Сверкающие глаза

      Выспавшийся и отдохнувший Шепард прибыл в Совет по Эвакуации вовремя. И начались слушания докладов, перемежаемые долгими обсуждениями. Члены совета спорили до хрипоты, исчертили надписями пару стен в Зале заседаний, показывали друг другу большие экраны своих инструментронов с таблицами и схемами. Шепард не старался вмешиваться в этот разнообразный но скучный процесс особенно активно. Тем более что ему предстояло в полдень переключиться на работу в более узком составе – должны прибыть Послы миров, которым и предстояло решать вопрос об эвакуации соплеменников со станции в принципе. А пока шла только разминка и своеобразная обкатка основных предложений. В которых сам Шепард не усматривал ничего нового: все хотели заплатить подешевле, а получить – побольше и покачественнее. Но не у всех это получилось.       Ровно в полдень после сорокаминутного перерыва началось заседание Совета Послов. И здесь Шепарду пришлось уже поучаствовать в полной мере, пригодилась и информация, собранная Отрядом по итогам «прочёсывания звёздных систем». Представленные данные перевели обмен мнениями из сферы дипломатических умолчаний и обходов острых углов в предельно откровенный разговор о насущном. В три часа дня заседание Совета завершилось, но ещё целый час Шепард участвовал в работе Комиссии по организации вывоза разумных, согласившихся в течение ближайших месяцев покинуть Цитадель.       Был поднят вопрос и о поддельных удостоверениях, благо СБЦ и Спектры сработали оперативно и теперь никто не мог ни войти на Цитадель ни выйти из пределов станции без беседы с сотрудниками Службы миграции. Личной беседы, где участвовали самые разные специалисты. В конечном итоге данная практика была подкреплена новой системой легализационных мер, разработанной с учётом накопленного опыта и после одобрения Комиссией начала применяться уже в изменённом и дополненном виде.       - Светлан, прости. Замотался. Ещё эта Комиссия. – Шепард облапил жену, вышедшую к подъезду Штаб-Квартиры встречать задержавшегося с работы мужа. – Готов компенсировать чем угодно – от ужина в ресторане до культурной программы.       - Ладно. Сам сказал – сам делай. Грюнт рвётся с нами прогуляться по Цитадели. Просто походим, поговорим, может, где присядем – перекусим. – Светлана довольно улыбнулась, боковым зрением увидев появившегося на пороге Штаб-Квартиры крогана. – Грю, давай сюда, идём на прогулку.       Почти четыре часа они ходили по Станции. Говорили обо всём, но старались не касаться работы и службы. Светлана блаженствовала, идя слева от Шепарда и ловя на себе восхищённые взгляды прохожих. А Шепард наблюдал за довольным Грюнтом – тому очень нравилось, что он, в отличие от очень многих кроганов, носит не красный и не чёрный скафандр, а скафандр цвета «белая ночь». Светлана ему популярно объяснила, что это такое и молодому крогану это очень понравилось – он любил понимать и разбираться в сути, а не довольствоваться общими сведениями. Дважды они заходили в обычные кафе и Грюнт получал свою порцию в соответствующей посуде и в соответствующих объёмах. Ел чинно, не торопясь и не чавкая. И вовсю смотрел по сторонам с неподдельным интересом.       В половине десятого вечера они на наёмном флайере вернулись в Штаб-Квартиру. Грюнт убежал к себе – он хотел ещё потягать железо в своём спортзале, а Джон и Светлана уединились в своём номере.       На завтра старпом назначил себе разобраться с Тейном и его сыном, помочь им найти взаимопонимание. Из присланного сообщения, подписанного Тейном, Шепард уже знал, что дреллу удалось остановить сына и побудить его отказаться от выполнения заказа на убийство местного политического деятеля. Между дреллами состоялся почти суточный разговор, в дело вмешалась СБЦ и теперь всё балансировало на точке крайней неустойчивости.