Бесконечная игра

Славя быстро подбежала ко мне. - Ты в порядке? – серьёзно спросила она, нагнувшись, - Жарко стало? – она пощупала мой лоб, - температуры, вроде нет. Но ты всё равно сходил бы к медсестре. - Да… я… - я смотрел на неё и ждал. Ждал хотя бы того, что она сейчас рассмеётся и вспомнит меня – это бы хоть немного сняло градус безумия. Но ничего не происходило. Я медленно поднялся с колен. - Я, пожалуй, пойду… к вожатой, - пробормотал я. - Тебя проводить, может быть? – всё также серьёзно сказала она. - Нет, не надо, - я рассеяно посмотрел в щель ворот, - я помню как идти… - Помнишь? – удивилась Славя. - Был здесь уже… в прошлом году, - нашёлся я. - Тогда ясно, - она мило улыбнулась, - не хворай тогда… А, кстати, как тебя зовут? - Семён, - ответил я. Хотя сейчас даже в этом не был уверен. Мы вошли со Славей в ворота. Она ещё раз мило улыбнулась, помахала мне рукой и убежала куда-то по своим делам. Наверно, подметать площадь или убираться в библиотеке… Ах, да… Она уходила купаться, и я встретил её у пристани. Встретил её? Я схватился руками за голову. То есть здесь будет всё тоже самое, что и в прошлый раз? Одновременно очень хотелось это узнать, но в то же самое время совсем не хотелось. Не хотелось видеть вообще никого. - О, нет, - простонал я. Алиса… Неужели и она. То что она не будет меня помнить – это немного лучше, чем если бы расстались навсегда, потерянные во времени и/или пространстве (или где, чёрт возьми, вообще этот «Совёнок» находится). Но всё равно. Я её потерял. Я могу снова завоевать её сердце, может даже выйдет быстрее чем в первый раз, потому что я знаю о ней уже гораздо больше, но всё равно… кто сказал, что после этого раза не будет ещё один, а потом ещё и ещё? Может лучше страдать одному? Может, не попадаться ей на глаза, чтобы она никогда больше в меня не влюбилась, потому что ей будет только хуже. Я немного прошёлся вперёд. Слёзы давили меня. Но стоять и рыдать посреди лагеря, как ребёнок, которого впервые отвели в школу, как-то не хотелось. Меня ещё никто не знает, и если мне придётся жить здесь ещё неделю, лучше не выглядеть полным идиотом. Я собрал волю в кулак и попытался очистить сознание от эмоций. Вышло не очень, но по крайней мере в голове всплыло воспоминание о парне из автобуса. Что за чушь он нёс? Искал меня через вселенные, я ему что-то обещал… а потом… Боже! Алиса же исчезла в автобусе! А вдруг, её вообще нет в этом лагере, вдруг этот парень уничтожил её навсегда?! Я завертелся на месте, пытаясь вспомнить, где она была в первый день моего приезда. И быстро побежал туда, с бешено колотящимся сердцем. Я добежал до тех домиков, где она больно ударила меня по спине. Алисы не было. - Нет-нет-нет-нет… - забормотал я и сжал кулаки. Потом развернулся и врезался в… Алису. - Гляди куда прёшь! – злобно бросила она, потирая ушибленный нос. Я задохнулся. А потом слёзы покатились у меня из глаз. Алиса опешила, а потом переменилась в лице. Она заглянула мне в глаза и робко спросила: - Ты… ты чего это? – несмотря на всё напускную ехидность, она была гораздо более чуткой. - Н…ничего, - я и вправду чувствовал себя первоклассником. Только теперь тем, к которого забирают родители из школы, а он уже начал думать, что его оставили тут навсегда. Я вытер глаза и нос. – Алиса… - прошептал я. - Мы ж незнакомы, - она растерялась ещё сильнее, - странный ты какой-то. Пойду-ка я отседова, пока ты меня не прирезал или не сжёг, - она смогла снова одеть маску своей циничности и мизантропии. Развернулась и начала уходить. - Стой, - пискнул я. От слёз я на большее не был способен. Она явно меня не слышала. Я кинулся за ней и резко схватил её за руку. Зачем? Кто знает… сейчас я не боялся удара в нос или какой ещё выходки. Я просто должен был до неё дотронуться. Как только мои пальцы дотронулись до её руки, она вдруг остановилась. Она не оборачивалась, просто стояла. Я тоже замер, так и не решившись ни полностью схватить её ладонь, ни отвести руку в сторону. Казалось так мы стояли минут пять. Потом я услышал всхлипывания. Алиса плакала. Что… что я сделал не так? Мы знакомы от силы минут пять, а я уже довёл её до слёз. Внезапно она развернулась и бросилась мне на грудь. - Семён… - услышал я сквозь слёзы. Она… она назвала меня по имени. Я поднял руки и обнял её, прижимая к себе так сильно как только мог. - Не благодари, - услышал я знакомый голос за спиной. Резко обернулся. Никого не было. Но это был голос того парня из автобуса. Или мне почудилось? «Какая разница!!» - заорал я сам на себя в голове, - «Она тебя помнит! К чёрту всё остальное» - Алиса… - прошептал я, и она подняла своё заплаканное лицо от моей груди. – Ты, правда, помнишь меня? Она закивала головой, и слёзы снова покатились из её огненных глаз. Я опять прижал её к себе. Спустя время мы сели на лавочку. Я держал её руку и боялся отпустить, словно она исчезнет, если я не буду её держать. Впрочем, сейчас ни в чём уверенным быть нельзя. - Я прожила здесь неделю, - сказала Алиса, - с начала смены. И я ничего-ничего не помнила. Словно я только приехала в лагерь. А потом, когда ты дотронулся до меня, всё словно… словно вернулось, - она задумалась, - как будто диафильм начали быстро крутить у меня в голове. Я вспомнила, что уже была здесь, что уже была знакома с тобой, что у нас с тобой… - она покраснела, - и тот поцелуй у костра и автобус. Помню, что заснула… а потом. – Алиса замялась. – А потом очевидно я снова оказалась в лагере, и всё как будто по-новой. Но ты здесь. – она улыбнулась и прижала мою руку к щеке. - Я здесь, - я тоже улыбнулся, - и ты здесь. И это пока что самое главное. – я взял её за щёку второй рукой и поцеловал так нежно, как только был способен. Потом я снова обнял Алису и мы ещё долго сидели молча и грелись на солнце. Мне пришлось заново знакомиться с Ольгой Дмитриевной. Она очень удивилась, когда мы с Алисой пришли к её домику, держась за руки. - Только часа два тут, а уже завёл себе подружку, - беззлобно хмыкнула она, - и посмотрите кого - Двачевскую. - А мы это… - решительно ответил я, - до лагеря ещё знакомы. Я хотел приехать раньше, но не вышло, - доврал я. - Ясно-ясно, - покачала головой вожатая. – Чтоб без всяких тут этих… - слегка покраснела она, - тут пионерский лагерь, а не… - что «не» она не смогла придумать и поэтому пространно помахала рукой. Повисла пауза. Затем Ольга Дмитриевна сказала, что у неё есть какие-то дела и выпорхнула из домика. Алиса тоже сказала, что ей надо ненадолго отлучится и убежала в глубь лагеря, а я начал слоняться по дорожкам. Там меня и нашёл Электроник. - Привет! - широко улыбнулся он, протягивая мне руку, - я - Электроник. Настоящий. Ольга Дмитриевна сказала, чтобы я тебе экскурсию провёл по лагерю. - Да, я знаешь…- начал я, - помню тут многое. В прошлом году был. - мне совсем не хотелось по жаре таскаться с Электроником, тем более что в прошлый раз вся его экскурсия была о том, что «Вот Генда, а вот… Лена», а потом он убежал от разъярённой Алисы. Я улыбнулся, вспоминая. - Ладно, я тогда к кружкам пошёл! - Электроник ни чуть не огорчился, - ты к нам заходи, запишешься! - он начал уходить, потом остановился, - Ой! А зовут-то тебя как? - Семён. - Заходи к нам, Сёмен! - и он скрылся за домиками. Я остался один. Солнце пекло, но в тени деревьев было очень приятно. Стояла тишина, нарушаемая только звуками природы. Может то, что происходило, и было какой-то чертовщиной, но зато я смог опять окунуться в этот чудесный лагерь. Смог снова общаться с Алисой. Может если бы не этот странный парень, я бы и вправду проснулся дома, один в своей грязной квартире. Сзади послышалось шуршание. Я обернулся. У дерева, прислонившись, стоял белобрысый парень из автобуса. Увидев, что я на него смотрю, он приветственно махнул рукой и зашёл за ствол. Я кинулся через кусты к нему. Обежал дерево вокруг. Никого. - Эй! - вполголоса крикнул я. Тишина. Я вышел из кустов и ещё раз посмотрел назад. Странно. Казалось, что где-то стоит этот странный парень и смотрит на меня. Я поёжился, будто от налетевшего ветра и побрёл дальше. Проходя через площадь, я увидел сидящую на лавочке Лену, которая что-то читала. - Привет! - крикнул я . Лена вздрогнула, оторвалась от книжки и посмотрела на меня. Потом покраснела и снова исчезла за обложкой. Я присел рядом с ней. - Меня Семён зовут, - улыбнулся я ей. - Л...Лена, - пролепетала она. Что-то в этом мире не меняется. Разговора как обычно не вышло. Я решил просто немного посидеть. Я окинул взглядом статую Генды. Вероятно, я так и не узнаю, что это был за человек и чем же он так знаменит, что его памятник стоит посреди пионерлагеря. Генда на меня не смотрел, его взгляд был направлен куда-то в себя, будто стоит он тут и думает о судьбах этого переменчивого мира. И печалится, потому что не всё гладко как хотелось бы. - Ладно, - радостно сказал я и Лена опять подпрыгнула, - пойду я. Алису я встретил недалеко от её домика. Она радостно помахала мне и вприпрыжку добежала по дорожке. Клянусь, никогда я не видел её такой счастливой. Вся её напускная желчность будто осталась в том автобусе, которого не было. Я обнял её и вдохнул аромат её рыжих волос. Будь я Фаустом, то вот сейчас бы сказал свою знаменитую фразу Мефистофелю. Мы гуляли по дорожкам лагеря и даже зашли на пляж. Купаться пока не хотелось, поэтому мы сидели на берегу, Алиса положила мне голову на плечо, и мы о чём-то беседовали. - А это правда, - вдруг сказала она, после небольшой паузы, - что ты из будущего. - Правда, - вздохнул я, - я же тебе уже говорил, что абсолютно честен с тобой. - Я тогда не поверила, - улыбнулась она, - а сейчас… я уже готова поверить во всё. - Мы опять немного помолчали, наслаждаясь друг другом и тишиной, опускающегося вечера. - А как оно там, в будущем? - продолжила Алиса. - Вообще круто, - ответил я, - но мне - было плохо. - А что такое? - она подняла голову и заглянула мне в лицо. - Моя жизнь… как бы тебе объяснить… она была никакая. Я плохо помню детство, плохо помню школу. У меня никогда не было друзей и был только компьютер… - Что было? - переспросила Алиса. - Ну, это такая штука… за которой можно бессмысленно провести всю свою жизнь, - криво объяснил я, - Всё это сложно. Но в то же время просто. Я был полным ничтожеством. А теперь, - посмотрел я ей прямо в глаза. В эти бездонные глаза цвета заходящего солнца, - теперь я кто-то. И мы поцеловались. И тут зазвучал сигнал, призывающий молодых коммунистов двигаться на ужин. В столовой мы сели за один столик с Алисой. К нам подсели Славя и Ульяна. Памятуя, прошлый «приезд» я внимательно следил за своей котлетой, чтобы Ульянка её не утащила. Так что в этот раз я обошёлся без сколопендр в тарелке. - Как ты себя чувствуешь? – участливо спросила Славя. - Уже гораздо лучше, - улыбнулся я ей. - А почему Алиска про тебя ничего не рассказывала, - встряла Ульяна, - если вы уж с ней тили-тили-тесто? - и как это она так сразу всё просекла. - Ну, ээ… - на такой вопрос трудно было с ходу придумать логическое объяснение. - Чтоб ты меня своими вопросами не задолбала, - вышла из положения Алиса и как бы гневно сверкнула на девчонку глазами, - Знаю ведь тебя. -Ничего ты не знаешь, - Ульянка обиженно надула губки и уткнулась в тарелку. Я огляделся. Все мои «старые» знакомые были тут. Вон Электроник с Шуриком что-то яро обсуждают, вон Мику что-то тараторит медленно закипающей Жене. Лена молча сидит и изредка поглядывает в нашу сторону. Точно. Она же вроде дружит с Алисой с самого детства, значит она тоже будет удивлена тем, что та не рассказывала ей обо мне. Я наклонился к Алисиному ушку и прошептал: - Надо что-то и для Лены придумать. Она коротко кивнула и ответила тоже шепотом: - Если она вообще будет задавать вопросы. Ночь медленно опускалась на лагерь. Я проводил Алису до её домика и долго не мог отпустить её тёплую ладошку. - Ну что ты, - улыбнулась она, краснея, - Завтра же увидимся. Я кивал головой, но не отпускал. Когда я добрался до домика вожатой было уже поздно. - Жить будешь здесь, - Ольга Дмитриевна показала мне на одну из кроватей в своём домике. Я совершенно не возражал и сразу плюхнулся на кровать. Ольга Дмитриевна что-то говорила мне о завтрашнем дне, о линейке, о пионерской чести. Но я не слушал. Я думал об Алисе, о новом начале жизни в лагере и незаметно для себя уснул.