – усилием воли лейтенант поборол искушение включить биотику. – Ладно там полугражданский «Цербер», но Альянс…       - Суда снабжения прибыли на планеты, где были размещены станции радиоперехвата, за несколько суток до того, как были отмечены первые рахни, атаковавшие местных поселенцев. Если «Цербер» и здесь отметился, сумев настолько качественно замаскировать прибытие рахни и дав этим жукам время на гнездование и размножение… у нас у всех большие сложности. – сказал Сарен.       - Цербер всё равно попал в ловушку. Он не смог дать рахни полную свободу, поскольку не мог бы тогда ими управлять, но не мог также взять на себя все обязанности по детальному регламентированию их поведения. – сказал Явик, с наслаждением выходя из невидимости. – Потому он и прислал на борт два взвода штурмовиков. Руководство «Цербера» явно напугано. Оно уже начинает понимать, конечно, насколько это возможно при мягкой постепенной индоктринации, что Жнецы – не партнёры «Цербера», они становятся его единственными полновластными хозяевами. На первом этапе руководители проекта,вполне вероятно, планировали, что рахни будут действовать совместно с подразделениями штурмовиков «Цербера» против пиратов, избранных «куклами». Если рахни было достаточно привезти с Новерии и разместить в грузовых модулях, то для людей-штурмовиков потребовались и бараки, и боеприпасы и куча всего другого. Исследователи пытались соблюсти баланс, они понимали, что старый грузовой корабль невозможно использовать как полноценную космическую станцию. Рахни они старались держать в изоляции, стремились одновременно предоставить штурмовикам «Цербера» хотя бы минимально необходимые нормативные условия для жизни, но жадность… всех их погубила – усиленные взводы и одновременно – большое количество жуков, в том числе и рахни-солдат рано или поздно обязаны были схлестнуться на станции. Это, скорее всего и произошло. «Церберовцы» рассматривали рахни как тупых животных, им было так легче сосуществовать с жуками. А те очень быстро и эффективно доказали, что они – разумные существа, несмотря на то, что королева не стала их, модифицированных рахни, надлежащим образом программировать. В последней части записи есть указание на то, что кто-то из руководства «Цербера» уже начал суетиться, желая побыстрее разрушить эту станцию. Только наше вмешательство на обоих постах прослушивания заставило оперативные группы «церберовцев» отказаться от активных действий. Тем не менее, бомба была уже доставлена на борт «Сигмы-23».       - Она была доставлена вместе с прибывшими двумя взводами штурмовиков «Цербера». – уточнила Оливия.       - Согласен. Я пришёл к такому же выводу. Тем более это доказывает, что руководство «Цербера» или, как минимум, руководство проекта, пытается выйти из-под всеохватывающей власти Жнецов и их приспешников. К сожалению, в данном случае выйти этому отряду «Цербера» на свободу… не удалось. – протеанин умолк.       - Возвращаемся на челноки. – Шепард оглядел спутников. – Если они сюда сами доставили бомбу – значит, они предполагали её использовать. Не будем их разочаровывать и доведём дело до конца.       Оба челнока совершили посадку в ангаре фрегата. Аппарель плавно закрылась. Вышедшие в трюм члены группы высадки увидели, как включились настенные экраны, транслировавшие изображение «Сигмы-23».       - Внимание. Запущена процедура подготовки станции к взрыву. – оповестил экипаж и команду фрегата по громкой связи вахтенный «Нормандии». Установлен интервал в минуту и десять секунд. Шестьдесят. Пятьдесят. Сорок. Тридцать. Двадцать. Десять. Ноль. Подрыв!       На месте старого грузового корабля вспух белёсый шар, из глубин которого полетели обломки. Спустя несколько минут шар стал уменьшать силу своего свечения.       - Подрыв успешен. – оповестил вахтенный. – Офицеров группы высадки ждёт у себя командир фрегата. Остальным – отдыхать.       Выслушав доклады Аленко и Шепарда, Андерсон несколько минут молчал, обдумывая услышанное.       - Мы закончили расследование только по одному из эпизодов деятельности «Цербера». Этот эпизод начался на Новерии и закончился здесь. – сказал Андерсон. – Пока вы разбирались с «Сигмой-23», мы с помощью Легиона и Марка просмотрели всю актуальную информацию по обстановке в звёздных системах этого скопления. По большей части здесь обстановка нормативная. О пиратах нам теперь многое известно. Но таких вот сложностей, - он кивнул в сторону экрана, транслировавшего изображение места, где несколько минут тому назад дрейфовала станция-корабль, - пока что не предвидится. Так что подтвердите своим коллегам общий приказ об обычном режиме работы и службы. Вопросы?       - В сообщении майора есть упоминание о каком-то генерале. – сказал Шепард. – Насколько я знаю, «Цербер» не разбрасывается такими званиями. Кто может скрываться под этим обозначением?       - Джон, я знаю только одного генерала «Цербера», способного пойти на такое. Генерал Олег Петровский. – произнёс Андерсон. – Но для того, чтобы это подтвердить, придётся очень и очень поработать. Петровский – талантливый и опытный стратег, исследователь и знаток истории войны. Но он не может всё делать лично, поэтому, вполне возможно, исполнители его воли оказались недостаточно профессиональны и компетентны, что и привело проект «Сигма-23» к таким негативным результатам.       - Ясно, сэр. – Шепард встал. – Разрешите идти?       - Идите.       В своей «выгородке» Шепард переоделся в комбинезон и лёгкий скафандр, присел за рабочий стол. Экраны, закреплённые на стенках, засветились, показав характеристики, снятые локаторами и сканерами с планет и иных небесных тел всех трёх систем скопления, в пределах которого находились корабли отряда. Взгляд капитана остановился на обозначении «Станция «Вершина», размещённом в пределах звёздной системы Феникс. Хотя Андерсон и умолчал об этом, Шепард понял, что пока неясно, следует ли высаживаться на борт станции и проходить все её тренажёры всем без исключения членам экипажа и команды фрегата. «Волговцы» на борт «Вершины» высаживаться точно не будут – у них есть свои аналогичные станции в других звёздных системах.       Расположенная на астероиде, станция "Вершина" изначально была построена турианцами и служила секретным командным центром во время восстания кроганов. Позже она была переоборудована в военную тренировочную базу для всех групп бойцов специального назначения, служащих Совету Цитадели. Находящийся на станции симулятор боевых действий позволяет командам проводить тренировки в различных опасных условиях. Старпом понимал, что по общим правилам на борт этой законспирированной учебной базы можно попасть только разумному органику, получившему статус Спектра. Так что о том, что на борт «Вершины» смогут сойти все члены экипажа и команды фрегата говорить пока было рано – станция не отличалась сколько-нибудь заметным комфортом и её основой служил боевой голографический компьютерный симулятор.       Ближайшими населёнными колониями, куда могли бы прибыть члены экипажа и фрегата и крейсера, были колонии в Пределе Кеплера – следующем скоплении, отрабатывать которые отряд должен был после завершения работы в скоплении Ро Аргоса.       Отметка фрегата передвинулась на карте, выведенной на настольный инструментрон, к отметке планеты, наиболее удалённой от светила системы Горгона – Слекону. Шепард усмехнулся,вспомнив, что система была названа в честь медузы Горгоны – персонажа из греческой мифологии, убитой Персеем. «Горгона» было самым известным из трёх её имён. Древние истории утверждали, что медуза могла превращать атаковавших её мужчин в камень, но только в тот моммент, когда они смотрели прямо на неё. Две планеты этой системы – Вуо и Камарон вследствие их приливного ускорения, были выжжены местным светилом с одной стороны и, закономерно, полностью заморожены - с другой.       Слекон – огромный газовый гигант, атмосфера которого содержала метан и хлор, ничем особым не заинтересовал чуткие датчики кораблей отряда.       Следующим под излучение локаторов и сканеров подставился Шарблю – обычный водородно-гелиевый газовый гигант. Содержание метана в атмосфере планеты придавало планете приятный для человеческих глаз лазурный оттенок. В большинстве информационных сводов отмечалось, что исследовательская группа азари, первой изучившая Шарблю в те времена, когда на Земле был по местному летосчислению семнадцатый век, назвала этот газовый гигант в честь популярной в то время певицы-азари сопрано.       Вызвав на экраны изображение планеты и изображение певицы, Шепард не нашёл ничего необычного в тоне кожи азари – расцвеченный чередующимися чёрно-сине-белыми полосами газовый гигант ни в коей мере не напоминал своей цветовой гаммой вполне обычную синевато-голубоватую кожу известной певицы. Сочтя это обычными азарийскими заморочками, Шепард отметил, что корабли отряда миновали место, где раньше дрейфовала станция-корабль и направились к Камарону – планете земного типа, тонкий атмосферный слой которой состоит из углекислого газа и аргона. Поверхность, температура которой чрезвычайно высока, имеет высокое содержание железа, встречались и залежи никеля. Как и Вуо, Камарон всегда был обращён одной стороной к местному светилу – «смотрел в лицо Горгоне».       Обычный водородно-гелиевый газовый гигант Вектра, атмосфера которого содержала примеси метана и натрия, переживал не лучшие времена – будучи второй планетой системы, Вектра подвергалась губительному излучению Горгоны, прежде всего рассеивавшему её и без того не слишком плотную атмосферную «оболочку». Автоматы обработки данных наглядно продемонстрировали на экранах старпомовской «выгородки», как за Вектрой, следующей по орбите вокруг светила, тянется длинный туманный свет остатков разреженной до предела атмосферы.       Фрегат качнулся, включились дополнительные системы рассеивания тепла. Отметка крейсера на карте-дисплее притормозила, расстояние между «Волгой» и «Нормандией» стало увеличиваться. Шепард знал, что крейсеру ничего не стоит войти в самое близкое соприкосновение со светилом, подойти, иными словами, как можно ближе, но понимал – Стрельцова без нужды не будет рисковать ни кораблём, ни экипажем. Поэтому к Вуо направился только фрегат, а крейсер занял позицию для выпуска автоматических возвращаемых зондов и работы улучшенных сканеров и локаторов. Вуо - планета земного типа до сих пор была известна только благодаря немногочисленным и весьма противоречивым данным, полученным от автоматических зондов. Температура на орбите планеты имела опасно высокое значение – только корабли подобные «Нормандии», обладавшие сверхмощными системами рассеивания тепла, могли достичь безопасно для себя и для экипажей этой точки звёздной системы. Тонкий атмосферный слой планеты содержал азот и метан, поверхность, температура которой, закономерно, была чрезвычайно высока, по большей части состояла из аллюминия, сдобренного залежами платины. Планета была всегда обращена к звезде одной своей стороной, превращённой в выжженную радиоактивную пустыню. Неосвещённая сторона была покрыта льдом. Совершив облёт планеты, фрегат взял курс на систему Гидра.       - Работа отряда в системе Горгона – завершена. – подтвердил вышедший на громкую связь с экипажем главный вахтенный офицер.- Отряд направляется в звёздную систему Гидра. Расчётная длительность перегона – двенадцать часов.       Отметив, что из Гидры, где был расположен ретранслятор, в Горгону отряд добирался за шесть часов, Шепард понял – Андерсон снова принял решение не спешить без особой необходимости. Система Гидра была достаточно оживлённой – единственный ретранслятор не простаивал дольше двух минут, иногда даже образовывались очереди из самых разных кораблей. Предстояло обследовать ключевую систему скопления, после чего отряд ожидали планеты звёздного скопления Феникс, а значит – и станция «Вершина». Просмотрев предоставленные Марком и Легионом данные об этом комплексе, Шепард пока не нашёл возможности обеспечить тренировками на его базе весь экипаж фрегата. Только Андерсон, он, Найлус и Сарен, как Спектры, могли бы без вопросов и проблем пройти испытания на большом виртуальном симуляторе.       Пообедав в импровизированной столовой фрегата, старпом вернулся к себе. Пока до вахты оставалось время, Шепард ознакомился с данными по системе Гидра, затем сменил комбинезон на рабочий, проверил скафандр, прицепил к поясу шлем и два пистолета.       Вахта прошла спокойно. Оставшиеся до прибытия в систему Гидра восемь часов Шепард проспал, понимая, что в недалёком будущем вряд ли сможет легко позволить себе столь длительный и столь естественный отдых.       - Корабль - в системе Гидра. Локационные и сканерные комплексы включены в рабочий режим. – оповестил экипаж и команду корабля главный вахтенный офицер фрегата. – Подход крейсера ожидается через десять минут.       Шепард очнулся, разом приводя себя в порядок и в состояние обычной готовности к действию. Экраны на стенах «выгородки» моргнули, высветив карту звёздной системы и данные, снятые с датчиков локаторов и сканеров.       Сразу за орбитой ретранслятора обнаружилась планета, внешне очень схожая с хорошо знакомым землянам Нептуном - Сиба. Верхние слои водородно-гелиевой атмосферы планеты имели ярко-синий оттенок из за значительной примеси метана. Специалисты фрегата выявили на планете новое месторождение гелия-3. Ознакомившись с добытыми автоматикой параметрами месторождения, Шепард подумал о том, что спокойная жизнь планеты вскоре закончится: близость к ретранслятору позволяла обеспечить скорейшую переброску к Сибе кораблей строительных отрядов, а там возведут добывающие станции – и система получит новый источник топлива и энергии.       Небольшая скалистая планета, обладавшая крайне разреженной атмосферой, состоящей из метана и криптона и поверхностью, состоявшей большей частью из магния, силиката и залежей углерода – Канрум – стала в древности местом победы турианских войск над одним из сильнейших кроганских полководцев – кроганкой Шьягур. Отряд, руководимый этой кроганкой, был относительно небольшим, но Шьягур была одной из последних кроганок, способных приносить потомство, а потому обладала уникальным статусом и высоким положением среди кроганов-мужчин, которые сражались за право находиться в её отряде и иметь от неё детей. После известия о гибели Шьягур многие кроганы поклялись, что турианцы дорого заплатят за её смерть. Затем погибли несколько тысяч турианцев, а многие кроганы и по сей день с гордостью утверждают, что в них течёт кровь Шьягур. Канрум многими кроганами впоследствии упоминался как место последней великой битвы времён Восстания кроганов. По человеческой, земной хронологии битва датировалась восьмым веком нашей эры.       Замигавший значок на экране инструментрона привлёк внимание старпома, изучавшего очередную порцию интересных данных, выкопанных Легионом и Марком на просторах Экстранета. Щёлкнув сенсором, Шепард вызвал пояснительный «баллон» - во время сканирования планеты Канрум на её орбите был найден сильный источник радиоактивного излучения. Во время последующего уточняющего сканирования главный инженер Адамс обнаружил старую боеголовку, отмеченную эмблемой турианской колонии Парфия. Два зонда отсняли эмблему и боеголовку, после чего вернулись на борт фрегата. Копии сделанной зондами детальной записи были переданы Сарену и Найлусу.       Спустя несколько минут после получения на экране инструментрона извещения об окончании работы с боеголовкой, пришёл доклад сканерщиков – они обнаружили в заваленном камнями бункере уникальный тактильный оптический массив – экспериментальный интерфейс для компьютера. Шепард, вызвав на экран инструментрона уточняющую информацию, узнал, что церебральные имплантаты комплекса позволяют пользователю «видеть» своеобразный экран прямо перед собой, при этом движение глаз пользователя чётко отслеживалось, что позволяло синхронизировать интерфейс с движением рук при обработке данных. Неугомонный Марк вытащил из Экстранета информацию, что первые испытатели, работавшие с комплексом, отмечали значительный рост эффективности труда, но одновременно указывали на неизбежность первоначальной дезориентации.       Оставлять такую технологию на почти что заброшенной планете было нельзя и Андерсон распорядился послать к бункеру десяток зондов, способных достать из бункера всё представляющее интерес и связанное с этим интерфейсом.       - Карин, мы сможем адаптировать этот комплекс к организмам и телам людей? – спросил Андерсон врача фрегата по аудиоканалу командирского спикера. – Я понимаю, что пока зонды откопают, пока доставят… Но хотя бы предварительно.       - Я не доверяю ничему, что надо встраивать в мозг разумного органика, командир. – сказала Чаквас. – Нам достаточно было возни с Аленко, с его имплантатом Эль-Два. Но если Шепард сможет провести адаптационные процедуры для нескольких носителей… Без угрозы негативного воздействия на мозги и тела людей… Тогда… почему бы и нет. Мы можем стать первыми, кто овладеет такой технологией не только среди персонала Альянса, но и среди людей вообще. Поскольку вместе с нами теперь работают синтетики – нам пригодится эта технология для ускорения взаимодействия с огромными массивами информации. Более точно смогу сказать только когда осмотрю аппаратуру и ознакомлюсь со всем содержимым бункера. Он там, надеюсь, единственный?       - Да. – Андерсон поднял взгляд к настенному дисплею. – Повторное сканирование не выявило других бункеров.       - Опознавательные знаки? – спросила врач.       - Нет. Думаю, опять «Цербер» балуется. Какая-то его отдельная изолированная по полной схеме ячейка создала это чудо и как-то сумела то ли потерять, то ли оставить. – уточнил командир фрегата. – При необходимости - попросим «волговцев» уточнить, используем их базу.       - Согласна, командир.       Получив извлечённые из грузовых отсеков возвращаемых зондов носители информации, сам комплекс и дополнения к нему, Чаквас и Адамс установили в инженерном отсеке оружейный стол и занялись изучением находки.       Крупный газовый гигант Теяр, атмосфера которого содержала примеси хлора и натрия, а в верхних слоях – ещё и значительное количество водяного пара, был известен тем, что в последнее столетие перенёс удар астероида, обладавшего диаметром не менее двенадцати километров. Резкое повышение температуры, вызванное прохождением астероида через атмосферу, стало причиной продолжавшихся и по сей день мощных бурь, локализованных в районе экватора.       - Капитан, подойдите в мою каюту. – прозвучал в наушном спикере явно обеспокоенный голос Андерсона.       - Есть, сэр. – Шепард встал и через несколько минут уже входил в командирскую каюту. Там уже находились Легион, Оливия, Аленко и Явик.       - Прошу присаживаться. – сказал Андерсон, первым занимая место за своим рабочим столом и включая экраны на стенах каюты. – Есть то, с чем мы должны разобраться. Как вы знаете, Метгос – крупная планета земного типа, атмосфера которой содержит углекислый газ и азот. Поверхность планеты, температура которой очень высока, богата никелем, калием и тяжёлыми металлами. Проще говоря, Метгос является настоящей минералогической находкой, так как в результате продолжающейся вулканической активности на поверхности постоянно оказываются руды с высоким содержанием тяжёлых элементов. В то же время, как доказывают результаты недавно завершённого сканирования, Метгос сохраняет репутацию недружелюбного, опасного места, практически смертельного для слабоподготовленных исследователей – как одиночек, так и групп. Большая масса планеты, удерживающие тепло облака и постоянная вулканическая активность делают Метгос неким подобием Венеры. – Андерсон помолчал. – Мы бы могли вполне не обратить на эту планету особого внимания, но Оливия вместе с Легионом и Марком раскопали некоторые данные, заставляющие задействовать план высадки. Оливия, вам слово.       - В терминале посла Удины на Цитадели я обнаружила рапорт патруля Альянса Систем, до сих пор не доставленный в Штаб Сил Патрулей Альянса. В нём говорится. – киборгесса зажгла большой экран на стене каюты. - "Капитан Хендриксон сообщила о необычном источнике энергии, обнаруженном во время патрулирования скопления Ро Аргуса. Ее особенно обеспокоила система Гидры, но ее корабль отозвали до того, как ее команда смогла что-либо изучить. Будем отправлять разведгруппу?". Ответа на данный запрос патруль не получил. В силу дисциплины и субординации повторного запроса не последовало. Легион и Марк раскопали, что корабль капитана Хендриксон погиб в стычке с пиратами – никаких спасательных капсул, никаких признаков пленения. Сейчас уже в течение четверти часа с планеты идёт передача. – киборг нажала сенсор и в тишине каюты зазвучал человеческий голос, прерываемый помехами: "...общий сигнал тревоги... «Священный Ангел»... медицинский транспортный корабль... критический отказ системы... теряем энергию... аварийная посадка... Аргоса... повторяю Ро Аргоса... Система коммуникации выходит из строя... жизнеобеспечение... срочная транспортировка... недолго... поторопитесь". – Киборгесса остановила воспроизведение и зажгла дополнительные экраны. – Сигнал подделан. Передатчик, с которого идёт трансляция, установлен во впадине, где геты устроили ловушку для всех, кто попытается откликнуться на сигнал бедствия. Подделку сигнала могут выявить только системы дешифровки кораблей класса «Нормандия» разведфлота, а таких кораблей и близких к ним по возможностям - в этой системе уже три года как не было. Марк утверждает, что никаких планов посылки разведкораблей в этот район космоса у Альянса нет. Следовательно, любой другой невоенный и неразведывательный корабль, экипаж которого ответит на сигнал бедствия, задействовав стандартную процедуру реагирования, проще говоря – попытается совершить посадку на планету и помочь терпящим бедствие разумным органикам, попадёт в ловушку, организованную гетами-еретиками. Марк и Легион проверили результаты сканирования – возле обломков корабля, который, кстати, совершенно не является полноценным медицинским транспортом – он переоборудован, что странно, имеется засада гетов. Легион, пользуясь своими возможностями определил, что в засаде задействованы геты-ракетчики, ракетные дроны гетов и шагающие танки гетов, иначе именуемые колоссами. Сами понимаете, для пеших исследователей планета крайне негостепреимна, а тяжёлые танки и ракетчики из гражданских образцов транспорта способны сделать чадящие остовы в секунды. Полагая, что вы уже обдумываете план высадки, скажу, что выходить за пределы транспортёров, уничтожая засаду гетов, нет никакой необходимости – вполне можно задействовать орудия транспортёров и их мощи будет вполне достаточно. В обломках корабля спрятаны противотанковые мины, поэтому мы провели уточняющее сканирование – ничего ценного, никаких останков органического происхождения, никаких скафандров, комбинезонов и тел там нет. Кроме засады гетов интерес для нашего отряда на планете представляют, – киборгесса сменила изображения на настенных экранах, - место крушения турианского корабля, где на обломках выявлена ранее неизвестная, но несомненно, турианская эмблема, а также очень старое письмо с почти нечитаемым текстом, имеющее хорошо сохранившийся штамп турианской колонии Готис. Я и Легион вместе с Марком попытаемся восстановить текст письма, но это займёт время. Также на планете есть разбившийся зонд, грузовой контейнер которого содержит улучшения для лёгкого стрелкового оружия. Два месторождения полезных ископаемых – торий и ртуть. – Оливия сделала паузу. – У меня – всё.       - Спасибо, Оливия. Благодарность также вам, Легион, и Марк. Вы нам очень помогли. – совершенно искренне сказал Андерсон, пока Шепард, Аленко и Явик обдумывали услышанное и увиденное. – Полагаю, Джон, вам задача ясна?       - Ясна, сэр. Бронетранспортёрный биатлон, а потом – стандартный комплект заданий.       - Действуйте. Через двадцать минут фрегат будет в нужной точке. «Волга» уже транслирует сигнал закрытия района для проведения операции силами Корпуса Спектров, так что никто рваться спасать гипотетически гибнущий медицинский транспорт не будет. Два транспортёра совершили достаточно штатную посадку в трёх километрах от нещадно фонившего поддельного маяка и направились, расходясь в стороны, к ложбине, где неосторожных спасателей ждала тяжеловооружённая засада гетов.       - Если бы не информация киборгессы, я бы сказал, что у меня, капитан, плохое предчувствие. – сказал Аленко, орудуя рычагами и выйдя на связь с головной машиной по командирскому спикерному каналу. – Локаторы дают признаки, позволяющие предположить, что это – действительно разбившийся медицинский корабль. Геты, очевидно, хорошо подготовились к приёму и добровольных и профессиональных спасателей.       - Вижу два шагающих танка гетов, три дрона-разведчика и два ракетных дрона, капитан. – доложил Найлус, пересаживаясь за управление оружием головного транспортёра. – Это все силы, но для гражданских спасателей и этого больше чем достаточно для скорейшего переселения за Грань.       - Атакуем. Потом - отключаем или уничтожаем радиомаяк в зонде, проверяем мины, либо подрываем, либо обезвреживаем и уходим к следующим точкам план-схемы. – распорядился Шепард. – Атака.       Не приближаясь особо к центру ложбины, оба транспортёра, скрываясь за урезом, отработали пушками по ракетным дронам и шагающим танкам гетов, после чего пулемёты «Мако» ликвидировали всех трёх дронов-разведчиков, безуспешно пытавшихся вскрыть броню военных машин.       - Хорошо замаскировали грузовик под медика. – отметил Сарен, изучив показания локаторов и сканеров транспортёров. – Я бы предложил подорвать всё здесь. Мины также сработают. И возиться особо не придётся.       - Согласен. – подумав, сказал Шепард. – Выполняем.       Спустя несколько минут на месте обломков квазимедицинского транспорта лежал обгорелый остов грузового корабля саларианской постройки – вся маскировка, сделанная гетами, была уничтожена. Мины, в изобилии усеявшие остов, были подорваны практически все.       - Противотанковые мины. Противопехотных не было. Неподорванных мин не осталось. – доложил Найлус.       - Добро. Поехали дальше. – сказал Шепард, отпуская тормоза головного транспортёра. – Найлус, Сарен. В обломках найден труп турианца. Полагаю, его надо забрать на фрегат. Кроме того, там есть турианская эмблема и письмо. – Шепард умолчал о возможности похоронить погибшего прямо здесь, но оба турианских Спектра не стали проявять недовольство или высказывать возражения – планета была слишком негостепреимна и осуществлять традиционное турианское захоронение здесь было достаточно сложно. Лучше будет, если погибший проделает путь до первого же обитаемого на уровне колоний мира и там обретёт закономерный вечный покой на цивилизованном кладбище.       Найлус бережно упаковал найденное старое письмо со штемпелем колонии Готис в изолирующий контейнер. Сарен с Аленко и полисменами перенесли труп турианца поближе к транспортёрам, и, после того, как Сарен снял со скафандра броненагрудник с турианской эмблемой, облачили останки в чёрный пластиковый пакет и, загерметизировав швы, уложили его в грузовой отсек второго транспортёра. Устроившись за джойстиками вооружения головного транспортёра, Сарен погладил эмблему на нагруднике, бережно отложил деталь брони в сторону и кивнул Шепарду, уже сидевшему за рычагами, давая понять, что он вполне в форме и готов выполнять свою работу.       Уточнение параметров месторождений тория и ртути не заняло много времени. Фрегат прибыл в район эвакуации вовремя и спустя час с небольшим негостепреимная планета с обезвреженной и уничтоженной ловушкой осталась далеко за кормой «Нормандии», направлявшейся к Вармалю.       Это была планета, на которой, как предполагали раньше учёные многих рас Пространства Цитадели, сумели развиться некоторые примитивные формы жизни. Локаторы и сканеры кораблей собрали достаточно информации, чтобы подтвердить это предположение – Вармаль обладал толстым слоем атмосферы, содержащей азот и гелий, температура поверхности планеты была очень высокой, а сама поверхность планеты состояла большей частью из оксида алюминия, встречались и залежи буры. На планете существовала обширная сеть подземных пещер, образовавшихся в результате вулканической активности за более чем тысячелетний период и именно в этих пещерах, в их относительно прохладных областях, как и подтвердили сканеры и локаторы, и развились эти примитивные формы жизни.       - Работа в системе Гидра завершена. – ожил динамик общекорабельной трансляции. Главный вахтенный офицер помедлил, затем закончил сообщение. – Корабли направляются в систему Феникс. Время перегона – девять часов.       Едва только умолк голос вахтенного офицера, на инструментрон Шепарда пришло сообщение от Андерсона, в котором он сообщал, что станция «Вершина» будет оставлена на финал процесса отработки звёздной системы Феникс. Не предусматривалась стыковка фрегата со станцией, крейсер вообще отходил к Вебиноку – самой дальней планете звёздной системы.       Старпом чувствовал, что начинает уставать от однообразной деятельности. Он твёрдо знал, что прочёсывание планет необходимо, поскольку новые актуальные и детально подтверждённые данные о планетах всеми заинтересованными разумными органиками любой расы ценились больше, чем на вес платиновых слитков. Он также знал, что только так – упорным последовательным сканированием и лоцированием можно получить уточнённые карты звёздных систем, своды условий и состояний, характерных для них – всё это было крайне ценно именно накануне столкновения с Жнецами. Он знал, что большинство планет всё ещё недоступно разумным органикам по чисто объективным причинам – несовершенство техники, технологий, нехватка средств, невозможность охватить столь большие небесные тела. Старпом был в какой-то мере даже доволен, что уже несколько недель корабли отряда находятся вне обжитых районов Млечного Пути – слишком уж специфична была их миссия, слишком непривычны для большинства разумных органиков некоторые из членов экипажа фрегата. Тем не менее он Шепард радовался – установленный фильтр работал: на фрегате были только те синтеты и органики, которые были профессиональными воинами. Даже сугубо корабельные обитатели, члены экипажа фрегата, умели воевать, используя возможности и особенности корабля. А благодаря ставшим регулярными тренировкам – и возможности стрелкового оружия. Особенно – члены вахтенного звена, офицеры службы живучести. И, тем не менее, он ощущал, как теряет уверенность и стабильность состояния. Он знал, что Светлана догадывается об этом, но молчит, не желая подтверждать извне его слабость. Пусть временную, но слабость.       Вполне возможно, станция «Вершина» попалась на пути старпома, чтобы дать ему возможность разрядиться и снова зарядиться. Удовлетворить стремление быть свободным в проявлениях того, чему его научили и в ВКС и в Академии. Хотя бы с помощью боёв в условиях виртуального тренажёра – одного из самых совершенных, доступных для ВКС Альянса.       Прочёсывание звёздных систем. Именно такая формулировка стояла в большинстве пунктов перспективного плана. Пусть она и была не слишком соответствующей военным стандартам, но она отражала суть – едва отряд появлялся в звёздной системе – БИЦы обоих кораблей преображались – все пульты оказывались заняты специалистами, количество праздношатающихся членов экипажей и команд падало до нулевой отметки – всем находилось дело. Системы просеивались сквозь самые мелкие сита, накопители информации принимали в себя новые массивы обработанных и необработанных данных. Часть собранных материалов передавалась Штабу ВКС, часть – подразделениям ВКС по принадлежности и по профилю, часть передавалась Штабу Астросил Империи, который сам решал, что делать с полученными данными. Шепард не настаивал на том, чтобы передавать данные низовым подразделениям Астросил России – в чужой монастырь он со своим уставом не ходил, да и видел, что Светлана учитывает множество неизвестных ему нюансов, прежде чем распоряжается о направлении очередной совокупности данных куда-то за пределы своего крейсера.       Шепард догадывался, что редкие миссии – будь то корабли или наземные базы – во многом следствие слабоосвоенности многих районов космоса, через которые пролегал путь отряда. Предстоящая Жатва в понимании капитана оставалась всеобщей – Жнецы будут проверять все системы, уничтожать любые очаги органической жизни, низводя её в лучшем случае на самые начальные этапы развития, лишая инфраструктуры, строений, укрытий, кораблей, средств связи. Изоляция будет бить по поселенцам-органикам, оставшимся на планетах многих звёздных систем наотмашь, со всей возможной силой. Никаких кораблей. Никакой связи месяцами, возможно, даже годами. Даже если Жнецы из системы уйдут совсем – докричаться будет невозможно. Слишком велики расстояния. Жнецы и их флоты и войска будут контролировать эфир, очень жёстко отслеживать все возможные диапазоны и каналы. Так что любой «СОС», раздавшийся позади фронта Жнецов станет для инициатора сигнала последним разумным действием. И пока что в районах, в которых уже побывали корабли отряда, Жнецам в лучшем случае будут противостоять разрозненные группировки торговцев, пиратов, рабовладельцев. Серьёзных сил сопротивления в исследованных системах не было. Спутники вокруг газовых гигантов – слишком слабые базы, слишком незащищённые, слишком недолговечные.       Взгляд Шепарда нашарил таблицу численности населения в материнских звёздных системах ключевых рас. Да, у азари, к примеру, очень много – миллионы. Но численность населения – не фактор победы, не фактор успешного сопротивления. Десант азари не был приспособлен к борьбе со столь разнообразными войсками Жнецов – это не объект для булавочных уколов с поспешным отходом на полевые базы. Партизанскую тактику здесь до бесконечности применять было невозможно. А ведь большинство азари даже биотикой не владели на мастерском уровне – так, любительство, от случая к случаю. Жнецы, вне всякого сомнения будут создавать из расы азари очередной двухкилометровый дредноут и сделают для успеха его постройки всё, что потребуется. Всё, чтобы эта раса не сумела воспользоваться своими врождёнными и приобретёнными преимуществами. Не успела.       На втором месте по важности стояли, безусловно, турианцы. Да, они позиционировались как лучшая армия в Галактике, лучшие её военно-космические силы. Да, они вели бесконечные войны на окраинах Иерархии с расами, о которых не желали распространяться в пределах Пространства Цитадели – внутренние дела, то-сё. Благодаря разведке Альянса, благодаря Астроразведке Империи Шепард знал – большинство этих рас при малейшей угрозе капсулируются и перестают быть досягаемы для Жнецов. И своё искусство капсулирования они, эти расы, до сих пор не передали турианцам. Не раскрыли, не познакомили. А война… Так органики между собой всегда воюют. Воевать – одно, передать столь высокую технологию – совершенно другое. Да и эти войны ведутся не на уничтожение. А вот война с Жнецами, в чём Шепард не имел ни малейшего сомнения, будет именно на уничтожение. Либо Жнецы, либо органики. Третьего не дано. Да, война может быть длительной, вестись сотни лет, как это было у протеан. Итог будет только один: либо - креветки, либо - местные жители Млечного Пути.       Кое-что отряду удалось сделать. Перечислить можно легко, сложно озвучить то, что за этим перечислением стояло. Сейчас даже такие небольшие достижения были важны – слишком мало времени оставалось до удара Жнецов. По сводкам, присылаемым из Корпуса Спектров, Штаб-квартиры на Цитадели, Посольства Альянса и группы поддержки «Омега», равно как и из штабов ВКС Алянса и Империи выходило, что к местам выявленных месторождений в ряде случаев уже были направлены отряды кораблей с приказом организовать в кратчайшие сроки полноценную выемку всех обнаруженных полезных ископаемых. Где-то в глубине Млечного Пути, в густонаселённых мирах строились сейчас танкеры и рудовозы, обогатительные фабрики и перерабатывающие комбинаты. Множество разумных органиков получало шанс поработать, получить пусть небольшие, но гарантированные средства к существованию. Старпом не сомневался – очень многие жители Млечного Пути ощущают если не угрозу, то хотя бы смутное постоянное беспокойство. А новая гарантированная работа способна на время заглушить этот дискомфорт.       Да, многие новопостроенные предприятия будут разрушены флотами Жнецов в ходе Удара. Да, под Удар попадут многие конвои кораблей. Но полезные ископаемые сейчас нужны для накапливания запасов ресурсов в густонаселённых мирах, которые, вне всякого сомнения, будут отрезаны, изолированы. Жнецы рассчитывают на психологический эффект разобщения. Очень рассчитывают. По-другому они не могут – Жатва тоже процесс, упорядоченное действо. Машинное действо.       Шепард знал и о другом – на многих планетах действуют аванпосты и базы Альянса, Империи, множества других грас Пространства Цитадели. Сейчас штабы прорабатывают планы их действий в полной изоляции. Идёт ротация персонала, завозятся ресурсы и материалы. Более сложная ситуация – с колониями. Формально – да, метрополия обязана поддерживать и защищать поселения на других планетах. Фактически так было не всегда. И будет тоже не всегда, ибо психологически понято, что отделившаяся совокупность поселенцев пожелала жить автономно, изолированно, а точнее – независимо. Тогда при чём тут метрополия? Устанавливайте взаимоотношения, закупайте ресурсы и материалы, торгуйте, участвуйте в жизни Галактики совершенно самостоятельно. И такая точка зрения тоже имела место быть. И она так или иначе реализовывалась. Старпом догадывался, что многие колонии действовали в режиме изоляции – они не хотели иметь никаких дел с метрополией – даже через посредников. Полная независимость – так, казалось руководителям колоний, будет лучше. На самом же деле лучше не было нигде – ни под крылом метрополии, ни в полной изоляции от неё. Везде слабость, везде недоработки, везде последствия лени и пофигизма, а точнее – вопиющего равнодушия. Сорок тысяч лет было потрачено впустую.       Спать совершенно не хотелось. В ВКС Альянса люди быстро привыкали спать при малейшей возможности, вне любых режимов, графиков и рекомендаций медиков. И сейчас на борту фрегата многие спали. Потому что впереди была сложная система, там потребуется многосуточная активная и результативная работа. Девять часов отдыха – это хорошо. Это надо для безопасности и стабильности состояния разумного органика.       Шепард встал, прошёлся по «выгородке». Остановился у одного настенного экрана, у второго, у третьего. Изучающе вгляделся в картинки, схемы, графики, таблицы. Задумался. Понимая, что полного спокойствия теперь достичь не удастся, да оно и не нужно – надо было сохранить остроту восприятия, высокий уровень чувствительности, капитан снова уселся в рабочее кресло перед столом. Ему вспомнилась Акуза, битва с молотильщиками. Тот самый странный кадр, сохранённый в глубинах памяти – пять гранатомётов в проёме окна. Кто были те, кто сумел подтянуть на позиции гибнущего отряда столь мощную технику? Вполне возможно, благодаря удару этих гранатомётов… А была ли эта столь тяжело вооружённая группа неведомых органиков единственной? Возможно, благодаря удару этой и нескольких других схожих по оснащённости групп молотильщики были либо повержены, либо отступили и его, Шепарда, смогли эвакуировать. Единственного ли из выживших? Капитан знал, что он мог быть единственным, но, возможно, кто-то выжил ещё. Всё же он там был не один, вполне могли быть и другие люди, даже офицеры и солдаты ВКС Альянса, о которых он тогда не знал. Не знал, хотя особых следов их присутствия не было. Да разве только Альянса? Что он тогда знал о хитросплетениях галактической политики, об играх политиканов и теоретиков-экономистов, готовых продать самих себя куда угодно и для чего угодно ради успеха очередной комбинации, сулящей вполне приемлемую выгоду и вполне ощутимую прибыль. Это потом он закономерно поумнел, приобрёл какой-никакой, но всё же жизненный, практический опыт. А тогда…       В глубине сознания крутился маячок желтовато-оранжевого света. Он всегда загорался, когда впереди появлялась возможность войти в очередную часть долгоиграющей ситуации. И сейчас Шепарду казалось, что эта очередная часть будет связана с Акузой, с молотильщиками и с теми, в чьих руках были те гранатомёты.       Оставшееся время Шепард потратил на предварительное ознакомление с данными по скоплению Гаммы Аида и туманностям Пилоса и Орла. Данные по туманности титана тоже были, равно как и по туманности Омега – Марк с Легионом постарались, но старпом не спешил. - Корабли отряда вошли в звёздную систему Феникс. – оповестил членов экипажа и команды фрегата вахтенный офицер. – Активированны системы локаторов и сканеров. Курс – орбита планеты Вебинок. – вахтенный не стал повторять уже известное экипажу и команде – фрегат не будет делать остановку у станции «Вершина», продвигаясь к самой ближайшей к местному светилу планете Паташи. Только на обратном пути он сделает остановку и даст возможность Спектрам побывать на борту станции. Только Спектрам – в этом у Шепарда уже не было никаких сомнений. Впрочем, впереди были высадки, которые давали опыт и лучше и крепче и фундаментальней, чем любые тренажёры.       На экраны настольных инструментронов поступили свежие данные. Вебинок – небольшая, лишённая водоёмов планета земного типа, тонкий атмосферный слой которой содержал криптон и ксенон, напомнила Шепарду о грандиозной аварии, случившейся задолго до того, как человечество вышло в Большой космос. Около 270 лет назад в системе Феникса пираты атаковали турианский газоналивной танкер. Получивший повреждения корабль совершил вынужденную посадку на Вебиноке, но, в результате нагрева, вызванного посадкой, значительное количество льда на поверхности планеты растаяло, а ёмкости с жидким кислородом, которые перевозил корабль, разорвались. Прежде чем, преодолев слабую гравитацию Вебинока, улетучиться с поверхности планеты, кислород стал причиной обширной коррозии и от танкера мало что осталось. В остальном холодная поверхность Вебинока не таила в себе никаких сюрпризов – она состояла в основном из углеродистых соединений, водяного льда и лёгких силикатов. Изредка встречались богатые залежи лёгких металлов, возникшие в результате столкновений с астероидами.       Отсканированный и отлоцированный обоими кораблями отряда пояс астероидов – первый из двух имевшихся в этой системе, не добавил к имеющейся информации ничего нового. Станция «Вершина», получив коды кораблей, пропустила их через район своего пребывания, традиционно устами диспетчеров поста контроля космического пространства пожелав успешной работы.       Следующей планетой земного типа, отличающейся низкой плотностью и обладающей толстым атмосферным слоем, состоявшим из метана и гелия, стала Тунтау. Корабли отряда, вышедшие на её орбиту, подтвердили, что несмотря на удалённость от Феникса мощность излучения местного светила и толщина атмосферы сделали климат на этой планете на удивление умеренным. Кора Тунтау, как подтвердили результаты сканирования, состола в основном из натрия и кремнезёма, встречались залежи различных лёгких металлов. Планета считалась необитаемой, но благоприятные условия сделали её популярным местом для разрядки двигателей небольших кораблей, следовавших через скопление Ро Аргоса.       Планета Интай'сей была бы отличным и, главное, реальным кандидатом на колонизацию человечеством, однако достаточно высокая температура в сочетании с засушливым климатом представляла определённые сложности и для терраформирования и для земледелия. На планете были основаны несколько земных человеческих городов, однако, большая часть их населения была занята в геологических изысканиях и работала также на ветровых фермах в многочисленных безводных пустынях.       Прозвучал мелодичный сигнал. На связь вышла Светлана. Шепард, мельком взглянув на часы, понял – она только что сменилась с командирской вахты.       - Не находишь интересным попробовать поселиться на этой планете? – спросила она.       - Язык сломаешь в названии. Я бы поискал чего-нибудь называемое попроще и - попрохладнее. Знаю, намекаешь на мастерское прохождение самых трудных уровней на «Вершине». Честно скажу – не привлекает. – ответил Шепард. – К тому же, Светлан, я не слишком стремлюсь к уединённому образу жизни, а имя планеты как раз и обозначает это состояние. Равно как и к отставке. Мне пока ещё рано. А японцы постарались обозвать пребывающей в отставке целую планету.       - Шутник и реалист здравомыслящий. – фыркнула Светлана. – Ладно, я рада, что в очередной раз убедилась в твоей твёрдой сориентированности на дела, а не на ничегонеделание.       - И вечный бой, покой нам только снится. – процитировал Шепард.       - Э-э, Джон. Ладно уж там турианцы. Пусть пугают окружающих и желающих своими неожиданными знаниями наших российских и русских культурных достижений. Но ты то зачем…       - Так, к слову пришлось. К тому же слишком мало мы встретили обитаемых планет. А во время Удара их станет, к сожалению, закономерно, ещё меньше.       - Джо, ты там совсем затворником стал… - протянула с долей озабоченности Светлана.       - Вот на «Вершине» я и развеюсь. Пройду, что смогу. Попрошу одиночные режимы. Надо дать нагрузку телу и разуму. Боевым программам и системам. – сказал Шепард. – А насчёт затворничества – так ведь когда будем в пределе Кеплера, там будут уже вполне развитые колонии. Может быть командир и разрешит сделать на одной из них остановку. На несколько суток. Разберёмся с Ро Аргоса и с Пределом – и сможем отдохнуть.       - Предполагаешь? – в голосе Светланы проступила явная заинтересованность.       - Полагаю. – ответил Шепард. – Но решать – всё равно Андерсону.       - Согласна. – Светлана жестом обозначила готовность прервать видеосвязь. Шепард отзеркалил жест и экран инструментрона погас.       Тут же пришло информационное сообщение вахтслужбы фрегата – четыре зонда подняли с планеты останки древнего животного, известного саларианским учёным под названием «каклизавр». Останки переданы Мордину, который заявил, что по сохранившимся образцам ДНК постарается клонировать это животное, сделав из него нечто вроде лошади для кроганов. По данным самого саларианца, приведённым в дополнении к сообщению, выходило, что каклизавры при должной подготовке помогут кроганам воевать на токсичных планетах. В столкновении с Жнецами и их войсками такое животное могло стать важным вкладом в победу – не факт, что войска Жнецов в своём большинстве готовы воевать в столь жутких условиях. А прятать «тузы» для Сопротивления придётся именно на таких малодоступных планетах, куда не каждый отмороженный исследователь сунется.       Обычный водородно-гелиевый газовый гигант Силсальто по большинству Сводов проходил как ничем не примечательное небесное тело. Тем не менее, локаторы и сканеры отряда со всем вниманием и дотошностью исследовали планету во всех доступных диапазонах. С неменьшим вниманием был обследован и второй пояс астероидов, располагавшийся в системе. Там тоже не было обнаружено ничего примечательного.       Последней планетой в системе Феникс снова стала планета земного типа, атмосфера которой была рассеяна местным светилом тысячелетия назад. Поверхность Паташи, температура которой была закономерно, в силу близости к звезде, чрезвычайно высока, отличалась высоким содержанием железа, встречались и залежи олова. Относительно небольшая плотность небесного тела стала причиной того, что одна сторона планеты была всегда обращена к местному светилу. В результате большую часть поверхности этого полушария на Паташи составляли моря расплавленных лёгких металлов.       При сканировании планеты было обнаружено месторождение редкоземельного металла – самария.       - Корабли отряда завершили отработку звёздной системы Феникс и направляются к станции «Вершина». – оповестил экипаж фрегата вахтенный офицер. – Найлусу Крайку, Сарену Артериусу и капитану Шепарду подготовиться к прохождению виртуального полигона. Прибытие на станцию запланировано через два с половиной часа. Крейсер «Волга» занимает позицию для дрейфа у планеты Вебинок.