Сверкающие глаза

      Зоря – вторая планета системы Файя, принадлежит к Аттическому Траверсу. База «Синих Светил» и промышленная зона для множества корпораций. Численность населения планеты-колонии изменчива и в большинстве случаев точные цифры составляют либо клановую, либо корпоративную тайны. Сами бойцы «Синих Светил» называли планету совокупностью грязи, пота и споров, несмотря на то, что именно здесь находился центральный офис группировки.       Цветущая Зоря была известна по всей галактике именно своей обильной растительностью – почти непроходимиые джунгли покрывали восемь её континентов практически полностью. Такие условия нельзя было назвать благоприятными для любых планов и разработок, но, тем не менее, Зоря привлекала инвесторов и корпорации добытчиков и промышленников со всей Галактики. При всём их неуёмном стремлении к извлечению как можно большей прибыли, даже сейчас разрабатывалась активно лишь малая часть ресурсов планеты, что вызывало постоянные конфликты – всем хотелось больше и больше и больше взять, достать, получить. А средств и возможностей для этого не хватало.       Заид Масани летел на Зорю. Летел, чтобы освободить один из крупных промышленных комбинатов из-под контроля «Синих Светил». Летел, уже зная, что контрольный пакет этого предприятия перехватил именно Видо Сантьяго. И потому простая миссия – поспособствовать переделу собственности, убрать ценное и мощное предприятие из сферы влияния своей бывшей группировки превращалась для Заида в личную миссию, миссию мести Видо Сантьяго. Тому самому, который так резко спустил бывшего основателя «Синих Светил» с высот руководящей пирамиды на землю и едва не закопал его на два метра вглубь грунта.       Просматривая информационные материалы, щедро предоставленные персоналом небольшого пассажирника, Заид ловил на себе взгляды других обитателей пассалона и понимал причину их недоумения – они видели в нём старика. Старика со страшным шрамом на лице, старика, один глаз которого был имплантатом – синтетическим протезом. Старика, не желающего скрывать свои татуировки, выдававшие его принадлежность к «Синим Светилам».       Холодный отстранённый разум Заида мало интересовался впечатлением, которое он, Заид Масани производил на окружающих разумных органиков. Галактика, повторял Масани, не хороша и не плоха. Она просто существует, просто такая какая она есть. Со всем живым и мёртвым содержимым. Да, самому Заиду иногда казалось, что честных и добрых разумных в Галактике и не осталось совсем.       Во всяком случае – почти не осталось таких, которые не способны предать. Заид не любил предателей, потому что сам никого, как ему казалось, в своей жизни не предавал. В том числе и потому, что больше любил молчать, чем говорить. А молчание редко бывает спутником предательства. Нелюбовь к пространным речам позволила Заиду также не забывать о необходимости поддерживать своё здоровье на должном уровне. Такая травма, такое ранение, как заряд дроби в лицо даром не проходят – следы остаются на всю жизнь и на всю жизнь остаются проблемы со здоровьем.       В последнее время Масани стремился вести здоровый образ жизни, поняв, что ему уже немало лет и организм закономерно начинает сдавать. Здоровье, осознал он, надо теперь экономить. Злоупотребление алкоголем, столь обычное в том подавленном состоянии после тяжелейшей реабилитации, осталось, к счастью, в далёком прошлом. Теперь Заид ненавидел тех, кто теряет время жизни за бокалом горячительного напитка.       Зарабатывать он предпочитал только тем, что хорошо знал, умел и мог. А он умел знал и мог быть хорошим, профессиональным наёмником, не лишённым, впрочем, чётких критериев выбора. На кровавые миссии он никогда не подписывался, как бы ни настаивали потенциальные работодатели. Работать Заид до сих пор предпочитал в одиночку и полагаться только на себя привык быстро и, как казалось ему, бесповоротно.       Теперь Заид старался держаться от партнёров и временных спутников как можно дальше – слишком часто его подставляли и предавали, чтобы он продолжал верить и доверять, а тем более – привязываться к кому-либо. Подозрительность Заида возросла в кубе, он свыкся с необходимостью планировать заранее многочисленные пути отступления, тем более, если впереди у Заида была Месть. Именно месть и именно с большой такой заглавной буквы.       Масани догадывался, а точнее знал об уделе всех мстителей – они плохо начинали и плохо заканчивали. Но отказаться от мести было для него немыслимым, было выше всех его наличных сил и возможностей. Вероятно, месть поддержала его волю к жизни тогда, когда все остальные отступили и свыклись с перспективой, что Масани вот-вот закончит свой жизненный путь. Богатый жизненный путь, на котором он не знал жалости и не отступал ни перед кем – ни перед людьми, ни перед инопланетянами.       Надавить на Заида было проблемой – у него не было близких родственников, а дальние, если таковые и остались, были им давно и прочно забыты, вычеркнуты и из памяти, и из души и из сердца.       Двадцать лет Заид был охотником за головами, что не предполагало возможности иметь слабости. Альянсовец-десантник, получивший в ходе подготовки все необходимые навыки и военные знания. Десантник, столкнувшийся с бесчеловечностью и крайней жестокостью едва ли не в самом начале своей профессиональной карьеры. Те мёртвые дети на корабле, те дети-биотики, на которых учёные изучали влияние нулевого элемента, до сих пор приходили к Масани в его снах, превращая забытьё в кошмар.       Заид тогда твёрдо усвоил, что военные силы Альянса ни в чём не лучше «Цербера», террористов-батарианцев и бюрократов. Заид отнёсся к происшедшему как к опыту, позволившему ему после ухода с контрактной службы в Альянсе основать свою собственную группировку. Те самые «Синие Светила».       Скиллианский Предел стал домом Заида и домом для членов его группировки. Заид занялся работой с персоналом – подбором и расстановкой кадров, отдав всю бюрократическую тягомотину в руки Видо. Дело стало развиваться столь успешно, что Заид, ослеплённый эффективностью своего тандема с Сантьяго, забыл, что люди – совершенно не ангелы, а прежде всего – животные. И ещё большими животными являются батарианцы, привлечённые Сантьяго в ряды синесветиловцев.       Заряд дроби в лицо, клиника на Цитадели, восстановление, работа вольным стрелком, столкновение с бесчестными «Чёрными ангелами». И осознание того, что надо любыми путями добраться до Видо Сантьяго. Добраться, чтобы отомстить. А месть понемногу трансформировалась – Заид пристрастился к снайперским винтовкам, ощущая, что тяжёлое ранение в голову проделало брешь в его навыках и умениях. Брешь, которую не закрыть обычными средствами вроде тренировок и полигонов. Брешь, требующая замещения усилением и улучшением других способностей и возможностей.       Заид продолжил собирать информацию на синесветиловцев, продолжил выжидать удобного момента, чтобы заставить Видо заплатить за всё. За всё. А пока приходилось экономить. Приходилось жить в маленькой неприбранной квартирке на самых нижних уровнях станции «Омега», ожидая, пока наступит удобный момент и Видо будет под прицелом.       Потом была подстава, обещавшая стать смертельной для Заида и его компаньона Матиаса. Штурмовой отряд синесветиловцев рассчитывал, что им удастся уничтожить обоих наёмников-отступников. Просчитались на этот раз синесветиловцы. Крупно так просчитались. Заид тогда понял, что Видо вполне мог прознать – Заид жив и хочет снять с предателя голову.       Оказалось, смерти Заида хочет не только Видо, но и Матиас, его компаньон, попытавшийся сдать Заида в батарианскую орбитальную тюрьму, из которой Масани сумел бежать, подняв бунт заключённых и захватив челнок. Заид вернулся на Омегу и обратился к Арии Т'Лоак за помощью. К негласному лидеру Омеги. Ария предложила ему покровительство взамен талантов и опыта Заида, развязавшего войну с «Кровавой Стаей» - центральной группировкой ворка, сумев вытеснить полуразумных хищников в их изначальные станционные кварталы. Тогда же Заид пристрастился к устройству на месте разборок грандиозных пожаров, способных скрыть все и любые следы и крайне затруднить работу правоохранителей.       Убив лидера «Кровавой Стаи» - крогана Гасанра, Заид заставил ворка отступить в омеговские трущобы. Затем наступила очередь Матиаса, которого Заид настиг на Новерии. Матиас тогда пытался вернуться в «Синие Светила», связался с Видо, но вёл праздный образ жизни и оказался не готов к противостоянию с мстительным наёмником. Матиас был застрелен Заидом, равно как и проститутка-азари.       Теперь впереди была месть над Видо Сантьяго. Месть, ради которой Заид был готов оставлять позади себя руины и пожары с фейерверками.       То, что «Синие Светила» не смирились с тем, как ведутся дела на Зоре, для Заида не представляло тайны. Сантьяго, движимый жаждой наживы и извлечения всё большей и большей прибыли, отдал приказ – и синесветловцы захватили завод, принадлежащий корпорации «Эльдфель – Эшланд». Завод располагался на Зоре. И теперь Заид принял контракт от владельцев завода, обязавшись наказать синесветиловцев за их излишнее стремление к обогащению. Для Заида было ясно – завод захватил именно Видо Сантьяго.       Несколько минут назад Заид говорил с Шепардом. В текстовом режиме, шифруясь, пропуская сигнал по окольным путям, через множество буёв связи. Теперь он знал – Отряд приближается к Зоре, выполняя обычную работу по картографированию и уточнению обстановки в звёздной системе Предела Исмар. В детали работы Отряда Заид не лез – для него было важно, что Шепард выполняет данное обещание – он уже близко к Зоре и может вполне реально помочь расправиться с синесветиловцами, а если повезёт – и с самим Видо Сантьяго. Но месть Видо Заид оставлял лично для себя. Шепард должен помочь – и он поможет. А остальное, центральное дело Заид сделает только сам.       Из космопорта Заид на арендованном флайере направился к месту посадки челноков «Нормандии». Челнок Масани прибыл на место первым и, подумав, Заид отослал машину назад в контору. Вторым на место прибыл челнок с «Нормандии», на котором прибыла почти вся группа высадки. Лейтенант Аленко поздоровался с Масани и вместе с капралом Дженкинсом быстро организовал своих полисменов-десантников, передав им полученную от Заида последнюю информацию об обстановке на заводе.       - Где Шепард? – спросил Заид.       - Прибудет с «Волги». – ответил Аленко. – Вон их челнок уже сюда летит.       Заид молча подождал, пока волговский челнок совершит посадку и Шепард спрыгнет на землю.       - Завод захвачен. Там почти всё заминировано и подготовлено к взрыву. Видо не желает отдавать предприятие владельцам. – отрывисто сказал Масани, когда Шепард подошёл ближе.       - Разберёмся. – капитан кивнул Аленко. – Оливия? - Информация подтверждена, капитан. Завод полностью в руках синесветиловцев. Отмечаю сигналы радиовзрывателей. Минуту. – Оливия прислушалась к сообщению, прозвучавшему в наушном спикере. – Видо в курсе нашего прибытия. И впереди нас ждёт засада.       - Не будем терять времени. – Шепард перезарядил винтовку. – Сократим время для предварительных игр. – он первым пошёл по узкой извилистой тропе.       - Трупы. – сказал Найлус, рассматривая что-то впереди в прицел своей снайперки. – Люди. В комбинезонах. И выстрелы были произведены в спину.       - Видо. – процедил Заид. – Его почерк. Привык стрелять только в спину. В лицо опасается. Трус.       - Двигаемся дальше. – Шепард прислушался к перехватываемым радиопереговорам синесветиловцев. – Мост впереди убран и на техплощадке снабжения нас уже ждут засадники-синесветиловцы с подкреплением как из людей, так и из роботов.       - Ждут своей смерти. – Заид поднял свою любимую винтовку, проверяя количество боеприпасов в обойме. – Что-ж. Обеспечу.       «Синие Светила» не стали долго ждать и напали первыми. Нормандовцы разбежались по укрытиям, что позволило свести эффективность огня нападавших к минимуму. И начали отстреливаться.       - Ракетомётчик на балконе. – сказала Оливия, на секунду поднимаясь на ноги из за контейнера и вскидывая винтовку. – Нейтрализован.       - Подкрепление с роботами ЛОКи и ФЕНРИС – нейтрализовано. – доложил Найлус.       - Двигаемся к мосту. – сказал Шепард совершенно некомандным голосом.       - Чёрт. Давно я этого говнюка не слышал. – сказал Заид. Теперь и его рация ловила переговоры наёмников-синесветиловцев. – Хвалится, что мост мы не перейдём, что нас там, дальше, ждёт огненная засада.       - Мост мы перейдём. – Шепард кивком указал на Оливию, уже активировавшую панель управления и наблюдавшую, как смыкаются пролёты. – Вперёд. Не будем разочаровывать Видо и заодно проэкзаменуем его. Сосредоточенный огонь по балкону! Он – там.       - Вижу. – Заид выстрелил из своей любимой винтовки по ёмкостям с горючим. Балкон обьяли языки пламени, послышались вопли сгоравших заживо приспешников Видо, не успевшего даже рта раскрыть и покрасоваться перед своим злейшим врагом. – Ушёл вглубь завода, гад.       - Догоним. – Шепард обернулся к подходившему лейтенанту. – Кайден, берёте своих людей и выводите рабочих по безопасному пути с территории завода.       - Шепард. Мне нужен Видо. И мы не можем тратить… - скрежетнул зубами Масани.       - Мы и не будем тратить, Масани. – оборвал наёмника старпом. – Это сделает лейтенант Аленко. Люди работали на этом заводе. У них есть семьи и дети. И никому из них не интересно гибнуть из за ваших с Видо разборок. Я сказал, что помогу тебе и я тебе помогаю. А остальное позволь решать мне. – Шепард проследил, как полисмены под командованием Аленко и Дженкинса скрываются в боковом тоннеле. – Они сделают своё дело, а мы – своё.       - Как скажешь, капитан. – с усилием произнёс Масани.       - Капитан, встретили рабочего, следуем за ним, будем выводить сотрудников и работников завода. – доложил Аленко по спикеру.       - Принято. – Шепард уложил двух турианцев, попытавшихся было преградить ему путь и указал Найлусу на контейнер с палладием. – Най, забери, пригодится.       Продвинувшись по цеху вперёд, собрав попутно и деньги и ценные ресурсы, члены группы Шепарда сумели потушить локальный пожар и найти даже брошеное отступавшими синесветиловцами улучшение боеприпасов для тяжёлого оружия.       - Капитан, двадцать процентов персонала – в безопасном месте. – доложил по спикеру Аленко. – Мы продолжаем эвакуацию. Синесветиловцы уже в курсе того, что мы… изымаем персонал, но вы на них давите больше, поэтому они нам не особо мешают.       - Добро. – сказал старпом. – Забираем палладий. Снимите тех двух синесветиловцев на балкончике. Они там что-то вроде снайперской засады ладят. – Шепард повернул голову к Сарену, уже вскинувшему свою снайперку. – Хорошо.       - Взяты деньги и элементы питания. – доложила Оливия. – Впереди около пяти десятков наёмников, будут наступать с трёх сторон – впереди, справа и слева из соседних с цехом помещений. Там же есть один ИМИР, которым попытаются воспользоваться синесветиловцы. Есть также опасность в баках с топливом – синесветиловцы подвесили два бака и сделали из них что-то вроде огнемётов.       - Принято. Най, уничтожь эти баки до того, как они доползут до нас.       - Сделаю. – кивнул младший Спектр.       - Занять укрытия. Отстреливаем оппонентов. – Шепард пригнулся, скрываясь от снайпера-синесветиловца и отстрелив голову одному из синесветиловцев-саларианцев. – Ничего, проредим.       - Их уже заметно меньше. – доложила Оливия, наблюдая, как экономно стреляет Масани. – Можно продвинуться, а то ведь эти бочки достать будет проблематично. – указала киборгесса на ёмкости, зажатые в захватах портальных кранов.       - Уничтожены. – сказал Найлус, кивком указав на обе ёмкости, рушащиеся на две группы синесветиловцев. – Ой вопят как громко. Не надо было готовить нам огненные ванны – сами в них искупаетесь. – турианец опустил винтовку, меняя её на штурмовую. – Ракетчики.       - Нейтрализованы. – отозвался Сарен, добивая последнего ворка с ракетной установкой. – Огнемётчиков я уже приземлил. Активирован робот, осторожно.       - Это ему надо быть осторожным. – Оливия пробежалась по инструментрону пальчиками и ИМИР замер, затем медленно развернулся и направил ракетную установку в правый проём, а пулемёт – в левый проём. Едва только там появились группы синесветиловцев, белоснежный гигант ожил и спустя несколько секунд обе группы – почти три десятка синесветиловцев перестали существовать как боевые единицы, перейдя в разряд искорёженных и обгорелых трупов.       - Продадите мне потом коды. – буркнул Масани. Оливия обворожительно усмехнулась, но проигнорировала предложение наёмника. – Я иду за Видо.       - Иди, иди. – сказал Шепард, последовав за Масани к выходу из цеха. С балкона было отлично видно, как Сантьяго, прихрамывая, удаляется к лесу. Масани вскинул было винтовку, но позади Видо опустился нормандовский челнок, из которого вышли четверо полисменов-десантников. Они без труда догнали хромого предводителя синесветиловцев, упаковали его в ремни и оттащили в салон. Челнок немедленно взлетел и стал быстро удаляться от завода, направляясь на орбиту.       - Шепард… - Масани повернул к старпому искажённое ненавистью лицо. – Что ты сделал?       - Я? Забрал Видо себе. Для тебя он мёртв. Ему светит тюрьма Корпуса Спектров. – ответил капитан. – Аленко, как обстановка?       - Все рабочие и весь персонал админкорпуса выведены в безопасное место, капитан. Потерь нет. – доложил лейтенант. – Вижу челнок с «Нормандии». Он направляется к нам.       - Встретимся на борту фрегата, лейтенант. Организуйте пока там всё, чтобы работники выжили.       - Да, капитан. – Аленко переключил каналы.       - Шепард. – Масани попытался было подойти к старпому поближе, но путь ему преградили оба турианца. – Отдай Видо мне.       - Нет, Масани. Я уже сказал. Для тебя Видо – мёртв. Твоя месть выполнена. На этом всё. Займись делом. Организуй свою личную группировку. И вообще - делай то, что ты лучше всего умеешь делать – воюй. – старпом увидел, как к балкону снижается ещё один челнок. – Приготовиться к погрузке. Возвращаемся на фрегат, коллеги.       Не обращая внимания на взбешённого Масани, нормандовцы грузились на борт снизившегося, но так и не опустившегося на грунт Зори челнока. Оливия, грациозно скакнув в салон, опустила крышку люка и кивнула водителю.       - Он всерьёз думал, что я продам ему эту технологию? – удивлённо посмотрела на уменьшавшуюся в размерах фигурку Масани киборгесса. – Да он же пьющий как водохлёб какой. Горький пьяница. Руки дрожат, пальцы – вибрируют. У него все деньги на выпивку уходят. А тут – сотни тысяч кредитов, коих у него никогда не было и никогда уже не будет.       - Это его выбор, Оливи. – Шепард, уцепившись рукой за поручень, указал киборгессе на кресло. – Через четверть часа будем на борту фрегата. Здесь наша миссия окончена. Надо будет ему с нами связаться и переговорить – свяжется. Не маленький.       Фрегат и крейсер ушли с орбиты Зори и направились к Имаену - скале, покрытой кратерами. Кора планеты содержала легкие металлы, но концентрация их была недостаточно велика, чтобы начинать промышленную добычу. Несмотря на быстрое освоение других планет системы Файя, Имаен оставался заброшенным.       Со сложными чувствами Шепард наблюдал как корабли Отряда покидают эту звёздную систему. Он и раньше не сомневался в том, что Заид Масани никогда не взойдёт на борт фрегата и не станет членом команды корабля. Но происшедшее на Зоре внезапно продемонстрировало старпому ещё одну грань человеческого бытия, ещё одну грань человеческого характера, человеческой натуры. Грань, о которой следовало поразмыслить.       Да, Заид остался на Зоре, да, он наконец-то смог достичь своей цели – наказать своего компаньона, да, оказалось, что одним из негласных лидеров Синих Светил в своё время являлась и Ария Т'Лоак, да, «Синие Светила» вынуждены были пусть и временно, но реально отказаться от превалирования на своей основной базе, поскольку планета подверглась форменному нашествию промышленников, эксплуатационников и добытчиков. Всё это позволяло надеяться, что теперь разумные органики и прежде всего люди смогут лучше подготовиться к приближавшемуся столкновению с Жнецами.       В связи с приближающимся вторжением Жнецов ключевые расы Галактики, как сообщила Оливия, вернувшаяся к расшифровке кристалла «Цербера», уже начали присылать на Зорю большие контингенты работников для резкой активизации разработки ресурсов планеты. Планета одновременно оказалась под мощной защитой официальных военных контингентов многих рас и наёмники «Синих Светил» и ряда других преступных группировок вскоре окончательно потеряют на ней всякую власть и силу. Месть Заида совершилась, но не стала кровавой. Она стала другой.