Сверкающие глаза

      - Капитан, я понимаю, что может быть это и не вовремя. – сказал Аленко, прерывая тягостную тишину, установившуюся в камере для допросов. – Онтаром – первая за очень долгое время встретившаяся на нашем пути развитая и обустроенная колонизированная планета. Кораблей «Цербера» в районе планеты нет, крейсер мониторит ситуацию на всех каналах. Может, следует задержаться здесь на сутки и более? Мы выполнили с нормативными результатами две достаточно сложные боевые операции. Полагаю, экипажи фрегата и крейсера должны получить возможность ощутить под ногами твёрдую и достаточно гостепреимную почву. И у нас есть несколько задач, которые мы можем выполнить, не особо напрягаясь и получив возможность поездить по планете без обязательных стрельб и рукопашек. – он подал Шепарду ридер. – Пока Явик потрошил мстительницу я связался с Марком и Легионом.       - Хорошо, Кайден. – сказал Шепард, ознакомившись с содержимым ридера. – Даже – очень хорошо. – Он отстучал запрос на имя капитана Андерсона. – Подождём ответа командира и будем действовать так, как он сочтёт нужным.       Долго ожидать не пришлось. Андерсон прислал распоряжение в текстовом режиме. Прочтя сообщение, Шепард переслал его на инструментроны всех членов группы.       - Карт-бланш на стоянку мы получили, коллеги. Теперь нам нужно решить проблемы, обозначенные в плане, составленном лейтенантом и мы можем подобрать себе райончик для лагеря на трое суток. Дольше задержаться не получится, увы. Много работы у нас предстоит, нам нужно будет закончить сканирование и лоцирование звёздной системы – мы сюда прилетели на всех парах. А работу надо доделывать. Расклад ясен?       - Ясен, капитан. – кивнул Аленко. – Разрешите моей группе грузиться во второй челнок?       - Разрешаю, лейтенант. Одну минуту. Капрал Ричард Дженкинс. – вызвал Шепард.       - Здесь, сэр. – унтер-офицер сделал два уставных шага вперёд, остановился перед старпомом.       - За отличное выполнение боевой задачи, умелое руководство личным составом вверенного подразделения, смелость и мужество, проявленные в боевых условиях объявляю вам, капрал Ричард Дженкинс, благодарность. – Шепард вытянулся и отдал воинское приветствие, подтверждая официальность и служебность момента.       - Служу Альянсу, сэр. – Дженкинс ответно вытянулся и козырнул.       - С боевым крещением вас, Ричард. – уже другим, неофициальным тоном произнёс Шепард. – Дальнейших успехов.       - Спасибо, сэр. – на губах унтер-офицера заиграла довольная улыбка.       Капрала окружили, начали поздравлять. Улучив момент, Аленко отловил отблагодарённого и попросил его всё же подняться на борт второго челнока. Дженкинс кивнул и вскоре в сопровождении четверых полисменов он и Аленко покинули камеру для допросов.       Оливия поднялась на борт первого челнока следом за Шепардом.       - Не беспокойтесь, капитан. Меня не опознали как робота. Я об этом позаботилась. – сказала киборгесса. – Занятный экземпляр эта мстительница. Информации в ней много разной – Явик прав, её нужно обработать повнимательнее. А шифры помогут нам знать намерения «Цербера» прежде, чем они войдут в фазу практической реализации. Не думаю, что они сейчас бросят достаточные ресурсы на переделку алгоритмов и тел шифров. Время упущено. Ошибка уже сделана. – взгляд киборга равнодушно скользил по поверхности Онтарома, видимой в проёме иллюминатора боковой двери салона челнока. – Первая планета системы, принадлежит к Аттическому Траверсу, основные населённые пункты – военная база – Центр Связи и Командный Центр. Численность персонала и дата основания, соответственно, засекречены. Гражданская колония – посёлок Нардан, численность его населения достигает двадцати тысяч человек без особой перспективы на увеличение, поскольку большинство жителей посёлка составляют работники гражданского сектора узла связи. Температура поверхности планеты выше комфорнтной, но благодаря азотно-кислородной атмосфере и обширным неглубоким морям, планета представляет собой идеальное место для заселения представителями большинства известных рас. Просто райское местечко для пребывания большинства разумных органиков Галактики, но всё портит Тонал – спутник Онтарома, орбита которого изменена так, что спутник рискует рано или поздно упасть на планету с соответствующими очень негативными последствиями и для этого небесного тела и для его разумных и неразумных обитателей. Уже сейчас близость спутника к планете начала вызывать сильные приливы и отливы, а его вмешательство в магнитное поле Онтарома явилось причиной участившихся мощных гроз. Мы с вами попали в едва ли не самое большое окно, своеобразное междугрозье. Следующий цикл ожидается примерно через шесть часов, капитан. – Оливия, как киборг, не торопилась сверяться с инструментроном – ей вполне хватало внутренних возможностей. – Для уменьшения массы спутника и корректировки его орбиты был предложен довольно стандартный для нынешнего уровня развития науки, техники и технологии проект размещения на Тонале множества двигателей, численность которых оценивается гораздо выше отметки в десять тысяч. При этом двигатели должны быть по расчётам очень мощными, а такими могут быть только двигатели, использующие эффект массы. Ясно, что такой проект является экономически и технически неподъёмным, способным разорить правительства всех рас Пространства Цитадели. Естественно, предпринимаются охранительные и предупредительные меры – осуществляется составление полного описания и сохранения в коллекции уникального генетического разнообразия цветущей молодой биосферы Онтарома. Корпорации «ЭкзоГени» и «Хэюань Джиномикс» представляют в этом предприятии интересы Альянса Систем. Орбита луны очень нестабильна. В такой ситуации приходится думать о том, что делать с созданным на планете мощнейшим, располагающим сотнями квантово-механических коммуникаторов центром связи. С его помощью информация уверенно и успешно распространяется по всей планете и уходит дальше в пространство Цитадели с помощью орбитального узла связи. Кроме узла связи на планете организовано торговое взаимодействие между военной базой Альянса Систем и ближайшими поселениями людей. Альянс, как мы уже убедились, также нанимает и обучает колонистов обслуживать квантовые коммуникаторы. Этим самым упрочняются связи между местными жителями и войсками, которые в первую очередь и используют развёрнутые станции связи. Начато и успешно осуществляется строительство гражданского узла связи. Командир онтаромской военной базы предложил гражданским помощь армейских технических экспертов, которая была с благодарностью и удовлетворением принята. Из Онтарома получается реальный символ сотрудничества армии и гражданского населения, что также важно, учитывая предстоящую схватку с Жнецами. – Оливия помолчала, видимо, уточняя обстановку. – Мы вышли в пределы неосвоенных районов планеты, капитан. Шесть минут полёта до обломков турианского корабля, который давным давно потерпел на этой планете крушение.       - Хорошо. Пока дальше планировать не надо. – Шепард отметил, что Сарен и Найлус напряглись, рассматривая на инструментронах изображения с датчиков челнока и обмениваясь короткими фразами на древнетурианском языке. Отключив автопереводчик, силившийся транслитерировать сказанное турианцами, Шепард отрицательно качнул головой. Оливия едва заметно кивнула.       - Томаш, снижаемся, садимся, берём тело на борт и уходим к отметке разбитого зонда. – старпом прошёл в кабину водителя, прикрыв за собой дверь и помня о том, что слух у турианцев крайне тонкий и подобные меры защиты не спасут. – Здесь спешить не будем. Позднее – когда будем заниматься зондом и месторождениями – исходим из того, что надо сделать всё качественно. Время у нас теперь есть, трое суток стоянки. Надо будет найти место для лагеря, принять челноки с палатками и инвентарём.       - От последней точки до гражданского посёлка по прямой – сто пятьдесят четыре километра, капитан. – сказал водитель, когда челнок снизился над местом крушения турианского корабля. – Капитан Андерсон распорядился доставить в лагерь один из транспортёров на внешней подвеске челнока и оставить транспортёр и один из челноков в лагере до момента отлёта с планеты. – удерживая рычаг управления одной рукой, другой рукой водитель подал старпому ридер. – пришло пять минут назад. Я уже хотел передавать вам по каналу командирской связи.       - Хорошо. – Шепард перечитал текст, расписался световодом-кодатором. – Отправьте это квитанцией командиру. Садимся.       - Есть, капитан. – водитель в дисплей камеры, нацеленной на вход в кабину видел, как Шепард выходит в салон, отмечает, что оба турианца уже спрыгнули с челнока на грунт и спешат к обломкам корабля. – Трудно вот так находить соплеменников. Когда знаешь, что уже ничем, кроме необходимого прощального минимума помочь им не сможешь.       Шепард спрыгнул на грунт, едва челнок снизился, готовясь совершить посадку. Турианцы уже обыскали обломки и бережно отнесли тело соплеменника подальше от корабля. В руках у Найлуса, неподвижно стоящего над телом, была древняя книга, на обложке которой красовалась яркая эмблема базы Бостра.       - Журнал боевых действий базы Бостра, капитан. – сказал Крайк, поднимая на подошедшего старпома взгляд, полный боли. – Мы думали, что этот документ утрачен навсегда. База и её персонал до последнего сопротивлялись атакам кроганов. Когда мы выбили ящеров с её территории, штаб… на месте штаба была воронка глубиной пятнадцать метров. Какая уж там документация. – Найлус упаковал книгу в контейнер, поданный Сареном. – Наши специалисты смогут поработать с книгой лучше, чем это сделаем мы. Столько лет прошло… И теперь мы сможем установить точно то, что произошло тогда…       - Этот турианец… он был гражданским специалистом базы. Явно не военнослужащим. – сказал Сарен, оглядывая обломки. – Как он здесь оказался и откуда он взял явно гражданский турианский корабль… сейчас установить будет трудно, если вообще возможно будет установить. Най прав, журнал – крайне ценная находка. Турианское сообщество Онтарома окажет нам помощь, постараемся изучить журнал первично. Что успеем.       - Лучше будет, Сар, если мы вообще не будем информировать наших соплеменников о находке. – Найлус оторвался от созерцания книги. – Мы получили трое суток стоянки на прекрасной адаптированной планете. На борту фрегата в полёте мы с тобой сможем заняться книгой вплотную. Нам помогут все нормандовцы. А вот похоронить нашего соплеменника здесь, на обустроенном кладбище – мы обязаны это сделать. И мы это сделаем. Кем бы он ни был – он стал героем Турианской Иерархии. Спасшим историю базы.       - Согласен, Най. – кивнул Сарен. – давай погрузим его в челнок, отработаем зонд и месторождения, после чего вернёмся в посёлок и будем готовить похороны. Предадим тело земле Онтарома и улетим к себе на место стоянки. В глушь. Нам всем есть о чём подумать, тем более, что такие планеты, столь приемлемые по условиям, на нашем пути будут встречаться редко.       - Хорошо, Сар. – Найлус помог Сарену уложить тело соплеменника в герметичный пакет, который затем турианцы отнесли в салон челнока. – Капитан, мы готовы. Место отмечено радиомаяком. Теперь турианцы Онтарома будут знать об этом корабле и его пилоте. Табличку с микросхемой-информером я уже прикрепил.       - Полетели. – Шепард присел на жестковатую скамью в салоне.       Водитель поднял машину в воздух.       Из грузового контейнера разбившегося зонда были извлечены улучшения для оружия и брони. Много времени вскрытие замков контейнера не заняло и через четверть часа челнок уже летел к месторождению золота.       Сбросив в строго определённых местах самозабуривающиеся в грунт радиомаяки-отметчики и уточнив параметры месторождения золота повторным сканированием, водитель направил машину к месторождению палладия. После окончания стандартной процедуры челнок взял курс на посёлок.       Турианцы-колонисты уже знали о находке и, окружив Сарена и Найлуса, занялись подготовкой тела к погребению. Аленко и Шепард с Явиком не стали мешать – это было строго внутреннее дело турианцев.       Пока Спектры-турианцы занимались ритуальными хлопотами, остальные члены группы высадки в выделенном для неё доме обсуждали размещение и параметры будущего лагеря. С борта фрегата прибыл ещё один челнок, привёзший, как и было оговорено, на внешней подвеске один из транспортёров. Теперь обитатели временного лагеря располагали колёсным транспортом. Прибывший челнок также распоряжением Андерсона передавался в ведение группы высадки и всех нормандовцев и волговцев, которые прибудут на Онтаром для короткого отдыха.       Разговоры о будущем лагере стоянки были прерваны появлением обоих турианцев. Едва только Спектры возникли на пороге, все члены группы высадки поднялись на ноги. Явик привычно ушёл в невидимость, Оливия отсмотрела себя в зеркало, убедилась, что маскировка не нарушена, после чего вышла из дома самой последней. На двух челноках группа в полном составе прибыла на загородное кладбище, где уже собрались колонисты-турианцы. Военный оркестр базы и воинский почётный траурный караул Центра связи также присутствовали. Ритуал был чёток и краток. Отзвучали пять салютных залпов и свидетели стали расходиться, храня сосредоточенное молчание.       Шепард подождал, пока оба турианца поднимутся на борт челнока. Сарен кивком поблагодарил капитана за присутствие и участие в церемонии, после чего сел на скамью в салоне машины и превратился в изваяние. Рядом умостился Найлус, также за несколько секунд ставший похожим на статую. Весь полёт к месту стоянки-лагеря в салоне челнока царила напряжённая тишина. Снижавшийся челнок уже ждали – транспортёр был доставлен на внешней подвеске второго челнока, прибывшего чуть раньше с борта фрегата. Несколько палаток высились, почти сливаясь расцветкой с окружающим ландшафтом. Выгрузившись, члены группы высадки поспешили разместиться в шатрах и собраться вокруг костра. Короткий ритуал-церемония поминовения и после недлинной паузы в свете мятущегося пламени и сквозь морок сгущавшихся сумерек стали видны отдельные группы органиков, ведущих неспешные разговоры на самые разные темы.       - Джон. – из темноты к костру шагнула Светлана. Шепард встал, обернулся, обнял девушку, кивнул двум десантникам её личной командирской охраны. Те кивнули в ответ, отступили во тьму, уходя на дальний радиус охраны. – Может, отойдём к границе лагеря? Посидим, поговорим.       - Охотно, Свет. – они ушли от высокого пламени туда, где тьма уже не прерывалась всполохами рыжевато-белого света. Посадив девушку к себе на колени, Шепард прижал её к груди. – Спасибо, что пришла.       - Не утерпела, Джон. – Светлана склонила голову ему на плечо. – Давно мечтала вот так посидеть с тобой на столь комфортной планете. – Вы столько всего выполнили за столь короткое время, что многие в Штабе Астросил Империи искренне завидуют вам. По-доброму завидуют.       - Возможно. Пусть завидуют. Дальше будет сложнее. Уверен. – сказал Шепард, гладя длинные чёрные волосы Светланы, распущенные по плечам. – Наконец-то я вижу тебя без этой уставной причёски.       - Это – только для тебя, Джон. Только для тебя.       - Понимаю и ценю, Свет. – Шепард повернул голову, поцеловал девушку куда-то в макушку.       - Давай помолчим. Планета – просто заглядение. – сказала Светлана, прикрывая глаза.       - Давай. – согласился Шепард.       Спустя несколько часов они вдвоём вернулись в выделенный для них шатёр. Светлана критически оглядев внутреннее убранство, попросила Шепарда подождать снаружи и затем, через десять-пятнадцать минут за руку втянула его обратно под ткань палатки. Внутри теперь стало просторнее и уютнее. Приготовив ужин, Светлана расставила на покрывале приборы и пригласила Джона присесть и отведать. Что и было им с удовольствием сделано.       А потом была волшебная ночь. Первая такая ночь на твёрдой и надёжной земле приветливой к людям планеты.       Утром, выйдя из палатки и кивком головы поприветствовав обоих десантников, Шепард наткнулся взглядом на спутник Онтарома.       - Не нравится. – спросил Явик, появляясь как всегда тихо и незаметно чуть справа и сзади старпома.       - Ещё как не нравится. – просто и открыто ответствовал Шепард, занимаясь утренними водными процедурами, а точнее – обливаясь водой из шланга и тотчас же насухо вытираясь жестковатым полотенцем.       - Тогда – есть идея и решение. – Подождав, пока старпом окончательно приведёт себя в порядок и облачится в комбинезон и лёгкий бронескафандр, протеанин подал Шепарду ридер.       - Явик, - сказал Джон, вчитавшись в тексты, - Какой расчёт времени?       - Как раз двое суток. – сказал протеанин. – Мы можем подорвать эту глыбу, но на это потребуются ресурсы и время. «Клинок Ярости» в режиме невидимости пройдёт над луной Онтарома, сбросит на спутник самозабуривающийся зонд, остальное сделает для позиционирования зонда в недрах автоматика. Останется только подорвать заряд зонда. Осколки, а их будет немало и далеко не все из них достаточно мелки – с помощью наших технологий мы направим в сторону от Онтарома. Со стороны будет выглядеть вполне пристойно и естественно – была небесная глыба и превратилась в облако осколков, которые обогнут планету и уйдут в космическое пространство.       - То есть мы можем улетать, а спутник-луна рванёт… - Шепард размышлял над прочитанным и искал противоречия и нестыковки, могущие поставить под угрозу провала всю планируемую операцию.       - Тогда, когда мы этого захотим. Думаю, что «Волга» поспособствует тому, чтобы в отмеченных нами опасных районах не оказались какие-либо корабли. Этого будет вполне достаточно. – ответил Явик. – Если будет необходимо – с нашим присутствием это никто не свяжет. Рванул спутник и рванул, не он первый, не он последний.       - Придётся разговаривать со Светланой. – сказал старпом.       - Считайте, что уже поговорили, мужчины. – ответила Стрельцова, подходя к Шепарду сзади и слева. – Я всё слышала. Дай-ка. – она забрала у Шепарда ридер, пересмотрела материалы. – Я впечатлена. Явик, это действительно впечатляет. Если это получится – после войны можно потребовать сделать Онтаром базой Нормандовцев. Или, - она явно раздумывала, - потребовать чего-нибудь другого, столь же равноценного. Сотни миллиардов кредитов экономии – против такого даже волусская корпорация финансистов не пикнет. – Светлана вернула ридер Явику. – То есть пока мы тут культурно отдыхать собрались…       - История будет вершиться по своему плану с нашим участием. – в тон ей ответил протеанин. – Только помните, никто не должен связать это с нашим протеанским участием. Просто операция Спектров в районе Онтарома. Остальное – тайна Цитадели.       - Согласна. – Светлана отстучала собщение на борт «Волги». Мои всё сделают. Копию плана я уже отправила старпому. Остальное он сделает в лучшем виде.       - Да и то обстоятельство, что мы будем изучать другие планеты этой звёздной системы, а не сразу ринемся всем отрядом к ретранслятору тоже послужит хорошей шифровкой. – сказал Шепард.       - Тогда – отдыхаем, развлекаемся и готовимся к продолжению сканирования и лоцирования планет этой звёздной системы. – подвела итог Светлана. Старпом и Явик только кивнули, подтверждая правильность и справедливость сказанного.       Явик ушёл к себе в палатку – здесь он не скрывался в невидимости без особой необходимости, хотя Шепард чувствовал – кое-какие меры безопасности воин древней расы всё же предпринял.       - Джон, ты определённо велик. – сказала Светлана, когда протеанин отошёл на порядочное расстояние. – Боюсь только, что это вызовет к твоей персоне нездоровый интерес. Он-то скрывается, а вот ты скрываться лишён возможности начисто.       - Я и не буду скрываться, Светлан. – сказал Шепард. – Ладно, давай приготовим совместно завтрак, поедим и подумаем, что следует сделать для того, чтобы получше отдохнуть. Первые сутки уже подходят к концу, мы с тобой прекрасно выспались.       - Джон, ты меня отодвигаешь от плиты? – усмехнулась Светлана. – Не поняла.       - Не отодвигаю, Свет. Мне с тобой здесь тягаться глупо. Совместными усилиями.       - Ну, если совместными… Тогда – идём.       Перебрасываясь шуточками и подколками старпом и командир приготовили плотный завтрак.       - Поклонник теории хорошо заправиться с утречка? – Светлана лучилась радостью удовлетворённой женщины.       - Да нет, просто стараюсь соответствовать моменту. – без улыбки ответил Шепард. – У нас тут вроде транспортёр имеется. Может, устроим ралли по саванне?       - А что, вполне можно. – сказала Светлана, присаживаясь на раскладной стул и пододвигаясь поближе к столику. – Умм. Прекрасно. – она отведала первые два блюда. – Вот что значит совместная целенаправленная деятельность.       - Стараюсь. – Шепард также принялся за еду.       - И общий стол устраивать для своих не будешь? – Светлана сделала паузу, перебирая столовые приборы.       - Нет. – кивнул Шепард, прожёвывая очередную порцию. – Зачем? Я и так знаю, кто с кем и почему хочет быть в эти несколько суток. Не надо устраивать ненужного официоза и обязаловки. Пусть отдохнут и расслабятся. Знаю, всё равно - на взводе. Да и Оливия с Явиком не дадут застать нас врасплох. И наши тоже не особо в «размазню» ударились.       - Согласна. – Светлана доела, запила ароматным чаем, встала, подошла к Шепарду сзади, обняла за плечи и коснулась подбородком его макушки. – Ты – мой, Джон. Только мой. Никому тебя не отдам. Так и знай.       - Да я вроде бы не особо и стремлюсь. – тихо сказал Шепард.       - Потому я и с тобой, Джо. – проговорила Стрельцова. – Ты – цельный и честный. Мне такие нравятся. И именно такие мне и нужны. Других мне не нужно. Других, кроме тебя.       - Рад и горд этим, Свет. – ответил старпом, обнимая девушку, насколько позволила длина рук.       - Доедай. Пока наши разговорами занимаются, съездим километров на пятнадцать-двадцать вот сюда, в скалистый массив. – она коснулась стилусом экрана, лежавшего на столике. - Погоняем транспортёр, посмотрим, что там и чего. С орбиты – одно, с земли – совсем другое.       - Лады.       Выйдя из палатки, Шепард увидел сидевших на камне Явика и Оливию. Протеанин и киборгесса о чём-то тихо, но очень оживлённо переговаривались. Аленко с полисменами-десантниками играл в шахматы и шашки, похоже у него был сеанс одновременной игры против нескольких соперников. Найлус, стоя чуть поотдаль, с интересом наблюдал за изменениями, происходившими на разграфлённых досках. Сарен возился возле челнока, очищая багажный отсек от накопившейся грязи. Ему помогал Дженкинс, изредка обмениваясь с легендарным Спектром короткими фразами.       - Возьми. – Светлана подала лёгкий рюкзачок. – Идём к машине.       Кивнув, Шепард нашёл взглядом транспортёр и вскоре машина уже катилась по ровному плато, удаляясь от лагеря.       - Как сказали бы в плохом романе: подчинённые с разными чувствами и ощущениями наблюдали, как их начальство изволило укатить на увеселительную прогулку. – сидя рядом с Шепардом на приставном раскладном стуле, Стрельцова наблюдала за экранами забортной обстановки. – Знаю, что поймут правильно. Пусть тоже отдохнут от начальственного присутствия, немного сбросят с себя формалистику. Шепард, поглядывая на экраны и приборы, скосил взгляд на девушку, выражая своё согласие.       Остановив транспортёр у скальной гряды, Шепард критически оценил обстановку вокруг машины, после чего встал с водительского места и направился к дивану в кормовом отсеке.       Светлана с интересом наблюдала за тем, как её жених достал из укладки два мягких пледа, один расстелил на диване, второй бросил свободно.       - Даже выходить не будешь? – тихо спросила она.       - Незачем, Свет. Иди ко мне. – Шепард обернулся, раскрыл обьятия. Светлана с готовностью встала, дала себя обнять. Долгий поцелуй заставил обоих позабыть о происходящем вокруг на несколько минут.       - Ты нервничаешь, Свет. – Шепард внимательным взглядом окинул лицо любимой. – Скажи, в чём проблема. Остальное – предоставь мне.       - Это внутреннее, Джон. – тихо сказала Стрельцова, мягким взглядом сканируя лицо Шепарда. – Я… я впервые чувствую себя способной очень надолго сбросить служебный кокон и броню офицера имперских астросил. Мне… мне хочется родить от тебя ребёнка, но я… я прекрасно понимаю, что сейчас я себе это позволить не могу. А ещё мне хочется… хочется быть с тобой рядом двадцать четыре часа в сутки. И вместо этого – вот такие вот ёмкие, но очень, очень редкие встречи.       - Света, девочка моя, что же ты переживаешь, это же обычно. – Джон обнял её крепче, прижал к себе и она… она потерялась в его объятиях, ей стало так спокойно и тепло, словно за плечами не было долгих лет службы, полигонов, стрельб, походных лагерей, сухпаев, холода и жары, словно она вернулась в далёкое беззаботное детство. – Я люблю тебя, Свет. Люблю. И тоже никому тебя не отдам. Даже не думай сунуться под огонь. Это – моё дело, а твоё дело – командовать, планировать, управлять и регламентировать. Я всегда мечтал иметь сестру, но… не сложилось. И судьба подарила мне тебя… И дала возможность познать самое малое из необходимого и важного – то, как приятно быть с тобой рядом. Знать, что ты будешь рядом со мной ещё очень долго, Свет. Обязательно будешь. И я сделаю всё для того, чтобы ты была. Просто была. А после войны, после победы, Свет, у нас с тобой будет много-много детей. Обещаю тебе. Ты тогда станешь адмиралом Флота Астросил Империи, у тебя будет куча помощников, адьютантов, референтов, секретарей. Знаю, ты без армии не мыслишь своей жизни. Мешать тебе здесь – не буду. Это – твоё и пусть будет твоим. Я буду рядом. Всегда. И на службе и за её пределами. И у нас с тобой будут внуки и внучки. И они будут рядом с тобой – временами или постоянно. Как сложится. Но то, то они будут воспитаны тобой – в этом я не сомневаюсь. А будут ли они гражданскими или военными – не суть важно. После победы будет другая жизнь… Мы постараемся учесть ошибки, допущенные нами в прошлом, до войны или во время войны. Попытаемся стать лучше, полнее, цельнее.       - Джон… Ты так говоришь… - глаза Светланы в полутьме салона блеснули в неверном свете софита. – Не пугай меня, Джо…       - Что ты, что ты. – Шепард чуть усилил обьятия, Светлана нырнула головой куда-то поближе к его шее, свернулась, устраиваясь поудобнее на мускулистой груди. – Всё будет у нас с тобой, Свет. Всё. Всё, что пожелаешь.       - Верю, Джо. Тебе – верю. – пробормотала Светлана, проваливаясь в сон. Шепард, почувствовав, что она уснула, замер, стараясь не тревожить её лишним движением. На машину обрушилась гроза, индикаторы фиксировали вспышки молний, стук капель по броне перешёл в гул. Светлана засыпала всё крепче и крепче – шум дождя её успокоил, расслабил. Шепард тихо радовался, что она наконец смогла выкроить достаточно времени чтобы просто крепко поспать. Сон для неё был лучшим лекарством – она так мало спала у себя на корабле: всё время что-то проверяла, исправляла, контролировала, часами пропадала в спортзале и в тренажёрном комплексе крейсера. Не давала себе расслабиться. Мёртво держала в своих руках экипаж и команду. Если бы Империя дала своё согласие – она очень легко стала бы Спектром, но к этой должности и к этому званию она никогда не стремилась. Просто работала. Работала, поскольку догадывалась – мирное время подходит к концу. И надо готовиться к худшему. Хотя бы просто для того, чтобы это самое худшее не воплотилось в реальности. Глядя на неё, наблюдая за ней, мужчины-офицеры, старшины, сержанты, рядовые отставляли все попытки смухлевать и посачковать. Стыдно было, когда хрупкая девушка укладывает с одного удара двухметрового громилу, а ты не можешь сотню раз подтянуться на турнике с подъемом переворотом. Стыдно было, когда ей, командиру корабля, не нужно было ничего объяснять – она сама очень многое понимала сразу, без словесных пояснений, а ты так и не смог спрогнозировать развитие боевой ситуации на оперативно-тактическом тренажёре. И потому она входила к адмиралам Имперского Флота без излишнего протокола и ритуала. Они знали, что она ра-бо-та-ет. Действует на пределе и готова действовать за пределом. Она живёт армией и флотом, но живёт не структурами, а людьми, их составляющими. И её экипаж для неё – не просто мужчины и женщины. Это – её вторая семья, которую она создавала годами сама, лично. Да, делая ошибки, да, иногда - заблуждаясь. Но - имея силы и привычку признавать свои ошибки и заблуждения. Умея их преодолевать и устранять. Расти непрерывно, поддерживать свою форму месяцами и годами.       Дождь шумел монотонно, гроза не обещала быть долгой.       Тишина, повисшая над планетой после грозы, была удивительной. Чуткие микрофоны машины не могли найти ни одного беспокоящего звука. Три часа пролетели незаметно, а Светлана продолжала спать, по-детски приоткрыв рот и не размыкая обьятий. Шепард старался не смотреть на неё, понимая, что один взгляд – и она очнётся, снова моментально наденет броню, форму и превратится больше чем наполовину в строгого командира крейсера.       Он чувствовал, насколько она устала, насколько она измотана и как она рада, что наконец имеет возможность на несколько жалких часов перестать быть офицером, а стать просто человеком, женщиной, слабой и ранимой, часто – бессильной перед валом чувств и эмоций. Сестра. Младшая или старшая - всё равно. Сейчас Шепард понимал – она для него больше чем сестра, но увы, рисковать ею он не может, не имеет права. Она верит в него, верит ему и боится за него, боится потерять того, кто оказался достоин её личного пространства, тщательно оберегаемого от временщиков и лгунов.       Она понимает его, Шепарда, настройку, понимает, что он - мужчина-воин, что он всегда ожидает опасность, ожидает боя, ожидает боли и крови. И не хочет, чтобы однажды она внезапно узнала о его гибели. Вполне возможно, она счастлива тем, что они могут провести очередные несколько часов вдвоём, вместе и рядом. В уединении. Счастлива тем, что Шепард не стал устраивать покатушек по плато, не стал демонстрировать удаль властелина техники. Не стал нарушать покой одной из первых приветливых к людям планет, встреченных нормандовцами и волговцами на пути по скоплениям и звёздным системам. Вполне возможно, она счастлива тем, что может создать домашний уют в палатке, а не ограничиваться воинским минимумом, столь обычным для неё, ставшим привычным за годы службы. Службы, вместившей в себя гораздо больше, чем вмещают в себя столько же лет пребывания в рядах армии для очень многих имперцев.       - Джон. – горячий шёпот раздвинул сгустившуюся тишину. – Спасибо тебе… Я никогда так долго, глубоко и спокойно не спала. – Светлана снизу вверх смотрела на Шепарда. – Была гроза? Я сквозь сон слышала гул капель.       - Была, Свет. Была. Кончилась. Вокруг тишина и покой.       - Знаю, я чувствовала. – она приподнялась, поцеловала старпома в щёку, отслонилась, приводя комбинезон в порядок. – Ой, сколько времени прошло. Нас ещё не хватились? – она привстала, намереваясь подняться на ноги.       - Нет. – Шепард удержал девушку за руку. – Они знают, что с нами всё в порядке. Всё же у нас прекрасные экипажи и команды. Не торопись.       - Не буду, Джо. – Светлана разложила плед, укуталась и, накрыв пологом Шепарда, уселась рядом с ним на диван. – Замёрз? Шепард отрицательно покачал головой:       - Ты горячая. Так что мне было тепло и спокойно. Тебе – тоже спасибо, Свет.       - Рада. – она покрепче обняла Джона. – Наконец-то нам удалось отдохнуть вот так – вместе и рядом, спокойно и тихо.       - Ну, отдых, положим, ещё не закончен. У нас как минимум вторые сутки отдыха и пока что никто нам не говорил, что мы их не имеем возможности использовать.       - Ты как всегда прав, Джон. Надеюсь, завтра мы тоже сможем уединиться на несколько часов.       - Постараемся, Свет. – он приобнял девушку, вдыхая аромат её волос. – Возвращаться придётся в грозу.       - Вернёмся. – прошептала Светлана, впадая в забытьё и наслаждаясь тишиной и тёплой волной чувств, идущих от Джона.       В пять часов вечера Шепард занял водительское место. Заурчали двигатели транспортёра. Гроза бушевала, потоки воды стеной вставали перед носом машины, возвращавшейся к лагерю. Светлана сидела рядом с Джоном, держась одной рукой за поручень, а другой приобняв мужчину. Ей так хотелось продлить это хрупкое чувство единения с ним. Такого единения, если уж большего нельзя было себе позволить в ближайшее и отдалённое время.       Машина вкатилась на территорию лагеря. На стоянке их встретила Оливия – киборгесса так и не сняла свой бронескафандр, только прикрыла его военным комбинезоном Альянса.       - Явик заступил на вахту. Сидит вон там. – она указала куда-то на север. – Говорит, что ему лучше побыть одному. Остальные – кто спит, кто читает, кто смотрит видео. Многие написали письма домой и отправили через ретрансляторы фрегата и крейсера. – Оливия подождала, пока Шепард поможет Светлане выйти из транспортёра. – В целом - всё тихо и нормативно.       - Спасибо, Оливи. – Светлана обнялась и расцеловалась с киборгессой, чему та была очень рада. – Мы к себе. Возвращайся тоже в палатку, не мокни.       - Не сахарная, не растаю. – улыбнулась Оливия. – Ну ладно, последую твоему совету, Света.       - Вот, вот. Последуй. – усмехнулась Стрельцова и, приобняв Шепарда, подтолкнула его к палатке. – Идём, надо пообедать.       - Повинуюсь, моя госпожа. – проговорил старпом.       В палатке было тихо – гул дождя сюда почти не проникал, так, лёгкое шелестение. Быстро приготовив приборы и посуду, Светлана склонилась над кухонным модулем. Шепард подошёл было к ней, но:       - Не мешай, Джон. Я ценю твою готовность и желание помочь, но сейчас я хочу сделать всё сама. Мне это приятно сделать для тебя.       Поняв, что настаивать явно не стоит, Шепард отошёл, посмотрел сквозь пластиковое окошко на стену воды.       - Прошу к столу. – послышался голос Светланы и Шепард обернулся. – Извини, я решила сделать нечто вроде праздничного обеда. Всё же это первая нормативная стоянка на нашем маршруте. Грех не отметить такое событие. Да и режим мы несколько нарушили, надо навёрстывать.       - Спасибо, Светлан. Я впечатлён. – Шепард перегнулся через стол, поцеловал девушку и сел на своё место. – Очень вкусно.       - Я рада. – Светлана промокнула губы салфеткой, положила её рядом с чайным блюдцем. – До ужина у нас есть три-четыре часа. После сытного обеда по закону Архимеда полагается…       - Поспать. – закончил Шепард. – Если хочешь – даванём подушки. Только – вместе. А не только – рядом.       - Согласна. – Стрельцова встала, быстро прибрала посуду, убрала складной столик и стулья, пока Шепард готовил походные постели. – А дождь всё не кончается.       - Да, первая в эти сутки гроза была короче по времени. А эта что-то разошлась. – Шепард покрепче обнял прильнувшую к нему девушку. – Спи.       - Сплю, герой. – Светлана с наслаждением смежила веки и провалилась в мягкий обволакивающий сон.       К сидевшему на здоровенном валуне Явику подошла Оливия.       - Шепард и Стрельцова уснули. – сказала киборгесса. – Пообедали и уснули.       - Знаю. – сказал протеанин. – Она хочет от него детей, но сейчас – явно не время для беременности. При всей мощи медицины крейсера вынашивание ребёнка, одного или нескольких – как получится, - затратный процесс. А она – командир и от своей должности просто так не откажется. Она не согласится на облегчённый график, понимает, что впереди – бои, впереди тяжёлые миссии, впереди – долгий путь по едва намеченному маршруту. И страдает из за того, что не может отдать себя во власть истинно женской работы. Эта планета для всех нас – настоящий подарок, пусть нам и пришлось выдержать две тяжёлые миссии. Не думаю, что в дальнейшем такие планеты будут попадаться на нашем пути часто. И потому пусть спят побольше и пусть уединяются. Пока ещё возможно это сделать на таких вот приветливых планетах. – Явик помолчал. – Оливи, почему ты…       - Не отдыхаю? – договорила киборгесса. – Знаешь, интересно. Интересно видеть органиков не на службе, не на работе, а на отдыхе. В нерегламентированных до деталей ситуациях. Столько всего случилось за последние несколько суток… И столько всего случится ещё всякого-разного в будущем. Я, почти вечный робот с одной из последних версий искусственного интеллекта и - вы, органики. Наверное, те, кто стоит за Жнецами, не верили в то, что наше партнёрство, наше сотрудничество, наше взаимодействие вообще возможны или возможны в течение длительного времени. А мы уже сколько суток подряд опровергаем невозможность всего этого. Легион и Марк отслеживают Экстранет, фильтруют сотни терабайт данных, контролируют системы фрегата и помогают экипажу и команде там, на борту корабля. А я здесь. И я не хочу стоять истуканом и бездельничать.       Явик кивнул, соглашаясь и давая понять, что услышал всё сказаннное. Он знал, что Оливия непрерывно ведёт сьёмку, что когда-нибудь в будущем они будут смотреть смонтированный ею фильм и вспоминать эти минуты. Сейчас Аленко с Дженкинсом подначивая друг друга и забыв о статусных различиях, соревнуются в скорости разборки и сборки пяти единиц лёгкого стрелкового оружия, обмениваясь шуточками и колкостями. Турианцы на пятачке за основной линией палаток, подальше от командирской, устроили очередной спарринг – ну принято у них так. Пусть помутузят друг друга. Полисмены-десантники смотрели видео в своей палатке, успев написать родным подробные письма с короткими видеофайлами в качестве приложений – пусть близкие порадуются, что у них всё пока что в порядке, всё без особых проблем, все живы, здоровы и находятся на планете, очень схожей с Землёй. Когда ещё такая будет у них впереди? Кто знает, кто знает. А пока люди переговариваются, обмениваются шуточками, рассказывают друг другу забавные случаи из жизни, читают ридеры, до файлов которых раньше добраться не удалось – то не было времени, то не было возможности. Обычная жизнь органиков, способных и замирать, пусть даже и очень ненадолго, и развивать бурную деятельность, стремясь обогнать самоё время.       Явик посмотрел на Оливию, неподвижно стоявшую у валуна. Мало кто мог опознать в ней киборга – мастерство подготовки и маскировка сделали своё дело. Беглянка от «Цербера», теперь она воевала против своих создателей. Как геты воевали против саларианцев триста лет, не допуская своих создателей на Раннох. Оливия воевала во многом по той же причине – «церберовцы» откусили больше, чем смогли проглотить. Даже не разжёвывая. На инструментроне текли строчки сообщений о работе над проблемой спутника-луны Онтарома. Пока шли подготовительные работы, основные начнутся во второй половине предстоящей ночи. Завтра к вечеру будет ясно, удалось ли точно позиционировать зонд внутри луны. Если всё сделано правильно – будет резерв времени, если нет – придётся затратить время и ресурсы на исправление положения.       Протеанин знал, что Моро прочил Оливию в супруги Марка, к чему сама киборгесса отнеслась равнодушно и не стала наводить порядок и «строить» пилота. Марк ей нравился, он был мастерской копией Шепарда, легко согласился постоянно пребывать на борту фрегата. Оливия, как догадывался Явик, понимала, что Марк готов в кратчайшие сроки прибыть туда, где будет нужна его помощь – будь то борты фрегата или крейсера или место действий группы высадки. То, что могучий киборг стоял в полутёмной выгородке и пропускал через себя терабайты данных большую часть суток сохраняя полную внешнюю неподвижность, Явика не обманывало – он знал, что Марк готов к немедленному действию и понимал, что участие Марка рано или поздно потребуется. И не однажды. А Оливия… Она спокойно и свободно стала постоянным членом группы высадки, опередив даже Легиона. Она не бежала от Марка, нет. И легко подчинялась желанию Шепарда оставить её на борту фрегата.       Не обращая внимания на потоки воды, рушащиеся с небес, протеанин и киборгесса хранили молчание, думая каждый о своём.       Пока Светлана спала, Шепард сумел приготовить ужин и разложить приборы и посуду на столике. Будить девушку ему не хотелось – одно дело спать на корабле, а другое – на твёрдой земле, в комфортных почти земных условиях.       В одиннадцать вечера Светлана всё же открыла глаза и через несколько минут присела напротив Шепарда. Тот щёлкнул зажигалкой и зажёг две свечи, стоявшие в подсвечнике в центре столика. Автоматика выключила софиты и теперь палатка изнутри освещалась только двумя язычками живого пламени. Дождь продолжался, но сила грозы снизилась, гул перешёл в шелест.       - Давай выпьем за то, чтобы такие планеты нам хотя бы изредка попадались на пути. Чтобы мы и все наши могли отдохнуть от кораблей и вспомнить, что мы рождены на планетах, а не в стальных коробках. – Шепард откупорил бутылку вина, разлил напиток по бокалам, поставил сосуд в упоры.       - Давай. – сказала Стрельцова. – Согласна. – она мягко подвела свой бокал к бокалу в руке Шепарда, стекло дзенькнуло. – За такие планеты на нашем дальнейшем пути. Чтобы они были. – она легко пригубила. – Прекрасное вино. Полусладкое. На Цитадели такое продают, знаю. А больше нигде не видела. Шикуем?       - Да нет, просто когда узнали, что я спас одного землянина на Омеге – салар там его пожелал отравить – презентовали бутылку. Вот и хранил у себя в «выгородке». Я не пью, даже шампанским не люблю баловаться. Так, в качестве представительского запаса. Протокол, ритуал, всё такое.       - Верю. – мягко сказала Светлана. – Потому что то, что ты говоришь – правда. Чему я очень рада. – она принялась за еду, не стремясь соблюдать требования традиции о краткости времён между первым и вторым тостом. – Ешь давай. Мне, конечно, приятно, что ты столь мягко и одновременно – очень внимательно меня рассматриваешь, но всё же мы сели поесть. Так давай уделим внимание еде.       - Давай. – ответил старпом, принимаясь за еду.       Окончив трапезу, они вдвоём быстро прибрали посуду и приборы, сложили мебель. Светлана на несколько минут сосредоточилась на инструментроне – надо было принять доклады, отдать распоряжения команде и экипажу корабля. Шепард разобрал постели, теперь уже в полной мере.       - На борту всё нормально. – сказала Стрельцова, ныряя под одеяло и прижимаясь к Шепарду, обняв его и устроив голову у него на груди. – У наших в лагере тоже всё в норме. Спи. Тебе также надо отоспаться.       - Охотно. – Шепард закрыл глаза. Теперь уже Светлана несколько часов мягким взглядом сканировала лицо и фигуру своего суженого. Удовлетворившись увиденным, она опустила голову на грудь старпома и успокоенно уснула.       - Ты опять меня не разбудил. – сказала Стрельцова, открыв глаза, едва только ощутила появление рядом с постелью столика с завтраком. – Не утерпел таки, сам приготовил.       - Отведай. – сказал Шепард. – В лагере всё нормально, с бортов никаких запросов, вопросов и тревожных сигналов не поступало. Поешь спокойно.       - Хорошо. – Светлана принялась за еду. – Куда сегодня?       - Просто поездим по окрестностям, скоростить не будем, где захотим – остановимся.       - Лады. – она встала, прибирая постель.       - Я – к машине. Посмотрю что да как. – Шепард направился к выходу из палатки, поняв, что Светлане необходимо побыть одной. – Вещи уже погрузил.       - Хорошо. – она застегнула полог палатки, переодела комбинезон, сменила скафандр, проверила оружие. Рутинные действия, но сейчас они были легки и приятны, не вызывали никаких отрицательных эмоций, раздражения или непонимания. Убедившись, что всё в порядке, Стрельцова покинула палатку и вскоре расположилась на привычном приставном кресле рядом с сидевшим за рычагами машины Джоном.       - Поехали, Джо. Вижу, маршрут уже проложил. По времени – на четыре-пять часов тянет. Как раз к четырём часам вечера вернёмся. – оценила она данные, высвеченные на боковом дисплее.       - Тогда – вперёд.       Транспортёр уверенно двигался по плато, Шепард не вдавливал педаль в пол, не старался показывать удаль молодецкую. Светлана тихо радовалась – они снова вдвоём, наедине друг с другом, уже довольно далеко от лагеря.       - Останови здесь, Джо. Рядом лесок, светило не так будет жарить, как на плато. – попросила она.       Шепард остановил транспортёр, развернув машину так, чтобы можно было уехать быстро и просто в одном из нескольких направлений. Отметив, что Светлана уже ушла в кормовой отсек машины, Шепард включил автоматику оповещения и охранный комплекс, после чего встал с водительского места. В полутьме салона он и не заметил, как Светлана крепко обняла его и вскоре они уже лежали на диване, покрывая лица друг друга поцелуями.       Время текло незаметно. Светлана успокоенно затихла, привычно умостив голову на груди старпома, но не спала, слушая удары его сердца как лучшую в мире музыку. Шепард молчал, не желая нарушать тишину и разрушать целостность и ёмкость момента.       - Второй раз будем возвращаться в дождь. – сказала Стрельцова, приподнявшись на локтях и изучающе оглядев Шепарда, лежавшего навзничь. – Хорошая примета. – Поймав согласный кивок, она взяла лицо жениха в ладони и крепко поцеловала его в губы. – Спасибо тебе. За всё, что было между нами в эти два дня.       Помедлив, Шепард с усилием кивнул и ответно поцеловал девушку.       - Возвращаемся? – его слух уловил гул набиравшего силу ливня.       - Да. Я сяду за пульт вооружения, надо уточнить обстановку на крейсере. – чуточку извиняющимся тоном сказала Стрельцова.       - Ладно. – Капитан поднялся, прибрал постель, сложил пледы и покрывала. – Надо ехать, а то по грязи придётся добираться.       - Всё равно придётся. – Светлана отодвинула в сторону джойстики управления орудием и пулемётами, развернула инструментрон. – Явик прислал сообщение – у них всё получилось. Передал мне код запуска взрывного устройства. Неугомонный. – она открыла закладки с сообщениями с крейсера. – М-да. – её пальцы привычно отстучали несколько распоряжений. – Прости, Джон. Но в шесть вечера я убываю на борт «Волги». Надо дать сигналы опасности по всей звёздной системе, снабдить автоматику файлом с кратким поясняющим сообщением. – в её голосе просквозило острое неподдельное сожаление. Шепард, не отвлекаясь от управления машиной, только едва заметно кивнул.       В этот раз их встретил Явик, пояснивший, что Оливия заступила на вахту по охране лагеря и теперь восседает на том самом валуне. Отогнав машину на стоянку, Шепард и Светлана прошли в палатку. Стрельцова быстро собралась, отметила, что с крейсера уже вышел челнок и её тройка охраны тоже полностью собралась в обратный путь.       - Было прекрасно, Джо. – сказала Светлана. – Надеюсь, это не последняя такая наша встреча.       - Я тоже надеюсь, Свет. – Шепард только приобнял девушку. – Будь осторожна.       - Буду, Джо. – Светлана подхватила укладки и вышла из палатки. Рядом тотчас же возникли все трое десантников группы командирской охраны. Снижавшийся челнок опускался на обозначенную площадку, дверца уже приоткрывалась.       Взойдя на борт кораблика, Светлана повернулась, прощально махнула рукой и сразу же закрыла дверь. Челнок сразу же поднялся, принимая ориентировку старта и ушёл по пологой траектории вверх, к крейсеру, наматывавшему очередной виток вокруг Онтарома. Спустя час она прислала сообщение, что благополучно добралась и что вскоре придут челноки за всеми «волговцами» и «нормандовцами», кто не был включён в официальную группу высадки. Ещё через полтора часа прибыли два челнока с крейсера и два с фрегата. Транспортёр один из челноков принял на внешнюю подвеску и доставил на «Нормандию». Ровно в девять часов с борта «Волги» ушли сигналы опасности с кратким поясняющим автоматическим сообщением.       В одиннадцать вечера лагерь был свёрнут окончательно и последние челноки доставили всех нормандовцев на борт фрегата.       Доложив о прибытии и результатах работы на Онтароме лично Андерсону, Аленко и Шепард получили разрешение выполнять обычный график работ. Явик, скрывшийся в своей выгородке, находился на связи с Таэлой и «Клинком Ярости» - шли последние часы перед подрывом луны-спутника.       Точно в назначенное время на месте Тонала вспух огненный шар, из которого по безопасным траекториям, огибавшим Онтаром, полетели раскалённые осколки луны. Наблюдавшие за действом нормандовцы и волговцы впервые наблюдали такую величественную и в то же время – предельно рукотворную картину. Заряд зонда сработал на «отлично».       Явик принял поздравления от нормандовцев, выслушал приветствия и поздравления от волговцев, после чего скрылся в своей «каюте». Ему необходимо было переговорить с Таэлой, получить уточнённые данные и убедиться, что всё прошло так, как было запланировано.       Фрегат и крейсер давно оставили Онтаром далеко позади. Теперь под сканерами и локаторами кораблей отряда находилась Кленкори – холодная скалистая планета, атмосфера которой содержала хлор и аргон. Холодная поверхность этого небесного тела имела высокое содержание калия, были отмечены и залежи железной руды.       С планеты пришли сигналы, характерные для археологических автоматических маяков, что подтвердило факт ведения раскопок, финансируемых эксцентричным волусом-миллиардером Кумун Шолом. В Экстранете было предостаточно вариаций рассказов о том, что по утверждению Кумун Шола, ему явилось некое высшее существо и повелело искать «потерянные гробницы созданий света». Эти создания, как утверждало существо, имевшее с волусом довольно длительную беседу, были сотворены на заре времён, чтобы защитить органическую жизнь от синтетических «машинных дьяволов». К моменту появления отряда кораблей над Кленкори Шол вёл раскопки на токсичной поверхности планеты уже двадцать лет, что, безусловно, обходилось ему очень и очень недёшево. Тем не менее ни одно из правительств до сих пор не считало Кленкори достаточно ценной планетой, чтобы силой закона и оружия выдворить самого миллиардера и его небольшую армию наёмников за пределы планеты.       Изучая поступавшие данные, Шепард отметил, что волус вёл раскопки очень аккуратно и бережно, в чётко обозначенных районах. Шол не стремился охватить всю планету, у него, по всей вероятности, существовал очень чёткий план, а также была и карта. На инструментроне высветилось сообщение вахтслужбы, гласившее, что с борта фрегата на Кленкори ушли пять зондов. Объектом внимания автоматов стал район, находившийся на значительном удалении от мест раскопок – сканирование подтвердило наличие на поверхности планеты хорошо сохранившейся рубки торгового корабля волусов. Обследовав рубку, автоматы обнаружили фрагмент записей матриарха Дилинаги. Повторное сканирование планеты не выявило местонахождения остальной части волусского торгового корабля, а зонды тем временем доставили фрагмент записей на фрегат.       Обследование следующей планеты – водородно-гелиевого газового гиганта Юнкро, верхние слои атмосферы которог содержали примеси хлора и натрия, выявило наличие нового газового месторождения с высокой концентрацией водорода. Зафиксировав, что уникальное положение планеты – обращение её северного полюса к местному светилу звёздной системы не изменилось, автоматика следящих систем кораблей отряда отрапортовала органикам о завершении отработки системы, после чего под сканеры и локаторы попал ледяной карлик Сесмос. Его поверхность практически полностью состояла из водяного льда.       Отметив, что ров, появившийся в результате скользящего удара по планете, нанесённого этому небесному телу в районе экватора, никуда не делся, Шепард усмехнулся мелькнувшей мысли, что и этот огромный каньон мог быть тоже следствием попадания по планете столь же мощного снаряда, каким древней расе, оставшейся неизвестной, удалось обездвижить Жнеца. Характеристики рва указывали, что он мог иметь и вполне естественное происхождение – от удара проходившего рядом астероида.       Несколько минут Шепард рассматривал необычно большое и красивое кольцо ледяных кристаллов – тех самых, что когда то были частью поверхности планеты и были подняты с неё при ударе неведомого искусственного или естественного тела. Кольцо, как утверждали большинство исследователей, представляло собой временное явление и должно было пропасть в течении ближайших нескольких тысяч лет. Не пустив в сознание весьма здравую мысль о том, что этих нескольких тысяч лет у разумных органиков галактики может и не быть, Шепард включил настенный экран, на котором высветилось сообщение вахтслужбы фрегата – корабли уходили в скопление Гаммы Аида. На перегон по цепочке ретрансляторов Моро отвёл десять полновесных часов. Можно было плотно поработать с документацией – стоянка и отдых завершились и остались в прошлом.