Centuries

(Triana Park - Line)

Вчера, после того как случной забрела в комнату Владлена, сразу же нашла комнату и почти сразу же уснула. Пробуждение было на удивление легким. И когда я посмотрела на телефон, который вчера предусмотрительно поставила на зарядку, то увидела на часах «6:45». Отлично, я проснулась даже раньше, чем обычно. Я решила вставать сейчас, так как не знаю, сколько мне добираться до школы из дома Владлена. Я быстро привела себя в порядок и направилась на кухню. Наверное, Владлен сейчас на пробежке, как и говорил вчера. Мои догадки подтвердила записка на холодильнике, в которой было написано, что я должна завтракать без него. Я слопала еще два вчерашних бутерброда, а также откопала в одном из ящичков «Сникерс». Запив все это холодным яблочным соком, я почувствовала себя более, чем хорошо. В конце-то концов, сегодня у меня будет долгожданная вендетта госпоже Греку. Я была уверена, что с Владленом мы точно поставим ее на место. Почему-то я была уверена в нем. Я точно знаю, что он защитит меня от любых ее нападок. - Ты позавтракала? – мои мысли прервал Владлен, который вернулся с пробежки. - Ага. - Я сейчас быстро схожу в душ и переоденусь, подожди немного, хорошо? – сказал он, выходя из кухни. Я кивнула. До момента, когда увидела его сегодня, я совсем забыла о ночном инциденте. А когда он зашел на кухню буквально на секунду, меня обдало жаром. От стыда и от того, что я все еще согласна с тем, что думала ночью. Я все еще уверена, что он безумно хорош. Но думать о таком в его присутствии невероятно стыдно. Вскоре Владлен вернулся, облаченный в джинсы и рубашку (угадай, какого цвета). Я пошла за ним в гараж, не забыв прихватить свой рюкзак и телефон. Мы петляли по одинаковым коридорам, и вскоре вышли в гараж. Сегодня он пошел к джипу. Владлен галантно открыл передо мной дверь. Утренняя Быстрица была абсолютно пустой, лишь редкие машины мелькали на асфальтированных недавно дорогах. Владлен ехал быстро, внимательно следя за дорогой. Он выглядел очень сосредоточенно и увлеченно, выкручивая руль. Я старалась не залипать на его точные и занимательные движения, ибо мне снова становилось стыдно. К школе мы подъехали за пятнадцать минут до начала урока, и первым была именно история. - Давай свою работу, и говорить буду я, - Владлен помог мне выйти из авто и протянул руку за работой. Я выудила листок. Мы быстро шли по школьным коридорам в сторону класса. Мне стало немного неловко, если в классе буду все ребята, то разборки будут прямо при них. - Владлен? - Да? - Давайте сделаем так. Я подойду к Греку и попрошу ее перепроверить мою работу. Если она откажет, заходите Вы и говорите все, что планировали. - Хорошо. И не переживай – я не буду устраивать мордобой, - мы рассмеялись. В классе сегодня были именно все. Элиза сидела за нашей партой, и едва я вошла, посмотрела на меня. Я постаралась гордо прошествовать к столу Греку, которая что-то писала в классном журнале. Владлен же остался стоять в дверях. - Госпожа Греку, здравствуйте, - начала я. - Чего надо? – спросила она, не поднимая глаз с журнала. - не могли бы Вы перепроверить мою работу? - Еще чего? Думаешь, что ты что-то написала правильно? – усмехнулась учительница, наконец посмотрев на меня. - Думаю, она многое написала правильно. Владлен понял, что мои попытки провалились. Он стремительно пересек расстояние между дверью и Греку. Теперь мы привлекли внимание всего класса, а Элиза слегка приоткрыла рот, пытаясь узнать у меня взглядом, что происходит. Я глянула на нее весьма беспомощно, надеясь, что она поймет. - Госпожа Греку, - заговорил Владлен, - весьма любезно прошу Вас все-таки перепроверить работу. Там почти все правильно. И меня удивляет, что такой историк, как Вы, не заметил этого. - Знаете, я не собираюсь потакать желаниям такой несносной девчонки и тратить на нее свое время! – закричала она. - Нет. Вы немедленно проверите работу. Владлен посмотрел ей прямо в глаза и протянул лист. Та выглядела очень напуганной, но несмотря на это, она не отвела взгляда от него и встала. Они не разрывали глазной контакт, а тем временем класс удивленно замер, ибо довести госпожу Греку и выйти из этой битвы победителем почти невозможно. Уж поверьте, это знаю даже я. - И кто же занимался проверкой работ вместо Вас, госпожа Греку? – внезапно усмехнулся Владлен. - Я Вас не понимаю. - Кто из учеников проверял работы? Насколько я знаю, в вашей школе не позволено проверять работы ученикам. С некоторых пор, после некоторых событий. Да, было дело. Несколько лет назад экзамены было доверено проверить группе десятиклассников. Они, конечно, исправили половину работ и безбожно выставили самые лучшие баллы. Когда обман раскрылся, плохо стало многим. И с этих пор, проверять работы имеют право только учителя. - Госпожа Греку, назовите фамилию человека, любезно предложившего Вам помощь в проверке работ. - Что Вы несете? – закричала Греку. Я вздрогнула, но Сарканов и не пошевелился. - Ладно, допустим, Вы не должны были принимать помощь этого человека. Но и сам ученик не должен был предлагать Вам ее. - Я не… - Или стойте, это была ученица? - Да как вы смеете? – заорала Греку. - Назовите фамилию! Он не сводил с Греку взгляда, а та словно превратилась в закипающий чайник. Ее лицо ужасно покраснело, а челюсти сжались до предела. - Петреску! Класс замер и принялся искать ее глазами. Я не смогла сдержать удивления. Мою работу проверяла Амалия? - Так что в Ваших же интересах перепроверить работу этой несносной девчонки. А с Амалией, которая нарушила одно из правил школы, Эсмеральда уже поговорит сама. Греку села и испуганно посмотрела на Владлена. - Вы пока проверяйте, а мы выйдем и поболтаем с Томаш, - беспечно проговорил Сарканов. После этого он взял меня за локоть и повел к выходу из класса. Элиза удивленно глянула на меня, а я постаралась дать ей понять, что скоро все объясню. - Ну, вот и все, - выдохнул Владлен. - Это было офигенно! – безапелляционно заявила я, стараясь не рассмеяться. - Благодарю. Возникло молчание. - Я правда не знаю, как Вас отблагодарить. - Никак. Правда, не стоит. - Стоит, Владлен. Вы ее так уделали! Снова молчание. И нарушил его только крик Греку из класса. - Восемьдесят девять, - услышали мы через приоткрытую дверь. Я рассмеялась, закрыв глаза. - Теперь моя работа здесь закончена, - сказал мне Владлен и развернулся к выходу. - Стойте, - я развернула его обратно к себе лицом и крепко обняла. Но и этого мне показалось недостаточно. Внезапно для самой себя, я чмокнула его в щетинистую щеку. Тот опешил, но постарался не выдать этого. Я мгновенно рванула в класс, так как осознала всю глупость данной ситуации. В класс я зашла ровно со звонком. Ребята молча смотрели на меня. Едва я положила учебник, Элиза схватила меня за руку. - Это еще кто был? - Это мой репетитор по истории. - Фига он секс! – удивленно сказала Элиза. Я вспомнила прошлую ночь. Да, Элиза, я с тобой полностью согласна. Но вслух этого не скажу. Урок прошел без всяких происшествий. Амалии, как назло, не было в классе. Видимо, наша Дива придет прямо к репетиции. Там и устроим разборки. Да, теперь я жажду мордобоя. Интересно, зачем она затеяла такую подлянку? Чтобы унизить меня в глазах друзей и преподавателей? Чтобы они были против того, что я пела на выпускном. Но теперь дела обстоят по-другому, и Амалия опозорила саму себя. А такой позволят петь на сцене? После урока у нас должна была состояться репетиция. Но перед этим мы с Элизой успели спуститься в буфет и купить по вкуснейшей слоенной булочке с сахарной пудрой. И несмотря на то, что мы немного задержались, в зале я и Элиза появились первыми. - А теперь расскажи, почему ты приехала сегодня на машине своего репетитора? - Откуда ты знаешь? - Я видела вас в окошке. И даже двери перед тобой распахивает, ручку подает. Я рассказала ей все, и даже про мой ночной визит в его комнату. Тем временем в актовый зал приходили наши одноклассники и мешали мне продолжать мой рассказ, ведь они постоянно подходили и извинялись за то, что не поддержали меня. Я улыбалась, кивала и старалась показать им, что сейчас занята разговором с Элизой. - Мне очень неловко, что я так о нем фантазировала, - пробубнила я, когда от нас отошел Герман. - Да любая девушка бы о нем так фантазировала. Я видела его всего секунду, и за эту секунду в моей голове родилось множество всяких сюжетов в стиле ПорнХаба. Я рассмеялась, и именно в этот момент в зал вошла Амалия. Новая стрижка, юбка с гольфами, высоко поднятый подбородок. Ну, готовься, дорогая. - Эй, Амалия, - я встала с места и направилась прямо к ней. - Да? – она достала свой смартфон и плюхнулась на стул. - Убери телефон и посмотри мне в глаза, если ты такая умная и смелая. - Чего тебе надо, Томаш? – Амалия не отрывалась от телефона. Именно поэтому я выхватила его у нее из рук и положила в ее сумочку. - Мне нужны объяснения. Какого хрена ты порисовала в моей работе? Думала, что я ничего не пойму. Глупая ты. Я же все перепроверила. - Я не понимаю, о чем ты, - Амалия старается не смотреть в мои глаза, от чего стало смешно. - Все ты понимаешь. И Греку получила, и ты получишь. И с этими словами я села на свое место, оставив бывшую лучшую подругу в большом недоумении. Впрочем, ее недоумение рассеялось, когда в актовый зал вошли Греку и завуч. - Благодаря анонимной записке нам стало известно о большом нарушении в стенах нашей школы. Некая ученица позволила себе проделать работу учителя и выполнила ее некачественно, извлекая выгоду только для самой себя, - монотонно говорила завуч. - Амалия, как это понимать? Та широко распахнула глаза и попыталась что-то ответить. Но что ей говорить? - После такого вопиющего случая, администрация школы и школьный совет приняли решение. Мы считаем, что ты не можешь представлять нашу школу на концерте. У тебя там слишком большая роль, но, насколько я знаю, у вас в классе есть еще одна поющая девочка. Думаю, она достойна быть лицом класса. - Но госпожа Вереш, - возразила Марчела, - нас в классе очень мало. Людей не хватает. Каждый человек на счету. Нельзя исключать Амалию из концерта. - Можно доверить ей что-нибудь другое, - подала голос Элиза, не на шутку удивив меня, - пусть гасит и включает свет. Это очень важное дело, справишься, Амалия? Я прыснула, стараясь не упасть перед завучем в лужу. Она же сама сказала «поющая девочка – достойное лицо класса». А ржать над надутой от обиды Амалией – не достойно. - Дайте слова Эсмеральде. Амалия, иди к свету, - и работа над концертом закипела вовсю. Я полностью погрузилась в музыку, стараясь поскорее запомнить все свои слова и тексты песен. Но даже в такой обстановке я никак не могла забыть о моем порыве в адрес Владлена. Теперь мне стыдно. Но он же мог меня оттолкнуть, если бы ему это не нравилось. Мог сделать шаг назад, когда понял, что я тянусь к нему. Либо он не успел, либо не хотел отходить назад. Да, не понимать природу собственных чувств к взрослому и до усрачки богатому мужику в период выпускных экзаменов, концертов и презентаций проекта – самое крутое, что можно придумать.

***

Все репетиции в школе прошли хорошо. В студии музыкальной школы все относительно неплохо, кроме сходящей с ума Тины. Она, бедняжка, совсем запуталась в бумагах, нотах и прочем. И сегодня у меня все получалось довольно таки хорошо. Мы не сумели отработать только песню дуэтом с Германом, который решил не приходить на репетицию. Видимо, его покусала Амалия. Теперь мне предстояло ехать к Владлену. И стыд снова накрыл меня с головой. Я пялилась на него ночью, и не дай бог, он все это время не спал. Я чмокнула его в щеку посреди школьного коридора, и никто не знает, во что это может вылиться, и кто мог нас увидеть. А если кто-то увидел – слухи не заставят себя ждать. Что можно подумать о несовершеннолетней девушке, замеченной в романтических отношениях со взрослым мужчиной, к тому же еще и очень богатым? Дам подсказку, это слово начинается на букву «ш» и заканчивается на «люха». Да и как мне смотреть ему в глаза после всего этого. Да и вообще, Владлен невероятно странный. Он словно мысли читает. Репетитор часто озвучивает вслух то, о чем я думаю и ни в коем случае не скажу. Он откуда-то узнает те детали, о которых я точно не говорила. И как можно было только по одному взгляду понять, что произошло с моей работой? От кучи мыслей мне помогла избавиться только одна – не стоит стыдиться. Он же не поймал меня, раздевающую его. Я не изнасиловала его. Не надо стыдиться своих мыслей, о которых знает только Элиза. Занятия прошли очень спокойно, Владлен словно забыл про утренний инцидент. Или может просто не придал ему такого глобального значения, как я. У него, наверное, было много женщин, и такой жест привычнее всех прочих. Сарканов лишь спросил, как все прошло в школе. Я с гордостью рассказала о том, что таки стала солисткой на школьном выпускном концерте и все это только благодаря ему. - Это твое место, Эсмеральда. Они должны знать, что ты талантливая. Пришлось, конечно, писать записку завучу, ибо другим способом до нее бы не дошло. - Так это Вы написали записку? – удивленно спросила я. – Когда успели? - Знаю цену времени. Я снова кинулась обнимать репетитора. Но наша пауза продлилась совершенно недолго, ибо необходимо было доделать презентацию к моему проекту. Защита уже совсем близко, и я должна таки окончательно уделать Греку и Амалию. И только лежа в своей кровати дома, я вспомнила Владлена. То, с какой грацией движутся его руки, его очаровательную усмешку, то, сколько он сделал для меня. На сердце стало очень приятно, но я постаралась отогнать эти мысли. Экзамены скоро.