Centuries

()

Все воскресенье я просидела за учебниками и книгами, которые дал мне Владлен. Так же этот день был ознаменован тем, что мне позвонил Герман. И если бы он просто хотел узнать домашку. Герман звал меня в кино! Мало ли что это могло быть, но Герман такого раньше никогда не делал. Это и пугает. Я боялась начать что-то думать по этому поводу, дабы не отвлекаться от учебы. И именно из-за того, что я допоздна зубрила треклятый древний Египет, будильник не был заведен на семь тридцать, и я проспала. С ужасом скача по комнате, я собирала учебники. Первый урок — история. И Греку обязательно прицепится. До остановки я суматошно бежала, так же было и от автобуса до школы. В класс я влетела ровно со звонком. Элиза, увидев меня такой запыхавшейся и лохматой, засмеялась. — Томаш! — рявкнула Греку посреди самостоятельной работы. Она как раз была по Средневековью и Дракуле, поэтому мне впервые в жизни было все понятно! — Да, госпожа Греку, — спокойно ответила я. — Ты выбрала тему для исследовательской работы? — с угрожающей улыбкой спросила она. — Конечно. Вест класс оторвался от решения работы. Они все знали, что я ненавижу историю и в любой другой ситуации положила бы на этот проект орган, которого у меня нету. — И какая же у тебя тема? — возникла Амалия. Она была отличницей, а по истории у нее была хотя и незаслуженная, но пятерка. И, на правах любимицы Греку, она тоже участвовала в конференции. — Граф Дракула. Вампир или Святой. Так он будет называться. Кажется, Амалия хрен проглотила. Небось, не могла додуматься до такого простого и интересного решения. Я абсолютно уверена, что мой проект будет ничем не хуже ее. А это все Владлен. Если стану призером, то признаюсь ему в любви и спою под окном песню Тины Тернер «You Simply The Best». — Ну, посмотрим, что у тебя получится без моей помощи, — усмехнулась учительница. Она как — будто заведомо уверена в моем провале. Теперь мы с Владленом обязаны утереть нос ей и Амалии.

***

Первый раз я чувствовала себя выжатой, как лимон, возвращаясь из музыкальной школы домой. Хотелось завалиться в ванную и отмокать в ней до полуночи, но сейчас нужно ехать к репетитору. Но за сегодняшний неполный день произошло еще кое-что невероятное — я получила пять по истории! С трудом верится в это! Греку, конечно, скрипела зубами и пыталась свалить все на то, что я списала, но доказать, разумеется, она ничего и не смогла бы. Ведь я — то не списывала! Надо рассказать Владлену об этом, он-то будет мною гордиться. Когда я пришла домой, то услышала голоса, доносящиеся из кухни. Странно, Иоланта должна быть на работе. Я вошла на кухню и увидела сестру в компании какого-то мужчины. Он казался мне огромным, потому что имел широкие плечи, был хорошо сложен, а его мышцы просвечивались сквозь белоснежную водолазку, которая к тому же подчеркивала цвет его кожи. — Эсси, детка, привет, — Иоланта вскочила с места и принялась меня обнимать. — Привет, — ответила я сестре и повернулась к гостю, — здравствуйте. — Добрый день, Эсмеральда, — у гостя был очень глубокий бас и ярко выраженный акцент. — Эсси, это мой протеже — Фаррух. Я внимательно осмотрела его. О, да, он был очень хорош. Короче, совет им да любовь. Но не буду говорить этого сейчас и вслух. — Очень приятно, — я пожала его огромную руку. — Эсмеральда учится в школе, но когда-нибудь весь мир узнает ее имя! — воодушевленно произнесла Иоланта. — Но она опаздывает к репетитору, поэтому не будем ее задерживать. Я разогрею тебе обед, — сказала сестра. Я кивнула и побежала переодеваться. Приняв легкий душ, я нацепила на себя футболку и джинсы. Со скоростью света в сумку были брошены книги и тетради, а мой обед, состоящий из картофельного пюре и куриной котлетки, пришлось есть почти на ходу. Пока я ела, сестра и ее протеже удалились в комнату-кабинет Иоланты, решать свои скучные бухгалтерские дела. Первое (хоть и поспешное) впечатление о Фаррухе осталось положительным. Его речь была уверенной и учтивой, а взгляд по — афроамерикански добрым. Было бы здорово, если бы они с Иолантой полюбили друг друга, тогда мне будет не страшно оставлять ее, когда надо будет уезжать. Я стояла и мерзла на остановке, стараясь перестать думать о личной жизни моей любимой кузины. Зря я напялила сегодня майку. Главное — не заболеть, только бы не заболеть. — Эсси! — послышалось позади меня. Я обернулась и увидела Германа. Что-то внутри неприятно кувыркнулось. — Привет, — поздоровалась я. — Ты куда? — поинтересовался одноклассник, высматривая подъезжающие автобусы. — К репетитору, а ты? — К бабушке. Она за городом живет. — Мой репетитор тоже, — я снова почувствовала в животе неприятный кувырок. Нам с ним по пути. А мне жуть как неудобно говорить с ним после того, как я отказалась принять его помощь с историей и отклонила поход в кино. Автобус приехал почти сразу же после того, как подошел Герман. Мы вместе заняли места в самом конце салона, где было очень тепло. Одноклассник рассказывал мне о чем-то, а я старалась вспомнить все, что успела усвоить по истории за последнее время. Герман над чем-то засмеялся и спросил меня. — А ты что думаешь? Я встрепенулась, стараясь вспомнить, о чем он глаголет уже десять минут. — А я вообще об этом не думаю, — я постаралась выкрутиться. — Это точно, у нас же скоро экзамены, а ты в истории, как Амалия в воздержании, — он засмеялся, а я слегка обиделась. Ну и фиг с тобой, я буду знать историю лучше, чем все! Даже лучше самого Германа и Греку! Эта фраза звучала как вызов. Да, Герман, вызов принят. — Ага, точно, — я криво улыбнулась, радуясь, что нам пора выходить. Теперь осталось только сесть еще на один автобус, и к несчастью, бабушка Германа живет в той же деревне, где и мой репетитор, а это значило только одно — мы нескоро разойдемся. Так, слушая бесполезную болтовню Германа, мы дошли до входа на кладбище. — И где твой чудо-учитель живет? — уточнил Герман. — За кладбищем, — спокойно ответила я. — В замке?! — удивленно спросил он. — Ага. — Тогда удачи, — он резко прижал меня к себе и смачно чмокнул в щеку. От удивления я распахнула глаза, а Герман, спокойно пошел в сторону одного домика. Я вытерла свою слюнявую щеку шарфом и вздрогнула. И что мне думать?! Не каждый день тебя целуют парни, пусть даже и в щеку. Я целовалась лишь однажды, и да, это была Элиза. Нам было по четырнадцать, хотелось научиться, да и вино хоть и было дешевым, но в голову ударило. Неужели он решил, что мы будем встречаться? Да мы и друзьями никогда не были, с чего это он вдруг проявляет ко мне ласку, да еще и подобным образом. С такими мыслями я прошла кладбище, замерзая с каждой секундой все сильнее и сильнее. Скорее хотелось к Владлену, в теплый замок. Дверь замка, как всегда, гостеприимно распахнута, и я вошла. Немного согревшись, я поднялась в библиотеку, где уже находился Владлен. Он снова предстал передо мной в черной рубашке и такого же цвета брюках с бокалом красного вина. Я невольно подумала, что винишко меня бы неплохо согрело сейчас. Темные волосы на голове репетитора лежали в легком беспорядке, и я заметила, что он подстригся. Так же на переносице Владлена красовались очки в черной роговой оправе. — Что за парень с тобой шел? — спросил он вместо приветствия. — Откуда вы узнали? — я второй раз за день удивленно распахнула глаза. — Отсюда все видно. Его голос пестрил эмоциями, но мне было трудно понять их. Он злится? Наверное, разочаровался во мне, думал, что я ответственная и не гуляю с мальчиками. Ревнует? Ха, смешно, Эсси, пять баллов. — Тем более, от тебя мужиком воняет. Я снова удивилась. Как понимать эту фразу? Я незаметно понюхала свой шарф, но он не пах мужским одеколоном, только моим свеженьким парфюмом. Тут Сарканов рассмеялся. — Это всего — лишь мой одноклассник, нам, оказалось, по пути сегодня, — я старалась не звучать так, как будто оправдываюсь перед ним. Он мне не отец, не брат и не муж, хотя я его безмерно уважаю. — Да, ладно. Я все понимаю, молодость, гормоны, — беспечно проговорил он. — Да какие гормоны! Он мне даже не нравится! — я сразу же пожалела о том, что сказала. Какое ему до меня дело-то?! — Ладно, оставим его. Тебе холодно? — он посадил меня на знакомое кресло, на котором я сидела все наши занятия. — Все в порядке, давайте заниматься, — ответила я. — Кстати, вы можете меня поздравить. — С чем же? — мужчина усмехнулся. Вместо ответа я протянула ему бумажку с тестом по истории. Когда вернусь домой, покажу Иоланте, она повесит его на холодильник. А сейчас Владлен с интересом рассматривал тест, в котором я не сделала ни одной ошибки. — Ого, а ты молодец, — он посмотрел на меня и улыбнулся. И в этот раз его улыбка не была хитрой, не несла за собой насмешки. Это была настоящая, искренняя улыбка. — Вам спасибо, — от этого порыва между нами мне стало неловко. — Это не только моя заслуга. Следующие три часа мы разбирались с Египтом, потом плавно перешли на Грецию и заговорили о завоеваниях Александра Македонского. — Он был великим правителем и сильной личностью. Про него ходит множество разных легенд, и если открыть Википиедию, можно многое узнать. Он любил увеселительные попойки, не любил атлетические состязания, но в бою ему не было равных. Александр Великий был бисексуалом и… — Стойте, — перебила его я, — откуда вы знаете? — Исторические источники, — ответил Владлен. — А если они врут? — Эта информация правдива, просто поверь мне на слово. — Вот и весь парадокс этой науки, господин…хм, Владлен. Где доказательства? Никто не может утверждать, был ли тот или иной человек геем, лесбиянкой или бисекусуалом, если тот, кто это утверждает, не побывал в его постели. — Правильно, — Сарканов кивнул, —, но во мне ты можешь быть уверена. Я кивнула, мысленно прикидывая, мог ли мой репетитор шпилиться с Александром Великим. От одной мысли меня бросило сначала в краску, а потом в смех, который я с трудом в себе подавила. Остаток занятий пролетел быстро, я записала все, что он говорил мне. За окном — темнота, мы выехали из гаража. Дороги пусты, фонари работают не везде. — Владлен, — негромко спросила я, кутаясь в шарф. — Слушаю тебя. — А почему вы не живете в городе? Вокруг вас деревня и вам это нравится? — Знаешь, этот дом купила моя мать. У моей семьи всегда было много конкурентов, ведь их дела всегда шли хорошо. Да и вообще, начиная с самых первых Саркановых, дела шли хорошо, видимо, фамилия удачливая. Или просто талантливые предприниматели. Так вот, когда родился я, мама забеспокоилась. Сколько было случаев, когда злоумышленники похищали детей богатых родителей ради выкупа. И тогда они с отцом решили, что здесь, где вокруг одни старики, будет намного безопаснее. И именно в этом замке я рос, получал образование, играл с собаками. Это было так трогательно. Я представила себе маленького мальчика с копной кудрявых волос, который бегает по замку за каким-нибудь лабрадором и громко смеется. Губы невольно растянулись в глупой улыбке, но я поспешила себя одернуть. Надеюсь, он этого не видел. — А братья и сестры у вас есть? — спросила я и тут же прикусила язык. Какое мне дело?! — Нет, а у тебя? — спокойно ответил он. — Только Иоланта. Она моя кузина. И да, извините за любопытство. — Ничего страшного, — он улыбнулся. — Ты же не спрашиваешь меня о чем-то таком, что касалось бы темных сторон моей личности. — А у вас есть такая сторона? — мне пора начать бояться? — Она у всех есть, — он спокойно пожал плечами. — Из-за того, что мы сдерживаем животных внутри себя, у нас накапливается темная энергия, и если не выплескивать ее, то можно сойти с ума и окончательно озвереть. Остаток дороги я не могла перестать думать о том, что сказал Владлен. Интересно, а какие животные сидят с нем самом?