Аромат Орхидеи

— Я не хочу говорить с тобой, я на работе! Прекращай названивать! — Саске с психом повесил трубку мобильника. Машина уже подъезжала к городскому кладбищу, и специально вызванная служба ожидала полиции. — Кто звонил? — поинтересовалась Сая, не отрывая взгляда от дороги, когда они проезжали в ворота. — Личное, — буркнул Саске, напыжившись, словно еж, спасающийся от натиска лисицы. — Не хочу говорить об этом. — Твое право, — пожала плечами Саито, останавливаясь. Дальше путь предстояло проделать пешком. Саске выбрался из салона, пока Саито глушила двигатель. — Вы из полиции? — тут же окликнул его смотритель кладбища, быстро приближаясь. Саске полез за удостоверением и значком. — Да, полиция Гакурэ, детектив Учиха, а это, — он указал рукой, на только что подошедшую Саю, — специальный агент Кагами из центрального управления полиции. — Хироши Сасаки, — представился тот в ответ, — смотритель кладбища. Прошу следовать за мной, я вас провожу. Он, было, двинулся в сторону тропинки между древними, в этой части кладбища, надгробиями, но остановился, замахав руками. — Совсем забыл, я могу взглянуть на ордер? — Конечно, — Кагами протянула ему бумажку, совсем недавно полученную от судьи, и смотритель бегло осмотрел ее. Удостоверившись, что все законно, он вновь продолжил путь. Саске и Сая шли следом, тихо переговариваясь. — Как тебе удалось получить ордер? — все удивлялся Учиха. Зная характер своего дядьки, это и вовсе казалось чем-то из ряда вон выходящим. — У меня были железобетонные доказательства, — протянула Сая, щурясь от яркого солнца, которое всю дорогу слепило глаза. — Я показала ему выписку из мэрии, в которой говорилось о перезахоронении тела. Саске пару раз моргнул, переваривая услышанное, и поражаясь тому, сколько она успела накопать за день, пока они всем отделом были на месте преступления. Если в центральном управлении все агенты так работают, то Саске однозначно хотел туда, а не пылиться грузом в захудалом Гакурэ. Скорость работы мозга Саито его просто поражала, она мыслила совершенно не так, как принято в полиции, и лезла во все щели, словно уж. Сам Саске вряд ли бы догадался проверить записи мэрии. — А как ты поняла, что тело перезахоронили? — нет, у Саске был прекрасный пример работы полицейского перед глазами в лице старшего брата, но своими соображениями Итачи не делился, лишь отдавал приказы. — Если я скажу, мне придется тебя убить, — подшутила Саито, и тут же ткнула застывшего на мгновение Учиха в бок локтем. — Это не самая полезная для тебя информация. — И все же? — настаивал Саске, впрочем, уже и сам догадался, почему она не хочет говорить. Сая, и этим все сказано. — Я попросила помощи у Карасу и Наруто, и мы неплохо провели время этой ночью. Как видишь, даже результативно. Саске остановился, удивленно расширив глаза, а потом схватил Кагами за руку. — Ты выкопала тело? — Не я, — поправила она. — Я все же агент. — И что? Что там было? — Саске становилось интересно. Пока он не понимал, зачем нужен ордер, если тело они выкопали этой ночью. Слишком замороченной казалась ему процедура, по которой действовала Кагами. Нет, он понимал, что судья не примет улики, которые достались незаконным путем, но причем здесь перезахоронение? — Ничего, лишь клок истлевших волос и пара обглоданных костей, — разъясняла Саито, прекрасно зная, что Саске не побежит сдавать ее перед братом или дядькой. Да это и не играло уже роли. — Гроб оказался не закрыт и тело полностью разложилось за десять лет. И тут я подумала, почему гроб был не закрыт? — Если бы дело пересмотрели и эксгумировали труп, то могли найти улики, которые пропустили прежде? — предположил Саске, и Кагами кивнула головой. — Браво, детектив! Я тоже пришла к такому выводу. Выходит, что не все так гладко было в обвинении Умино, как казалось на первый взгляд, и что-то пытались спрятать. Я обмозговала все и решила спросить у Гёдзы, может он что-то слышал. Гёдза связался со своим человеком в мэрии и нашел мне бумажечку с подписью Хаширамы о разрешении на перенос могилы. — Они за одно, — протянул удивленно Саске, и даже рот открыл. Мэр города прикрывает убийство невестки от рук родного брата. Что творится в этом городе. — Мадара знал? — Нет, — отрицательно помотала головой Саито, потянувшись в карман за сигаретой. — Он был удивлен, поэтому и дал ордер. — Но, к чему вообще копать в этом деле? Столько лет прошло… — Но вы считаете того же человека виновным, верно? — Саске с озадаченностью посмотрел на нее. Чиркнула зажигалка, и Сая затянулась терпким дымом сигарет. Раньше она не курила. — В старых отчетах говорится о том, что орудие убийства — кухонный нож, который Умино схватил в порыве гнева, но Сасори вспомнил, что причина смерти тогда ему показалась недостоверной. Что в ране был осколок ножа из слоновой кости. — Таких полно в доме Тобирамы, у него целый музей, а не дом, — хмыкнул Саске, не удивившись. — Я тоже это заметила. Но, что если Умино всегда говорил правду? Что, если он не убивал Ёко-сан? Тогда тот, кто его пытается подставить, знает все обстоятельства дела. — Или же он мстит за проведенные годы в тюрьме, — хмыкнул Саске. Сая резко остановилась, бросив недокуренную сигарету под ноги, и Учиха удивленно на нее посмотрел, останавливаясь в паре шагов. — Во сколько убили Гекко Хаяте? — Около восьми утра, а что? — теперь он точно не понимал ее логику, а вот Сая лишь утвердилась в своих выводах. — Это сделал не Умино Ирука, — заверила она таким тоном, что сомнений не оставалось. Но Саске, будучи полицейским, привык всегда докапываться до истины. — Откуда такая уверенность? — Я его алиби, — коротко бросила Сая, и младший Учиха открыл рот от удивления. — Ты?! — В это время я с ним беседовала на крыше гостиницы «Мидори». И Умино-сан показался мне весьма убедительным, — она в задумчивости потерла шею в том месте, где еще не прошел контактный ожег. Этот жест не скрылся от внимания Саске, и он резко дернул ее, рассматривая маленькое круглое пятнышко красноватого оттенка. — Прекрати! — недовольно рыкнула Кагами, вырываясь из его рук. Лицо Саске стало каменным, а глаза налились гневом. — Это он сделал? Он напал на тебя?! — Не кипятись, — примирительно подняла руки Кагами. — Это вышло случайно, он не хотел. Саске было уже не остановить, и он едва не дышал огнем. — Ты вообще понимаешь, чем это могло закончиться?! А если он псих?! Он мог убить тебя, и мы бы не узнали! — Можно подумать, кого-то этот факт бы расстроил, — скептически отозвалась она. Саске стиснул кулаки и закусил губу, сдерживая неистовый порыв врезать ей за подобные речи. Что за тараканы в ее голове? С каких пор собственная жизнь перестала быть для нее важна? — Ты совсем чокнулась, — недовольно прорычал он. — Какого черта ты полезла туда одна? Почему мне не сказала, раз Итачи так тебе противен?! — Не впутывай сюда своего брата, пожалуйста, — Сая разозлилась от этого заверения. Меньше всего она хотела думать об Итачи Учиха, но Гакурэ не мог помочь в этом. Слишком тесно был связан родной город и люди, населяющие его с этим человеком. — С самого начала мы с ним договорились, что я работаю сама, как мне удобно! Я не нуждаюсь в няньке! — Ты нуждаешься в хорошей порке! — на выдохе прокричал Учиха, но тут же замолк, понимая, что их слышно на все кладбище. Сая смотрела на него спокойно, но в уголках глаз мелькало что-то странное. Саске не мог понять, что именно, но от этого чувства ему хотелось кричать в голос, будто оно причиняло ему невыносимую боль. — Поверь, меня достаточно пороли. И я не говорю о своем брате! На этом она предпочла закончить разговор. Саске так и не понял, что она этим пыталась ему сказать, но уже было дернулся остановить ее, как телефон прервал его порыв, и он с раздражением полез в карман за мобильником, снова смотря на давно знакомый номер. — Достала! — прохрипел он, отключая телефон полностью. Рабочие кладбища уже начали откапывать могилу. *** — Ну и вонь! Дейдара усиленно затыкал нос медицинской маской, но эта мера никак не могла облегчить положения. Полуистлевшее тело Ёко Сенджу наполняло стерильную белоснежную прозекторскую отделения полиции удушающим запахом гниения старого мяса. От него тошнило и слезились глаза. Личинки и червяки ползали по останкам, пожирая плоть. Это отвратительное зрелище еще больше убивало Тсукури, и он уже отвернулся к ведру, дабы предоставить его суду содержимое своего желудка. — Только не в моей прозекторской, — прикрикнул на него Сасори, и Дей подавился собственной рвотой. — Как ты можешь здесь работать?! — недоумевал он, едва отдышавшись, и решив, что смотреть на это он больше не будет. Отвернувшись к Сасори спиной, скальпелем вырезающего остатки плоти, отделяя их от костей, он рассматривал свое отражение в блестящих дверцах холодильных камер. — Спокойно, — вновь отозвался Сасори, но больше ничего не сказал, увлеченный своей работой. Акасуна понятия не имел, что пыталась найти Сая в этом старом трупе, но делал все, что было положено. Когда под его манипуляциями обнажились кости позвоночного столба, Сасори отложил скальпель, принимаясь за пинцет. На передней поверхности пятого грудного позвонка имелось расщепление, как свидетельство проникающего удара в грудь. Удар был нанесен с такой силой, что лезвие хрупкого ножа пробило кость и застряло там. Вскоре на предметном стекле оказался кусочек белесого вещества. Совсем крошечный — все, что осталось от ножа из слоновой кости, в чем Акасуна был уверен. Впрочем, экспертиза покажет. — Вот, отнеси в лабораторию, — Сасори протянул предметное стекло с находкой Тсукури, и тот подпрыгнул, не сдержав своей радости от того, что, наконец, покинет это удушающее место. — Слава Богу! — просипел Дейдара, пулей вылетая в раскрывшиеся перед ним двери секционной. Сасори с недоумением смотрел тому в след, никогда не понимая, что творится в голове у Тсукури. *** — Я не имею права игнорировать улики! — голос Мадары потух за громко хлопнувшей за его спиной дверью. Говорить по телефону при посторонних он не хотел. — Во рычит, — хмыкал Мацураси, сладко потягиваясь. — Будто медведь, которому яйца отхерачили! — Я бы на тебя посмотрел на его месте, — фыркнул появившийся, словно из ниоткуда, Саске. Хидан было собирался возразить, но младший Учиха уже не смотрел на него. — Сая, капитан хочет тебя видеть. Саито как раз покупала кофе у автомата и с нескрываемым недовольством смерила того пристальным взглядом. Сразу было ясно, что Саске не оставит ее встречу с Умино в тайне, и нашел кому сказать об этом. Она подошла к Учиха, потупившему взгляд в пол — старая привычка, оставшаяся еще с далеких детских лет. — Что ты ему сказал? — Саске вздрогнул от тихого шепота на самое ухо, сталь его не выражала ничего хорошего. «Убьет, — промелькнула мысль в его голове. — И даже костей не найдут». Впрочем, он достаточно быстро взял себя в руки, вновь приобретая статусный вид достойный его громкой фамилии. — Я не мог держать это в тайне, ты должна понимать. Это важные сведения и я… — Ты просто выпендриваешься перед братом, — заткнула его Саито и, не дожидаясь ответа, направилась в сторону офиса капитана, вскоре скрываясь за поворотом. — А охуенно она тебя знает, — подхватил брошенные слова Мацураси. Саске не ответил. Саито была права, но лишь отчасти. Он, действительно, всегда выпендривался перед Итачи, стараясь заслужить его одобрение, но не теперь. Кагами не хотела этого понимать? Понимать то, что он переживает за нее? Что такое ведение дел непростительно и ставит ее жизнь под угрозу? А в следующий раз это окажется безликий? — Слышь, мелкий! Саске опустил взгляд на затаившегося Хидана, дожидаясь продолжения его весьма интригующей речи. — А, это, как она? Ну, ты понимаешь, о чем я, — Саске устало закатил глаза к потолку. Мацураси в своем репертуаре, и не меняется. — Она тебе не по зубам, Хидан. Уймись. — Поспорим? — не унывал лейтенант. Саске фыркнул, отворачиваясь. Телефон вновь зазвонил, и он устало потер шею. «Как же достало все» — с такой мыслью Саске покинул полицейский участок, решив раз и навсегда поставить точку. *** Итачи сидел за столом, разбирая бумаги, когда Саито без стука вошла в двери. Почему он не может отпустить ее, когда ей нужно это настолько сильно? Она поклялась себе, что никогда не вернется в Гакурэ, никогда не посмотрит ему в глаза, но обстоятельства играли против нее. Никто не узнает, какими муками далось ей решение уехать, но так было нужно, прежде всего, для него. Учиха Итачи — это имя клеймом выжжено на ее сердце, он был самой большой ее любовью и самой сокрушительной утратой, но теперь все иначе. Саито никогда не стала бы менять правила игры, она примет их и пройдет тур до финального конца. — Вызывали, капитан? Итачи поднял голову, смерив ее долгим тоскливым взглядом. Почему он так отчаянно цепляется за прошлое, когда Сая предпочла его забыть? Что с этим человеком не так? У него есть девушка, так почему он не может быть счастлив с ней? — Саске мне рассказал о твоей встрече с Умино, почему я не знаю об этом? Саито устало выдохнула. Не хотелось вдаваться в детали и описывать собственные страхи, а она действительно была напугана. Особенно в тот момент, когда пистолет в руках Умино выстрелил. Она отбросила эту мысль, встряхнув головой. — Я ее не планировала, капитан, если вы хотите поставить мне это в упрек. И я не давала вам права на столь фамильярное общение. — Прекрати! — крикнул он, поднимаясь с места и быстро обойдя стол, подошел к ней, обхватывая руками плечи. — Что с тобой? Что я тебе сделал такого, что даже взгляда твоего не достоин? Где ты была все эти годы?! — Уберите руки, капитан, — она нарочно отстраняла его от себя, стараясь держать дистанцию. Она погубит его, если пустит ближе. — Никто не знает, где я была, не один ты! Это не признак того, что я не доверяю тебе. — Так, ты мне не доверяешь? — на лице Итачи, всегда холодном и отстраненном, застыл настоящий шок. — Скажи, в чем я провинился, чтобы ты питала ко мне такое презрение? — Все не так. — А как, Сая? — он снова оказался рядом, тесно обхватив кольцом рук и прижимая к своей груди. — Я с ума сходил, ты это понимаешь? Я не знал, что думать и что делать. Зачем ты так со мной? Саито едва дышала, вновь оказавшись в его руках. Тесная связь, что была между ними — не угасла, напротив, разгоралась с новой силой. Чувства не прошли, лишь стали крепче, подкрепленные долгой мучительной тоской. Они были прежними, но сами люди изменились. Изменилась Сая, и эти изменения не могли остаться незамеченными. Она вдыхала его родной, но уже позабытый запах кожи и парфюма, прикрывая глаза. Растворяясь от ощущения его тепла и биения сердца на своей груди. Она погубит его. — Ты жалеешь себя? Вот уж на кого не похоже, Учиха Итачи. Не думала, что ты так слаб! — она бросила эти слова с пренебрежительностью и горечью, словно ей было противно. Итачи отпрянул от нее, долго смотря в глаза. Что с ней стало? Кто перед ним? — Нам не о чем говорить, капитан. Я составлю рапорт о своем разговоре с Умино Ирукой и вы все узнаете из него. Она ушла, хлопнув дверью. Вихрем пронеслась по коридору под недоуменным взглядом Хидана и опрометью бросилась на улицу через заднюю дверь. По щекам ее текли слезы, а в груди зияла огромная дыра от разбитого сердца. Не думала Кагами, что снова придется пережить этот момент. Снова гнать его от себя, снова сбегать. Она зашла за угол, опираясь на холодную кирпичную стену. Хотелось кричать, но она боялась собственных криков. Пачка сигарет нашлась в кармане не сразу, трясущиеся руки никак не хотели слушаться. Она найдет покой, чуть позже. Нужно немного подождать.