Сверкающие глаза

      - Что за… - начал было Кайден, услышав позади рык крогана. – Он… читает стихи? – лейтенант обернулся. – Азари?       - Стихи, кстати, собственного сочинения. – сказала подошедшая Оливия. – Так что придраться не к чему.       - Ой ли. – Шепард оторвался от чтения очередной порции файлов, поступивших на инструментрон с фрегата. – Оливи, я так понимаю…       - Крогана зовут Чарр, азари – Эреба. Они раньше встречались – я просмотрела логи записей видеокамер и системы глобального позиционирования. Встречались довольно долго, но Чарр был чрезмерно холоден в проявлении своих чувств, да ещё и чрезмерно серьёзен. Для Эребы это было неприемлемо и она разорвала с ним взаимоотношения. Теперь он пытается доказать, что способен любить её истово и пылко, то есть именно так, как она хочет. Для этого избрал стандартный путь: настырные ухаживания и громкая декламация стихов. Уже трижды патруль сил безопасности обращал внимание на крогана, но пока что не предъявлял ему официальных претензий. Хотя, – Оливия помедлила, сверяясь с новыми данными, - Он уже вызывает явное раздражение владельцев близлежащих киосков – своим рыком и нескладными стихами Чарр отпугивает покупателей.       - А что Эреба? – спросила подошедшая Светлана.       - Не понимаю. – Оливия пожала плечами. – То, что я способна понять – она практически готова возобновить отношения с Чарром, ничто не указывает на то, что она готова отказать ему. Её, по всей вероятности, смущает только одно: она не понимает, действительно ли она ему нравится или это простое желание обзавестись потомством. Азари колеблется, поскольку и связывать себя долгими отношениями, несмотря на сопоставимую продолжительность жизни, Эреба не слишком спешит.       - И что он ей способен предложить? – Светлана уселась за столик, пригласила присесть Оливию и Джона с Кайденом. – Не привлекайте внимание, обсудим, потом, возможно, вмешаемся.       - По всей вероятности – ничего, кроме жизни на Тучанке. А там… сами знаете, для азари – не слишком радостная обстановка. Мёртвая планета после ядерных конфликтов – явно не цветник. Кроме Тучанки Чарру практически нечего ей предложить – он хоть и работает техником, но зарплата у него маленькая, если будет несколько детей, а скорее всего так и будет – он не успокоится, биология такая, то его дохода может и не хватить. Чувства и эмоции под воздействием мрачной Тучанки быстро угаснут. – Оливия помедлила, видимо, не желая озвучивать полностью свои дальнейшие предположения. – Он-то её любит, но для него действительно важнее преодолеть проклятие генофага. Азари для него – единственный приемлемый вариант, он так и не нашёл кроганку, которая согласилась бы стать его женой, да ещё была способна родить ему гарантированно здоровых детей – таких кроганок и на Тучанке очень мало. На всех кроганов не хватит. Да, он говорит Эребе, что способен будет любить дочек-азари, но на Тучанке… Не знаю, я не уверена в этом. Есть и ещё один момент – если азари переедет, уступив Чарру, на Тучанку, вряд ли её оставят в покое другие кроганы. А Чарр… по иерархии достаточно слаб. Он не сможет защитить Эребу от всех других кроганов. Нравы там… жёсткие, а для Эребы это малоприемлемо, если не неприемлемо в целом.       - Так будем выступать в роли сводников? – Светлана поглядывала на Чарра, продолжавшего декламировать стихи и на Эребу, которая явно не знала, как ей поступить – неожиданное появление крогана выбило её из психологического равновесия.       - То, что он её любит, по-своему… Это очевидно. – сказал Аленко. Но вот то, что они уже расставались раньше и сейчас Эреба явно не желает связывать себя длительными взаимоотношениями, поскольку колеблется… Я бы не рискнул настаивать на образовании их семейного союза. Он будет продолжать её любить, но его любовь ей может и не принести счастья в самом ближайшем будущем.       - Война с Жнецами. – произнесла Стрельцова. – Он явно пойдёт воевать. А она останется. Хорошо, если останется в живых. А он… Для кроганов война привычна, но он… всего лишь техник, на войне техники часто становятся разведчиками. А там… каждый выход может стать последним. Мы не можем и не должны мешать его чувствам, но, вероятно, можем пояснить ему и Эребе ситуацию, чтобы Эреба в самом ближайшем будущем не слишком пострадала. На Тучанке ей будет… сложно. Так что я бы выступила за то, чтобы отговорить Эребу от создания семьи с Чарром. Решать всё равно ей, но поговорить с ними обоими мы можем и даже должны.       - Сарена и Найлуса привлекать нельзя. – сказала Оливия. – Турианцы воевали с кроганами, в данной ситуации их присутствие может быть воспринято как нажим на Чарра.       - Тогда пойду я, Кайден и Оливия. – сказал Шепард. – Надо будет, я предъявлю полномочия Спектра. Светлан, ты посмотри со стороны.       - Хорошо, Джон. Отговори их от создания семьи. Она легче переживёт потерю. – Стрельцова приняла у официанта бокал с травяным напитком, чуть взболтала и отпила несколько глотков, наблюдая, как Шепард с Аленко и Оливией направляются к киоску Эребы.       - Он вам мешает декламацией стихов? – спросил вполголоса Шепард, подходя к Эребе, только что передавшей упакованные покупки очередному покупателю и вносившей изменения в базу электронного каталога. – Я вижу, что вы не в восторге от такого соседства. – Старпом показал знак Спектра.       - Нет, что вы. Это – Чарр, мы с ним одно время встречались, потом расстались и теперь он решил снова… восстановить отношения. – сказала Эреба, мельком взглянув на стоявшего поотдаль крогана. – Он спокойный, даже слишком. Мы хотели создать семью, но я… не уверена, нужна ли я ему как личность или только как родильный автомат. Я ему пояснила, что у меня могут родиться только азари… Он ведь из за генофага не может найти себе легко и свободно пару среди кроганок… И он как-то очень быстро ответил, что будет любить дочек независимо от того, что они не являются кроганками. Меня подобная быстрота ответа… насторожила. А он теперь чуть ли не ежедневно приходит и читает всё новые и новые стихи. Я ведь и рассталась с ним, поскольку он был слишком сдержан в чувствах и даже холоден чрезмерно. А теперь вот такая неожиданная смена настроения.       - Вы с ним говорили об этом? – спросил Аленко.       - Да… Но… Я не знаю, как это сказать вслух, он прекрасен для свиданий, но как муж… Я не уверена в этом. А он… Он давит, зовёт переехать на Тучанку. Что я там буду делать, на этой мёртвой планете, на которой и зелени-то не осталось совершенно? Один камень, песок, бетон и металл. Всё коричневое, никакого разноцветья. Я пыталась ему пояснить, что хотела бы остаться на Иллиуме или, по меньшей мере, в пространстве Азари, но он… Он как с цепи сорвался. У меня… у меня такое ощущение, что он собрался меня брать измором, так, кажется, выражаются люди. Он техник, получает мало, но старательный и исполнительный. Это - работа, а для семьи… Не знаю. И… я боюсь, что на Тучанке… он не сможет меня защитить. Там ведь таких как он… кроганов… немало. Я с одним Чарром пыталась расстаться и сколько это времени заняло, а там… Простите, я вот сейчас говорю с вами, капитан и мне… мне становится всё яснее то, насколько мы с ним разные. Слишком уж то, что он мне предлагает стихами который день… Для меня это недостаточно. Я… я сейчас это совершенно отчётливо поняла. Спасибо, капитан. Я переговорю с ним. Похоже, я приняла решение. – Азари прикрыла киоск жалюзями и поспешила подойти к Чарру.       - Они расстались. – констатировала Оливия, привычно смотревшая в другую сторону, но плотно контролировавшая разговор крогана и азари. – Правда он по-прежнему её любит и ей, вполне вероятно, эта любовь теперь даже… приятна, ведь она свободна и может выбрать себе другого разумного органика… в пару.       - Я рад, что нам не пришлось разбивать их едва устанавливавшийся союз посторонним вмешательством. – сказал Шепард. – Давайте вернёмся к отряду. Время обеда и нам нужно найти большое кафе, чтобы плотно поесть – у нас впереди ещё встреча с Самарой и Этитой.