Аромат Орхидеи

Голова раскалывалась от невыносимой боли, будто переспелый арбуз, на который давили со всей силы, стремясь пустить трещины по кожуре и извлечь сочную сладкую мякоть. В ушах звенело, будто тысячи колоколов ударяли разом. Руки и ноги затекли, Саске даже не чувствовал их, знал лишь, что они невыносимо болят. Затхлый запах ударил в нос, заставляя поморщиться. — Проснулся? — едва ли Учиха разобрал слова, только невнятный голос, смешивающийся со звоном в ушах. Он повел головой, пытаясь раскрыть глаза — не вышло. Звон цепей отразился от стен, при попытке подняться, и Саске понял, что связан, причем так крепко, что даже шевельнуться не вышло. Тело ломило, кровь застыла в конечностях, переполняя их, доставляя еще больше боли и давления. Голова трещала по швам. Пытаясь объяснить себе, что происходит, Саске старался вспомнить последние события. Выходило с трудом, будто мысли вылетали в дыру в голове. Дыра… А ведь точно, Саске получил по голове. Сильно. Кажется, обрезком трубы, потому что металлический звук от удара помнил хорошо. А что было дальше? Ничего, Саске провалился в темноту и оказался здесь. А до этого? Они сидели с Саей в машине, она плакала, у Итачи и Даи будет ребенок и это сломало сильную, на первый взгляд, Кагами. Она пошла купить сигарет, но… Он помчался следом и получил по голове. От кого? И где Сая? Кто перед ним? Очередная попытка открыть глаза, увенчалась успехом лишь на половину, но Саске тут же пришлось зажмуриться. Яркий свет резанул по глазам, словно тысячи молний. Сколько времени прошло? Давно он здесь? Что вообще происходит? Плечи начинали отваливаться, и куда проще было согласиться, чтобы их отрезали, чем терпеть эту боль. Саске нахмурил брови, где наша не пропадала, а выбираться придется. Вот только как. Саске снова открыл веки, щурясь от яркого света, глаза тут же наполнились слезами, делая изображение настолько мутным, что даже очертаний распознать не вышло. Человек сидел на высоком табурете, какие бывают в барах, что-то держал в руках. Пистолет? Нож? Саске не мог понять, перед глазами плыло. — Где я? — голос показался даже Саске чужим и неуверенным, хотя намеревался задать вопрос значительно тверже. Человек поднял голову, словно не ожидал услышать от слов. — Ты, Саске, там, куда лучше не попадать, — голос показался знакомым, и Саске изо всех сил пытался вспомнить, где слышал его. Память туманно ускользала, просачиваясь все в ту же дырку в голове. — Кто ты? — вновь спросил Саске, надеясь, что хоть это прольет свет на передрягу, в которой он оказался. Человек поднялся со стула — мужчина, не слишком высокого роста, волосы темные, собраны на макушке тугим хвостом — приближаясь к Саске почти вплотную. Лицо опустилось до уровня лица детектива и замерло в паре сантиметров. — Не хорошо, Саске, забывать школьных товарищей, — ухмыльнулся он. Учиха поморщился, словно от неприятной вони, когда зрение, наконец, сфокусировалось на мужчине, выдавая в его лице черты одноклассника. Нара Шикамару. — Ублюдок, — ядовито просипел Саске, подаваясь вперед, с желанием вцепиться зубами ему в глотку — цепи не пустили. Шикамару отстранился от него, улыбаясь. — Не спеши с выводами, Саске. Из нас двоих, ублюдком всегда был ты, — Шикамару прошелся по залитой светом комнате, останавливаясь возле стола, за которым сидел все это время, пробегаясь пальцами по столешнице. — Что ты сделал с Саей, тварь?! — Саске вскипел от ярости, позабыв про боль и шум в ушах, про цепи и собственное положение. Шикамару обернулся, удивленно изогнув бровь. — Я? Я ничего не делал с Саито-сан, — пожал он плечами. — Если не заметил, то я здесь с тобой. А что с Саито-сан делает господин Акимичи — не мои проблемы. — Тварь! — Саске рванул вперед всем корпусом, беспомощно повиснув на цепях, словно муха, попавшая в паутину к хищнику. Все что он мог — это жужжать и хлопать крыльями, запутываясь в липких нитях еще больше. Скрипя зубами от злости и посылая Шикамару самые свирепые взгляды пронзительно черных опухших глаз. Шикамару заулыбался, наблюдая бесполезные попытки Саске добраться до него. Будь цепи чуть менее крепкими — порвал бы и придушил его, но Нара все продумал и предусмотрел. Теперь Саске Учиха не больше, чем загнанный в угол зверь, в которого безопасно для собственного здоровья можно тыкать палками, главное, держаться подальше от зубов. Нара снова ухмыльнулся. — Ты можешь говорить мне что угодно, Саске — это ничего не изменит. Я лишь выполняю приказ, — продолжал говорить он, упиваясь видом того, как Саске звереет на глазах в безвыходности своего положения. Учиха всегда был надменным ублюдком, Нара не за что было его любить, даже уважать. А теперь представилась прекрасная возможность сбить с него спесь. — Где Сая?! — рыкнул детектив, совершенно не интересуясь словами, что говорил Шикамару. Саске выберется, не важно, как и когда, и тогда размозжит черепушку этого урода об стену, заставив мозги растекаться по обшарпанной краске. — Где она?! — Совсем рядом, — не стал отпираться Шикамару, указывая рукой в сторону стены за собственной спиной. — Если открыть заслонку вентиляции, то можно услышать, но мне совершенно не нравятся эти звуки, так что… — Урод! Если с ее головы упадет хоть один волосок! — Саске бушевал, и Нара всерьез задумался о собственной безопасности, инстинктивно отступая назад. — То что? — обретя смелости, проговорил он, смотря на Учиха холодным взглядом. — Что ты сделаешь? Мне достаточно пустить тебе пулю в лоб, и на этом закончим. Ты жив лишь потому, что еще нужен. Шикамару говорил уверенно, и Саске понимал его правоту, вот только откуда берется это упрямство? Сая там, совсем рядом, и с ней не делают ничего хорошего, в этом Учиха был уверен, а значит и ему умирать нельзя, как и смириться, собственно. В памяти назойливо встало лицо Наруто, давно забытый момент в жизни, когда Узумаки сцепился с Гаарой за то, что тот обидел Сакуру, кажется, это было в начальной школе. Что тогда сказал этот придурок? Что даже если ему оторвут руки и ноги, но останется одна голова, он перегрызет ему глотку. Вот кому нужно было жениться на Сакуре, а не Саске. На губах Саске растянулась язвительная усмешка. — Твой отец гордится тобой, Шикамару? Он знает? — Не впутывай сюда моего отца, иначе я пройдусь по твоим родственникам, — предупредил Нара, прекрасно зная, сколь трепетно Учиха относится к своей семье. — Какая же ты тварь, — продолжал Саске, не обращая внимания на Шикамару, которому уже становилось скучно. Он взял со стола мобильник, стремительно приближаясь к Саске со стороны, не рискнув подставляться под зубы, схватив детектива за волосы так сильно, что Саске зашипел, чувствуя как их с корнями вырывают из головы. — Заткнись и слушай меня внимательно. Сейчас ты позвонишь и передашь короткое сообщение, — предупредил Нара, Саске громко рассмеялся, словно псих в клинике. — Да пошел ты! — Учиха тут же сник, получив смачный удар по челюсти, зубы громко клацнули друг об друга, а на губах появился привкус крови. Нет, это уже не игра. — Ты сделаешь то, что я скажу, Саске! — угрожающе прошептал Нара, стискивая волосы сильнее в руке, запрокидывая голову Учиха назад. — В противном случае, я сверну твою поганую голову и затолкаю тебе в задницу. Саске бросил короткий взгляд на мобильник, узнав в нем свой собственный аппарат. Сколько времени прошло? Его исчезновение успели заметить? *** Дейдара втянул шею, пряча голову за монитором компьютера, словно перепуганный страус, стоило капитану Учиха пройти мимо по коридору. К его удивлению, Хидан последовал тому же примеру. Показываться на глаза Итачи этим утром было смерти подобно. Что на него нашло — не знал никто, разве что, может быть Сасори, да и тот получил в ответ на свой вопрос такую отповедь, что у матерого матершиника Мацураси уши свернулись в трубочку. Все плохо! Им уже давно пора было быть в поместье Дикого Гёдзы, готовить оборудование и устанавливать камеры, да только агента Кагами еще не видел никто, как и Саске. А сам капитан будто забыл об этом, отправив наряд в садоводческий магазин при въезде в город. К тому же ему постоянно звонил прокурор, получая в ответ лишь злобный рык разъяренного льва. Мадара предпочел не вмешиваться и отсиживался в своем кабинете. Ему хорошо, он же не попадается на глаза капитану. Итачи быстро прошествовал мимо, скрываясь за поворотом. Дейдара облегченно выдохнул, укладывая голову поверх клавиатуры. — Это полный пиздец, — рявкнул Хидан, подкатив стул удобнее. — А потом охуевают, что производительность падает. Да с такими нервовыебками я съебусь отсюда к херовой матери! — Аналогично, да, — страдальчески протянул Дейдара. — Начало рабочего дня, а уже сдохнуть хочется. То ли еще будет… — Пасть завали! — рыкнул Мацураси, для большей убедительности стукнув кулаком по столу. Ему совершенно не хотелось думать о том, что могло стать еще хуже, да и куда? Они тут с ума сходили, пока детектив Учиха где-то прохлаждался в компании Кагами-сан. Хидан поднялся со стула. — Пойдем, покурим лучше, а то хоть волком вой! Ветер ласкал кожу нежными прикосновениями прохлады. Проветрить голову — то, что нужно, в этом сумасшедшем доме. Хидан курил, прислонившись спиной к кирпичной кладке стены, Дейдара вышагивал неподалеку, пиная попадающие под ноги камни и мусор. Мацураси выпустил дым крупными кольцами, задирая голову к небу. — Блядь, — прохрипел он, севшим голосом. — Заявится мелкий, я с него шкуру спущу! Дейдара остановился, посмотрев на напарника, но ничего не сказал, согласившись с его решением. Будь Саске на месте, им досталось бы куда меньше, да и капитана смог бы успокоить, брат, все-таки. Визг покрышек достиг слуха, когда вереница черных «Мерседесов» еще не показалась из-за поворота, вывернув в следующую секунду. Длинный конвой промчался по улице, не сбавляя скорости, остановившись под стенами полицейского отделения. — Кого это к нам занесло, да? — удивлялся Тсукури. В Гакурэ даже мэр не позволял себе столько роскоши. Дорогие машины, элитная охрана, что открывает двери и склоняет головы почти до земли, в черных костюмах именитых марок и спрятанными за темными очками глазами. В следующую секунду неприятный холодок пробежался по спине Тсукури, стоило увидеть, как из «Гелендвагена» показалась голова Узумаки Наруто. Правая рука Дикого Гёдзы никогда не действовал без его указаний, впрочем, они же сотрудничали, верно. Наруто выскочил на тротуар, как всегда в черном спортивном костюме с ярко-оранжевыми вставками по холошинам и рукавам, озираясь по сторонам. Яркий блондин, с большими голубыми глазами, взгляд которых казался Мацураси куда разумнее, чем взгляд Дейдары. Парень рос и развивался под влиянием Гёдзы и в скором времени обещал превратиться в огромную проблему для всей полиции. Наруто отсупил в сторону от машины, заметив двух полицейских, разинув рты которые наблюдали за ними, и открыл пассажирскую дверь заднего ряда сидений. Белоснежные брюки, подкатанные на треть голени, летние шлепанцы, бритая голова просто огромных размеров — Гёдзу невозможно было не узнать. Дейдара ощутил то чувство, что называется спертым дыханием, Хидан сказал бы, что его действительно кто-то спер, поскольку и сам утратил способность дышать. Выходило только квакать. Недокуренная сигарета выпала из ослабших пальцев на асфальт. Гёдза был не один, что объясняло такой внушительный конвой. Вслед за ним открывались двери других машин, оставшихся позади, и из каждого выходило довольно известное и влиятельное в кругах якудза лицо. Гёдза, Никуман, Кацу, Гюдон, Кайсэки, Окура, Хакусай, близнецы Кирин и Асаши, и, конечно же, Карасу Дзёкаку. Все семейство в сборе, под стенами полицейского участка с охраной вооруженной до зубов. Прошествовали мимо, не обратив на полицейских ни единого взгляда, никто, кроме правой руки Никумана, огромного мужика, больше двух метров ростом, с кажущейся серой из-за тонкой росписи татуировки по лицу кожи, мастер боевых единоборств с холодным оружием — Хошигаке Кисаме. Оба полицейских кивнули ему головой, здороваясь, и проводили долгим взглядом, пока вся вереница людей не скрылась за дверьми. — Что за нахер! — ожил, наконец, Мацураси. — Это, блядь, рейдерский захват что ли?! Не дожидаясь, пока Дейдара сможет разумно объяснить ему всю бедовость подобной мысли, Хидан рванул в участок. Желая собственными глазами и ушами убедиться в причине столь высокого визита. Люди жались к стене, стоило увидеть якудза Дзёкаку в коридорах, кто-то прятался за рабочим столом, рассудив, что чем дальше, тем лучше. Гёдза остановился посреди коридора, направо дверь в кабинет майора, налево еще один коридор. — Где капитан Учиха? — поинтересовался глава семьи, весьма вежливо, ну или настолько, насколько был способен. Впрочем, вопрос его остался без ответа, по-видимому, немало нашлось смельчаков в отделение, готовых вступать в диалог с Диким Гёдзой. Хидан и Дейдара притаились за углом выходящего к лифту коридора, прилипнув к стене. Желания показываться Гёдзе и всей его братии на глаза не было совершенно. Один только вид этих людей был способен вогнать в священный ужас, и Гёдза был не самым ярким тому доказательством. Взять хотя бы Никумана. Он был вторым по старшинству в семье и выделялся знатным ростом, почти на голову выше Гёдзы, но изрядно худее, что объяснялось его страстью к боевым искусствам. Именно по этой причине за ним и следовал Хошигаке Кисаме. Или близнецов Кирина и Асаши — совершенно неадекватные люди, готовые пустить кровь первому встречному. Да и Карасу, пусть и самый младший, далеко не был паинькой. Его улыбке совершенно нельзя было доверять, даже если он изо всех сил старался произвести благоприятное впечатление, в любую другую минуту мог убить, все с той же улыбкой на лице. Хитрый и изворотливый Карасу был одним из худших зол в Гакурэ, и понять, какой леший привел их всех в родной город ни Хидан, ни Дейдара не мог. Не дождавшись ответа, Гёдза подал знак рукой и его люди расползлись по отделению в поисках нужной двери. Намечалась знатная заваруха, так что предположения Хидана вполне могли оправдаться. — О, а вы что тут делаете? — донесся голос позади, но парням даже оборачиваться не пришлось, чтобы узнать крадущегося в их сторону Сасори. — Мы наблюдаем, а ты что делаешь, да? — полюбопытствовал Дейдара, отступая в сторону, чтобы и Сасори хватило место. — Прячусь, — честно признался судмедэксперт. И только теперь, обратив на него взгляды, оба полицейских могли сказать, что Акасуна испытывал легкое чувство волнения и беспокойства. Судя по тому, как бегали его глаза и тряслись руки. — А тебе чего прятаться? — недоумевал Дейдара. — Они же капитана разыскивают, да. — А того! — фыркнул Сасори, но сразу же стих, опасаясь привлечь к себе внимание. — Накануне я имел неосторожность высказать свои предположения относительно причастности Кагами-сан к преступлениям, а сегодня здесь Гёдза. Думаете, это никак не связано? — А каким хером это должно быть связано?! — Хидан смотрел на Сасори тем самым взглядом, которому было положено показать судмедэксперту, что тот полный кретин. Акасуна же, в свою очередь, захлопал ресницами в недоумении. — А ты не знаешь, разве? — на лице Сасори отразилось такое удивление, что его в пору было выставлять экспонатом в музее удивленных лиц. Хидан почувствовал странное ощущение близящегося конца, но промолчал, с усилием затолкав готовые сорваться с губ маты обратно в глотку. — Кагами-сан младшая сестренка всех этих господ. Фамилию сменила еще в академии. Довершил свою фразу Сасори, с удовольствием наблюдая, как вытягивается лицо Хидана. Дейдара тоже проявил чудеса пластичности, однако, не в такой мере, как напарник. — Да ну нахер! — пожалуй, это все, что мог ответить Мацураси на столь неожиданное известие. Нет, конечно, если раскинуть мозгами, то Хидан и сам пришел бы к такому выводу, да вот только что-то мешало это сделать. — Охереть! — И не говори, да, — согласился с напарником Тсукури, кивая головой. — Вот видите, — почти болезненно протянул Акасуна, как бы оправдывая свои опасения, разведя руками. — Что за столпотворение?! — второй раз из-за спины появлялась фигура, да только в этот раз троим подглядывающим не понравился этот голос. Не сулил он ничего хорошего, кроме знатного нагоняя. Все виновато обернулись, приветствуя капитана. — Капитан, — лилейно протянул Дейдара, понимая, что ответ перед начальником держать ему. Тяжелый взгляд Итачи прожег в нем дыру насквозь и Тсукури поспешил ретироваться со своими оправданиями. — Хидан, найди Карин Узумаки и доставь ее на допрос. Дейдара, сейчас тебе пришлют копию заказного листа из садоводческого магазина, проверишь номер кредитки, имя и адрес заказчика! — Итачи казался нервным, и все время поглядывал на телефон. Так что во избежание худшей участи с ним никто не стал спорить. Детективы гуськом потянулись к свои рабочим местам, покидая укрытие и представ перед глазами семейства Дзёкаку. Итачи же задержался с Сасори. Судмедэксперт заметил его нервозность и желал убедиться, что все в порядке. — В чем дело? — спросил он, внимательно вглядываясь в лицо старого друга. Итачи вздохнул, поспешно убрав мобильник. — Не могу дозвониться до Саске с самого утра, — признался капитан, судя по всему, именно это обстоятельство выбило почву у него из-под ног. Сасори закивал головой. — Понятно. А я думал это из-за них, — Сасори указал рукой в сторону офиса, предлагая Итачи взглянуть. Увиденное капитана удивило, но не взбудоражило, как это происходило с самим Сасори. — Гёдза? — Учиха поспешил ему навстречу, заметив неудовольствие на лице большого брата. — Что ты здесь делаешь? — Оу, капитан, — ехидно протянул Карасу, миловидно улыбаясь. — А мы думали ты скрываешься. — Заткнись, Карасу! — прикрикнул старший Дзёкаку, выступая вперед. — Разговор у меня к тебе есть, Итачи. Серьезный разговор, понимаешь? Сказать, что Итачи не понимал — ничего не сказать. Впрочем, он не терял лица и, не смотря на то, что оказался в окружении Дзёкаку, ни один мускул на его лице не дрогнул. — В чем дело? — к чему гадать, рассудил Учиха, когда лучше спросить напрямую. Пока Итачи не видел надобности Гёдзе приезжать в отделение. Тем более с таким внушительным эскортом. Это не рядовая ситуация, что-то случилось. — А дело в том, Итачи, что я собрал братьев, чтобы оказать тебе услугу, а ты мне не помог, — протянул Гёдза, склонив голову, так что вокруг шеи у него образовались тугие валики. — Где моя сестра, Итачи? Учиха не сразу понял слова Гёдзы, пару раз моргнув. — Ты говорил, что присмотришь за ней, — подхватил слова старшего брата Карасу. Остальных Дзёкаку будто это тема не интересовала и они оставались в стороне от разговора. Хотя это не удивительно, с учетом того, что Саито не слишком любили, а близнецы даже убить пытались, когда она была совсем крошечной. — Сая поехала к тебе вчера вечером, — наконец, собравшись с мыслями, дал ответ Итачи. — Ее Саске должен был привезти. — Они не появлялись, — на его слова отозвался Узумаки Наруто, оставшийся за главного в поместье Гёдзы. — Я так и не смог дозвониться до Саито-самы. Во взгляде Итачи мелькнуло беспокойство, но тут же сменилось решимостью. Он резко развернулся к Хидану и Тсукури, смотрящих на него из-за экранов мониторов. Понятное дело, что за работу никто из них не брался. — Найдите Саске, живо! — отдал распоряжение капитан и лишь теперь эти двое пришли в движение, хватаясь за телефоны. Как бы Саске не пытались принизить, он был своим. А исчезновение своего человека в полиции Гакурэ принято расследовать первым делом. Итачи повернулся к Гёдзе. — Пойдем в мой кабинет, там сможем поговорить спокойно. Гёдза подал знак Наруто и Карасу следовать за ним, остальные Дзёкаку разбрелись по отделению, найдя себе пристанище на стульях или диванах. Они скучали, и это было отчетливо видно. Гёдза последовал за капитаном, но они и до коридора дойти не успели, как Дейдара подскочил с места. — Капитан! — позвал он взволнованным голосом, а голубые глаза его округлились значительно. — В чем дело?! — Итачи не был готов тратить время на пустую болтовню, к которой так тяготела сущность Тсукури. Но в этот раз Дейдара не был в веселом настроении. — Капитан, пришло оповещение об обнаруженной машине с трупом в багажнике, — объяснил Дейдара. Итачи сузил глаза, свирепо смотря на него. — Этим займутся другие, я дал тебе работу! — Но… — попытался возразить Тсукури, встретившись глазами с Гёдзой. Мороз пробрал его до мурашек, заставив парня сглотнуть подступивший к горлу ком. — Но это машина Саске. — Что?! — кто задал этот вопрос первым, а кто последним, понять было сложно. Гул голосов перемешался в единый рев. Итачи пришел в себя быстро, как и подобает капитану. — Дейдара, бери Сасори и дуйте на адрес. Опознайте тело и держите меня в курсе! Хидан, ты… Он не успел договорить, телефон внезапно зазвонил. Итачи схватил трубку, едва успел прочитать имя брата на дисплее. Нервы натянулись до предела. — Саске! Где ты? — он не мог совладать с собственным голос, готовый услышать все, что угодно, кроме этого. — Капитан Учиха, я полагаю, — голос в трубке показался отдаленно знакомым, но Саске не принадлежал. — Кто это? — задал вопрос Итачи, но тут же отвел трубку от лица, прикрыв микрофон ладонью, смотря на Хидана. — Отследи звонок. Мацураси кивнул, и бегло ввел командную строку программы слежения. — Мое имя вам ничего не скажет, капитан, — продолжал говорить незнакомец. — Да и вы мне не нужны. Можете передать трубку Гёдзе-саме, у меня есть к нему сообщение. Итачи сделал, как требовали, передал трубку старшему Дзёкаку. Сам же поспешил к монитору Хидана, словно быстрей системы мог вычислить местоположение аппарата. — Алло, — Гёдза выражал ледяное спокойствие. Говорить с ублюдками ему приходилось достаточно часто и он мог решить этот вопрос, если бы не голос Саске на другом конце линии. — Гёдза, прости, — протянул Учиха младший и тут же зашипел от боли. — Саске?! Какого Черта! — Итачи поднял голову, встревоженный голосом Дзёкаку и тем, что тот говорил с его братом, сожалея о том, что не мог услышать их разговора. Впрочем, Дзёкаку не был глуп, и сразу понял, что этот разговор не должен остаться тайным, включив громкую связь. — Где ты? — Я не знаю, Гёдза, но эти люди… — Саске снова сник, будто провалившись в забвение. Голос его звучал тихо и надломлено. Оставалось только гадать, что с ним сделали. — Они хотят, чтобы ты покинул Гакурэ в течение суток, иначе они убьют Саито. Прости меня. — Не смей просить прощения, Саске! — гаркнул Гёдза так, что стекла задрожали. — Я согласен на условия! Но какие гарантии, что это не блеф?! Кто поручится за то, что вы оба останетесь живы?! — Господин Акимичи держит свое слово, — прозвучал в трубке уже знакомый Итачи голос. Гёдза нахмурил брови, а его круглое лицо покраснело от напряжения. — Передай своему Боссу, что я выполню условия, только в обмен на жизнь Саито и Саске. Чтобы ни один волос не слетел с их головы! — на другом конце послышался легкий смешок. — Я не могу гарантировать их целостности, но жизнь — могу! — связь оборвалась, и Гёдза с такой силой сдавил телефон, что тот хрустнул. — Ублюдок! — прорычал он сквозь плотно сжатые зубы. — Акимичи, черт бы тебя побрал! — Мы отследили звонок, — оповестил Итачи, и Гёдза кивнул головой. — Отлично. Карасу, поезжай домой и будь готов. Никуман, Асаши, Кирин — навестите старого друга. Кацу, останешься здесь, будешь координировать. Остальные со мной! Семейство Дзёкаку тут же поднялось на ноги, готовые оказать содействие старшему брату. Вереницей потянулись к выходу, за исключением Кацу, устроившегося возле Хидана. Подобное соседство не радовало Мацураси, но и выбора особенного не было. Итачи последовал за Дзёкаку, не обращая внимания на суровый взгляд Гёдзы. — Там мой брат, — напомнил Учиха, когда терпеть уже не оставалось возможности. — Вот как. За своего брата горы свернешь, а мою сестру защитить не смог! — разошелся Гёдза, который никогда не отличался достаточным терпением и сдержанностью. — Можно подумать, я этого не знаю, — раздраженно бросил Итачи, которого сейчас грызло удушающее чувство вины и страха. Он мог потерять двоих дорогих его сердцу людей, в отличие от Гёдзы. Он не должен был допустить этого.