Новенький

Все два часа до кино Хекдже носился по дому как угорелый. Он перемерял весь свой скудный гардероб, раз сто покрутился у зеркала, даже попытался выдавить небольшой прыщик, который самым пакостным образом вскочил на кончике носа, но добился только того, что весь нос покраснел и опух, словно Хекдже заболел гриппом и бухал несколько дней подряд. Это не радовало абсолютно. Под конец, когда до кино осталось полчаса, Хекдже, плюнув на все - в том числе на половину вылитого отцовского одеколона, - оделся как всегда, чувствуя пронзительный аромат апельсинов. Времени на душ уже не было, а руки, вымытые с мылом, все равно одуряюще пахли одеколоном. В общем, Боги дали свое благословение, изредка насмехаясь над бедным подростком. Хекдже последний раз подошел к зеркалу, окинул себя злобным взглядом хирурга, потерявшего скальпель, замечая длинную и широкую (нужна же конспирация, он несколько часов проведет рядом с Донхэ!) футболку синего цвета. Джинсы он надел облегающие, по моде драные, под них нацепил очень узкие плавки, чтобы ничего лишнего не выпячивалось в случае одного из его "кризисов". Мрачная физиономия светилась унынием и красным, опухшим носом. Единственное, что радовало - прыща больше не было. Кроме этого позитивных моментов Хекдже не заметил, но отказываться от кино с Донхэ ни за что на свете не собирался. Ехать до кинотеатра было далеко. К тому же они договорились к шести, то есть в самый час пик, когда все возвращаются с работы. Хекдже еле как влез в автобус, его сразу прижали к окну, понаставив синяков и оттоптав белые кроссовки, которые он тщательно отмыл перед выходом. Хекдже терпел. Ради своего ангелочка он был готов на все. Но когда полная женщина, дыша как паровоз, привалилась к его спине, потираясь внушительной грудью о Хекдже, последнего бросило в нервную дрожь. Он выпучил глаза, подозрительно смахивая на обезьяну, которой прищемили хвост. Но все равно терпел. Хекдже видел свою отражающуюся в окне бледную, шокированную физиономию с вылезающими из орбит глазами. Он панически пытался отодвинуться, но женщина попалась хваткая и деловитая, она зажала бедного парня окончательно, прижимаясь еще и круглым животом, сопя все так же громко в ухо, очевидно думая, что это невероятно сексуально. Хекдже сглотнул и зажмурился, спрашивая Богов, за что они так прогневались на него. Боги фыркнули в ответ. Он даже вспомнил все свои грехи, начиная с пяти лет, но быстро сбился, когда шаловливые и отнюдь не тонкие пальцы пощупали его хилую задницу. Он подскочил, распахнув глаза еще шире, хотя природой это было невозможно. Женщина, словно ничего не произошло, продолжила пыхтеть и щупать его ягодицы. Хекдже тихо заскулил от ужаса. Но Боги в конце концов смилостивились, все так же ехидно ухмыляясь, и следующая остановка была Хекдже. Так что он, протиснувшись через толпу, активно работая локтями и отдавливая всем пятки, вылетел из автобуса. Донхэ уже стоял на остановке, мрачно окидывая тяжелодышащего, красного и потрепанного Хекдже. - Ты опоздал, - констатировал Донхэ и обиженно поджал губы. Хекдже выпрямился, поправляя мятую футболку и всклоченные волосы. - Прости! - выдохнул он, только сейчас замечая, что на Донхэ майка в облипку и узкие джинсы с огромной пряжкой на ремне. Ох ты ж блин! Нельзя же так сразу! А если разрыв серд... ширинки? Во рту скопилась слюна, а здравые мысли сделали ручкой. - Я... - Хекдже честно пытался формулировать нормальные фразы, но в голове были только такие-то невнятные междометия типа "вау!" и "охтыжбля!" - Мм... извращенцы! - вспомнил он. Донхэ изумленно вскинул брови и, немного покраснев, почему-то хрипло спросил: - Что? - В автобусе извращенцы, - пояснил Хекдже и уныло подумал, что на Донхэ его наряд не произвел впечатления. Да и вообще сам Хекдже в этом смысле на него не производит впечатления, что уж там. - Вот как, - Донхэ расслабился. Хекдже скользнул взглядом по его не слишком широкому, но очень симпатичному развороту плеч с едва заметными мышцами, отметил острые ключицы. Едва не захлебнулся слюной на гладкую загорелую кожу. Идея плюнуть на все и увести ангелочка куда-нибудь в пустой переулок Хекдже казалась с каждой секундой все заманчивей. Если бы только он мог... - Так что там с извращенцами? - поинтересовался Донхэ, направляясь к кинотеатру. Хекдже последовал за ним, шагая в ногу. - Ну, какая-то дама пыталась меня... ээ... - Хекдже покраснел и смущенно почесал нос, не зная, как сказать. Будь это простой друг, он бы долго возмущался и ржал конем-переростком над неудовлетворенными сорокалетними женщинами, годящимися ему в матери, а так... как-то странно признаваться в том, что до него домогались в таком смысле. - Она меня за задницу... трогала, - наконец выдавил Хекдже и совершенно по-дурацки хихикнул. Донхэ, не разделяя его веселья, нахмурился, став очень серьезным. Хекдже залюбовался им, едва не пуская слюни, за что поплатился, когда врезался в девушку. Та, вскрикнув, взмахнула руками и ухватилась за Хекдже, тот - за нее. - Извини, - сказал Хекдже, осматривая ее. Высокая, миленькая, симпатичная - вот в кого он должен был влю... ну, это самое, а вовсе не в... Хекдже обернулся к Донхэ. Тот так мрачно взглянул на него, что Хекдже тут же выпустил девушку и отошел от нее подальше. Так, на всякий случай, состроив равнодушную и постную физиономию. А что он? Он ничего. - С тобой все в порядке? - холодно спросил Донхэ девушку, та едва успела кивнуть, как он схватил Хекдже за руку и потащил дальше. Хекдже, совсем не понимая в чем дело, но чувствуя себя почему-то чуть ли на седьмом небе от счастья, с радостью просеменил следом. Рука Донхэ была теплая, с длинными пальцами, которые неожиданно погладили Хекдже по ладони. Он удивленно заморгал и заулыбался, словно идиот, совсем забывая о своей маленькой, грозящей стать в скором времени большой, проблеме. Боги уже не усмехались, они подхихикивали. - Вечером пойдем домой пешком, - сказал Донхэ, вырвав Хекдже из приятных мыслей. - Пойдем вместе? - переспросил Хекдже. - Я тебя провожу, - пожал плечами, будто это само собой разумелось, Донхэ и улыбнулся, повернувшись к Хекдже, все так же не выпуская его руку из своей теплой ладони. Глаза цвета шоколада блестели, мягкие красные губы разъехались в улыбке, открывая белые зубы. Ну просто ангел с небес, только нимба не хватает. Как он на земле оказался? Будь на месте Донхэ девчонка, Хекдже бы давно ее зацеловал до потери сознания, а потом повел домой, чтобы продолжить свои домогательства, ну... и не просто домогательства, а очень даже активные действия. Но это был его ангел-Донхэ, и почему-то в этот момент Хекдже ничуточки об этом не жалел. Он наслаждался. - Вдруг снова кто-то будет приставать? - объяснил Донхэ, хотя Хекдже и так был согласен, без объяснений. Причем, согласен на все. Скажи ему Донхэ выйти к доске и назвать себя идиотом, он бы, не задумываясь, сделал это. Впервые Хекдже ясно осознал, что значит быть влюб... ну, то самое. Это все-таки похоже на болезнь, решил он, она убивает все серое вещество в мозгу, не оставляя ни капли разума. Вот уж свезло так свезло. То, что она к тому же активизирует один орган ниже живота, вообще было для Хекдже болезненной темой. Даже то, что он дважды в день дрочил, не помогало. В каких бы он позах не представлял их с Донхэ, краснея всякий раз, когда после этого виделся с другом, проблема оставалась актуальной. У всех парней семнадцати лет подобные проблемы? Или это только Хекдже отличился? Может, сойтись с какой-нибудь девчонкой, трахнуться, и смермотоксикоз пройдет? - Так ты согласен? - спросил Донхэ, остановившись возле входа в кинотеатр. Хекдже кивнул, расплываясь в улыбке. Донхэ улыбнулся следом и сильнее сжал в руке его пальцы. "Наверняка мы сейчас похожи на дебилов", - подумал Хекдже, не чувствуя никакого желания что-либо менять. Его персональный ангел внимательно оглядел его лицо, скользнул взглядом по растрепанным волосам, и Хекдже вспомнил о том, что нос у него наверняка краснущий, что одежда вся помята, от прически одно название, да и вообще он нескладный и некрасивый. Хекдже со стыдом вырвал руку из теплых пальцев и немного грубее, чем нужно, произнес: - Ну, пойдем уже. Донхэ нахмурился, но ничего не сказал. * Хекдже не очень любил ужастики. Точнее, совсем не любил, а еще точнее - терпеть не мог. Он их боялся. До ужаса, до икоты. Но он никогда в жизни не подозревал, что кто-то может бояться ужастиков еще больше. Донхэ, сидевший рядом, подскакивал на каждом моменте, зажмуривал глаза и жался к Хекдже. Хекдже стойко терпел, положив ногу на ногу и думая о женщине-извращенке из автобуса. Это напрочь убивало все возбуждение. Но на особо страшном моменте, когда даже Хекдже, который давно потерял нить сюжета, вздрогнул, Донхэ тяжело выдохнул и уткнулся носом ему в плечо. Выдержке Хекдже пришел конец. Хекдже понял, что либо уйдет, либо наконец изнасилует ангелочка-садиста. - Я... схожу в туалет, - быстро пробормотал он, поднимаясь и стараясь думать о женщине-извращенке. Женщине-извращенке. Женщине-извр... О боги! Спасите Хекдже кто-нибудь!!! Хекдже едва не застонал на весь зал, когда Донхэ обнял его руками за пояс, случайно скользнув ладонью по... вставшему члену, который заинтересованно шевельнулся в ответ. Хекдже отчаянно зажмурился и уже приготовился к тому, что Донхэ спросит - откуда и вообще какого хрена? Но... - Не уходи! Сейчас самое страшное начнется! - зашептал Донхэ, притягивая его обратно на сиденье. Огромные испуганные глаза цвета шоколада с мольбой уставились на Хекдже. Донхэ не заметил. Хекдже пронесло в который раз. Он точно счастливчик из счастливчиков. - Ладно, - сдался в конце концов Хекдже, соглашаясь терпеть садистские мучения и дальше. Мазохист-натуральный, знакомьтесь. Хотя, конечно, с натуральностью можно поспорить. Может, ему податься в bdsm? А что? Пристроят в надежные руки, и спермотоксикоз пройдет. Только плюсы. - Спасибо! - поблагодарил Донхэ и обнял его за шею, опаляя горячим дыханием щеку. Хекдже депрессивно решил, что за все это ему должны дать персональную грамоту, как великомученику и святому из святых. Должны же у него быть хоть какие-то привилегии? Донхэ притих. Хекдже, словно проглотив палку, сидел очень прямо и смотрел только вперед, разглядывая чей-то лысый затылок. Обладатель затылка иногда качал головой, отчего лысина активно блестела. Рядом с ней расположилась пышная кудрявая шевелюра. Она изредка налезала на блестящий затылок, словно хотела прикрыть его от прожигающего взгляда Хекдже. Тот же, положив ладони на подлокотники кресла, отчитывал секунды до окончания фильма, иногда срываясь и представляя, как встает, хватает Донхэ, уводит его в уборную, толкает к стене и... дальше Хекдже вновь начинал считать. "Триста девяносто девять, четыреста, четыреста один..." - Тебе скучно? Хекдже вздрогнул. На виске выступила капелька холодного пота, а в горле пересохло. Он, не поворачивая головы, ответил одними губами: - Нет. - Но ты даже не смотришь! - укоризненно мурлыкнул ангелочек-садист и мягко погладил его по руке, деликатно скользя теплыми пальцами по горячей и чувствительной коже. - Смотрю, - прохрипел Хекдже, лихорадочно обдумывая пути к отступлению. Но когда он попытался убрать руку, Донхэ крепко сжал в пальцах его ладонь. Хекдже тряхнуло. Он сжался от ужаса. У него вырвался полный болезненного напряжения вздох, и он сильнее скрестил ноги. Шов ширинки впился в пах. - С тобой все хорошо? Выглядишь очень красным, - обеспокоенно прошептал Донхэ и второй рукой коснулся горящей щеки Хекдже. - Я... - Хекдже понял, что все - он пропал. Он в самой глубокой заднице, и ладно бы, если бы в прямом смысле слова! Сейчас он наклонится, поймает эти полные, сочные губы, схватит Донхэ за шею, притянет к себе и... получит по яйцам. В общем, стоит прощаться со своим достоинством. И не только с моральным. Хекдже, плюнув на все, наклонился и уже успел заметить расширившиеся от удивления шоколадные глаза, трепещущие ресницы, как кто-то с силой хлопнул его по спине. Хекдже, мысленно матюкнувшись так, что грузчики с окраин городов отдыхают, свалился на Донхэ, ударившись носом о его ключицу. - Аууу! - протяжно взвыл Хекдже, но по большей части не из-за боли в носу, а из-за того, что яйца заныли так, что не выть не получалось. Боги ржали в открытую и тыкали в него пальцами. - Ты как? - Донхэ, осторожно придерживая его за плечи, помог сесть прямо. Хекдже, держась за нос, разгневанно повернулся на нарушителя его планов. Рядом с ним сидел пожилой мужчина в подозрительно обтягивающей розовой кофточке, с подведенными бровями и странно яркими губами. Хекдже сразу потерял желание выяснять отношения. Особенно когда пожилой мужчина, блестя маслянистыми глазками, одними губами прошептал: - Рано, - и подмигнул. Хекдже удивленно икнул. - Вы не могли бы быть осторожнее? - вмешался Донхэ, наклоняясь через Хекдже. Последний сглотнул и опять тихонько завыл. Он подозревал, что его нервная система такими темпами будет расшатана вконец, и он загремит в психушку. И хотя Хекдже где-то слышал, что от спермотоксикоза не умирают, он догадывался, что это все - наглое вранье. Умирают и еще как. Ему, видимо, суждено доказать это на своем опыте. Хекдже собирался пустить скупую мужскую слезу, представляя свои похороны и упиваясь жалостью к себе, но старичок в облегающей ярко-розовой кофточке еще раз подмигнул ему и улыбнулся красными губами. У Хекдже нервно дернулась щека, а умирать ему резко расхотелось. Он обернулся к Донхэ. Тот мягко и заботливо смотрел на него. Милый, милый ангел, который совсем не подозревал, какие пошлые и оскверняющие его мысли были у Хекдже всего минуту назад. Да и сейчас появились, если честно. - Со мной все в порядке, - заверил его Хекдже. Его сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда Донхэ светло ему улыбнулся и кивнул, отворачиваясь к экрану, где зверски убивали девушку, потроша внутренности. Донхэ пикнул от ужаса и прижался к Хекдже. Тот, до сих пор слыша, как громко стучит сердце, ласково погладил Донхэ по мягким волосам, чувствуя никогда не посещавшую его нежность. Ну, посещавшую изредка, когда он видел котят, но об этом - тсс! Хекдже повернул голову, чувствуя пристальный взгляд. Странный старичок показывал ему большой палец. Хекдже ухмыльнулся, пожимая плечами. Он уже давно понял, что влюб... ну, то самое. Учитывая, что он не совсем идиот, он к тому же понял, как это на него действует. Донхэ пошевелился и потерся о его плечо носом. "Удручающе действует", - с обреченным вздохом решил Хекдже, когда ощутил, как вновь все напряглось в штанах. Это точно плохая карма. Боги, устав ржать, разлеглись на облаках и достали попкорн. Хекдже мысленно показал им фак.